Ввиду отсутствия в Сибири земства основной организационной формой, позволявшей объединить усилия и солидарно действовать на поприще просветительства, в регионе стали культурно и научно-просветительные общества. Именно через активное участие в их деятельности (как правило, на руководящих постах председателей, членов советов и правлений) началось приобщение к общественно-политической деятельности многих будущих членов сибирских отделов кадетской и октябристской партий, включая всех перечисленных выше.
Так, в правление красноярского отдела Московского общества сельского хозяйства (МОСХ) входили ставшие впоследствии кадетами П.И. Пересвет-Солтан (председатель отдела), В.Ю. Григорьев и Д.Е. Лаппо (члены правления), А.Р. Мазинг (секретарь), А.И. Чеканинский (казначей) [12]. Д.Е. Лаппо являлся к тому же членом комитета Минусинского музея и принимал участие в деятельности Общества попечения о начальном образовании [13]. Омские либералы А.Н. Букейха нов, Н.И. Грибанов, А.Д. Квак, А.И. Корнеев, В.И. Пищиков, Я.С. Севастьянов, П.Б. Ящеров, составившие позднее костяк местной кадетской организации, играли видную роль в руководстве Западносибирского отдела Русского географического общества [14. Ф. 86. Оп. 1. Д. 120. Л. 4, 8]. А.Н. Букейханов, А.С. Кабалкин, В.И. Пищиков, И.А. Поваренных, А.И. Хлебников были представлены в руководстве самого крупного и деятельного в Омске культурно-просветительного общества Общества попечения о начальном образовании, которое стало фактическим центром объединения либерально настроенной интеллигенции [15. 1905. 14 окт.].
Либералы Тобольской губернии группировались вокруг Ялуторовского отдела МОСХ, родительского кружка в Тюмени, сельскохозяйственного общества в Тобольске. В качестве активного общественного деятеля зарекомендовал себя в начале 1900х гг. будущий член тобольской кадетской организации адвокат Н.В. Пигнатти, исполнявший, в частности, обязанности товарища председателя Общества вспомоществования учившим и учащим Тобольской губернии, а также члена комитета губернского музея по разработке вопросов государственного благоустройства и народного благосостояния [16]. Возглавлял комитет Тобольского губернского музея будущий октябрист А.М. ФроловБагреев [17].
Членами совета Общества распространения народного образования и народных развлечений в Иркутской губернии являлись будущие кадеты И.И. Попов, А.С. Первунинский, П.А.Титков, З.Г. ФранкКаменецкий, И.С. Фатеев [18. Ф. 601. Оп. 1. Д. 170. Л. 42]. И.И. Попов, П.А. Титков, И.С. Фатеев и Я.Д. Фризер участвовали и в деятельности иркутского Общества взаимного вспомоществования учившим и учащим. И.И. Попову к тому же принадлежала немалая заслуга в организации подотдела Русского географического общества, краеведческого музея и общественной библиотеки [Там же. Д. 65. Л. 157].
Кадетами стали впоследствии председатель томского юридического общества Н.Н. Розин, председатель Общества попечения о начальном образовании в Томске А.А. Жемчужников и товарищ председателя этого общества М.Н. Соболев [19. 1907. № 12. С. 32]. Профессор медицинского факультета, ректор Томского университета в 19031906 гг. М.Г. Курлов, вступивший в 1905 г. в Союз 17 октября, выполнял обязанности секретаря и председателя созданного в 1889 г.
первого в Томске научного общества Общества естествоиспытателей и врачей при Томском университете [7. C. 139]. Будущие члены томской октябристской организации А.А. Мисюрев, В.В. Пудовиков, М.А. Бриллиантов, Д.Р. Шадрин являлись действительными членами Общества вспомоществования нуждающимся ученикам Томской мужской гимназии. В составе последнего общества были представлены и будущие кадеты: купец, владелец типографии Г.И. Ливен и лаборант медицинского факультета университета Н.И. Делекторский [9. Ф. 3. Оп. 3. Д. 6338. Л. 3].
В Забайкальской области на поприще культурно просветительной деятельности активно трудились ставшие впоследствии кадетами адвокат Д.А. Кочнев и учитель Нерчинского заводского училища С.А. Тас кин. Первый являлся председателем Общества вспомоществования нуждающимся учащимся учебных заведений Верхнеудинска, а второй играл видную роль в просветительных учреждениях Нерчинского завода [19. 1907. № 9. С. 35]. Один из инициаторов организации отдела кадетской партии в Чите Н.К. Волков руководил работой совета местного отделения Русского географического общества [20].
Будучи представителями не только различных социальных слоев общества, но и совершенно различных профессий и сфер деятельности (врачи и чиновники, редакторы издатели и агрономы, судьи и инженеры, адвокаты и учителя и т.д.), а впоследствии разошедшиеся и в своих партийно-политических предпочтениях, либерально настроенные члены просветительных организаций проявляли единодушие в понимании смысла и назначения своей деятельности. Создание атмосферы высокой культуры, которая должна стать всеобщим достоянием, всестороннее совершенствование человека, формирование осознающей свое достоинство и гражданскую ответственность личности, развитие национального самосознания таким был спектр основных задач, решение которых воспринималось либералами как обязательное условие и предпосылка реализации идеала индивидуальной свободы.
«Прекрасная заря свободы просвещенной», формула, в которой очень емко представил сочетание двух непременных атрибутов либерального общественного устройства свободы и просвещения И.А. Малиновский в своем выступлении в мае 1899 г. на торжественном заседании Томского университета, посвященном памяти А.С. Пушкина [21. С. 18]. Движение «со всеми цивилизованными народами по одному пути культурного прогресса... к одному общему идеалу дать всем людям... возможность пользоваться благами света культуры, на основах гражданской свободы и равенства», так формулировал стратегическую по своей сути установку либерально мыслящих участников просветительской деятельности купец, золотопромышленник, член Союза освобождения и организатор красноярского комитета партии народной свободы А.А. Саввиных [22]. Свою лепту в содействие развитию культуры Андрей Андреевич вносил, жертвуя средства на Народный университет, рисовальную школу, Общество вспомоществования учащимся, выплачивая стипендии учащимся и студентам.
Однако постепенно в умах представителей либеральной общественности зреет понимание невозможности достижения скольконибудь существенных успехов в развитии образования и общей культуры населения при существующем социальном устройстве, создававшем преграды для проявления общественной инициативы и самодеятельности. «Горячие пожелания скорейшего установления в нашем Отечестве неприкосновенности личности, свободы слова, совести и собраний как необходимых условий процветания науки» выразил в приветственной телеграмме по случаю 150летнего юбилея Московского университета в январе 1905 г. совет Общества распространения народного образования и народных развлечений в Иркутской губернии, в состав которого входили многие будущие активные деятели местной кадетской организации [23. 1905. 13 янв.]. Вопрос о зависимости устранения «недостатков учебного дела в гор. Барнауле» от «перемены господствующего ныне в России бюрократического режима в частности и современного государственного строя вообще» неоднократно обсуждался на заседаниях Совета школьного дела и Общества попечения о начальном образовании в Барнауле (в обеих организациях, по сведениям администрации, либералы пользовались заметным влиянием) [14. Ф. 190. Оп. 1. Д. 68. Л. 24, 25].
На этом фоне вполне закономерной представляется та активность, с которой культурно-просветительные и научные организации включились в процесс подготовки проектов реформ после издания рескрипта 18 февраля 1905 г., предоставившего право подачи петиций «по вопросам усовершенствования государственного благоустройства и улучшения народного благосостояния». На собраниях томского юридического общества, общества врачей Енисейской губернии, Обществ вспомоществования учащих и учивших в Енисейской губернии, в Акмолинской области и в Томске, томского, барнаульского и красноярского Обществ попечения о начальном образовании и других подобных организаций выдвигались требования гражданских свобод (права личной неприкосновенности каждого, свободы совести, слова, печати, собраний и союзов), обсуждались принципы формирования представительного органа и возможный круг его полномочий. Учитывая, что одним из значимых смыслов просветительской деятельности либералов было развитие общественной инициативы, использование появившейся для этого благоприятной и, что особенно важно, легитимной возможности органично вписалось в их поведенческие практики.
Изменение в связи с началом первой революции общей ситуации в стране повлекло за собой появление новых акцентов в звучавших на собраниях общественных организаций выступлениях и принимавшихся под впечатлением от них резолюций: идеал гражданской свободы, вдохновлявший либеральную общественность на рубеже веков, был дополнен программным по своей сути требованием свободы политической. Повестка просветительных организаций, соответственно, обогатилась за счет включения в нее проблем, связанных с политическим просвещением. Так, например, совет
Общества попечения о начальном образовании в Омске принял решение устраивать научно-популярные лекции по вопросам «современной текущей деятельности», анонсировав общественно-правовые темы: что такое конституция и т.п. [24]. Характерно, что содержательное наполнение политического просвещения в исполнении либеральной интеллигенции фокусировалось преимущественно на задачах формирования развитого общественного правосознания как обязательной предпосылки создания правового государственного порядка. При этом новые нюансы в деятельности либеральных просветителей были, по-видимому, адекватным ответом на актуальный запрос населения. Во всяком случае, заседание томского юридического общества, на котором с докладом «Исторические основы Высочайшего рескрипта 18 февраля» выступил И.А. Малиновский, подробно комментировавший текст этого документа, привлекло «столько публики из местной интеллигенции, сколько мог вместить сравнительно небольшой зал уголовных заседаний окружного суда» [23. 1905. 27 марта]. На последовавших за этим публичных заседаниях общества также обсуждались доклады по актуальным правовым проблемам (доклад М.И. Боголепова о бюджетном праве, Н.Н. Розина и Р.Л. Вейсмана о печати и цензуре) [15. 1905. 3 апр.].
С созданием же в конце 1905 начале 1906 г. сибирских отделов кадетской и октябристской партий именно они стали основными либеральными акторами, взявшими на себя выполнение функций политического просвещения населения. На какоето время деятельность культурно-просветительных организаций отступила на второй план, объяснение чему сами местные либералы видели в том, что «годы освободительного движения... отвлекли все силы общества от так называемых “малых дел” и направили их на более широкую дорогу “гражданских подвигов”» [19. 1910. № 5. С. 56].
Рефлексия по поводу событий первой революции и последовавшего за ней периода реакции стала импульсом для нового всплеска активности либералов в культурно и научно-просветительных организациях.
Усматривая истоки социальных и политических бедствий России в устрашающе низком уровне образованности и культуры в самом широком смысле слова, инициативное меньшинство возобновило свои усилия на поприще просветительства. Эта деятельность вновь стала восприниматься как исключительно значимая для переустройства Отечества и создания прочных оснований правопорядка, гарантирующего гармонизацию интересов личности и общества.
Таким образом, имеются основания констатировать наличие преемственности как в ценностных установках, так и в поведенческих практиках разных поколений либералов, связанных с их участием в деятельности культурно-просветительных организаций. Эта преемственность обеспечивалась системо-образующими основами либерального мировосприятия и мировоззрения, а именно признанием самоценности личности и индивидуальной свободы, а также пониманием невозможности общественного переустройства на таких началах при отсутствии должного уровня культуры. В этом отношении либералы, стоявшие у истоков формирования местных отделов конституционно-демократической и октябристской партий, были продолжателями начинаний и традиций «шестидесятников».
Несмотря на появление новых организационных форм просветительской деятельности и расширение сфер проявления социальной активности ее участников вплоть до участия в разработке проектов политических реформ, смыслы, определявшие содержание и назначение этой деятельности, остались неизменными. Инвариантное ядро либерального просветительства определялось стремлением сделать представления о ценности человеческой личности, ее праве на свободу самовыражения в рамках общежития имманентными для россиян благодаря глубокому индивидуальному их осмыслению. В контексте либеральной субкультуры участие в деятельности просветительных организаций предстает как своеобразная структура повседневности, имевшая устойчивый характер, отражавшая глубокую внутреннюю потребность их членов, сущностные свойства личности.
Литература
1. Харусь О.А. Просветительская деятельность как составляющая либеральной стратегии поведения в России // Сергей Александрович Муромцев председатель Первой Государственной думы: политик, ученый, педагог : сб. науч. ст. Орел : Издатель Александр Воробьев, 2010. С. 138147.
2. Сабурова T.A. Конструирование идентичностей и социально-культурные практики интеллигенции в Сибири в конце XIX начале XX вв. // Сибирское общество в условиях трансформаций конца XIX начала XX вв.: идентичность и стратегии поведения. Омск, 2009. С. 196240.
3. Шиловский М.В. Первая русская революция 19051907 гг. в Сибири. Новосибирск : Изд-во Сиб. отдния Рос. акад. наук,, 2012. 320 с.
4. Шиловский М.В. Самопрезентация либеральных идей в представлениях сибирских интеллектуалов второй половины XIX начала ХХ в. // Известия Иркутского государственного университета. Сер. История. 2014. Т. 9. С. 915.
5. Попов Д.И. «От разрушения к просвещению»: место культурно-просветительной работы в тактических установках партии кадетов в 1905 1917 гг. // Вестник Омского университета. Сер. Исторические науки. 2014. № 1. С. 2027.
6. Толочко А.П. Современная историография партийно-политического движения в Сибири в начале XX века. Омск : ОмГУ, 2001. 140 с.
7. Профессора Томского университета : биогр. словарь / отв. ред. С.Ф. Фоминых. Томск : Изд-во Том. унта, 1996. Вып 1: 18881917. 288 с.
8. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 102. Оп. 233 (1905, II отд.). Д. 2416. Л. 4, 5.
9. Государственный архив Томской области (ГАТО).
10. Красноярец. Красноярск. 1907. 10 февр.
11. КараМурза А.А. Василий Андреевич Караулов: «То, что я был каторжным, составляет мою гордость на всю мою жизнь...» // Российский либерализм: идеи и люди. М., 2007. С. 401415.