Таким образом, в ходе этого экспериментального исследования получены убедительные доказательства того, что после двусторонней овариэктомии у экспериментальных животных развиваются значительные гипоэстроген-индуцированные остеопоротические нарушения, которые проявляются истончением костных балок спонгиозной костной ткани и снижением минеральной плотности в метафизарных отделах длинных трубчатых костей.
Биохимическое исследование показателей количества окислительно- модифицированных белков выполнялось по авторской методике. Определялись уровни общих и нейтральных кетон-динитрофинилгидрозонов, для этого выполнялся забор крови у животных с последующим биохимическим анализом. В группе ложнооперированных животных: среднее значение КДНФГо составило 21,24±1,27 оптических единиц (ОЕ), а КДНФГн - 12,23±1,83 ОЕ, а у крыс с моделированным системным остеопорозом аналогичные показатели были равны 29,4 ОЕ и 30,64 ОЕ соответственно. Следовательно, значения общей кетон-динитрофинилгидрозоны у животных с моделью патологии без малого на 28% выше, чем у животных без остеопороза, а нейтральной кетон-динитрофинилгидрозоны - на 60%. Различие средних значений по группам достоверно, коэффициент Стьюдента составил 4,10, что больше стандартного значения р=0,01.
остеопороз резорбция костный ткань
Заключение
Старение биологического объекта сопровождается развитием оксидативного стресса. Снижается антиоксидантный и восстановительный потенциал клеток, что вызывает разнообразные модификации макромолекул [9]. Под влиянием окислительных реакций в тканях происходит повреждение клеток из-за окисления липидов, структурных изменений мембран, окисления белков и нуклеиновых кислот. Эти морфологические изменения, постепенно распространяясь на органы, могут стать системными. Ряд патологических состояний связаны с окислительным стрессом, включая заболевания костей, в том числе и остеопороз. В ходе данной экспериментальной работы выявлена корреляция между гистологическими изменениями в структуре костной ткани, минеральной плотностью кости и окислительным стрессом, что подтверждается публикациями других исследователей [3, 6, 10]. Согласно критерию Спирмена, коэффициент корреляции между показателями окислительного стресса и средней ширины костных трабекул составил 0,429, что выше критического значения 0,36 (р=0,05), а между значениями окислительного стресса и данными денситометрии этот коэффициент равен 0,37, что также выше критического значения. Это подтверждает достоверную корреляцию.
Из всего вышеизложенного на основании выполненных исследований можно сформулировать ряд выводов.
1. У самок крыс линии Wistar через 8 недель после билатеральной овариэктомии формируются генерализованные остеопоротические изменения в костной ткани, которые обосновываются истончением трабекул в спонгиозной костной ткани при гистоморфометрии и уменьшением минеральной плотности в метафизарных зонах костей исследуемых локализациях при денситометрии.
2. Оксидативный стресс сопровождает формирование гипоэстроген-индуцированных остеопоротических нарушений, маркерами, которых являются общая и нейтральная кетон- динитрофинилгидрозоны.
3. Исследование маркеров окислительного стресса в комплексном прогнозировании резорбции костной ткани как в экспериментальной, так и в клинической практике является перспективным направлением в ранней дифференциальной диагностике патологических состояний костной системы.
Список литературы
1. Гудырев О.С. Остеопротективное действие эналаприла и лозартана. Результаты экспериментального исследования. Lap Lambert Academic Publishing GmbH & Go KG, 2012. 124 с.
2. Koike T., Mikami T., Shida M., Habuchi O., Kitagawa H. Chondroitin sulfate-E mediates estrogen-induced osteoanabolism. Sci Rep. 2015. № 5.
3. Захаров И.С., Колпински Г.И., Ушакова Г.А., Вавин Г.В. Роль оксидативного стресса в формировании постменопаузального остеопороза // Гинекология. 2014. Т. 16. № 1. С. 41-43.
4. Захаров И.С., Ушакова Г.А., Колпинский Г.И., Вавин Г.В. Использование маркёров оксидативного стресса в комплексном прогнозировании резорбтивных процессов костной ткани, ассоциированных с постменопаузальным остеопорозом // Забайкальский медицинский вестник. 2015. № 3. С. 25-29.
5. Domazetovic V., Marcucci G., Iantomasi T., Brandi M.L., Vincenzini M.T. Oxidative stress in bone remodeling: role of antioxidants. Clin Cases Miner Bone Metab. 2017. Vol. 14 (2). P. 209216. DOI: 10.11138/ccmbm/2017.14.1.209.
6. Коклина Н.Ю. Исследование остеопротективных эффектов рез-вератрола и его комбинации с эналаприлом и лозартаном: автореф: дис. ... канд. мед. наук. Белгород, 2016. 22 с.
7. Рубцов Г.К., Безручко Н.В., Генгин М.Т., Васильков В.Г., Борисова Е.Ю., Анопин К.Д., Васильева А.Д., Садовникова Д.Г., Козлова Г.А., Кручинина А.Д., Гамзин С.С. Способ определения окислительной модификации белков в пуле веществ средней молекулярной массы в сыворотке крови, плазме, эритроцитах и в моче // Патент РФ № 2525437. Патентообладатель ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет». МПК51 G01N 33/86, G01N 21/27. 2012153044/15 заявлено 07.12.2012. опубл. 10.08.2014; Бюл. № 22. С. 6.
8. Артюшкова Е.Б., Фурман Ю.В., Жербилов Н.И., Недзведский В.С., Крюков А.А., Файтельсон А.В., Раджкумар Д.С., Смахтина А.М. Способ определения окислительно-модифицированных белков в биологических жидкостях: Патент РФ № 2754434. Патентообладатель ФГБОУ ВО «Курский государственный медицинский университет» Минздрава России». МПК51 G01N 33/68, G01N 33/52. 2021104153/21; заявлено 18.02.2021; опубл. 10.09.2021; Бюл. № 25. С. 6.
9. Pietschmann P., Mechtcheriakova D., Meshcheryakova A., Foger-Samwald U., Ellinger I. Immunology of Osteoporosis: A Mini-Review. Gerontology. 2016. Vol. 62 (2). P. 128-37.
10. Haci Ahmet Deveci, Gokhan Nur, Hulya Cicek, Mahmut Karapehlivan. Evaluation of oxidative stress factors in patients with osteoporosis. International Medical Journal. 2017. Vol. 6 (3). P. 479-482.