Здесь я вижу некий парадокс. Когда мы говорим об архетипах (первообразах), мы имеем в виду первичные, предельно устойчивые формы сознания, отражающие фундаментальное отношение человека к миру. Архетипы универсальны и в определенном смысле вечны. Они - матрица человеческого мышления, которая изначально, в свернутом виде, содержит в себе его последующее развитие. Наподобие кантовских трансцендентальных условий возможности познания архетипы относятся к всеобщему и необходимому, а не к индивидуальному и случайному. Они суть идеальные типы познания, нивелирующие различия и изменения. Не случайно архетипическое мышление считается одним из главных признаков традиционных культур, враждебных инновациям.
В свое время новая наука, экспериментально-математическое естествознание, в лице своих практиков и теоретиков определила себя как антагониста традиционных форм познания - 1) абстрактной метафизики, 2) предшествующей ей мифологии. Вторая, по О. Конту, оценивалась в иерархии познавательных форм ниже первой. Она дальше отстояла от положительных (эмпирических и экспериментальных) наук на временной шкале и характеризовалась еще более наивной, чем абстрактная форма, апелляцией к (фантастическим) первопричинам и первоначалам. Вместо абсолютного знания адепты новой науки выбирали знание относительное: не поиск первопричины и скрытых причин интересовал их, а описание наблюдаемой связи явлений. Только так, они полагали, движение и изменение становятся доступны для исследования, а физика обретает свой подлинный предмет - движущуюся материю. Именно эта стратегия принесла науке ее грандиозный успех. Открытие законов движения и изменения материи предоставило человеку невиданные возможности технического творчества - воздействия на природу и подчинения ее своим нуждам. Описанный Элвином Тоффлером «шок будущего» - следствие научнотехнического преобразования мира. И пусть мы признаем сегодня, что сама наука испытывает «шок будущего», но стоит ли призывать на помощь архетипы? Могут ли архетипы, чья ведущая роль давно сыграна, снабдить нас теоретическими ресурсами для понимания ускоряющихся природных и социальных процессов и глобального усложнения?
Парадокс, впрочем, отчасти разрешается через его усиление, как это свойственно парадоксам. Экспериментально-математическое естествознание, обращенное на движение и изменение, сконструировало онтологическую систему, состоящую из абсолютных пространства и времени, лишенных внутренней структуры и способности к изменению частиц материи и неизменных сил, действующих на эти частицы по неизменным правилам. Эта замкнутая система сформировала узкие рамки онтологически и эпистемологически возможного: все наблюдаемые в окружающем мире изменения сводились к математически сформулированным универсальным законам природы, все новое редуцировалось к уже известному, а сама данная методология объявлялась единственно рациональной. Именно поэтому революционные научные открытия конца XIX - начала XX в. и дальнейшее развитие науки и техники привели к кризису рациональности и пересмотру ее границ. Жесткие рамки онтологической и эпистемологической системы классического естествознания не могли вместить подлинно новые явления, которые сопротивлялись редукции и переводу их в термины фундаментальных законов вечной и неизменной природы.
Однако архетипы, - притом, что они отсылают к началам, образцам, интегралам и неподвластным времени идеалам, - демонстрируют удивительную гибкость по отношению к радикально новым изменениям человеческого существования, ломающим границы возможного. Вечные образы мифологического мышления несут в себе безграничные многозначность и вариативность своих проявлений. Они включают в свое смысловое поле динамику исторических событий, непредсказуемость и случайность, новизну и стихийность. Возможно, это объясняется тем, что, как пишет Е.М. Мелетинский, «мифическая ментальность отождествляет начало (происхождение) и сущность, тем самым динамизируя и нарративизируя статическую модель мира» [15. С. 12]. В этом смысле весьма показателен архетип миграции, о котором говорит И.Т. Касавин [1. С. 219-228]. Миграционный архетип транслирует образ человека, который в своем цивилизационном становлении преодолевает как внешние, так и внутренние границы. Чужие земли и фантастические миры становятся эмблемой разыгрывающейся на исторической сцене драмы познания. Человек познающий - это человек путешествующий. Он перемещается во времени и пространстве, в реальности и возможных мирах, вынужденно или добровольно покидает культурную ойкумену, разрывает связь с привычным, теряет и вновь обретает себя в странничестве по дорогам мировой истории. Онтологическая инаковость, запредельное - вот вечно манящая и никогда не достижимая в полной мере цель интеллектуального и географического путешествия, которая руководит человеком в его бесконечной тяге к перемене мест О культурно- и исторически-пространственной символике, ее инвариантности и вариативности см. недавнее исследование: [16]..
Итак, если я правильно поняла И.Т. Касавина, то одна из основных мыслей его книги заключается в том, что нам необходимы новые способы понимания и самопонимания, которые научно-философское мышление, восприимчивое к историческим прообразам, способно нам открыть. С этим можно согласиться. Хотя архетипы не дают нам в руки инструмент исчерпывающих предсказаний и контроля (в отличие от математически сформулированных законов природы, которые классическая рациональность полагала таковым инструментом), но, во всяком случае, они могут удержать нас в границах смысла и коммуникации в стремительном потоке перемен.
Список источников
1. Касавин И.Т. Наука - гуманистический проект. М.: Весь мир, 2020. 492 с.
2. Кузык Б.Н., Яковец Ю.В. Цивилизации: теория, история, диалог, будущее. В 2 т. Т. 2: Будущее цивилизаций и геоцивилизационные измерения. М.: Ин-т эконом. стратегий, 2006. 627 с.
3. Лекторский В.А. Неопределенность, непредсказуемость и суперопределенность // Контуры будущего в контексте мирового культурного развития: XVIII Междунар. Лихачевские науч. чтения, 17-19 мая 2018 г. / под ред. А.С. Запесоцкого. СПб.: СПбГУП, 2018. С. 114-116.
4. Амбарова П.А. О проблеме динамики социального времени // Известия Уральского федерального университета. Сер. 1: Проблемы образования, науки и культуры. 2013. Т. 113, № 2. С. 109-115.
5. Тоффлер Э. Шок будущего: пер. с англ. М.: АСТ, 2002. 557 с.
6. Аргамакова А.А. Между технологической утопией и антиутопией: игры в социальное проектирование // Эпистемология и философия науки. 2017. Т. 54, № 4. С. 150-159.
7. Morin E. On Complexity. Hampton Press, 2008. 127 p.
8. Герасимова И.А. От модернизации к экологизации. Геоэкология и геосоциальность // Эпистемология и философия науки. 2021. Т. 58, № 1. С. 8-21.
9. Филатов В.П., Касавин И.Т., Антоновский А.Ю., Рузавин Г.И. Обсуждаем статьи о конструктивизме // Эпистемология и философия науки. 2009. Т. 20, № 2. С. 142-156.
10. Шестов Л. Сочинения в 2 т. М.: Наука, 1993. Т. 1. 674 с.
11. Сартр Ж.-П. Экзистенциализм - это гуманизм // Сумерки богов / под ред. А.А. Яковлева. М.: Политиздат, 1990. С. 319-344.
12. Эпштейн М.Н. От анализа к синтезу. О призвании философии в XXI веке // Вопросы философии. 2019. № 7. С. 52-63. doi: 10.31857/S004287440005725-2.
13. Гейзенберг В. Физика и философия // Физика и философия. Часть и целое. М.: Наука, 1989. С. 3-132.
14. Sellars W. Philosophy and the Scientific Image of Man // Sellars W. Science, Perception and Reality. Ridgeview Publishing Company, 1991. P. 1-40.
15. Мелетинский Е.М. О литературных архетипах. М.: РГГУ, 1994. 136 с.
16. Лавренова О.А. Игры с пространством // Эпистемология и философия науки. 2021. Т. 58, № 1. С. 178-196.
References
1. Kasavin, I.T. (2020) Nauka - gumanisticheskiy proekt [Science as a Humanistic Project]. Moscow: Ves' Mir.
2. Kuzyk, B.N. & Yakovets, Yu.V. (2006) Tsivilizatsii: teoriya, istoriya, dialog, budushchee [Civilizations: Theory, History, Dialogue and the Future]. Vol. 2. Moscow: Institute for Economic Strategies.
3. Lektorsky, V.A. (2018) Neopredelennost', nepredskazuemost' i superopredelennost' [Uncertainty, Unpredictability, and Super Certainty]. In: Zapesotskiy, A.A. (ed.) Kontury budushchego v kontekste mirovogo kul'turnogo razvitiya [The Contours of the Future in the Context of World Cultural Development]. St. Petersburg: University of the Humanities and Social Sciences. pp. 114-116.
4. Ambarova, P.A. (2013) O probleme dinamiki sotsial'nogo vremeni [Regarding the Dynamics of the Social Time]. Izvestiya Ural'skogo fe-deral'nogo universiteta. Senya 1: Problemy obrazovaniya, nauki i kul'tury - Izvestia Ural Federal University Journal. Series 1. Issues in Education, Science and Culture. 113(2). pp. 109-115.
5. Toffler, A. (2002) Shok budushchego [Future Shock]. Translated from English. Moscow: AST.
6. Argamakova, A.A. (2017) Mezhdu tekhnologicheskoy utopiey i antiutopiey: igry v sotsial'noe proektirovanie [Between Technological Utopia and Dystopia: Games and Social Planning]. Epistemologiya i filosofiya nauki - Epistemology & Philosophy of Science. 54(4). pp. 150-159. DOI: 10.5840/eps201754479.
7. Morin, E. (2008) On Complexity. Hampton Press.
8. Gerasimova, I.A. (2021) Ot modernizatsii k ekologizatsii. Geoekologiya i geosotsial'nost' [From Modernization to Greening. Geoecology and Geosociality]. Epistemologiya i filosofiya nauki - Epistemology & Philosophy of Science. 58(1). pp. 8-21. DOI: 10.5840/eps20215812.
9. Filatov, V.P., Kasavin, I.T., Antonovskiy A.Yu. & Ruzavin, G.I. (2009) Obsuzhdaem stat'i o konstruktivizme [Discussing entries on constructivism]. Epistemologiya i filosofiya nauki - Epistemology & Philosophy of Science. 20(2). pp. 142-156.
10. Shestov, L. (1993) Sochineniya [Essays]. Vol. 1. Moscow: Nauka.
11. Sartre, J.-P. (1990) Sumerki bogov [Twilight of the Gods]. Translated from French. Moscow: Politizdat. pp. 319-344.
12. Epstein, M.N. (2019) Ot analiza k sintezu. O prizvanii filosofii v XXI veke [From Analysis to Synthesis: on the Vocation of Philosophy in the 21st Century]. Voprosy Filosofii - Philosophical Problems. 7. pp. 52-63.
13. Heisenberg, W. (1989) Fizika i filosofiya. Chast' i tseloe [Physics and Philosophy. The Part and the Whole]. Translated from German. Moscow: Nauka. pp. 3-132.
14. Sellars, W. (1991) Science, Perception and Reality. Ridgeview Publishing Company. pp. 140.
15. Meletinsky, E.M. (1994) O literaturnykh arkhetipakh [On Archetypes in Literature]. Moscow: RSUH.
16. Lavrenova, O.A. (2021) Games with Space. Epistemologiya i filosofiya nauki - Epistemology & Philosophy of Science. 58(1). pp. 178-196. (In Russian). DOI: 10.5840/eps202158117.