Кузбасский институт ФСИН России
Механизм уголовно-процессуального социального воздействия
Диваев Александр Борисович, кандидат юридических наук,
доцент, декан юридического факультета
Рассматривается как механизм специально-юридического воздействия уголовно-процессуального права на общественные отношения, входящие в предмет такого воздействия, так и механизм общесоциального воздействия, которое уголовно-процессуальное право оказывает на иные отношения. Оба этих механизма в комплексе представляют собой общий механизм уголовно-процессуального социального воздействия.
Ключевые слова: уголовно-процессуальное право, правовой механизм, социальное воздействие.
Mechanism of criminal procedural social impact
A.B. Divaev, Candidate of Law, Associate Professor, Dean of the Faculty of Law of the Kuzbass Institute of the FPS of Russia
It is considered both the mechanism of special legal impact of criminal procedure law on social relations included in the subject of such impact, and the mechanism of social impact that criminal procedure law has on other relations. Both of these mechanisms together constitute a common mechanism of criminal procedural social impact.
Keywords: criminal procedure law, legal mechasm, social impact.
Основная часть
Категория правового механизма давно и достаточно прочно вошла в научный обиход как общей теории права, так и науки уголовного процесса. Обычно, иллюстрируя, насколько это понятие востребовано в среде ученых-процессуалистов, в пример приводят ряд работ, посвященных познанию механизма уголовно-процессуального регулирования, что, в общем-то, верно. Действительно, большинство исследователей, работавших в данной сфере научных интересов, изучали именно этот механизм. Рассматривая советский период развития науки уголовного процесса, необходимо выделить труды Л.Б. Алексеевой [1], В.П. Божьева [2], Л.Б. Зуся [3] и некоторых других авторов. Среди современных ученых, изучающих различные аспекты механизма уголовно-процессуального регулирования, можно назвать Л.А. Воскобитову [4], З.Л. Шхагапсоева [5], А.С. Бахту [6], И.И. Ахматова [7], С.И. Вершинину [8, с. 164-213], Ю.В. Козубенко [9].
Несмотря на то, что исследование каждого из указанных авторов по-своему уникально, анализ содержания их трудов показывает, что теоретический фундамент у них един. В общем это можно выразить следующим образом: механизм уголовно-процессуального регулирования представляет собой совокупность правовых средств и путем «сочетания прав, положительных обязанностей, запретов» [1, с. 138] оказывает упорядочивающее воздействие на уголовно-процессуальные отношения. Механизм действия права, понимание которого основывается на том, что его воздействие на общественные отношения заключается исключительно в регулировании той их части, которая составляет предмет данной отрасли права, получил в науке название «формально- (или специально-) юридического». Учитывая широкое распространение такого подхода в правовой науке, его можно назвать вполне традиционным, сложившимся в процессе многолетнего развития общеправовой теории, а поэтому сам по себе тезис о том, что уголовно-процессуальное право - это средство правового регулятивного воздействия на уголовно-процессуальные отношения у нас возражений не вызывает.
В то же время бесспорность знания вовсе не означает его достаточность. Уже с конца 70-х гг. прошлого века в общеправовой науке все громче заявляет о себе особое направление исследовательской мысли, рассматривающее право не только как формально-юридическое явление, посредством которого регламентируются или охраняются общественные отношения, составляющие его предмет, но и как социальное явление, оказывающее влияние на всю систему общественных отношений [10, 11, 12, 13 и др.]. И с этой точки зрения есть смысл вести речь не о механизме правового регулирования, а о механизме социального воздействия права, в том числе и на отраслевом уровне, по отношению к которому механизм правового регулирования является системой более низкого порядка, составляющим его элементом.
Такое понимание механизма действия уголовно-процессуального права еще достаточно ново для науки уголовного процесса. Хотя справедливо будет отметить, что в последние годы проблема «социальности» уголовно-процессуального права все больше занимает умы исследователей.
Так, некоторые авторы указывают, что воздействие уголовно-процессуального права на общественные отношения не ограничивается исключительно регулятивным правовым воздействием. Например, тот же И.И. Ахматов отмечает, что «...уголовно-процессуальное регулирование - лишь одна из форм воздействия на общественные связи, охватывающая далеко не все его формы» [7, с. 78].
Интересное определение механизма правового регулирования в свое время дал А.С. Бахта. По его мнению, под механизмом уголовно-процессуального регулирования необходимо понимать «единую систему правовых средств, которая состоит из норм уголовно-процессуального права, уголовно-процессуальных отношений, применения уголовно-процессуальных норм, уголовно-процессуальных правоприменительных актов, обеспечивающих эффективное правовое регулирование и воздействие (курсив наш. - А.Д.) в сфере уголовного судопроизводства» [6, с. 31].
Различные аспекты социальной природы отдельных уголовно-процессуальных явлений исследовали также И.Б. Михайловская [14, с. 3-27], И.Г. Смирнова [15] и А.А. Козявин [16].
Итак, понимание уголовно-процессуального права с позиции его социальной сущности позволяет говорить о механизме его действия в более широком контексте - как о механизме социального воздействия норм уголовно-процессуального права на всю систему общественных отношений, характеризующих данный социум в целом. Вслед за теорией права назовем этот механизм «механизмом уголовно-процессуального социального воздействия».
Не требует особого пояснения, почему исследуемое явление названо механизмом. На наш взгляд, оно отвечает всем его критериям: это явление многокомпонентно, его структурные элементы (компоненты) находятся во взаимодействии, их взаимодействие подчинено реализации определенной цели, посредством реализации этой цели данный механизм способен изменять внешнюю среду - воздействовать на нее. Понятна и направленность этого воздействия - данный механизм отражает то, как действует право в сложившейся системе общественных отношений, как и насколько оно способно менять их и как отношения меняют право. Отсюда использование в названии термина «социальный». Это также представляется очевидным. Суть же качественной характеристики данного механизма, скрытой за термином «уголовно-процессуальный», требует дополнительного пояснения.
Как известно, характеристика «уголовно-процессуальный» в равной степени может использоваться как для определения понятий, связанных с уголовным процессом и уголовным судопроизводством, так и для обозначения явлений, регламентированных уголовно-процессуальным правом. Несмотря на близость этих категорий, сразу обозначим, что в нашем представлении механизм уголовно-процессуального социального воздействия отражает закономерности взаимодействия системы общественных отношений и уголовно-процессуального права, а не уголовного процесса или уголовного судопроизводства. Данный вывод продиктован нашим представлением о том, как соотносятся эти явления: уголовно-процессуальное право - это средство, оказывающее воздействие и на уголовный процесс, и на уголовное судопроизводство, но не наоборот.
На разных этапах развития науки проблема соотношения рассматриваемых фундаментальных категорий разрешалась по-разному. Не секрет, что в дореволюционный период большинство исследователей ставили между ними знак равенства. Так, Д.Г. Тальберг в свое время прямо определял уголовный процесс как «совокупность юридических норм, которые определяют осуществление карательной власти государства в каждом конкретном случае.» [17, с. 1]. Еще более вольно авторы того периода обращались с категорией «уголовное судопроизводство», регулярно отождествляя ее то с уголовным процессом, то с уголовно-процессуальным правом. Показательным в этом отношении является высказывание И.Г. Василенко: «Совокупность руководящих правил к открытию истины на суде, в связи с условиями для этого, составляют процесс страны. Здесь и почва норм уголовного судопроизводства.» [18, с. 29-30].
Мнение, отождествляющее уголовный процесс и уголовно-процессуальное право, имело определенное распространение и позднее, уже в советский период развития уголовно-процессуальной теории [19, с. 4]. Встречается оно и в современной науке. В качестве примера можно привести тезис Л.В. Головко, который, определяя сущность уголовно-процессуального права как «совокупности правовых предписаний, регулирующих уголовно-процессуальную деятельность», тем не менее пишет: «В юридической терминологии оно (уголовно-процессуальное право. - А.Д.) является равноценным понятиям “уголовный процесс” и “уголовное судопроизводство” - все три понятия близки друг к другу и фактически обозначают одно и то же, будучи взаимозаменяемыми и отличаясь лишь некоторыми смысловыми оттенками или, если угодно, углом зрения» [20, с. 35-36].
Несмотря на то, что однажды высказанное в науке мнение о тождестве уголовного процесса, уголовного судопроизводства и уголовно-процессуального права живо и находит сторонников по настоящее время, мы не можем с ним согласиться. По нашему мнению, такое, даже чисто внешнее терминологическое смешение этих категорий недопустимо, поскольку каждое из представленных явлений отличается друг от друга по сути. Для нас очевидно, что уголовно-процессуальное право - это совокупность правовых нормативов, регламентирующих некую систему общественных отношений, предназначенных для легитимации акта привлечения лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности. Эти отношения и есть уголовный процесс, и в этом смысле он по отношению к уголовно-процессуальному праву - предмет его специально-юридического воздействия, но не само средство такого воздействия.
Категория «уголовное судопроизводство» занимает в рассматриваемой «триаде» понятий особое место. Традиционно ее принято отождествлять с категорией «уголовный процесс», что также, по нашему мнению, несколько искажает как природу самой категории «уголовное судопроизводство», так и сущность уголовного процесса.
В науке известна давняя проблема соотношения категорий «уголовно-процессуальная деятельность» и «уголовно-процессуальные отношения». Как представляется, именно в ее разрешении кроется ответ на вопрос о том, как соотносятся понятия «уголовное судопроизводство» и «уголовный процесс».
В современном философском понимании общественными отношениями признаются «относительно устойчивые связи между социальными группами, народами, государствами и другими объединениями людей, возникающие в производственно-экономической, социально-политической сферах человеческой деятельности, различных видах культуры и определяющие специфику данного конкретного общества, его качественные характеристики, его социальную структуру» [21, с. 389]. Учитывая это, а также то, что уголовный процесс - это совокупность общественных отношений, следует признать ошибочным мнение, рассматривающее уголовно-процессуальную деятельность как причину возникновения уголовно-процессуальных отношений. Они, будучи общественными отношениями, существуют объективно, вне связи с деятельностью конкретных субъектов, которые, осуществляя соответствующие ее формы, могут лишь встроиться в систему уже существующих уголовно-процессуальных отношений, но не создать их. Это «встраивание» происходит, в том числе, и в ходе производства по конкретному уголовному делу или, другими словами, посредством уголовного судопроизводства. Отсюда можно вывести следующую закономерность: уголовный процесс - это система отношений, а уголовное судопроизводство - это деятельность конкретных государственных органов, их должностных лиц, иных лиц и организаций в ходе производства по уголовному делу, осуществляя которую, те становятся участниками этих отношений.
Осталось отметить лишь то, что стать участниками уголовно-процессуальных отношений можно, не только осуществляя деятельность, охватываемую рамками производства по уголовному делу. Уголовный процесс - это и отношения по проверке заявлений и сообщений о преступлениях, а также по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора. По нашему мнению, не требует дополнительной аргументации тот факт, что, вступая в эти отношения, их участники действуют за пределами производства по уголовному делу (т.е. уголовного судопроизводства).
Социальная природа уголовно-процессуального права, его способность воздействовать как непосредственно на отношения, составляющие предмет этой правовой отрасли, так и на иные общественные отношения позволяет сделать вывод, что в механизме уголовно-процессуального социального воздействия необходимо выделять две подсистемы, одной из которых является механизм специально-юридического, а другой - механизм общесоциального уголовно-процессуального воздействия.
Важнейшим структурным элементом механизма уголовно-процессуального социального воздействия, определяющим «параметры» его функционирования, является цель, на реализацию которой направлено действие. Поскольку механизм уголовно-процессуального социального воздействия содержит в себе специально-юридическую и социальную составляющие, его цель также носит двойственный характер, следовательно, необходимо выделять правовую и социальную цели воздействия, оказываемого этим механизмом. Если его правовая цель реализуется посредством специально-юридического воздействия, оказываемого уголовно-процессуальным правом на предмет этого воздействия, то социальная - путем его общесоциального воздействия на общественные отношения, лежащие вне данного предмета.
Правовая цель механизма уголовно-процессуального социального воздействия в принципе вполне очевидна. Раз речь идет о специально-юридическом воздействии, то его цель - регламентация тех отношений, которые составляют предмет уголовно-процессуального права. При этом необходимо обратить внимание на терминологию. В классическом понимании отраслевой предмет принято называть предметом правового регулирования, что, на наш взгляд, несколько неточно отражает его истинную сущность, а поэтому правильнее называть предмет отрасли права предметом ее специально-юридического воздействия.
В общеправовой и отраслевой теории «работа» механизма специально-юридического воздействия связывается, в первую очередь, с регулятивным и охранительным воздействием, оказываемым уголовно-процессуальным правом на предмет этого воздействия, т.е. на уголовный процесс. Особенность этого воздействия заключается в том, что оно носит, если так можно выразиться, «односторонний» характер - право на отношения воздействует, а отношения на право - нет.