ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПЕРВОИСТОЧНИКИ ОРНАМЕНТАЛЬНЫХ СЮЖЕТНЫХ КОМПОЗИЦИЙ ФРАНЦУЗСКОГО ПЕЧАТНОГО ТЕКСТИЛЯ КОНЦА XVIII - НАЧАЛА XIX ВЕКА
Д.Г. Ткач
Российский государственный университет им. А.Н. Косыгина (Технологии. Дизайн. Искусство)
Печатный текстиль -- одна из наиболее древних и значимых сегодня ветвей дизайна изделий текстильной промышленности, развитие которого в рамках европейской культурной традиции включает рассмотрение таких вопросов, как каноничные схемы орнаментальных построений и стилевые тенденции изобразительного искусства. Конец XVIII -- начало XIX века был периодом расцвета французского прикладного искусства, его доминирования в Европе в качестве общепризнанного эталона. Это также был период подъема общественного интереса к французской литературе, образы которой находили свое воплощение в одном из наиболее широко тиражируемых видов прикладного искусства -- орнаментированном печатном текстиле. В статье дано описание основных первоисточников орнаментальных сюжетных композиций французского печатного текстиля конца XVIII -- начала XIX века. Определены причины появления в рисунках набойки тех или иных персонажей и сцен из литературных произведений, проведен их семантический анализ. Выявлена методика перевода художественно-графического языка книжной иллюстрации в язык сюжетной текстильной орнаментики.
Ключевые слова: семантика орнамента, литературные первоисточники орнамента, сюжетный текстильный декор, орнаментальное искусство Франции, мануфактура Жуи.
искусство текстильный мануфактура иллюстрация
LITERARY SOURCES OF ORNAMENTAL SUBJECT COMPOSITIONSOF FRENCH PRINTED TEXTILES OF THE END OF THE XVIII -THE BEGINNING OF THE XIX CENTURY
Dmitry G. Tkach
The Kosygin State University of Russia
Abstract. Printed textiles are one of the most ancient and significant branches of the design of textiles, the development of which, within the framework of the European cultural tradition, includes consideration of such questions as canonical schemes of ornamental constructions and style trends of fine art. The end of XVIII -- beginning of XIX century was a period of flourishing of French applied art, its dominance in Europe as a generally recognized standard. It was also a period of rising public interest in French literature, the images of which were embodied in one of the most widely replicated types of applied art -- ornamental printed textiles. The article describes the main sources of ornamental plot compositions of French printed textiles of the late XVIII early XIX century. The emergence reasons in drawings of a heel-tap of these or those characters and scenes from literary works are defined, the semantic analysis is carried out them. The technique of the translation of art and graphic language of a book illustration in language of subject textile ornamentation is revealed.
Keywords: Semantics of ornament, literary sources of ornament, subject textile decor, French ornamental art, Jouy manufactory
Введение
История дизайна демонстрирует наличие связей сюжетного текстильного рисунка с далекими от дизайна тканей сферами искусства. Сюжетный рисунок является наиболее сложным в исполнении и при многочисленных производственных и художественных трудностях исполнения всегда притягивал к себе внимание как производителей, так и потребителей тканей, так как позволяет существенно обогатить ассортимент текстильных орнаментов и выразить актуальные мировоззренческие установки. Особенно заметную роль сюжетный текстиль сыграл в искусстве XIX--XX веков, когда он широко использовался в качестве носителя культурной и политической информации. В настоящее время, когда основным способом коммуникации являются визуальные образы, значимость и востребованность сюжетного печатного текстиля возрастает, и вместе с этим растет потребность в изучении и анализе его истории и методов проектирования. Этапы зарождения и развития сюжетного текстиля представляется интересным рассмотреть на примере французского сюжетного печатного текстиля, имеющего заслуженную мировую известность.
Произведения французских мастеров текстильного рисунка представлены в музеях мира, составляя основу коллекций текстильных отделов. Предметом особой гордости таких коллекций является сюжетный печатный текстиль.
Франция -- признанный лидер текстильной моды и экспортер образцов орнаментов для предприятий многих стран в течение более чем двух веков. Необходимо отметить, что с позиции современного дизайна французский сюжетный текстильный рисунок практически не исследован и до настоящего времени он изучался историко-описательно или как часть общестилевых тенденций развития искусства (Н.Ю. Бирюкова [1;2], А.Р. Д'Альмань [3], Д. Джекобсон [4], А. де Моран [5], Ж. Жаке [6], А. Клузо [7], Ч. Мак-Коркодейл [8], Н. Парро [9], Н.Н. Соболев [10], С. Шассань [11]).Поскольку в создании французского сюжетного текстиля участвовал ряд крупнейших деятелей изобразительного искусства Франции, то их «текстильные периоды» рассмотрены как одна из составляющих их культурного наследия в работах таких исследователей, как А.-Р. Арди [12], Н.П. Бесчастнов [13], Ж. Бредиф [14], П. Брюно [15], Ж. Видал [16], А. Грий-Мариотт [17], С. Куске [19]. Ж. Ласань [19], М. Рифель и С. Руарт [20], А. Турлоне [16], П. Хьюг [21; 22], Д.Г. Ткач [23] и мн. др.
Роль мануфактуры Жуи в развитии сюжетного печатного декорирования тканей
Образный строй и композиция сюжетных орнаментов французского печатного текстиля сложились в ходе синтеза многих эстетических и культурно-исторических компонентов. Их развитие происходило как часть эволюции образно-выразительного языка декоративно-прикладного искусства и в тесном взаимодействии с живописью, графикой и популярной литературой своего времени.
Расцвет искусства декорирования французских набивных тканей в конце XVIII -- начале XIX века явился результатом развития европейских традиций, унаследованных со времен античности и возрожденных Ренессансом, и следствием успешной адаптации образного языка ориентального декора.
Совершенно очевидно, что сложный по исполнению набивной сюжетный текстиль мог появиться во Франции только при определенном уровне развития гравировальной техники, при этом качество мотивов целиком зависело от степени ее совершенства и мастерства граверов.
В XVIII веке центр европейской резцовой гравюры перемещается в Париж. Репродукционная гравюра становится в это время преобладающим видом печатной графики. Неудивительно, что и мотивы сюжетного печатного текстиля, во многом совпадающие по технике исполнения, достигают в этот период высокого совершенства.
Значительную часть гравированных (т.е. предназначенных для массового тиражирования) композиций составляли иллюстрации к популярным литературным произведениям этой эпохи, в их создании принимали участие выдающиеся художники -- граверы и иллюстраторы. Ориентированные на коммерческий успех у массового потребителя и аккумулирующие в своих работах все популярные у публики изображения, создатели сюжетных орнаментов печатного текстиля не могли пройти мимо столь востребованной темы. Методы воплощения литературных сюжетов в печатном текстильном декоре мы рассмотрим на примере продукции мануфактуры Жуи (располагалась в местечке Jouy вблизи Версаля), самой крупной и известной французской набивной мануфактуры конца XVIII -- начала XIX в.
Быстрое развитие набивного производства во Франции после 1750 г. и его концентрация на крупных мануфактурах выдвинули на передний план новый тип предпринимателя-капиталиста, который организовывал производство, контролировал все этапы технологического цикла, а также (что было характерно для того времени) принимал непосредственное участие в процессе проектирования рисунка для набойки, определяя его содержание и стилистику. Таким был основатель и владелец известной во Франции набивной мануфактуры Жуи Кристоф-Филипп Оберкампф, удачно сочетавший в себе качества умелого управляющего, успешного коммерсанта и, как сказали бы сегодня, талантливого арт-директора, оперативно реагирующего на изменение общественного вкуса. Благодаря усилиям К.Ф. Обер-кампфа и приглашенных им художников культура проектирования набойки вышла на новый качественный уровень, а французские сюжетные набивные ткани были включены в актуальные художественные течения своего времени.
Оберка МПФ был очень известным человеком своего времени, память о нем жива во Франции до сих пор. В знак признания заслуг К.Ф. Оберка МПФА его именем названа станция метрополитена и одна из улиц французской столицы. Лучшие образцы продукции мануфактуры Жуи и, прежде всего, знаменитые «мебельные ткани Жуи с персонажами» до сих пор являются эталонными, определяющими для наших современников стилистику второй половины XVIII -- начала XIX веков.
В числе первых выпущенных в Жуи набивных тканей с фигуративным декором можно обнаружить ткани с печатными рисунками на сюжеты литературных произведений, наиболее популярных во французском обществе того времени. Естественно, что дессинаторы выбирают из современной им литературы самые значительные и известные произведения с тем, чтобы по сюжетам рисунков могли быть легко идентифицированы потребителями их первоисточники.
При изображении литературного произведения в сюжетном текстильном орнаменте мотивы набоек организуются так, чтобы сделать повествование узнаваемым через воспроизведение в декоре самых значительных эпизодов. При этом временное развитие сюжета отражено циклическим или моносценическим повествованием. В первом случае композиция рассказывает историю хронологически через изображение одной или нескольких сцен в соответствии с развитием сюжета, во втором же отдельные независимые сцены связаны чисто декоративным способом. На мануфактуре Жуи использовались оба этих способа. Как правило, в ходе трансформации в мотив набойки заимствованное из гравюр иллюстративное изображение лишалось большей части своего нарративного аспекта, освобождаясь от заднего плана и несущественных деталей. Одновременно оно приобретало свойства концентрирующего сюжетный смысл символического знака, декоративный характер которого подчеркивался помещением его в условно-орнаментальную среду набивного декора.
Басни Жана Де Лафонтена - первоисточник орнаментальных сюжетных композиций французского печатного текстиля
Среди многочисленных литературных произведений, иллюстрированных в набивном текстиле, басни Лафонтена всегда оставались самым важным сюжетным источником. Из 10 орнаментальных композиций, созданных на темы литературы на мануфактуре Жуи, половина вдохновлена произведениями Лафонтена. Одна из первых интерьерных тканей, отпечатанная на медной доске в начале 1770-х гг., называлась «Басни Лафонтена». В дальнейшем выдающийся французский художник Жан-Бабтист Гюэ создает для мануфактуры Жуи целую серию рисунков на темы басен Лафонтена: «Качели» в 1785 г., «Мельник, его сын и осел» в 1796 г., «Волк и ягненок» в 1811 г. Успех тканей с этими литературными темами являлся отражением популярности самих басен, многократно издававшихся в XVIII в., наиболее роскошное и известное издание было украшено 276 прекрасными гравюрами по рисункам выдающегося французского художника Жана- Баптиста Удри. Существовали и другие, более ординарные иллюстрированные издания для широкой публики. Изучение басен являлось частью школьного образования, поскольку эти тексты рассматривались как педагогические пособия.
Отличительной особенностью басен, помимо их афористичности и символической образности, являлась краткость изложения, что давало возможность изобразить их суть в виде одной единственной сцены. Самые известные басни представляли животных в природе, что соответствовало иконографии модного в конце XVIII века пасторального декора в стиле рококо. Упомянутая выше композиция для ткани под названием «Басни Лафонтена», обозначаемая в источниках как «Рисунок с журавлем и лисицей», датируется 1770--1772 гг. Дессинатор использовал для ее создания иллюстрации Ж.-Б. Удри к двум басням: «Ворона и лисица» и «Волк и журавль». Сцены отделяются друг от друга широкой цветочной гирляндой, привносящей необходимый орнаментальный элемент в этот достаточно простой по замыслу декор.
В 1796 г. Ж.-Б. Гюэ создает композицию на тему басни «Мельник, его сын и осел», представляющую искусно закомпонованные, разнообразные по силуэту сюжетные сцены -- мотивы, воспринимающиеся на белом фоне как изысканный кружевной узор и не нуждающиеся, в отличие от упомянутого выше рисунка, в дополнительном декоративном обрамлении. Ему удалось воспроизвести в декоре всю полноту сюжета путем использования пяти переработанных иллюстраций Ж.-Б. Удри, взятых из издания гравюр 1755 г. Действие сюжетных сцен разворачивается на фоне пасторальных пейзажей, включающих руины, сельские дома, стада домашних животных. Содержательно ткань приближается к настоящей иллюстрированной книге, заменяя зрителю чтение басен. Рисунок этой ткани печатается в разных цветах и на тканях разного качества для удовлетворения спроса самой широкой клиентуры. Данная ткань была отмечена премией на Промышленной выставке в Лувре в 1806 г. и длительное время пользовалась коммерческим успехом.
Рисунок набойки Гюэ «Качели» 1783--1789 гг. представляет собой пример активного использования принципов арабески в композиционном построении и интерпретации сюжетных мотивов. Жанровые сцены и антропоморфные мотивы обрамлены арабесковым орнаментом или являются его составной частью. Кроме основного сюжета, навеянного картиной Фрагонара «Счастливые случайности качелей», рисунок набойки включает иллюстрации к басням Лафонтена, античные фигуры и анималистические композиции. Вплетенные в арабесковый декор фигуры дриад, античные маски и барельефы, т.е. элементы, переходные между орнаментом и фигуративным изображением, обеспечивают органичное восприятие сюжетной и орнаментальной частей как неразрывного целого. Это сложносочиненное многоплановая композиция, впечатляющая своим орнаментальным изобилием, явно предназначалась для длительного рассматривания.
В совершенно другой стилистике решена относящаяся к позднему периоду творчества Гюэ композиция набойки «Волк и ягненок» (другое название «Диана и Венера»), которая, на первый взгляд, не вызывает прямых ассоциаций с баснями Лафонтена. Ее вертикально выстроенная орнаментально-сюжетная структура насыщена декоративными элементами, характерными для стиля ампир: мифологическими фигурами, драпировками, медальонами, символической атрибутикой. Среди них выделяется декоративный элемент квадратной формы, напоминающий каминный экран и содержащий окруженный ампирным орнаментом овальный медальон со сценой из басни Лафонтена, давшей название рисунку. В данном случае эта относительно небольшая в масштабе всей композиции сцена сконцентрировала в себе основное сюжетное содержание рисунка набойки. При этом она играет роль своеобразной эмблемы-знака литературного произведения.