Статья: Модельные расчеты масштабов домашнего образования: пример Ярославской губернии в конце XVIII - начале XX в.

Модельные расчеты масштабов домашнего образования: пример Ярославской губернии в конце XVIII - начале XX в.

Дмитрий Валерьевич Диденко

Аннотация

В настоящем исследовании посредством методов математического моделирования реконструируется динамика сегмента домашнего образования в стоимостном выражении на материале одной из губерний Центральной России. В качестве источниковой базы привлекаются свидетельства, содержащиеся, в первую очередь, в опубликованной мемуаристике, эпистолярном наследии, произведениях художественной литературы, а также в отечественной историографии. Результаты получены с помощью модельных расчетов, включающих интер-, ретро- и экстраполяции количественных свидетельств указанных источников. Основными результатами исследования являются методика реконструкции ежегодного объема выпуска сегмента услуг домашнего образования региональной экономики и соответствующие длинные ряды ежегодных данных по Ярославской губернии. Они свидетельствуют в пользу гипотезы, что домашний сегмент был сравним по масштабам с организованными формами образования и даже мог превышать их в начале изучаемого периода. Разработанные методы могут непосредственно использоваться для аналогичных реконструкций на материале других регионов Центральной России и, с рядом поправок в отношении значений параметров модели, применены к материалу регионов Сибири, Дальнего Востока и национальных окраин России. Связанной перспективой использования полученных длинных рядов данных является учет неформального сектора образовательных услуг в составе валового регионального продукта.

Ключевые слова: квантитативная история, математическое моделирование, человеческий капитал, региональная экономика, длинные ряды данных, иностранные работники, гендерные различия

Abstract

Model Calculations of Home Education Scale:

The Case of Yaroslavl Province in the Late 18^th - Early 20^th Century

Dmitry V. Didenko

In this article the author reconstructs the dynamics of home education sector in monetary value terms as the case study of a province in Central Russia, with application of mathematical modelling methods. As the source base, the author employs evidence primarily from published memoirs, epistolary heritage, fiction, as well as from previous research literature. The findings are obtained by means of calculations including inter-, retro-, and extrapolations of the quantitative evidence from the sources. The principal findings are the set of methods for reconstruction of annual output in the home education services segment of a regional economy and the respective long time series for Yaroslavl Province. They support the hypothesis that the home segment was comparable in scale to the educational establishments or even could exceed them at the start of the period under study. The methods developed by the author may be employed directly for similar reconstructions based on materials from other regions of Central Russia; and they are applied to the materials from the regions of Siberia, Far East and national peripheries of Russia.

Keywords: quantitative history, mathematical modelling, human capital, regional economy, long time series, foreign workers, gender differences

Основная часть

Актуальность вопроса о роли образования в социально-экономическом развитии В понятии «развитие» акцент делается на положительных структурных изменениях при важ-ном значении роста показателей выпуска и добавленной стоимости. государств достаточно широко признана в мировой и отечественной литературе. Менее консенсусно в современной историографии представлено объяснение механизмов изменений: посредством каких технологий, институтов прямое и обратное воздействие осуществлялось в конкретных исторических условиях. В определенной степени это упирается в дефицит информации о количественных показателях данных процессов.

Анализ таких показателей предполагает применение математических методов, которое идет в русле историографических трендов последних десятилетий См., напр.: Гусева Н.С. Применение математических методов в исследованиях по аграрной истории России пореформенного и советского периодов: историографические аспекты проблемы (1960-е - начало 1990-х гг.) // Вестн. Том. гос. ун-та. История. 2017. № 46. С. 155.. Они представлены научным направлением, связанным с именами Р. Фогеля в США, И.Д. Ковальченко в нашей стране и получившим обозначения «квантитативная история», «клиометрика», позднее - «историческая информатика». В данной парадигме, формировавшейся в исследованиях преимущественно историко-экономической проблематики, отмечается многообразие используемых подходов и методов. Среди них выделяются активно разрабатываемые в последнее время методики реконструкции длинных рядов исторических данных. Необходимость реконструкции вытекает как из выборочного подхода к фиксации информации создателями исторических источников, так и из значительных отличий их когнитивных структур от субъ- ектности исследователя.

В отношении развития российской экономики в дореволюционный период отмечается отсутствие длинных рядов данных о стоимостных объемах накопления человеческого капитала. И, если имеются отдельные оценки объемов выпуска, производимого в организованных формах образования в целом по стране За 1885 г. в: KaserM.Education in Tsarist and Soviet Development // Essays in Honour of E.H. Carr. London, 1974. P. 229-254; за 1885-1913 гг. (не включают расходы домохозяйств) в: Грегори П. Эконо-мический рост Российской империи (конец XIX в. - начало XX в.). М., 2003. С. 146, 147, 154. и в регионах За 1795 г. и 1897 г. См.: Кесслер Х., Маркевич А. Электронный архив Российской историче-ской статистики, XVIII- XXI вв. 2019., то почти не учитывается их производство в рамках домашнего образования. При этом как минимум культурологические работы Ю.М. Лотмана, Н.И. Яковки- ной свидетельствуют о масштабности таких практик в первой половине XIX в. Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. СПб., 1994; Лотман Ю.М. Пушкин: Биография писателя; Статьи и заметки, 1960-1990; Евгений Онегин: Комментарий. СПб., 1995; Яковкина Н.И. История русской культуры: XIX век. СПб., 2000; Яковкина Н.И. Русское дворянство первой половины XIX века. СПб., 2002.Расширялись, по всей вероятности, оба сегмента образования Прокофьева Е.А. Законодательное регулирование частной образовательной инициативы в России первой половины XIX века // Ежегодник российского образовательного законодательства. 2013. № 8. С. 175.. При этом Е.В. Алексеева указывала, что домашнее обучение, наряду с пансионами, в XVIII в. и на протяжении большей части XIX в. являлось намного более массовым каналом распространения нового знания, которое среди высшего дворянства осуществлялось преимущественно силами иностранцев Алексеева Е.В. Диффузия европейских инноваций в России. М., 2007. С. 313-314..

Таким образом, актуальный контекст настоящего исследования задается исследовательской программой, нацеленной на получение количественных оценок для анализа механизмов воздействия различных образовательных практик и институтов на социально-экономическое развитие российского общества на стадиях накопления критической массы ресурсов, непосредственной подготовки и запуска «современного экономического роста» Начало «современного экономического роста» в России относится к середине 1880-х гг.: Гре-гори П. Экономический рост... С. 23-25, 61-63..

Эта цель реализуется посредством построения математической модели, реконструирующей динамику сегмента домашнего образования в стоимостном выражении на материале одной из наиболее развитых губерний Европейской России (Ярославской). Задачей каждого из отдельных этапов данной реконструкции является оценка: 1) количества грамотных дворян в возрасте получения домашнего образования раздельно для мужского и женского пола; 2) распределения дворянского сословия раздельно для мужского и женского пола по трем социальным стратам; 3) объема потребления дворянским сословием образовательных услуг на дому в текущих ценах; 4) объема потребления образовательных услуг в домашнем сегменте в стоимостном выражении.

Предлагаемая модель оценки сегмента домашнего образования получена с применением методов интер-, ретро- и экстраполяции данных источников по линейной и показательной функциям.

В качестве источниковой базы мы привлекаем свидетельства, содержащиеся в опубликованной мемуаристике, переписке, произведениях художественной литературы Пример анализа аналогичного источника, содержащего сведения о расходах русских дворян («Письма русского путешественника» Н.М. Карамзина). См.: Korchmina E., Zorin A. Karamzin and Money // Cahiers du monde russe. 2018. Vol. 59. № 1. P. 117-140., а также в научной литературе. В качестве вспомогательных привлечены опубликованные сводные данные о распределении земельной собственности в 1858, 1877, 1895, 1905 гг. и данные Первой всеобщей переписи населения 1897 г.

Численность потребителей образовательных услуг на дому

В качестве первого шага устанавливались уровни грамотности дворянства Ярославской губернии. Имея данные за 1897 г. по 10-летним когортам до 60 лет в гендерном разрезе Первая Всеобщая перепись населения Российской империи 1897. Т. L. С. 52, 53, 57., осуществлялась реконструкция за более ранние годы на основе методики Б.Н. Миронова Миронов Б.Н. История в цифрах. Л., 1991. С. 73-74, 80-81; Миронов Б.Н. Российская импе-рия: от традиции к модерну. Т. 3. СПб., 2015. С. 479-481.: с 1897 г. до 1847 г. - передвижкой когорт, а с 1847 г. до 1797 г. - ретропрогнозированием по линейной функции. Поскольку уровень грамотности дворян мужского пола во всех когортах старше 10 лет в 1897 г. составлял 99-100%, в возрасте до 20 лет он принимался постоянным (62%); реконструкции проводились только по женскому населению (табл. 1).

Таблица 1. Уровни грамотности дворян женского пола возрастных когорт 0-9 и 10-19 лет,% /

Table1. Literacy rates of female nobility of 0-9 and 10-19 age cohorts,%

Рассчитано по: Первая Всеобщая перепись населения Российской империи. Т. L. СПб., 1904. С. 52, 53, 57.

Calculations based on: Pervaia Vseobshchaia perepis' naseleniia Rossiyskoi imperii, vol. L (St. Petersburg, 1904), 52, 53, 57.

В качестве второго шага определялась численность и структура дворянства Ярославской губернии на основе сведений преимущественно из исследовательской литературы Кабузан В.М., Троицкий С.М. Изменения в численности, удельном весе и размещении дво-рянства в России в 1782-1858 гг. // История СССР. 1971. № 4. С. 162, 166; Корелин А.П. Дворянство в пореформенной России 1861-1904 гг. М., 1979. С. 292-293, 298-299; Селиверстова Н.М. Российское дворянство накануне и в период реформ 60-70-х годов XIX века. М., 2015. С. 244-251; Сизова О.В. Дворянство Ярославской губернии в конце XVIII- первой половине XIX веков: дис. ... канд. ист. наук. Ярославль, 1999. С. 45, 46, 47, 66, 69, 70., где использовались данные 8-10 Ревизий (1834, 1850, 1858 гг.), в том числе с привлечением архивных материалов. Наиболее подробные данные имеются за 1858, 1867, 1870 и 1897 гг. (Всеобщей переписи), по которым реконструировались недостающие части структуры за другие годы (численность лиц женского пола, разделение на потомственное и личное дворянство). Сведения за промежуточные годы получались усреднением результатов регрессий по численности дворян в отдельные годы и по доле дворян в общей численности населения губернии.

В качестве третьего шага моделировался возраст окончания домашнего образования и количество его потенциальных получателей На основе свидетельств в: ЛотманЮ.М. Пушкин... С. 481, 505-506; КолосоваЕ.М. Домашнее обра-зование в середине XIX века // Вестник Герценовского университета. 2010. № 7. С. 71; Солодянкина О.Ю. Иностранные гувернантки в России (вторая половина XVIII- первая половина XIX века). М., 2007. С. 45-46.. Выделение доли дворян в возрасте 10-16 лет в когорте 10-19 лет (для конца XVIIIв.) производилось на основе данных о распределении по 1-летним возрастным группам по 1897 г. Предполагалось, что возрастная структура дворянства оставалась одинаковой в течение рас-сматриваемого периода.: 1) для грамотного населения; 2) для всего населения губернии. Усреднение дает 74% для мужского и 71% для женского населения. Эта доля линейно повышалась до 100% к 1914 г.

Стратификация дворянского сословия

На втором этапе сегментировалась готовность дворян платить за обучение детей в зависимости от стратификации. В качестве прокси-индикаторов были взяты распределения по количеству душ и площади земли, поскольку уровень неравенства помещиков оценивался по числу крепостных в дореформенное время и по количеству земли - в пореформенное Миронов Б.Н. Российская империя...Т. 1. С. 358.. Данные распределения имеются за отдельные годы (табл. 2).

Таблица 2. Распределение дворян-помещиков (1834-1858 гг.), дворян-землевладельцев (1877 г.), дворянских владений (1895 г., 1905 г.),% от общей численности категории /

Table 2. Distribution of gentry (1834-1858), noble land owners (1877), gentry estates (1895, 1905), % of the item total

Рассчитано по: Сизова О.В. Дворянство Ярославской губернии... С. 66, 69, 70; Статистика поземельной собственности... 1881. С. 96; Цифровые данные. 1897, табл. 5; Статистика землевладения. 1906. С. 24.

Calculationsbasedon:Sizova, O.V. Dvorianstvolaroslavskoigubernii, 66, 69, 70; Statistikapozemel'noisobstvennosti... 1881, 96; Tsifrovyedannye. 1897, tabl. 5; Statistikazemlevladeniia. 1906, 24.

Детальная группировка дворян-помещиков, владевших «душами», была задана по 5 стратам Сизова О.В. Дворянство Ярославской губернии... С. 66; Миронов Б.Н. Российская империя. Т. 1. С. 347-349.. Однако, принимая во внимание незначительную долю 3-5-й страт, мы объединили их в 1 высшую, следуя подходу Б.Н. Миронова Миронов Б.Н. Российская империя... Т. 1. С. 350; Он учитывал, что граница между различ-ными группами дворянства в отношении корпоративных прав (совещательного и решающего голоса, пассивного и активного избирательного права) проходила между владельцами 20 и 100 крепостными. См.: Там же. С. 347.. В результате мы пришли к следующей группировке: 1-я страта - 1-20 душ; 2-я страта - 21-100 душ; 3-я страта - более 100 душ.

При стратификации дворян-землевладельцев за основу была взята группировка, предлагаемая источником с наиболее крупным делением на 5 категорий Цифровые данные... Табл. 5.. Хотя в литературе встречается объединение 2-й и 3-й страт в категорию средних землевладельцев, а 4-й и 5-й - в категорию крупных Беккер С. Миф о русском дворянстве: Дворянство и привилегии последнего периода импе-раторской России. М., 2004. С. 57, 61., с учетом небольшой доли 4-й и 5-й страт, мы объединили верхние 3-5-е страты в 1, также следуя подходу Б.Н. Миронова Миронов Б.Н. Российская империя... Т. 1. С. 347-359.. Итоговая группировка следующая: 1-я страта - 0-100 дес.; 2-я страта - 100-500 дес.; 3-я страта - более 500 дес.