Львовский национальный университет имени Ивана Франко
Между началом и концом: об интратерминальности в латинском языке
Б.В. Чернюх
Аннотация
Объектом исследования является субполе интратерминальности (срединной фазы) как одной из составных функционально-семантического поля фазовости в латинском языке. Осуществленный анализ свидетельствует, что с семантической точки зрения интратерминальность представляет собой комплексное образование, формируемое семами дуративности, прогрессивности и континуативности. Средствами ее выражения в латинском языке выступают видовременные формы системы инфекта, перифрастические конструкции, а также контекст на микро- и макроуровнях.
Ключевые слова: латинский язык, функционально-семантическое поле, интратерминальность, дуративность, прогрессивность, континуативность, фазовость, акциональность.
B.V. Cherniukh. Between the Beginning and the End: On Intraterminality in Latin
The object of the research is the subfield of intraterminality (middle phase) as one of the components of the functional-semantic field of phasality in Latin. The analysis shows that intraterminality is a complex formation that combines the meanings of the progressive aspect (the situation in the development), the durative aspect (the lasting situation characterized by some duration) and the continuative aspect (the continuation of the situation). The actualization of semes of durativity, progressivity, and continuativity joined under the “umbrella” of intraterminality depends on two factors, namely, on the actional semantics of predicates and the context. Durativity providing some lasting and immutability belongs, first of all, to static situations that cannot be transformed. Contrary to static predicates, dynamics ones (Vendlerian activities, accomplishments and achievements) are more suitable to express progressivity as far as they provide some kind of transformation. Continuativity can be expressed by static and dynamics predicates. In such a case, the decisive factor is the context which denotes the continuing of a situation. In neutral contexts, the boundaries between durative and progressive meanings are often blurred, which in turn complicates their differentiating and thus allows a dual interpretation.
In contrast to some modern languages that express intraterminality (or its partial realizations) by special grammatical forms, Latin is deprived of specific means for its expression, and different grammatical and lexical means are used for this purpose. Like in other languages with the lack of special grammatical forms, in Latin, intraterminality is expressed by forms produced from the infectum stem that mark the situation as a lasting one and do not include the initial and the final starting point. This meaning is typical for the indicative mood of the present tense and the indicative imperfective. The periphrastic construction “participium praesentis activi + esse” was sporadically used to express durative and/or progressive meanings which, unlike synthetic forms, stressed the characteristic of the subject. Continuativity can be expressed by lexical means, especially by basic verbs with the meaning of continuation together with predicate actants expressed by the infinitive or more rarely by the gerund. The continuation of the situation can also be emphasized by different adverbial modifiers that indicate the time of its duration. The performed analysis shows that Latin does not differ essentially from other languages in the expression of intraterminality and its semantic varieties that are expressed by the grammatical and lexical means as well as in the context.
Keywords: Latin language, functional-semantic field, phasal meaning, intraterminality, progressivity, durativity, continuativity, actionality.
Любая ситуация может рассматриваться в виде суммы определенных фрагментов (фаз ситуации), совокупность которых образует целостную картину. Как одна из составляющих качественной аспектуальности фазовая детерминация представляет собой вычленение одной из фаз в протекании действия или состояния - начальной, срединной или конечной [1. С. 321]. Подобная трихотомия, традиционная в аспектологических исследованиях [2], отображает дискретный характер времени в его движении от прошлого к будущему, трансформированный в плоскость аспектуальных значений: начало = прошедшее, продолжение = настоящее, окончание = будущее.
На первый взгляд толкование фаз не представляет труда и хорошо соотносится с понятием качественной аспектуальности. Вместе с тем среди исследователей существуют колебания относительно статуса и места фазовости в функционально-семантическом поле аспектуальности. Некоторые из них предполагают аспектуальный характер фазовых значений, отождествляя фазовость и качественную аспектуальность, что способствует увеличению количества фаз. В частности, Э. Косериу выделяет семь фаз (ингрессивную, инцептивную, прогрессивную, регрессивную, конклюзивную и эгрессивную) [3. S. 103-108], С. Дик - четыре: ингрессивную, прогрессивную, континуативную и эгрессивную [4. P. 192-225]. Другие лингвисты отграничивают фазовость от аспекта. Так, фазовые значения как составная часть аспектуальных отсутствуют в классической работе Б. Комри [5], не вспоминают о них при обзоре аспектуальных значений языков мира С. Чанг и А. Тимберлейк [6. P. 202-258].
Причина такого неоднозначного толкования состоит в том, что фазовость не только указывает на один из фрагментов ситуации, но и констатирует ее наличие или отсутствие в определенный период. Характеризируя семантику фазовых значений, исследователи отмечают, что их сущность состоит в том, что определенная ситуация Р отсутствует в момент t1, но наличествует в момент t2, или viceversa, при этом t2 следует за t1 [7. С. 69; 8. С. 137].
Несмотря на наличие темпоральной составляющей в семантике фазовости, считаем целесообразным рассматривать ее как составную часть качественной аспектуальности, поскольку она находится в непосредственной связи с ключевой идеей последней - выражением особенностей протекания ситуации.
Начало, середина и конец ситуации, непосредственно относясь к ее реализации, рассматриваются как внутренние стадии, противопоставленные внешним - проспективной и результативной [9. С. 225].
Фазовые значения в латинском языке, подобно другим, выражаются различными средствами. Сюда, прежде всего, относятся описательные конструкции с фазовыми глаголами и видовременные формы глагола. Важная роль в формировании упомянутых значений принадлежит контексту, влияние которого особенно ощутимо при отсутствии или ослаблении значений формальных показателей. Средствами выражения фазовости также служат слова с соответствующей семантикой, например inire `входить', finis `конец', употребляемые в устойчивых словосочетаниях типа consulatum inire `вступать на должность консула, т.е. начинать консульство', finem facere `заканчивать' и т.п.
Учитывая важность начала и конца, модифицирующих основное онтологическое понятие «бытие», именно эти фазовые значения преимущественно выступали объектом исследования [10, 11], тогда как срединная стадия, для обозначения которой мы используем предложенный Л. Юхансоном термин «интратерминальность» [12. P. 29] и которую в наиболее общем виде можно характеризировать как промежуток между началом и концом, из-за своей элементарности не привлекала особого внимания лингвистов.
Анализ критической литературы позволяет сделать вывод об отсутствии специальных исследований, в которых бы интратерминальность рассматривалась на материале латинского языка. Как правило, упомянутое фазовое значение рассматривается очень обобщенно в связи с семантикой презенса и имперфекта индикатива. Типичным утверждением, представленным в латинских грамматиках, является простая констатация факта, что эти формы выражают длящееся либо продолжающееся действие в соответственной временной плоскости [13. P. 26-29; 14. S. 86-88, 92-93; 15. P. 346; 16. P. 396-399, 416-420]. В сравнительно новой коллективной монографии испанских лингвистов упоминается о связи между семантическими вариантами интратерминальности и акциональными классами предикатов З. Вендлера. Исследователи, в частности, отмечают связь длящегося действия с предикатами состояния, развивающегося - с предикатами деятельности, развивающегося или итеративного - с предикатами достижения и свершения [17. P. 427]. Обращаясь к описательным средствам выражения интратерминальности, Г. Гаверлинг [15. P. 312] указывает на возможность использования с этой целью глаголов со значением «продолжаться)» и «длиться», ограничиваясь лишь этим замечанием. Таким образом, вопрос об интратерминальности в латинском языке нуждается в дальнейшей разработке.
Несмотря на мнимую семантическую однородность, интратерминальность представляет собой сложное образование, объединяющее значения прогрессива (ситуация в развитии), дуратива (длящаяся ситуация, предусматривающая определенную протяженность) и континуатива (продолжение уже существующей ситуации). В отличие от ряда современных языков, в которых упомянутое значение или его частичные реализации выражаются с помощью специализированных грамматических форм (так называемые «прогрессивные» времена в английском и некоторых романских языках, например англ. to be doing, итал. stare facendo, исп. estar haciendo) или описательных конструкций (фр. кtre en train de, нем. im Begriff sein), латинский язык лишен специфических средств его выражения.
Интратерминальность в латыни выражается преимущественно с помощью форм, образованных от основы инфекта, которые, обозначая длящуюся ситуацию, не предусматривают начальной и конечной точек, а только указывают на существование ситуации в определенный момент, синхронный с точкой отсчета. Такое значение И.А. Мельчук характеризирует как нейтральное [8. С. 137].
Выражение интратерминальности особенно характерно для презенса и имперфекта индикатива. Характеризируя их семантику, грамматик VI в. Присциан иллюстрирует это следующим примером: ..si in medio versu dicam scribo versum priore eius parte scripta, cui adhuc deest extrema pars, praesenti utor verbo dicendo scribo versum, sed imperfectum est, quod deest adhuc versui, quod scribatur. ex hoc... (id est praesenti) nascitur praeteritum imperfectum, cum non ad finem perferimus in praesenti id quod coepimus. si incipiam in praeterito versum scribere et imperfectum eum relinquam, tunc utor praeterito imperfecto dicens scribebam versum (Prise. II, 414-415) (...если я посредине стиха скажу `я пишу стих' (scribo versum), когда предыдущая часть его написана, но все еще не хватает конечной, я пользуюсь глаголом в настоящем времени, говоря `я пишу стих' (scribo versum), но (это время) незавершенное, ибо стиху не хватает того, что должно быть написано. Из него (т.е. настоящего), возникает прошедшее несовершенное (praeteritum imperfectum), когда мы не доводим до конца в настоящем, то, что начали. Если я начну писать стих в прошлом и оставлю его незавершенным, тогда пользуюсь прошедшим несовершенным, говоря `я писал стих' (scribebam versum)).
Осуществленный нами анализ первоисточников позволяет констатировать, что актуализация объединенных под «зонтиком» интратерминальности сем дуративности (DUR.), прогрессивности (PROGR.) и континуативности (CONT.) (ср. [12. P. 33; 18. С. 298, 300-301]) в латинском языке зависит от двух факторов: акциональной семантики предикатов и контекста.
Дуративность, предусматривая определенную длительность и неизменность, прежде всего, относится к нединамическим ситуациям, лишенным способности к трансформации («состояния» (states) в классификации З. Вендлера [19. P. 97-121]) (1 а-б):
1а) Odi (DUR.) et amo (DUR.) (Cat. 85, 1) («Ненавижу и люблю»).
1б) ...purpurea velatus veste sedebat (DUR.) // in solio Phoebus... (Ov. Met. 2, 19-20 (. Феб сидел на троне, облаченный в пурпурные одежды.).
В противовес статичным предикатам динамичные (Вендлеровские деятельности (activities), свершения (accomplishments) и достижения (achievements) в большей степени пригодны для выражения прогрессивности (ср. [14. P. 427]). Соответствующие примеры представлены ниже (2 а-в):
2а) Laudabat (PROGR.) homo doctus philosophos nescio quos neque eorum tamen nominapoterat (DUR.) dicere... (Cic. Sest. 23) (Ученый человек хвалил каких-то философов, однако не мог назвать их имен.).
2 б) ...facile meus pater quod volt (DUR.) facit (PROGR.) (Pl. Amph. 138) (.мой отец легко делает то, что хочет).
2в) Cum tribus milibus peditum et quingentis equitibus consul veniebat (PROGR.) (Liv. 37, 6, 2) (Консул приходил с тремя тысячами пеших воинов и пятьюстами всадников).
Континуативность могут выражать как статичные, так и динамичные предикаты, но при этом доминирующая роль принадлежит контексту, который информирует о продолжении ситуации (3 а-в):
3а) Roma interim crescit (CONT.) Albae ruinis (Liv. 1, 30, 1) (Тем временем Рим рос (т.е.: продолжал расти) на руинах Альбы).
3б). ad pacem hortari non desino (CONT.) (Cic. Att. 7, 14, 3) (. я не прекращаю призывать к миру).
3в) ...redii in eum locum, ubi sedebat (CONT.) Alypius. (Aug. Conf. 8, 12) (я возвратился на то место, где сидел Алипий.) (из контекста следует, что Алипий все еще продолжал сидеть там, где его оставил Августин).
Выражение интратерминальности, в частности дуративности и прогрессивности, видовременными формами системы инфекта (что, как уже упоминалось, особенно свойственно презенсу и имперфекту индикатива, а также употребленным с имперфективной семантикой аспектуально-нейтральному будущему І, конъюнктиву презенса и имперфекта) (4 а-в) является наиболее распространенным, относясь как к статичным, так и к динамичным ситуациям.
4а) Oderint, dum metuant (DUR.) (Acc. Trag. frg. 203) (Пусть ненавидят, лишь бы боялись).
4б) ...erit (DUR.) illa dies, qua tu, ..., / quattuor in niveis... ibis (PROGR.) equis! (Ov. Ars. 1, 213-214) (.будет тот день, когда тебя... будет везти четверка белоснежных... лошадей).
4в) (Safinius) cum ageret (PROGR.) ...in foro, sic illius vox crescebat (PROGR.) tamquam tuba (Petr. Sat. 44, 9) ((Сафиний) когда... выступал на форуме, так его голос возрастал будто труба).
Одна и та же временная форма может употребляться для выражения различных семантических оттенков интратерминальности, если это сопровождается изменением акционального класса предиката. Так, в (5 а) relinquebat выражает прогрессивное развитие, тогда как в (5 б) - длящееся состояние, а следовательно, имеет дуративное значение.
5а) (Caesar) trium legionum, quas Alexandreae relinquebat (PROGR.), curam et imperium Rufioni liberti sui filio exoleto suo demandavit (Suet. Div. Iul. 76, 3) («(Цезарь) передал опеку и власть над тремя легионами, которые оставлял в Александрии, своему любимцу Руфиону, сыну своего вольноотпущенника») .
5б) Relinquebatur (DUR.) unaper Sequanos via, qua Sequanis invitispropter angustias ire non poterant (Caes. BG 1, 9, 1) (Оставался (т.е. был) единственный путь через земли секванов, по которому (гельветы) не могли идти из-за (его) узости, без согласия секванов).