Механизмы регрессии, замещения и реактивного образования в выборке осужденных не отличаются от уровня психологических защит в нормативной выборке.
Обсуждение результатов исследования
Осмыслим полученные результаты через призму специфики функционирования психологических механизмов защиты, которые отличают осужденных от нормативной выборки. Сначала обратимся к механизмам, функционирующим на сверхнормативном уровне.
Онтогенетически отрицание является наиболее ранним и примитивным механизмом защиты. Его суть сводится к непризнанию, отказу, опровержению некоторой реальности. Это особая форма сопротивления индивида, когда вытесненные из сознания неприемлемые желания, мысли, чувства, эмоции вновь становятся осознанными и требовательными, и индивид, защищаясь от аффекта, отрицает и не признает их содержанием собственного сознания. Этот механизм можно метафорически уподобить закрыванию глаз на реальное положение дел, с которым индивид не может справиться (Лейбин, 2006; Лапланш, Понталис, 1996).
Можно говорить о том, что, например, у ВИЧ-положительных осужденных механизм отрицания проявляется как особая форма психологического сопротивления, когда человек не признает у себя наличия угрозы для здоровья, тем более что на первых этапах зараженность ВИЧ-инфекцией не проявляет себя каким-либо соматическим неблагополучием. Более того, имеющиеся болезненные ощущения у лиц, принимающих антиретровирусную терапию, с абсолютной уверенностью приписываются побочным действиям лекарств, а не болезни, что приводит к отказу от лечения и появлению предвзятой информации среди осужденных о «неправильном» лечении, отсутствии нужных лекарств, недостаточной квалификации медицинских работников, а то и злом умысле (Бовин, Казберов, 2014).
Механизм отрицания на первых порах после известия о наличии ВИЧ-инфекции может быть полезным, так как ослабляет вероятную стрессовую реакцию и дает время на переработку информации и принятие определенных действий (получить подробную информацию о заболевании, пройти повторное обследование, обратиться за консультацией к специалисту и т.д.). Однако впоследствии он затрудняет адаптацию к реальным жизненным условиям и возникшим проблемам. Если не преодолеть его, то индивид может не принять те ограничения и социальную ответственность, что налагаются на ВИЧ-инфицированного больного. Защищаясь от аффекта, индивид отрицает и не признает смертельной опасности последствий ВИЧ-инфицирования (Бовин, Казберов, 2014).
В поведении осужденного механизм отрицания может проявляться в демонстративности, хвастовстве, отсутствии самокритичности, лживости, склонности к симуляции и истерическими реакциями. Этими же особенностями психологической защиты объясняется отрицание вины, отсутствие раскаяния и оправдание своего криминального поведения.
Подавление, в отличие от отрицания, является психологическим механизмом, направленным на исключение из сферы сознания тех мыслей, эмоций или влечений, которые вызывают беспокойство, тревогу, страх, стыд, чувство вины. Это механизм работы сознания, т.е. подавление воспоминаний о неприятных событиях, тяжелых периодах жизни индивида, например его асоциальных поступках. Этот механизм действует избирательно, направлен на воспоминания, которые могут повторно фрустрировать личность (Лапланш, Понталис, 1996; Самосознание и защитные..., 2016). В поведении осужденного эта защита может выглядеть как своего рода злопамятность, мстительность, обостренное чувство несправедливости, враждебность, упрямство, нетерпимость к возражениям и критике в свой адрес.
Интеллектуализация являет собой еще один психологический механизм защиты, с помощью которого индивид стремится выразить в дискурсивном виде (будь то и внутренняя дискуссия с самим собой) свои конфликты и аффективные состояния с целью овладеть оными. В этом процессе своего рода абстрактное мудрствование, а порой и резонерство преобладают над переживанием. Вместо реальных действий по устранению тревоги и страхов индивид фиксируется на абстрактных рассуждениях и иррациональных представлениях, стремясь избавиться от фрустрации. Интеллектуализация, несомненно, может быть рассмотрена как полезный механизм в том случае, если она не выражена сверхнормативно или дефицитарно (Романова, Гребенников, 1996).
Механизм интеллектуализации зачастую используется ВИЧ-положительными осужденными уже на сознательном уровне. Он помогает нейтрализации и устранению тревоги и страха путем абстрактных суждений и резонерства. В этом случае дискуссия с самим собой снижает остроту аффективного напряжения. Однако это мудрствование заставляет больного откладывать лечение на более «благоприятные» периоды будущей жизни: «когда освобожусь, тогда и буду заниматься лечением», в исправительном учреждении «лечение невозможно, так как...», либо приводит к философско-фаталистическим воззрениям: «а что есть жизнь», «все равно умирать», «так и должно было случиться» и т.д. (Бовин, Казберов, 2014).
Осужденные с фиксированным механизмом интеллектуализации оставляют впечатление холодных, лишенных эмоционального компонента, отчужденных и дистанцированных личностей. Они не способны принимать решения, подменяют действия «умственной жвачкой», склонны к обману и самооправданиям. У них легко могут возникать различные фобии, ритуальные и навязчивые действия.
Проекция в максимальной степени отличает выборку осужденных от нормальной выборки (1>критерий = 6,86,p < 0,001), что позволяет говорить о проекции как о ведущем психологическом механизме, используемым осужденными в процессе адаптивного поведения и разрешения конфликтов внутреннего и внешнего плана.
Проекция является в наибольшей степени, по сравнению с остальными защитами, бессознательным механизмом. Его действие таково, что собственные неприемлемые мысли, желания, влечения, чувства автоматически приписываются другим людям, таким образом осуществляется защита себя от осознания этих черт в себе. Механизм проекции развивается на ранней стадии онтогенеза для сдерживания чувства неприятия себя и окружающих как результат эмоционального отвержения с их стороны. Приписывание окружающим различных негативных качеств создает рациональную основу для их неприятия и самоприня- тия на этом фоне. Субъект приписывает другим людям такие побуждения и мотивы, которые не осознает и не замечает в самом себе. Таким образом он переносит фокус внимания с собственного бессознательного на другого человека, достигая тем самым понимания другого, что сопровождается непониманием самого себя (Самосознание и защитные..., 2016). В этой связи очень трудно, а порой и невозможно, преодолеть или опровергнуть проекцию как искаженное представление о себе, связанное с непониманием существующих отношений. В определенном смысле проекция представляет собой «выбрасывание» вовне того, что субъект не хочет признавать в себе, а затем вновь обнаруживает выброшенное во внешнем мире. Поскольку проективная защита возникает по отношению к неприемлемым, отрицательным чувствам и желаниям, другие люди при этом воспринимаются как имеющие агрессивные, угрожающие и враждебные намерения. В патологических случаях возможно возникновение сверхценных идей преследования, всеобщей несправедливости или собственного величия. Проекция в значительной степени способствует формированию паранойяльной личности. По мнению В. Райха, защитным механизмом проекции может быть даже вся структура характера человека (Самосознание и защитные..., 2016).
Компенсация является более поздним и когнитивно сложным защитным механизмом, который, как правило, используется сознательно для преодоления чувств печали, горя, утраты, физического недостатка, ощущения комплекса неполноценности. Компенсация является попыткой возмещения неполноценности и нахождения замены утраченного. При этом у индивида формируется установка на глубокую работу над собой, нахождение замены, преодоление трудностей и стремление к высоким достижениям в заменяющей деятельности. Проявление компенсации можно видеть там, где физические или личностные качества ощущаются как неполноценность, что заставляет людей прилагать значительные усилия, чтобы как-то компенсировать действительные или мнимые недостатки.
Как позволяют утверждать результаты исследования, у осужденных этот защитный механизм функционирует дефицитарно, является одним из самых неразвитых и не играет значительной роли в процессе адаптивного поведения в местах лишения свободы. Причем исследуемая категория осужденных склонна приписывать вину в своих бедах и несчастьях другим людям или обстоятельствам.
В ходе стандартизованного интервью с осужденными на вопрос о том, кто в большей степени виноват в потере ими свободы, в 52 % ответов вина проецировалась на правоохранительные органы, друзей, тяжелые условия жизни, стечение обстоятельств, семью, школу, женщин, алкоголь или на самого потерпевшего от насилия. Иными словами, виновато окружение, но не сам осужденный. Лишь 48 % испытуемых приписывали вину себе.
Эмпирическое исследование осужденных, совершивших тяжкие и особо тяжкие насильственные преступления и имеющих по нескольку судимостей, показало, что значительная их часть в подростковом периоде состояла на учете в инспекциях по делам несовершеннолетних за хулиганство, участие в драках, употребление алкоголя и наркотиков, мелкие кражи, бродяжничество, попрошайничество, совершение преступлений. Почти половина из них имела черепномозговые травмы, предпринимала попытки самоповреждения и суицида (резаные раны, удушения, отравления, проглатывания инородных предметов). Подобное развитие говорит в пользу того, что имеет место ненормативное функционирование защит, приводящее к невротическому и девиантному поведению.
Психологическая защита, изначально предназначенная для адаптации, приводит к деструктивным поступкам и дезадаптации личности. Многие исследователи пришли к выводу о том, что норма и патология психологических защит зависят от того, сумел ли индивид на определенных этапах онтогенеза реализовать базисные психологические потребности или они блокировались (Самосознание и защитные..., 2016).
Этими базисными потребностями являются: потребность в безопасности, свободе и автономии, успехе и эффективности, признании и самоопределении. В случае блокирования -- специфические механизмы защиты используются сверхнормативно, что может приводить к неэффективной адаптации в социальном окружении, внутренним и внешним конфликтам. психологический эмоция девиантный поведение
Результаты исследования психологических защитных механизмов этой категории осужденных показали, что сверхнормативное функционирование характерно для механизма проекции, который относится к примитивным непродуктивным, невротическим формам защитного поведения, препятствующим развитию личности и свидетельствующим об отказе от самореализации. Механизм проекции с самого начала функционирует на бессознательном уровне, действует автоматически и поэтому практически не поддается сознательному регулированию даже у развитой личности. Доминирование проективной защиты у осужденных не позволяет им осознать собственную вину в совершенном преступлении. У некоторых осужденных, похоже, весь мир находится в заговоре против них. Преодоление такой фиксированной защиты самостоятельно едва ли возможно.
Таким образом, полученные результаты позволяют говорить о том, что в случае осужденных с повторной преступностью имеет место сверхнормативное функционирование таких психологических механизмов защиты, как отрицание, подавление, проекция и интеллектуализация, а механизм компенсации функционирует дефицитарно. Остальные механизмы -- регрессия, замещение, реактивное образование -- не обнаруживают различий с нормативной выборкой. Эти результаты говорят в пользу изначального предположения.
Практические рекомендации
Как отмечалось выше, в большинстве случаев реабилитационные программы едва ли оказывают существенное влияние на рецидивизм. После освобождения профессиональный преступник, как правило, вновь возвращается к прежней деятельности. Полученные в настоящем исследовании результаты позволяют нам сформулировать некоторые соображения относительно психокоррекционного воздействия.
Многие методы психокоррекционного воздействия оказываются недостаточно эффективными из-за невозможности сделать механизм проекции сознательным процессом и преодолеть искаженное представление о реальных отношениях (Бовин, Казберов, 2014; Психологические основы..., 2016).
При проведении психокоррекционных мероприятий с этой категорией осужденных психологу необходимо воздержаться от порицания, похвалы или других форм эмоционального реагирования. Иначе возможен перенос на психолога чувств, представлений, оценок и эмоциональных отношений, спроецированных ранее на «враждебное окружение» (Психологические основы..., 2016).