Все эти преобразования должны были повысить значимость монгольского языка, его статус в решении внешнеполитических задач России: «Сродство китайской и маньчжурской литературы с монгольскою, соединение всех тех народов в одно политическое целое, неразделённость их истории и взаимные обоюдные отношения их между собою сами говорят в пользу совместного изучения этих трёх языков. В настоящее время современная потребность, основанная на новых отношениях России с Монголией и Китаем, сама живо указывает на заявление моего мнения факультету. С открытием прямых и постоянных сношений с Монголией и Китаем, с основанием русского консульства в Урге, иркутское и кяхтинское купечество учреждает при Санкт-Петербургском университете стипендии для образованных молодых людей по китайско-маньчжурскому разряду, без сомнения, имея в виду, что студенты этого разряда изучают и монгольский язык, потому что главною целью образования этих молодых людей постановлено: одних употреблять при сношениях с Монголией, других же на службу в Восточной Сибири, по распоряжению генерал-губернатора... или при сношениях с Китаем... При сношениях с Монголией. необходимо знание монгольского языка, в другом случае китайского языка, следовательно, необходимо совместное изучение монгольского и китайского языков, совершенно на одинаковых основаниях» [3, с. 445-447].
Таким образом, вместе с вопросами реорганизации факультета К.Ф. Голстунский актуализировал практическую составляющую подготовки востоковедов, сформулированную ещё его учителем О.М. Ковалевским, поддержанную А.В. Поповым в речи на открытии восточного факультета в Петербурге 27 августа 1855 года: «На факультет восточных языков должно смотреть как на единственное специальное заведение, в котором при изучении восточных языков имеются в виду и условия науки, и потребности государственного управления. необходимо соединение теоретических знаний с практическими» [12, с. 7], а затем в полной мере реализованную учеником Константина Фёдоровича Алексеем Матвеевичем Позднеевым, создавшим фундамент Восточного института во Владивостоке и Практической академии востоковедения в Петербурге - учебных заведений по подготовке востоковедов-практиков [8].
Успешно реализовать реорганизацию учебного процесса в рамках разряда восточного факультета К.Ф. Голстунскому стало возможным после утверждения его в должности заведующего кафедрой монгольско-калмыцкой словесности Санкт-Петербургского университета в 1860 году, после освобождения должности А.В. Поповым ввиду его назначения инспектором училищ Западной Сибири. Долгие годы Константин Фёдорович оставался единственным лектором монгольских языков на факультете, а помощником у него был Галсан Гомбоев [2, с. 48; 10, с. 43], также прошедший казанскую школу подготовки у профессора О.М. Ковалевского. В разные годы практические занятия по монгольским языкам проводили Д. Кутузов, А. Бадмаев, Доржеев [1, с. 16] - носители монгольского языка (неотъемлемая составляющая традиций российской школы монголоведения).
К.Ф. Голстунский принадлежит к поколению востоковедов-энциклопедистов, блестящая филологическая подготовка которых позволила им заниматься исследованием различной проблематики - от языкознания до религиозной философии. Ещё одним направлением деятельности монголоведа было источниковедение. Учёный является исследователем источников по монгольскому праву. «Монголо-ойратские законы 1640 г.» - под таким названием была опубликована докторская диссертация исследователя в 1880 году. Речь идёт о сборнике законов, который был распространён среди монгольских племён и калмыков, кочующих вдоль Волги. До 1880 года монголо-ойратские законы 1640 года были известны только в переводах на русский язык, и не было ни одного изданного подлинника. К.Ф. Голстунскому удалось найти подлинный текст на калмыцком языке [14, с. 66]. Таким образом, заслугой К.Ф. Голстунского является обнаружение документов, подготовка к изданию, их перевод, подробные комментарии, что сделало работу учёного важной составляющей не только для изучения языка монгольских народов, но и их внутренней политической организации, обрамлённой в определённые нормы обычного права (законы 1640 г.), а также значимой по истории монголов.
Заключение
Константин Фёдорович Голстунский - учёный, монголовед, источниковед, педагог, организатор науки востоковедческого образования в России, именно с его именем связана реорганизация монгольско-калмыцкого разряда восточного факультета в Санкт-Петербургском университете, поспособствовавшая качественному изменению подготовки монголоведов. Он создатель основополагающих работ по монголоведению, автор значимых учебных изданий для изучения калмыцкого наречия. Его отчёты по итогам научных командировок в калмыцкие степи хранят ещё много информации, которая может значительно дополнить сведения о быте, культуре, фольклоре монгольских народов. Эти материалы ещё ждут своего исследователя.
Всё перечисленное выше показывает, насколько многогранен и значим вклад К.Ф. Голстунского в развитие монголоведения в России. Его научную и педагогическую биографию можно сравнить с биографий монголоведа О.М. Ковалевского, во многом и значение их деятельности на поприще монголоведения тождественно, однако в научной литературе О.М. Ковалевскому уделено должное внимание, а К.Ф. Голстунский пока ещё остаётся в тени своего учителя.
монголоведение язык голстунский
Список литературы
1. Касьяненко З.К. Факультет восточных языков Санкт-Петербургского университета при К.Ф. Голстунском и после // МопдоНка: сб. ст. СПб.: Петербургское востоковедение, 2001. С. 15-16.
2. Куликова А.М Востоковедение в российских законодательных актах (конец XVII в. - 1917 г.). СПб.: Петербургское востоковедение, 1993. 448 с.
3. Материалы для истории факультета восточных языков. Т. 1. 1851-1864 гг. СПб.: Тип. М.М. Стасулевича, 1905. 451 с.
4. Полянская О.Н. Вклад бурятской интеллигенции в становление научного монголоведения. Галсан Никитуев // Внутренняя Азия в геополитической и цивилизационной динамике: материалы IV Междунар. науч.-практ. конф. «Егуновские чтения». Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2008. С. 190-195.
5. Полянская О.Н. Научные направления в российском монголоведении (начало XX века) // Вестник Бурятского государственного университета. 2014. Вып. 7. С. 66-70.
6. Полянская О.Н. Монголоведение в университетах России. А.В. Попов (1808-1865): судьба и научное наследие // Вестник Восточной экономико-юридической гуманитарной академии (Академия ВЭГУ). 2015. № 5. С. 219-228.
7. Полянская О.Н. Преподаватели синодальных учебных заведений России у истоков научного монголоведения: А.А. Бобровников (1822-1865) // Гуманитарный вектор. 2015. № 3. С. 126-133.
8. Полянская О.Н. Востоковедное образование России в начале XX в.: деятельность А.М. Позднеева по подготовке монголоведов-практиков // Учёные записки Забайкальского государственного университета. 2016. № 6. С. 143-148.
9. Полянская О.Н. Восточный институт (Владивосток) - центр практического монголоведения в России начала XX в. // Вестник Бурятского государственного университета. 2016. Вып. 2. С. 4-10.
10. Полянская О.Н. Ученик российского учёного-монголоведа О.М. Ковалевского - Галсан Гомбоев (1818-1863): к 200-летию со дня рождения // Вестник Бурятского государственного университета. Гуманитарные исследования Внутренней Азии. 2018. Вып. 2. С. 43-47.
11. Полянская О.Н. Монголоведение в России первой половины XIX века: О.М. Ковалевский и А.В. Попов. Улан-Удэ: Изд-во БГУ 2019. 324 с.
12. Решетов А.М. К.Ф. Голстунский: жизнь и деятельность выдающегося монголоведа // МопдоНка: сб. ст. СПб.: Петербургское востоковедение, 2001. С. 6-14.
13. Улымжиев Д.Б. Страницы отечественного монголоведения. Казанская школа монголоведов. Улан-Удэ: Изд-во Бурят, пед. ин-та, 1994. 107 с.
14. Улымжиев Д.Б. Монголоведение в России во второй половине XIX - начале XX в.: Петербургская школа монголоведов. Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 1997. 217 с.
15. Успенский В.Л. Ойратские рукописи, поступившие в Санкт-Петербургский университет от К.Ф. Голстунского // МопдоПка: сб. ст. СПб.: Петербургское востоковедение, 2001. С. 18-20.