Российский государственный гуманитарный университет
«Мама, не проявляя к тебе особой ласки, пишет тебе очень дружелюбно»: предсвадебные письма графа В.А. Мусина-Пушкина своей невесте
Юлия В. Ким
Аннотация
В статье представлены два письма В.А. Мусина-Пушкина, которые он написал своей невесте незадолго до свадьбы в 1828 г. (письма хранятся в Российском государственном архиве древних актов). Текст писем отражает контекст эпохи и повседневности, систему взглядов и особенности мировоззрения молодого аристократа, характерные черты внутрисемейного взаимодействия в сфере чувств, брака, человеческих отношений, которые неизбежно оказываются связанными с понятиями родовой чести, семейного долга, необходимостью сохранения статуса знатного рода. Автор статьи прослеживает, как на уровне отношений близкого круга родственников проявляется властная иерархия и как традиционные паттерны сочетаются с новыми элементами.
Владимир Алексеевич Мусин-Пушкин, младший сын археографа графа А.И. Мусина-Пушкина, был арестован по делу декабристов, переведен из гвардии в армию и сослан на службу в Финляндию, где познакомился со своей будущей женой, Эмилией Карловной Шернваль фон Валлен. В статье приводятся детали семейной жизни этой супружеской пары, а также частные факты биографии некоторых других членов семьи Мусиных-Пушкиных.
Ключевые слова: дворянская аристократия, семья, брак, родовая честь, любовная культура, дворянство, декабристы, повседневность, Мусины- Пушкины, XIX в.
“Mother, showing no special affection for you, writes to you very friendly”.
Count V.A. Musin-Pushkin's pre-wedding letters to his bride
Yuliya V. Kim
Russian State University for the Humanities
Abstract
The article presents two letters from V.A. Musin-Pushkin which he wrote to his bride shortly before the wedding in 1828 (the letters are kept in the Russian State Archive of Ancient Acts). The text of the letters reflects the context of the time and everyday life, the system of views and the peculiarities of the worldview of a young aristocrat, the specific features of in- tra-family interaction in the field of feelings, marriage, human relations which inevitably turn out to be associated with the concepts of the family honor, family duty, the need to preserve the status of a noble family. The author traces how the power hierarchy is manifested at the level of relations within a close circle of relatives, as well as how traditional patterns are combined with new elements.
Vladimir Alekseevich Musin-Pushkin, the youngest son of the archaeog- rapher Count A.I. Musin-Pushkin, was arrested in connection with the case of the Decembrists, transferred from the Guards to the army and exiled to serve in Finland, where he met his future wife, Emilia Karlovna Shernval von Wallen. The article provides details of the family life of this married couple, as well as private facts from the biography of some other members of the Musin-Pushkin family.
Keywords: noble aristocracy, family, marriage, family honor, love culture, nobility, Decembrists, everyday life, Musin-Pushkins, XIX century
Введение
Представитель одного из аристократических родов, младший сын первооткрывателя «Слова о полку Игореве» графа А.И. Мусина- Пушкина, Владимир Алексеевич Мусин-Пушкин (1798-1854) с 1816 г. служил офицером лейб-гвардии Измайловского полка. После событий декабря 1825 г. В.А. Мусин-Пушкин был арестован по делу декабристов, полгода находился под следствием в Петропавловской крепости, а затем был переведен из гвардии в армию, в Петровский пехотный полк, и сослан на службу в Финляндию [Эдельман 2010, с. 184-185]1. Там он в 1826 г. познакомился со своей будущей женой, Эмилией Карловной Шернваль фон Валлен (1810-1846), дочерью Евы Густавы фон Виллебранд и выборгского губернатора Карла Йохана Шернваля (сенатор Карл Йохан фон Валлен - отчим Эмилии). Молодые люди вступили в брак в 1828 г. Появившись в Москве в 1829 г., Эмилия имела успех, о ней восхищенно писали В.Л. Пушкин, П.А. Вяземский, В.А. Жуковский, А.О. Смирнова-Россет и другие; при этом за графиней Мусиной-Пушкиной не было замечено любовных связей - сердце ее, как верно заметил посвятивший ей мадригал М.Ю. Лермонтов, было «подобно Бастилии» См. также: Восстание декабристов: Материалы / Общ. ред. и предисл. М.Н. Покровского. Т VIII: Дела следственной комиссии о злоумышленных обществах: Алфавит декабристов / Ред. и примеч. Б.Л. Модзалевского и А.А. Сиверса. Л, 1925. С. 134-135, 360; Декабристы: Биографический спра-вочник / Изд. подгот. С.В. Мироненко; Под ред. М.В. Нечкиной. М: Наука, 1988. С. 122, 230, 290. См.: РГАДА. Ф. 1270. Оп. 3. Д. 4. Л. 15; Смирнова-Россет А.О. Вос-поминания. СПб., 2011. с. 134; Вяземский П.А. Записные книжки / Изд. подг. В.С. Нечаева. М., 1963 [Электронный ресурс]. URL: http://az.lib.ru/w/ wjazemskij_p_a/text_0310.shtml (дата обращения 12 августа 2020); Пуш-кин В.Л. Письма к П.А. Вяземскому [Электронный ресурс]. URL: http:// az.lib.ru/p/pushkin_w_l/text_0090-1.shtml (дата обращения 12 августа 2020); Из писем князя П.А. Вяземскаго к А.Я. Булгакову // Русский Архив. М., 1879. Вып. 5-8. С. 242-243.. Но до начала и семейной, и светской жизни молодой паре пришлось побороться за свое счастье, их судьба решалась в 1827-1828 гг.
Обратимся к двум письмам Владимира Алексеевича, которые были написаны Эмилии Карловне почти накануне свадьбы, в марте и апреле 1828 г. (в этот период молодой граф писал своей невесте через день, а иногда и каждый день), и хранятся сейчас в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885.. Первое письмо, за исключением фраз прощания, написано на русском языке (граф хотел, чтобы его возлюбленная выучила русский), второе - на французском Перевод с французского - Ю.В. Ким.. Речевые конструкции и смысловое наполнение этих текстов очерчивают интересный спектр представлений и морально-этических установок молодого дворянина, культурноспецифичные черты взаимодействия Владимира Алексеевича и Эмилии Карловны с кругом родственников, а также практики самореализации в приватной сфере. Контекст общественных событий и явлений и известные нам эпизоды семейной истории Мусиных-Пушкиных помогают зафиксировать то, как была устроена система властной иерархии во взаимоотношениях молодого человека с начальством, с семьей и внутри женско-мужской пары. В письмах отражается быт и повседневность молодого аристократа конца 1820-х гг. XIX в.
Письмо В.А. Мусина-Пушкина от 11/235 марта 1828 г. (из Роченсальма в Гельсингфорс)
Текст письма принимает шутливо-нежный характер с первых строчек: «Письмо твое от 7/20 марта получил я в пятницу в два часа пополудни с приложенным при оном башмачком, которому, как и письму твоему, я чрезвычайно обрадовался и как то, так и другое миллион раз расцеловал», - а предмет разговора маркирует семейно-домашний характер взаимоотношений: «Ты просишь меня прислать тебе мерку с постели, вот она, в ней 3 аршина 3 вершка длины и 2 арш[ина] 5 вер[шков] ширины, прилагаю при сем нитку с мерою для верности». Кажется, шли приготовления к свадьбе: «Я прилагаю тебе с письмом мерку кровати: самый длинный конец узла указывает длину, другой конец указывает ширину» Даты даны по юлианскому и григорианскому календарям. РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 23, 26.. Жених не стеснялся обсуждать в беседе тему своих чувств, причем, как видится из контекста, его невеста первая задала предмет:
Ты пишешь мне, что, увидев и познакомившись в г-жею Линдер Не удалось достоверно установить лицо. Возможно, это Джоанна Ловиза Линдер, в девичестве Хизингер (1800-1886/87), в таком случае Эмилия Карловна познакомилась с будущей матерью Константина Карло-вича Линдера (1836-1908), за которого выйдет замуж еще не родившаяся дочь Владимира Алексеевича и Эмилии Карловны, Мария Владимировна (1840-1870)., ты так была пленена ее хорошим личиком, ее любезностью, обращением, одеждою, что ты вне себя могла вообразить себе, что когда мне случится видеть и сравнить с тобою таких совершенных особ, какова г-жа Линдер, сердце мое и любовь моя к тебе много охладеют. Ах, мой друг, как ты еще молода и мало понимаешь, что значит слово «любовь» Слово «любовь» в тексте подчеркнуто.. Как ты криво судишь о тех чувствах, которые я к тебе имею. Сколь ни совершенна г-жа Линдер, полагаешь ли ты, что подобной ей уже нет в целом свете, я уверен, что я тысячу особ знаю, которые не менее ее пригожи, любезны, ловки и не хуже ее одеваются, не менее того, я тебя одну люблю и буду любить, разумеется, ежели ты будешь все то делать, что может способствовать к моему счастию и благополучию, а сие совершенно зависит от тебя, ибо имеешь все качества, могущие сделать мужа своего счастливым. Итак, не сомневайся никогда в сердце моем или в чувствах моих к тебе, горячность оных никогда не уменьшится, напротив того, разве прибавиться может, но еще раз повторяю: все будет зависеть от тебя РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 23-24..
Этот отрывок привлекает внимание современного исследователя несколькими характерными чертами. Молодой граф, находясь в границах этических норм и практик XIX в., предлагает своей невесте из двух видимых ему возможностей - выигрывать конкуренцию у соперниц внешностью и совершенными манерами или стараться своими душевными качествами соответствовать ожиданиям мужа - выбрать вторую. Женское счастье в этой системе координат вторично, его в любом случае нужно заслужить. Мы отмечаем, как в частном письме естественно и органично для автора проявляется общественный дискурс, в контексте которого женщина в паре не имеет партнерского статуса и перемещается в позицию подчиненного и опекаемого, хоть и любовно, объекта. Но не все будет казаться однозначным, если мы познакомимся с дальнейшим содержанием письма, а также обстоятельствами, в контексте которых велась переписка.
Генерал-губернатор Закревский имел личные счеты с отчимом Эмилии Карловны и всячески препятствовал отношениям молодой пары, даже предлагал милости и снисхождение в обмен на отказ от невесты [Соснина-Пуцилло 2015, с. 154]. Владимир практически не упоминает сложности, которые ему приходится преодолевать, но между строк читается и боль, и усталость от разлуки:
Альбом музыкальный, журнал, кольцо и разные другие подарки тебя ожидают, приезжай и не медли. Завтра я сам поеду в Гекероль Так в тексте. РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 25-26. за твоими письмами и, ежели получу известие, что ты выехала, поеду тебе навстречу. Боже, какое будет для нас удовольствие обнять друг друга после пятимесячной разлуки, эта мысль одна приводит меня в восторг, в восхищение. Обнять мою Эмилиньку, что может быть сладостнее сего11.
После участия в движении декабристов Владимир Алексеевич подвергался давлению и неприязненному отношению со стороны начальства, а семья была напугана ветреным политическим увлечением младшего из Мусиных-Пушкиных. Семью Владимир Алексеевич упоминает в своем письме:
Третьего дня получил я письмо от сестры Трубецкой, наполненное самых дружеских выражений насчет тебя, когда ты приедешь ко мне, то оное прочтешь. Здоровье Матушки моей очень поправилось, и она будет писать тебе и Матушке твоей через сестру мою Хитрову, которая на днях возвратится в Петербург, она должна была выехать из Москвы вчерашнего числа, следовательно, дней через шесть мы получим письма, посланные с ней РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 25..
Обращает на себя внимание то, что автор письма хочет подчеркнуть хорошее отношение своих родственников к Эмилии. Но не все было так просто. Семья Мусиных-Пушкиных категорически воспротивилась браку со «шведкой». Борьба молодого человека за счастье продолжалась весь 1827 г., он был доведен до нервного срыва, и только после этого при посредничестве своего старшего брата Ивана Алексеевича в декабре 1827 г. вырвал у матери (отца не стало за десять лет до этих событий) согласие на брак.
Это не первый случай, когда Мусины-Пушкины властно вмешивались в судьбу члена своей семьи. Приведем драматическую историю, связанную с Иваном Алексеевичем, так как она необходима для понимания позиции семьи в подобных вопросах. В 1816 г. генерал-майор И.А. Мусин-Пушкин (1783-1836) познакомился с дочерью мелкого немецкого купца, Шарлоттой Карловной Блок. Длительная связь вызвала сильное возмущение и переполох в семье Мусиных-Пушкиных, рассматривался вопрос о возможном лишении старшего сына наследства. Под давлением света и родных Иван Алексеевич расстался с Шарлоттой и 12 июля 1822 г. женился на Марии Александровне Урусовой (1801-1853). В том же году Шарлотта Блок приезжала в Россию с тремя их совместными с Иваном Алексеевичем детьми: Любовью, Софьей и Александром. Дочерей она под давлением и по личной просьбе Ивана Алексеевича отдала на воспитание сестрам И.А. Мусина-Пушкина - ей пообещали, что дети будут носить фамилию отца (этого впоследствии не случилось). Сына оставили с матерью, к ее утешению, но он умер от крупа осенью 1822 г. Через год, в 1823 г., умерла средняя дочь, Софья. В 1824 г. в очень тяжелом нервном состоянии заболела и ушла из жизни сама Шарлотта. События развивались на глазах юной жены Ивана Алексеевича, которая со своей стороны болезненно, до нервных срывов, переживала происходившее. Таким образом семья спасала статусное положение и родовое наследство, основную часть которого получал старший сын [Долгова 1998, с. 279280; Русина 1998, с. 206-210; Соснина-Пуцилло 2015, с. 151].
Нам неизвестны случаи внутрисемейных споров по поводу имущества или наследства среди членов рода Мусиных-Пушкиных, все эти вопросы решались полюбовно и в согласии. Но традиционные представления о должном поведении включали в себя, например, консервативные практики заключения брака как материального и статусного союза. Молодые братья задавали новые образцы поведения, пренебрегая границами сословного порядка. Но каждый такой случай воспринимался старшими представителями семьи (матерью, сестрами и старшими зятьями - Д.М. Волконским, А.З. Хитрово) потенциально опасным для семейных устоев прецедентом. В случае старшего брата удалось ценой причинения страданий всем участникам восстановить статус-кво.
На момент написания письма Владимира Алексеевича оставалось меньше двух месяцев до свадьбы, были высланы необходимые в этих случаях официальные подарки для Эмилии Карловны. Но Мусины-Пушкины по-прежнему холодно относились к будущей невестке. Сам же Владимир выражает в письме всю возможную приветливость родственникам Эмилии: «Выражаю мое почтение твоему отцу и твоей матери, обнимаю сестер и Теодора Фриер Теодор Валлен (1827-1902), сводный брат Эмилии Карловны., а также других детей», - а слова прощания с будущей женой эмоционально окрашены: «Моя Эмилия, приезжай, иначе я умру от нетерпения. Прощай, прижимаю тебя к сердцу» РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 26..
Письмо от 20 марта (1 апреля) 1828 г.
Вечер (указания на место не обнаружено)
Первая часть текста возвращает нас к теме отношения родственников к свадьбе Владимира Алексеевича. Вероятно, после того, как было дано согласие на брак, мать жениха вступила в прямую переписку с Эмилией Карловной и ее родными - в предыдущем письме было упомянуто, что мать Владимира собиралась писать и его невесте, и ее родителям. И в своем письме автор, находящийся в сложной ситуации, когда необходимо примирить все стороны, пытается придумать сложную стратегию написания ответов на письма:
Я не хочу, чтобы твои родители были хоть в малейшей степени недовольны моей матерью, которая не из женщин, пренебрегающих приличиями. Поэтому я прошу тебя не отвечать моей матери до тех пор, пока мадам Валлен Мать Эмилии Карловны. не получит ответ, который был ей написан и копию которого я прошу тебя передать мне. И тогда я пришлю тебе черновик письма, которое ты должна будешь отправить моей матери РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 37..
Одновременно Владимир успевает успокоить невесту в отношении сухости письма его матери:
...Полученным тобой письмом я доволен. Мама, не проявляя к тебе особой ласки, пишет тебе очень дружелюбно. Она хочет тебя узнать, и это естественно. Убеждаю тебя, мой дарованный мне судьбой друг, что как только ты ее узнаешь, ты ее бесконечно полюбишь РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 1885. Л. 37..
Кто же эта женщина, которая определяла жизнь и судьбу своих сыновей? Мать Владимира, Екатерина Алексеевна (1754-1829), активно участвовала в светской жизни, решала хозяйственные и бытовые вопросы, устраивала карьеру сыновей. Современники вспоминали, что она была скупой, но это не мешало ей «принимать весь город, жить домом и делать добро» РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 598. Л. 4, 28, 39-42, 47, 65; Д. 10289. Л. 2.. А.И. Мусин-Пушкин признавал в письмах друзьям сильный характер своей супруги: «Трудно отвратить женщину от того, чего ей захочется. Я представляю все препятствия и беспокойства, но уговорить не могу» Письма А.И. Мусина-Пушкина к разным лицам за 1769-1816 гг. // Аксенов А.И. С любовью к Отечеству и просвещению: А.И. Мусин-Пуш-кин. Рыбинск, 1994. С. 176.. Но она также была постоянной спутницей Алексея Ивановича в любой его деятельности, приводила сыновьям его в пример как, например, человека, который «не тронул пальцем ни одного из своих людей» [Соснина-Пуцилло 2015, с. 148].
Нужно отметить, что Владимир воспитывался иначе, чем его старшие братья, к которым были прикованы и внимание, и надежды семьи.
К старшему, Ивану Алексеевичу, наследнику родового имения «Иловна» (к моменту получения наследства - 2700 душ Иван получил также каменный дом в Санкт-Петербурге, дома в Мо- логе и Рыбинске, мельницы и заводы в Мологском уезде (РГАДА. Ф. 1270. Оп. 1. Д. 997).), внимание было особенно велико. Мать писала ему в 1809 г.: «Пора, мой друг, рассуждать поосновательнее и думать о том, чтобы быть человеком полезным себе, отечеству и семье своей, в которой ты старший», - наставляла она и советовала: «Положи себе основанием большой порядок в твоих делах и расчетах, старайся везде жить на чистые деньги, и по мере прихода держи расход». Лишь иногда в письме промелькнет ласковое - «Ваничка»...