Понятно, что градация - это не просто чередование слов-синонимов по степени выраженности признака. В градации для усиления признака используются также синтаксические синонимы со схожими значениями. Это композиционное расположение средств перечисления, градонимов. Композиционное построение реализует единицы и средства, расположенные далеко друг от друга, но участвующие в одной постепенности [5, с. 115; 6, с. 37].
«Dolandim bihuds, gszdim sfsans,
Tabe oldum nsfss, uydum ^eytana.
Xeyir smslim yoxdu msrdu-msrdana,
Gunahkar, gunahkar, gunahkar msnsm» [1, с. 63].
Помимо упомянутой выше композиционной формы градации в гошма, упорядочивание последних строк куплетов относительно друг друга часто усиливает признак. В этом случае градонимы находятся в отдаленном положении. Например:
Ssrgsrdan, sshrayi-qslsndsr msnsm (I куплет, строка 4)
Hsr sozu dillsrds bir dsftsr msnsm (II куплет, строка 4)
Kamil ustadlara qul ksmtsr msnsm (III куплет, строка 4)
Gunahkar, gunahkar, gunahkar msnsm (IV куплет, строка 4)
irshm eyls, yaziq dlssgsr msnsm! (V куплет, строка 4) [1, с.77].
В этом типе в гошма с композиционной градацией основа постепенности и перечисления ставится в первом куплете и часто в первых двух строках этого куплета. Первый куплет приведенного выше примера выглядит следующим образом:
«Agildan ksm, hu^dan qa^qin, dildsn kut, Naqabil kslmssi bissmsr msnsm.
Mscnun kimi viranslsr kuncunds
Ssrgsrdan, sshrayi-qslsndsr msnsm» [1, с. 63].
В первой строке этого куплета для одного элемента используются три градионима. Вторая строка - следующий градионим. Третий и четвертый строки вместе образуют постепенность. Если третья строка показывает базу постепенности, то последняя строка содержит двухчленную постепенность.
Градация, отличающаяся своей употребляемостью, в газелях привлекает внимание своей многоэлементностью.
Анализируемый гошма семантически делится на промежуточные части и окончания. Во вступлении или начале ашуг отмечает трудность и беспомощность положения героя. Показателями отчаяния или подтверждающим элементом или элементами являются высказывания «бедный тот, кто думает», «... и тот, кто знает».
Посторонние лекарствами обычно способны улучшить положение тех, кто в беде, трудности. В гошме «тревожное состояние» представляется как бедный. То есть это такое состояние, о которой лучше не думать, не знать. В противном случае: «Бедный тот, кто мыслит, и тот, кто знает!»
В последних двух высказываниях первого куплета или первого сложного синтаксического целого очень печальная и мучительная сцена показывается в виде внутренней боли. Герой ашуга не плачет, внутренне терпит свою боль и страдание. Если он заплачет, нельзя быть равнодушным к этому плачу: я заплачу сильнее тебя. Герой, несмотря на такую боль, смеется. Однако этот смех хуже плача, он как тяжесть в груди. Эмоциональность и экспрессивность не находят выхода, они остаются в герое и том, кто знает его боль. Значит, состояние поэта состояние поэта поднято на высокий уровень эмоционального напряжения через языковые средства и поддерживается на этом уровне. Эмоциональное состояние, обычно кратковременное, в этом гошме представлено в долговременной, постоянной форме. Два слова yaziq «бедняжка (не защищённый)», повторенные трижды в первом куплете, являются существительными. Однако грамматическое dir «есть» в гошме опущено. Это связано, с одной стороны, с жанром и распределением гошма, а с другой стороны, носит цель усиления экспрессивности. Элементы “do ... do” во втором куплете также выступают средством усиления экспрессивности (выразительности).
Хотя использование повествовательной формы во втором куплете тянет художественное время в прошлое, ситуацию это не меняет. Автор не намерен менять эту ситуацию, а наоборот, еще больше усиливает выразительность. Промежуточная микротема завершается более серьезным подтверждением неизменности неблагоприятного события.
Концовка проясняет причину и следствие происшествия с героем. Последняя строка «Беден тот, кто получает, и тот, кто передает» завершает общую тему. Однако не выводит читателя из внутренней напряженности, состояния хрупкости, не успокаивает его и тем самым держит эффект влияния произведения на пике.
В гошма часто используются глагольные прилагательные и глагольные союзы, что увеличивает их динамичность. Глагольные прилагательные более продуктивны, чем глагольные союзы (мыслящий, знающий, слышащий, получающий, приходящий; приходящий).
Гошма пишется в форме речи первого лица ко второму, а обращение - единственному числу второго лица. Построение речи в такой форме показывает искренность и близость между ними.
Автор находится с главным героем в отношениях на «ты», его главный герой - реальный человек, а не вымышленный персонаж. Во всяком случае, ашуг в гошма убеждает читателя в этом. Желание ашуга поговорить, вступить во внутренний диалог с героем происходит в настоящее время. С точки зрения художественного времени это, несомненно, прошлое время. Прошло много времени с тех пор, как Ашуг Алескер написал и сочинил свой гошма. Однако, читавший гошма, воображает себя на месте и времени события и это время для читателя настоящее. Это связано и с сохранением его эмоционально-экспрессивного влияния после прочтения гошма.
Лексический анализ гошма показывает, что все использованные слова относятся к общеупотребляемому лексическому слою современного азербайджанского языка. За исключением нескольких заимствований из арабо-персидского языка, остальные лексические единицы имеют азербайджанское происхождение. Заимствованиями являются также единицы, употребляемые как свойственные слова, полностью освоенные в азербайджанском языке. Средняя глубина слова строка равна 4,8.
В процессе морфологического разбора гошма видно, что больше всего использовались существительные и глаголы. Если в качестве фразеологизмов можно принять «sirda§ olmaq», «pe§ko§ olmaq», т. е. «быть задушевным другом», «быть щедрым», то количество существительных и глаголов, употребляемых в гошме, почти равно. В гошма число «один» дважды используется как показатель неопределенности (полюбила бы одного храбреца, стал бы камнем). Множественность глаголов в гошме усиливает динамичность, и в то же время подтверждает достоверность и точность повествования событий, придает гошма естественность течения.
Заключения
В итоге автор отмечает, что в лексическом анализе гошмы все использованные слова относятся к общеупотребляемому лексическому словарю современного азербайджанского языка. Считает, необходимым учесть того, что за исключением нескольких заимствований из арабо-персидского языка, остальные лексические единицы имеют азербайджанское происхождение. Подчеркивается, что заимствоваными словами являются также единицы, употребляемые как оригинальные слова, которые созданы и полностью освоены в азербайджанском литературном языке.
Таким образом, лингвистический анализ гошма подтверждает, что это особый жанр поэзии, язык произведения в этом жанре лексически близок к литературному языку, слова в его составе преимущественно взяты из общеупотребляемого слоя языка. Минимальный объем гошма, то есть прагматическая единица, состоит из 1 куплета с четырьмя строками. В гошма наблюдается градация по признаку и качеству. В гошма эмоциональность и выразительность создаются различными средствами языка, а также семантикой.
гошма ашугский поэзия семантика
Список литературы
1. A§iq Olosgor. Osarlori. Baki, “§orq-Qorb”, 2004, 400 s.
2. Abdullayev K.M. vo b. Azorbaycan dilindo murokkob sintaktik butov. Baki, Mutorcim, 2012,
3. Береговская Э.М. Градация в системе синтаксических фигур // Модели культуры. Смоленск : СГПУ, 1972,с. 121-129
4. Бернацкая А.А. Прием перечисления в стилистике и риторике // Риторика и синтаксические структуры. Красноярск : Издв-о КУ, 1988, с. 98-103
5. Сковородникова А.П. Градация, Аллюзия // Теоретические и прикладные аспекты речевого общения. Красноярск-Ачинск : Изд-во КУ, 1998, с. 110-116
6. Федорова М.В. Градация в поэтической речи // Филологические науки. Москва, 1992, № 3, с. 30-39