Необходима систематическая работа по изучению реальных этнопсихологических особенностей коренного населения. Примером может служить исследование, проведенное творческим коллективом красноярских и якутских психологов под руководством Н.Б. Семеновой (Семенова, Мартынова 2012; Семенова и др., 2013) по заказу психологической службы Министерства образования РС(Я). Целью было составление программы профилактики суицидального поведения детей, учитывая высокие показатели самоубийств среди коренного населения (Семенова, Мартынова, 2012). Как показали исследования, особенностью коренных детей и подростков (саха) является выраженная аффилиативная потребность, то есть потребность в любви и поддержке, доброжелательном отношении и заботе, повышенный уровень тревожности, мнительность и повышенное чувство вины. Аффилиативная потребность является наиболее фрустрируемой и в значительной степени определяет зону психотравмирующего воздействия. Суицид как реакция на дидактогению, давление взрослых в данном случае будет, по мнению авторов, высоковероятным. Соответственно, психопрофилактическая работа с детьми и учащейся молодежью должна заключаться «в создании благоприятного психологического климата в классном коллективе и теплого, душевного отношения к детям», в развитии коммуникативной компетентности педагогов, родителей, семейного консультирования (Семенова и др., 2013). Отмечая безусловную ценность данной работы, ее большую практическую значимость, следует отметить, что авторы используют термин «коренные дети и подростки», не разводя этносы. Остается вопрос - относятся ли эти выводы только к представителям народа саха или ко всем коренным народам РС(Я), есть или нет различия, и, если есть, какие ситуации особенности реагирования на стресс, травмирующие ситуации у детей коренных малочисленных народов РС(Я) - эвенов, эвенков, юкагиров, чукчей, долганов? Какие ситуации являются травмирующими? Какие способы разрешения конфликтов, совладания с трудными ситуациями существуют? Данные вопросы очерчивают только небольшой круг проблем, с которыми сталкивается специалист, работающий в мультикультурном регионе.
Межкультурная компетентность психологов при проведении полевых исследований
Следующими важными аспектами психологической деятельности, в которых проявляются уровень как профессионализма, так и межкультурной компетентности, являются проведение полевых исследований и применение психодиагностического инструментария в исследованиях и повседневной деятельности психолога.
Во-первых, тенденция к унификации проявляется в использовании методик, адаптированных, как правило, в центральных регионах России. Следует признать, что психологами далеко не всегда ставится задача провести психометрическую проверку и адаптацию методик при применении их в других регионах. Во-вторых, зачастую описание выборки психологических исследований уступает описанию в этнографических и антропологических работах. Очень часто «уходит» именно этнопсихологическая специфика. Например, если задается выборка по определенному этническому признаку, то из поля зрения выпадают достаточно большие группы с неопределенной идентичностью или принципиально определяющие себя как «сахаляры» (дети от смешанных браков саха и русских), «граждане мира», «граждане РФ». В одном из исследований, которые мы проводили в начале 2000 года, таких людей было 34 %! И здесь мы опять возвращаемся к базовой профессиональной подготовке психологов, их профессиональной осознанности, а также к существованию «слепых пятен», игнорированию отдельных социальных групп.
В-третьих, в полевых исследованиях часто игнорируется такая проблема, как уровень владения коренным населением русским/родным языком. От руководителей образовательных учреждений и различных ведомств РС(Я) приходилось слышать утверждения, что раз все сдают ЕГЭ по русскому языку, проблем нет, хотя практический опыт показывает, что это не всегда соответствует действительности. Сложности возникают и при сборе информации на родном языке респондентов из-за диалектизмов, территориальной специфики, уровня владения языком. Выходом является использование анкет на двух языках (родном и русском). В таких случаях сами респонденты указывают на «неточности перевода». В случае интервью предоставляется возможность выбора языка.
В-четвертых, трудности возникают в экспедиционных выездах, когда у населения возникают свои «легенды» о цели исследования, об ученых. В селах, местах компактного проживания малочисленных народов Севера нас неоднократно спрашивали: «А вы нас изучать приехали?» и старались подчеркнуть свою уникальность, специфичность. В других местах считали представителями определенных комиссий. Разрушить мифы достаточно сложно, чаще невозможно (Форум: этические проблемы полевых исследований, 2006). Местная администрация также может пытаться контролировать процесс проведения исследования, сбора данных. Здесь возникают вопросы конфиденциальности информации, а также социальной желательности и потребности быть полезным исследователю, угадать нужную для него информацию. В определенных случаях, узнав, что приехавшие - психологи, руководство пытается решить свои проблемы. В одном из мест компактного проживания малочисленных народов, в котором проводились исследование и проектная работа по развития села, дирекция школы-интерната не отпустила на кочевку детей оленеводов, имеющих поведенческие проблемы, «так как приедут психологи». Наказание получилось двойным, поскольку кочевка - это самое долгожданное событие для детей, а факт обращения к приезжим психологам стигматизировал учеников как наиболее «тяжелых» нарушителей, перевоспитать которых могут только приезжие специалисты. Не говоря уже об атмосфере страха, возникшей вокруг фигуры психологов. В результате нам пришлось снимать напряжение с родителей, уверять, что мы не собираемся ни изучать их детей, ни проводить воспитательные беседы. Отказ от позиции эксперта, искренний интерес к жизни людей, вера в то, что они самостоятельно смогут разрешить свои проблемы, позволили наладить контакт с клиентами и оказать реальную помощь семье, а также восстановить доверие других жителей, успешно осуществить намеченное.
В-пятых, сложности возникают при описании места сбора информации. В этом случае встречается противоречие, хорошо знакомое культурным антропологам: с одной стороны, необходимость соблюдения конфиденциальности данных, что в селах нереально (источник информации легко вычисляется по сюжетам), а с другой - необходимость указать поселение, соблюсти формальные требования к сбору данных (Форум: этические проблемы полевых исследований, 2006).
Соответственно, подобные этические вопросы возникают и при изложении материалов исследований. Участники конференций и семинаров начинают активно интересоваться, а какой это улус/район, пытаться по контексту выяснить источник информации и лиц, участвующих в ситуации. К сожалению, это приводит к определенным ограничениям при публикации материалов, самоцензуре, отказу от публикации отдельных случаев из консультирования или исследований. Иногда на семинарах и лекциях для педагогов в ответ на обобщенные примеры по профилактике кризисных состояний звучат обвинения в нарушения анонимности и конфиденциальности данных, поскольку слушатели «узнают» знакомых в типичных рассказах. Такие случаи были и в практике автора, и в опыте других коллег, работающих в Арктической зоне РФ и Норвегии. Это не значит, что надо отказываться от обобщенных примеров, но необходимо уметь, во-первых, отбирать материал и понимать, как он будет восприниматься аудиторией, во-вторых, быть готовыми к таким моментам и уверенно взаимодействовать со слушателями.
Таким образом, при подготовке психологов к проведению полевых этнопсихологических и кросс-культурных исследований необходимо уделять внимание формированию их межкультурной компетентности с учетом вышерассмотренные аспектов: соблюдение научной культуры сбора информации, требований к психометрической проверке методик и проведения процедур психодиагностики, этических норм проведения исследований. межкультурный компетентность психолог клиент
Несмотря на достаточно частое противопоставление умений и навыков, необходимых психологу-исследователю и психологу-консультанту, наш опыт свидетельствует, что научная подготовка является необходимым условием осуществления профессиональной деятельности в мультикультурной среде, будь то консультирование человека/организации или проектная деятельность по развитию сообщества.
С одной стороны, именно научное мышление и профессионализм позволяют уйти от этноцентризма, оценочности и навязывания своих взглядов клиенту.
С другой стороны, практики консультационной работы в субъект-субъектной парадигме, развивающей умение устанавливать контакт, создавать безоценочное принятие клиента, а также опыт проведения групповой работы, знание специфики ролей модератора, фасилитатора, медиатора, осознание своей позиции и особенностей как тренера, являются важными условиями получения качественной информации в полевых исследованиях культур.
Заключение
Интерес к исследованию межкультурной коммуникации, как в теоретическом, так и в практическом плане закономерно нарастает с середины двадцатого столетия. Несмотря на отсутствие единой трактовки понятия «межкультурная компетентность», можно выделить общие черты, указываемые разными авторами, а именно понимание межкультурной компетентности как:
1) системного явления, которое может быть проявлено и оценено в реальной деятельности;
2) состоящей из нескольких компонентов, требующих целенаправленного воздействия для ее развития;
3) формирующейся непрерывно в течение всей профессиональной карьеры;
4) проходящей в своем развитии определенные стадии.
Межкультурная компетентность психолога, психотерапевта понимается как готовность к взаимодействию с представителями других культур и способность участвовать в действиях или создавать условия, которые максимизируют оптимальное развитие клиента и клиентских систем в многокультурной среде.
Формирование межкультурной компетентности психологов требует не только подробного обсуждения этических проблем в деятельности психолога, особенностей межкультурной коммуникации с клиентами в рамках дисциплин, изучаемых в процессе получения образования, но и введения специальных программ развития межкультурной коммуникации, тренингов межкультурной компетентности и развития культурной сензитивности как при подготовке психологов-исследователей, так и психологов-консультантов, а также развития культурной супервизии.
В основу межкультурной подготовки психологов может быть положена рабочая модель этнокультурной компетентности, предложенная Т.Г. Стефа- ненко, которая позволяет создавать стандартизированные учебные программы для развития культурной компетентности с описанием целей и задач и двигаться в направлении измерения эффективности разных моделей обучения.
Основные условия успешного развития межкультурной компетентности:
- гуманистический и субъект-субъектный подходы к общению, формирующие ценностные основания специалиста, готовность к взаимодействию с людьми, отличными от него;
- научный подход, открытость новому, развитие профессионального мышления, которые являются основой для развития этнокультурной сензитивности и успеха в консультативной деятельности, позволяют сосредоточиться на внутреннем мире клиента, уйти от оценочности и предвзятости и создать атмосферу доверия и взаимопонимания;
- целенаправленное развитие таких механизмов понимания другого, как децентрация, рефлексия;
- овладение технологиями разрешения конфликтов и ведения групповой работы, техник фасилитации, медиации, модерации.
Развитие межкультурной компетентности предполагает как развитие компетентности отдельной личности, так и всего профессионального сообщества посредством исследования и открытого обсуждения содержания, возможностей измерения и наличного уровня развития межкультурной компетентности психологов, всего комплекса этических проблем, встречающихся в деятельности психологов в мультикультурном обществе.
Благодарности и финансирование. Автор выражает благодарность сотрудникам ЦПП СВФУ имени М.К. Аммосова, участвовавшим в обсуждении клиентских случаев и супервизиях; Наталье Васильевне Охлопковой, доктору экономических наук, профессору - за приглашение к участию в проекте «Инновационное развитие северных территорий РФ»; Еве Биргитте Карслдоттер Шьетне, PhD, профессору - за совместные экспедиции, возможность стажировки в Арктическом университете Норвегии (ШТ Norges Лгк^ке ШщегейеР) (г. Тромсе) и неоднократное обсуждение культурной специфики психологической работы в Арктических регионах.
В статье использованы данные, полученные в ходе:
- реализации совместного проекта «Инновационное развитие северных территорий России» партнеров Университета Арктики, тематической сети «Местное и региональное развитие»: Финансово-экономического института СВФУ, Центра психологической помощи «Развитие» СВФУ, Университетского колледжа Финнмарк (г. Алта, Норвегия) (2009-2012, 2013-2014, 2017);
- выполнения госзаказа творческим коллективом Академии наук РС(Я) «Создание модели мониторинга социально-психологического здоровья населения Республики Саха (Якутия)» по программе «Комплексные научные исследования в Республике Саха (Якутия), направленные на развитие производительных сил и социальной сферы на 2016-2020 годы», направление 1 «Повышение качества жизни населения Якутии», задача 1.4. «Разработка мероприятий, обеспечивающих сохранность культурного и духовного наследия, обеспечение баланса интересов коренного населения и трудовых мигрантов с учетом их этнических, языковых, культурных и конфессиональных различий, повышение образовательного уровня населения, оценка и прогноз развития системы образования» (2016).