Метод уголовно-процессуального регулирования и его взаимосвязь с функцией публичности уголовного судопроизводства
А.В. Победкин, начальник кафедры уголовной политики Академии управления МВД России, доктор юридических наук, профессор (г. Москва)
Аннотация
В статье ставится вопрос о необходимости конкретизации понимания метода уголовно-процессуального регулирования и уточнения имеющихся научных представлений о нем. Метод уголовно-процессуального регулирования связывается автором не только с особенностью всех процессуальных отношений (такая идея обсуждалась и ранее), но и дополнительно с характером полномочий, которые в этих правоотношениях имеют должностные лица, осуществляющие уголовное судопроизводство. Только сочетание полномочий (по сути являющихся обязанностями) и их характера, направленного на обеспечение публичности уголовного судопроизводства в широком смысле (формирование у населения ощущения безопасности как членов общества, так и потенциальных участников судопроизводства), и является особенностями метода именно уголовно-процессуального регулирования в России.
Ключевые слова и словосочетания: публичность, метод правового регулирования, уголовно-процессуальные правоотношения, нравственные основы, уголовное судопроизводство.
Annotation
THE METHOD OF CRIMINAL PROCEDURE REGULATION AND ITS RELATIONSHIP WITH THE FUNCTION OF PUBLICITY OF CRIMINAL PROCEEDINGS уголовный процессуальный судопроизводство
A.V. POBEDKIN, Head of the Chair of Criminal policy of the Academy of Management of the Ministry of Internal Affairs of Russia, Doctor of Law, Professor (Moscow)
The article raises the question of the need to specify the understanding of the method of criminal procedure regulation and clarify the existing scientific ideas about it. The method of criminal procedure regulation is associated by the author not only with the peculiarity ofall procedural relations (this idea had been discussed earlier), but also with the nature of the powers that officials who carry out criminal proceedings have in these legal relations. Only the combination of powers (which are essentially duties) and their nature, aimed at ensuring the publicity of criminal proceedings in a broad sense (the formation ofa sense of security among the population as members of the society and potential participants in legal proceedings), is a feature of the method of criminal procedure regulation in Russia.
Keywords and phrases: publicity, method of legal regulation, criminal procedural legal relations, moral foundations, criminal proceedings.
Второе десятилетие XXI века в России проходит под знаком возрождения научного интереса к концептуальным вопросам уголовного судопроизводства. Тенденция эта обусловлена объективно. Во-первых, миновал период "пожарного" изучения (больше для удовлетворения потребности в неотложном правоприменении) новелл УПК РФ в его первоначальных редакциях. Во-вторых, пришло осознание того, что проблемы уголовно-процессуального права и деятельности по его реализации вызваны не отдельными частными проблемами закона, а пренебрежением к результатам фундаментальных научных исследований, без которых прикладные выводы и предложения достоверными не являются.
Эклектичность УПК РФ нарастает. Она выражается, с одной стороны, в сохранении следственного характера уголовного судопроизводства при хаотичном нагромождении правил состязательного толка с неясным содержанием, с другой - в сохранении требований к всесторонности и полноте исследования обстоятельств уголовного дела [1] при изъятии необходимых для этого процессуальных гарантий, без которых вызывает серьезное сомнение само существование принципов уголовного судопроизводства (законность, свобода оценки доказательств, презумпция невиновности и др.). Впрочем, на роль принципа уголовного процесса теперь претендует идея процессуальной экономии, состоящая в упрощении и рационализации процессуальной формы [2], важность этой идеи, конечно, нельзя не замечать, однако настраивать процессуальную систему на экономию вне учета задачи правильного установления обстоятельств по уголовного делу (если такую задачу ставить), значит заранее обрекать уголовно-процессуальное право на неэффективность: средства должны быть адекватными задаче. Кроме того, как верно отмечено в литературе, принцип процессуальной экономии - это скорее принцип организации труда [3], а не процессуальная основная идея.
Сегодня количество разновекторных изменений УПК РФ уже перешло в качество: уголовно-процессуальное право утратило связь с предназначением уголовного судопроизводства в обществе. Между тем уголовно-процессуальные нормы - одно из средств, с помощью которого государство реализует функцию, необходимую для решения стоящей задачи. Задача - функция - средства - методы - субъекты. Таким образом должна выстраиваться логика любого управленческого воздействия. Государство формирует структуры и механизмы, через которые в жизнь проводится его воля со "всеми находящимися в его распоряжении методами" [4, с. 131]. Не является исключением реагирование государства на информацию о совершенном преступлении. Однако в УПК РФ не определены ни задачи, ни функции уголовного судопроизводства (неоднозначность термина "назначение уголовного судопроизводства лишь усугубляет неопределенность). О методах, посредством которых реализуется функция, решаются задачи процесса, исходя из содержания текста УПК РФ также можно строить разные предположения. Не будем, справедливости ради, отрицать, что дискуссии по этим вопросам не завершены и в науке, хотя некоторые явно некорректные взгляды на роль уголовного процесса в социуме, ограничиваемую защитой прав и законных интересов только его участников, можно считать преодоленными. Кроме того, функции уголовного процесса, метод уголовно-процессуального регулирования сегодня, к сожалению, еще не находятся в научном фокусе.
Между тем правильное понимание элементов системы "задача - функция - средство - метод - субъект" и установление между ними адекватного соотношения - основа логичности и непротиворечивости уголовно-процессуального права, которое не что иное, как одно из средств реализации функций уголовного судопроизводства, изначально предопределенных требованиями общества. Итак, функции уголовного судопроизводства реализуются посредством проведения в жизнь норм уголовно-процессуального права, которые должны быть "настроены" именно под функции уголовного процесса. В этой связи разграничение отраслей права между собой по предмету и методу правового регулирования производно от их разграничения по функции.
Функция уголовного судопроизводства предопределена Конституцией РФ, называющей в числе благ, ради которых может быть ограничена даже "высшая ценность", основы конституционного строя, нравственность, здоровье, права и законные интересы других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Крайняя форма посягательства на эти "абсолютные" и не подлежащие ограничению блага - преступление. Очевидно, что они находятся под угрозой до тех пор, пока не выявлено и не подвергнуто мерам государственного воздействия лицо, в действительности совершившее преступление. Другой формы полноценного решения этой задачи, кроме как посредством уголовного процесса, не существует. Отсюда Конституционный Суд РФ усматривает, что существуют некие "нужды уголовного судопроизводства", которые должны состоять в "благоприятном балансе" с правами его участников [5]. Надо полагать, Конституционный Суд РФ под "нуждами уголовного судопроизводства" понимает обеспечение "абсолютных ценностей", являющихся непременными условиями нормальной жизни каждого законопослушного члена общества. Странно только, что эта "нужда" рассматривается Конституционным Судом РФ как ценность, "балансирующая" с правами участников уголовного процесса, тем более что им же подчеркнут безусловный ее приоритет: "... решение вопросов о возбуждении уголовного дела публичного обвинения не зависит от волеизъявления потерпевшего - оно предопределяется исключительно общественными интересами" [5]. "Абсолютные" конституционные блага как потребности всего общества и каждого его законопослушного члена предопределяют права и обязанности участников судопроизводства, а не состоят с ними в балансе как явно неравнозначная ценность.
Предназначение уголовного процесса - обеспечение общественных интересов в защите "абсолютных" ценностей. Это функция уголовного процесса. Ради нее он существует, иначе не было бы предпосылок для вычленения уголовного судопроизводства из гражданского и формирования самостоятельной отрасли права - уголовно-процессуального. Уголовное судопроизводство размежевывалось с гражданским ввиду объективной невозможности реализовывать функцию производства по преступлениям, основываясь на методе правового регулирования, свойственного гражданскому процессуальному регулированию [7]. Точка зрения, согласно которой процесс "моноформен", а разграничение процессов возможно только в теории, да и то на основе достигнутого "соглашения", не учитывает объективного положения: общественной потребности в реализации функции уголовного процесса, которая может быть удовлетворена только посредством специфического метода уголовно-процессуального регулирования [8, с. 122-123].
Размежевание уголовного и гражданского процессов - объективная необходимость не только по причине существования частной собственности, как считал, например, Н.Н. Полянский [9, с. 227-228]. Основная причина - общественная опасность посягательства. Преступление (даже при осуществлении уголовного преследования в частном или частно-публичном порядке) - всегда посягательство на "абсолютные ценности", а значит и на интересы каждого законопослушного человека.
Учитывая функцию уголовного судопроизводства, категорически нельзя согласиться с распространенной его трактовкой как средством снятия "уголовно-правового конфликта", поскольку такового попросту не существует. Обязанность лица, совершившего преступление, претерпеть неблагоприятные последствия за свои деяния не имеет никакого отношения к уголовно-правовому конфликту. Скорее можно говорить о социально-правовом конфликте, приведшем к преступному поведению [10], а не о уголовно-правовом конфликте, который надо разрешить средствами уголовного судопроизводства. Конфликт же в рамках уголовного судопроизводства (в основе состязательности лежит именно такой "конфликт") может существовать, но имеет уголовно-процессуальную природу и является возможным средством реализации функции уголовного судопроизводства.
Публичность, поиски определения которой продолжаются не один десяток лет, скорее является функцией уголовного процесса, чем ее принципом. А.С. Барабаш и А.А. Брестер абсолютно верно пишут, что "назначение уголовного процесса - что то, для чего обществу нужен уголовный процесс, своеобразный "социальный заказ" на уголовный процесс", однако называют публичность не функцией, что идеально подходило бы к их же определению, а "началом", т. е. категорией, необходимость создания которой еще нужно доказывать [11, с. 22]. Скорее, в новой "сущности" для характеристики публичности нужды нет. Конечно, публичность не исчерпывается обязанностью должностных лиц возбуждать уголовные дела в каждом случае обнаружения признаков преступления и принимать все предусмотренные законом меры к установлению лица или лиц, его совершивших (ч. 4 ст. 21 УПК РФ), которую иногда называют официальностью уголовного процесса. Однако даже вся направленность уголовно-процессуальной формы на выявление лиц, виновных в совершении преступления, не исчерпывает публичность. Это важная, но только одна ипостась публичности. Другая - в том, что ощущение безопасности каждого, кто участником уголовного процесса не является, зависит еще и от убежденности в защите своих законных интересов, если придется оказаться в числе участников уголовного процесса в любом качестве.
Так, законный интерес потерпевшего может заключаться не только, а иногда и не столько в возмещении причиненного преступлением вреда, сколько в осуждении виновного, назначении ему справедливого наказания. Осознание, что виновный, вопреки законному интересу потерпевшего, может избежать осуждения и наказания, например, в результате прекращения уголовного преследования по нереабилитирующему основанию, негативно сказывается на уверенности потенциальных потерпевших в надежной защите средствами уголовного судопроизводства. Еще более жесткий удар по публичности - "выталкивание" потерпевшего за защитой своих имущественных прав в гражданский процесс, особенно болезненный в сочетании с невозможностью получить удовлетворение уголовной ответственностью виновного, как, к примеру, в случае применения амнистии.
Основной объект защиты средствами уголовного судопроизводства - человек, не участвующий в уголовном процессе, может быть удовлетворен им только в неразрывной связи двух условий: 1) уголовный процесс обеспечивает выявление и привлечение к уголовной ответственности действительно виновного; 2) права и законные интересы участников процесса в его ходе обеспечиваются в полном объеме (каждый понимает, что всегда может стать участником уголовного процесса: "от тюрьмы и от сумы...", как известно, не зарекаются). Уголовный процесс нужен именно для того, чтобы ни у кого не возникало сомнений в неизбежности и того, и другого. В этом функция уголовного процесса, в этом публичность. Функция требует строго адекватных методов.
Метод уголовного процесса и метод уголовно-процессуального регулирования, очевидно, не одно и то же. Метод уголовного судопроизводства - способ организации уголовно-процессуальной деятельности, протяженной во времени и направленной на решение стоящих перед ней задач. Он применим к характеристике всей совокупности уголовно-процессуальных отношений в их динамике, развитии взаимосвязи и определяется процессуальной формой - как порядком уголовно-процессуальной деятельности. Некоторые авторы видят метод уголовного процесса в объективности, всесторонности и полноте исследования [11, с. 138]. Такая точка зрения имеет право на существование. Можно искать другие формулировки метода уголовного судопроизводства, однако его суть остается неизменной: он должен позволять эффективно реализовывать функцию публичности. При этом основа метода уголовного процесса закладывается методом уголовно-процессуального регулирования.