Статья: Медиапотребление в возрастных когортах: телевидение и интернет

В обоих случаях социализация молодого поколения совпала с массовым распространением нового медиа. Центральной здесь является идея чувствительности индивида к опыту в «формирующие» молодежные годы: первые контакты с медиа в юности могут иметь решающее значение для медиасоциализации и последующих практик использования медиа [12]. Кроме того, люди обычно более четко помнят события подросткового возраста и ранней взрослой жизни, поэтому те, кто рожден, например, в эпоху радио, могут воспринимать мир иначе, чем рожденные в эпоху ТВ [15]. Таким образом, активное поведение молодых возрастных когорт по отношению к Интернету и достаточно умеренное по отношению к ТВ, видимо, обусловлено медийной социализацией этих когорт.

Здесь важны несколько обстоятельств: прежде всего то, что индивид при рождении и в ходе взросления сталкивается с уже существующей технологической средой, и у среднего человека мало возможностей контроля и влияния на развитие этой среды, включая современные ему технологии медиа коммуникаций. Индивид в значительной мере наследует сложившиеся практики медиатехнологий (при определенной степени свободы действий в этой области), поэтому наряду с эволюционностью медийных технологий следует учитывать и социальный процесс приспособления людей к медиа [28].

Исследователи Интернета разработали процедурную концепцию медиа поколений, говоря о поколениях в узком смысле -- с точки зрения анализа медийных практик, интериоризации медийного содержания и использования медийных технологий. Выделяют три медийных поколения: «поколение масс-медиа» -- люди, которые познали радио, кино, печать, почту и стационарный телефон в период социализации, затем познакомились с телевидением, а в пожилом возрасте столкнулись с цифровизацей; «цифровое медиа поколение» -- выросло после появления цифровых медиа, для них изменения, вызванные цифровизацией, являются неотъемлемыми элементами их мультимедийных практик; между первым и вторым находится квази «сэндвич-поколение» -- вторичное цифровое медиа поколение, которое также выросло с телевидением, кино, радио, прессой, но затем оказалось более или менее всесторонне охвачено цифровыми медиа, и Интернет стал неотъемлемой частью его медийного репертуара [29].

Зафиксированные выше различия в длительности использования ТВ и Интернета возрастными когортами в целом свидетельствуют о постепенных изменениях этого процесса. Вместе с тем обращает на себя внимание бурный рост длительности пользования Интернетом в старших возрастах, который шел параллельно с общим ростом длительности просмотра телевидения (относительный прирост продолжительности использования Интернета среди молодых когорт был намного меньшим). Актуальным в этой связи оказывается вопрос о скорости распространения новых технологий в сфере медиа, которая неуклонно сокращается: например, в США -- одном из самых продвинутых мировых коммуникационных рынков -- для охвата более 90% пользователей радио потребовался 41 год, Интернету -- 22 года, в полтора раза меньше времени понадобилось для массового внедрения смартфонов, и 10 лет -- чтобы социальные сети охватили 70% потребителей [23].

Для понимания особенностей медиапотребления у возрастных когорт важна не только скорость, но и характеристики этапа проникновения медиа инноваций. Здесь целесообразно опираться на концепцию диффузии инноваций, описывающую, как новые медийные возможности распространяются в обществе. Как известно, Г. Тард сформулировал идеи этого подхода еще в Х!Х веке и охарактеризовал этапы внедрения инноваций следующим образом: «Медленное продвижение в начале, за которым следует быстрый и равномерно ускоренный прогресс с повторно наблюдающимся прогрессом, который продолжается, затем слабеет и, наконец, останавливается» [25].

В России в последние годы наблюдался существенный рост покрытия широкополосным высокоскоростным Интернетом, по крайней мере, городских агломераций и одновременно завершался переход страны к цифровому телевидению. Результаты нашего проекта подтверждают, что с начала 2000-х годов происходили кардинальные изменения в доступе населения к новым коммуникационным возможностям: к концу первого десятилетия нового века охват городских пользователей мобильными телефонами превысил 90% и достиг уровня насыщения. В 2002-2010 годы наблюдался бурный рост доли пользователей домашних компьютеров и Интернета (от 2-5% до 65-70%), но в последнее десятилетие охват этих сегментов растет медленно (еще 5-10%, и он замедлится). Параллельно массового охвата -- на уровне 60% городского населения -- достигает использование смартфонов. Иными словами, уровень доступа к цифровым средствам коммуникации в возрастных группах постепенно выравнивается, что формирует необходимую основу для реализации потребностей всех, а не только молодых, групп в новой цифровой среде.

Медиапотребление поколения двухтысячных (миллениалов)

Миллениалы -- поколение, формирование которого проходило под влиянием бурного роста Интернета и цифровых медиа. Не случайно в качестве обозначения этого поколения используются также понятия «коренные цифрови- тяне» и «сетевое поколение». Показательной является работа У. Штрауса и К. Хоува, посвященная поколенческому анализу цифровых инноваций [31]: по итогам изучения американского общества они определили возрастную когорту 1979-2000 годов рождения как «миллениалов» -- социальную группу, испытывающую всеобъемлющее влияние цифровых технологий. В нашей стране опубликованы отдельные работы по этой теме [3; 4; 8], в частности, проведен анализ поколения миллениалов на фоне предшествующих поколений, который подтвердил, что миллениалы существенно отличаются от них [8].

Наше исследование показало, что представители возрастных подгрупп 15-34 лет (миллениалы в плане временных границ) характеризуются более высокой среднесуточной длительностью использования Интернета, чем предстатели других групп. Их медиапотреблению свойственны большая мобильность, многозадачность, индивидуализация и фрагментация. Однако, мы не склонны рассматривать представителей двухтысячных как однородную группу в плане медиапотребления, поскольку она охватывает около 30% населения старше 15 лет -- следовательно, в ней можно выделить разные типы использования медиа. Для проверки этого предположения мы рассмотрели особенности медиапотребления ее подгрупп, находящихся на разных этапах жизни. В Таблице 2 приведены данные о среднесуточном использовании Интернета и ТВ респондентами, принадлежащими к разным социально-профессиональным группам -- школьниками старших классов, студентами с разным семейным статусом, семейными людьми с детьми или без детей, работающими полный рабочий день в возрасте 25-34 лет.

Наиболее активными пользователями Интернета являются две группы -- школьники старших классов в возрасте 15-17 лет и студенты, которые еще не обзавелись семьей (среднесуточная длительность потребления Интернета -- 193 минуты). С обретением семейного статуса использование Интернета сокращается: так, в группе студентов с семьей среднесуточная длительность -- 169 минут, по мере взросления -- перехода в статус работающих, рождения детей -- длительность использования Интернета сокращается до 129 минут. Показательно, что различия в среднесуточном использовании Интернета между группами достигает 33%. Обратная тенденция характеризует телепросмотр разных социально-профессиональных подгрупп в когорте 15-34-летних. Так, если среди студентов (без семьи) среднесуточная длительность просмотра ТВ составляет 101 минуту, то среди работающих семейных респондентов с детьми в возрасте 25-34 года -- 149 минут. По мере того, как индивид становится старше, начинает работать и заводит семью, его медиапотребление становится более «традиционным» -- в его репертуаре существенное место занимает телевидение. Таким образом, возрастная группа 15-34 лет -- миллениалы -- весьма неоднородна с точки зрения продолжительности использования медиа. Более того, различия между этой группой и старшими когортами постепенно стираются под влиянием бурного роста цифровой инфраструктуры коммуникаций. Причем российские данные совпадают с результатами зарубежных исследований (например, в Германии и США [27; 30; 32].

Таблица 2 Среднесуточная длительность медиапотребления в подгруппах когорты 15-34 лет

Индекс фиксирует отношение длительности использования медиа в группе к длительности использования медиа в когорте 15-34 лет, умноженное на 100. Если индекс больше 100, то длительность использования медиа в группе больше, чем в когорте, и наоборот.

В литературе в адрес концепции миллениалов был высказан ряд справедливых критических замечаний: отмечается абсолютизация технологического фактора и слабый учет того обстоятельства, что развитие инноваций и их последствия -- результат взаимодействия сложных социальных, экономических и политических сил, т.е. не всегда учитывается преемственность, свойственная социальным изменениям, упрощенно представляется взаимодействие «новых» и «старых» медиа, сложная эволюция системы медиа в целом [19]; мало внимания уделяется роли социальных и исторических событий, ведущих к формированию идентичности поколения [13]. По мнению ряда авторов, категоризация цифрового поколения как особой возрастной группы затеняет другие важные культурные или социальные аспекты медиапотребления. Причем цифровое поколение не является однородной группой, и эмпирические исследования фиксируют отсутствие различий между цифровым поколением и другими группами по таким значимым характеристикам, как, например, доверие к медиа. В целом новые СМИ не заменяют традиционные с точки зрения информационной ценности, и по мере распространения Интернета и цифровых навыков в старших возрастных группах различия между цифровым и предшествующими ему поколениями стираются [26].

Кризис covid-19 и медиапотребление когорт (вместо заключения)

В 2018-2019 годы зафиксированные нами долгосрочные тренды медиапотребления существенно не изменились: аудитория ТВ продолжала свое относительно небольшое сокращение, что в основном касалось молодых групп; продолжала расти длительности использования Интернета -- преимущественно в средних и старших когортах.

Кардинальные изменения трендов медиапотребления наметились в первом полугодии 2020 года -- в период кризиса, связанного с пандемией covid-19, в рамках которого медико-биологические, политико-экономические, социально-культурные и прочие факторы находятся в сложной взаимосвязи и требуют дальнейшего изучения. Сегодня, когда начинается снятие мер карантина, перспективы развития ситуации неясны. Открытыми остаются вопросы о том, в какой мере кризис повлияет на протекание разных этапов жизненного цикла людей, социализацию и образ жизни, от которых во многом зависят особенности медиапотребления в возрастных когортах. Вместе с тем уже ясно, что в целом медиапотребление, прежде всего ТВ и Интернета, существенно возросло.

Тренд долгосрочного уменьшения российской ТВ-аудитории обрел обратную направленность: средняя длительность просмотра ТВ выросла в кризисные месяцы 2020 года -- например, в апреле в среднем на 15-20% в разных группах по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Опережающий уровень роста просмотра ТВ был свойственным более молодым зрителям, и больше всего время телепросмотра выросло среди так называемых «light-зрителей» -- тех, кто обычно мало смотрит ТВ, а также среди тех, кто практически не смотрел ТВ раньше. Характерно, что эта часть аудитории состоит преимущественно из молодых когорт. С началом ослабления режима ограничительных мер эта аудитория осталась на ТВ -- по сравнению с другими группами телезрителей ее отток оказался минимальным. В то же время увеличилось время использования Интернета: в апреле россияне старше 12 лет стали проводить в Интернете на стационарных компьютерах на 19% и на мобильных устройствах на 11% больше времени, чем в марте [1]. Кстати, возвращение аудитории к более активному, чем ранее, просмотру ТВ было отмечено и в целом ряде зарубежных стран. Так, средняя продолжительность телепросмотра увеличилась в период кризиса во Франции на 24%, в Италии -- на 17%, в Нидерландах -- на 16%, в Испании -- на 23%, в Великобритании -- на 20% [37].

Вероятно, общий рост потребления ТВ и Интернета в период кризиса обусловлен рядом обстоятельств: произошло кардинальное изменение режима жизнедеятельности, причем у всех возрастных когорт, -- люди практически все свое время вынуждены были проводить дома, и далеко не все находились в режиме удаленной работы. Иными словами, больше свободного времени привело к более активному медиапотреблению. Принципиально иная общественная атмосфера, обусловленная новыми вызовами и опасностями для жизни, объективно способствовала интенсификации коммуникационных процессов, и массовое информационное общение посредством медиа стало одной из ключевых активностей людей. Таким образом, в период кризиса две ведущие функции медиа -- рекреативная и информационная -- оказались еще более востребованными, чем прежде, применительно ко всем возрастным когортам. В какой мере отмеченные выше тенденции будут продолжительными -- покажет будущее.