Либеральная субкультура и культурно-просветительные организации в Сибири на рубеже XIX-XX веков
О.А. Харусь
Аннотация
либеральный гражданский регион
Представлен конкретно исторический материал, характеризующий участие представителей либеральной общественности региона в просветительской деятельности в конце XIX начале XX в. Фиксируется общность носителей либеральной субкультуры в понимании необходимости всестороннего развития личности как предпосылки реализации идеала гражданской свободы. Сделан вывод о неизменности смыслов просветительской деятельности, определивших преемственность в поведенческих практиках либералов разных поколений.
Ключевые слова: либерализм; просветительство; повседневность; Сибирь.
Annotation
Liberal subculture and culturalenlightenment institutions in Siberia on the cusp of the 19th and 20th centuries
Olga A. Kharus, Tomsk State University (Tomsk, Russia)
The article describes how the representatives of the Siberian liberal society participated in the educational activities on the turn of the 19th and 20th centuries which helps to close the historiographic gap on this topic. The author aims to trace continuity in the development of the liberal subculture's traditions that were embodied in the routine practices of its representatives. The study is based on the press publications, unpublished records of culturalenlightenment institutions, local authorities, and police. Using these primary sources, the author shows that many future members of the Cadets or Oktyabrists parties were initially involved in public activity through their work in educational and scientific organizations. Even though these people had different motives, social status, professional background, and political preferences, they were united by their belief that the full development of the personality was necessary to fulfill the ideal of civic liberty. After the Rescript of February 18, 1905, had been published, it became possible for the educational organization to take part in the development of projects for reforms. They actively participated in this process because they realized that, with the existing social and political structure, they had very limited opportunities to achieve their objectives.
At the same time, among others, their work started developing in a new direction related to providing political education and forming strong legal awareness in society. But the reflection on the events of the First Russian Revolution and the reaction that followed these events became the impulse to restore the traditional priorities of the liberal enlightenment and to concentrate on the development of culture broadly speaking. Even though some new organizational forms of the educational work had appeared and the spheres of the social activity had broadened, the main motives, that shaped the essence and aims, remained unchanged. The author concludes that the continuity in the educational practices of the liberals was based on the core principle of the liberal worldview. Its invariant framework included the acknowledgment of the intrinsic value of personality and individual liberty as well as understanding that it was impossible to start social reconstruction according to these principles without a certain level of culture.
Keywords: liberalism; education; everyday life; Siberia.
Горизонты исследовательского пространства в изучении истории российского либерализма постоянно расширяются. Одним из значимых проявлений этой тенденции стала ориентация на комплексный подход к осмыслению феномена либеральной субкультуры, что предполагает интерес не только к идеологическим, интеллектуальным ее компонентам, но и к тем пластам, которые находили свое проявление в повседневной жизни носителей этой субкультуры, в стиле их мышления и моделях поведения и имели глубинные ценностные основания. Сходство интересов и предпочтений, образа жизни и способов самопрезентации в социуме являлось одним из существенных маркеров коллективной идентичности либерально настроенного меньшинства, а потому, несомненно, заслуживает внимания исследователей. Богатую пищу для размышлений об особенностях этой социальной группы дает изучение жизненного пути отдельных ее представителей. Такой опыт интересен сам по себе ввиду его ярко выраженной антропологической направленности, но при этом он открывает и возможности для выявления в биографиях отдельных персонажей социально-типичного через определение поведенческих паттернов.
Своеобразной проекцией либеральной субкультуры в повседневность России второй половины XIX начала XX в. являлось деятельное участие ее носителей в просветительской деятельности. Просвещению народа, формированию и развитию зрелой личности отечественные либералы придавали особое значение как важнейшей предпосылке процветания страны и преодоления ее отставания от Европы. Развитие народного образования и повышение общей культуры населения призваны были, по их мнению, сыграть важную роль в решении проблемы формирования адекватной либеральным преобразованиям социо-культурной среды [1. С. 139141]. В Сибири же просветительская деятельность приобретала особую актуальность ввиду специфических региональных условий. По уровню грамотности местное общество заметно отставало от Европейской России: если в Европейской России во второй половине XIX в. один грамотный приходился на 235 человек, то в Сибири это соотношение было 1:735 [2. С. 206207]. По данным переписи 1897 г., образование выше начального имели лишь 0,8% жителей края [3. С. 38]. Дополнительным мотивирующим фактором для местных поборников просвещения являлось стремление к обеспечению региону равноправного статуса в Российской империи через преодоление его отставания в культурной и экономической сферах.
Обращение к историографии обнаруживает в работах специалистов, затрагивавших проблему участия сибирских либералов в просветительской деятельности, две магистральные сюжетные линии. Первая находит свое воплощение в анализе общественно-политических взглядов либерально настроенной интеллектуальной элиты региона во второй половине XIX в. Результатом этого анализа стал вывод о просветительской деятельности в 18601880х гг. как о чистом «культурничестве», имевшем принципиально аполитичный характер и направленном исключительно на совершенствование нравственно-интеллектуального потенциала общества [4]. В исследованиях же, посвященных периоду первой революции и третьеиюньской политической системы, деятельность либералов в культурно-просветительных организациях предстает главным образом как инструмент пропаганды и агитации в борьбе за влияние на массы, а сами организации рассматриваются как центры консолидации либеральной оппозиции, роль которых была особенно велика в условиях отсутствия возможностей для легальной партийной работы [5. С. 20, 24, 2627; 6. С. 60].
Сопоставление результатов исследования двух этапов просветительской деятельности сибирских либералов может служить основанием для констатации существенных различий в ее содержании, более того, для выводов о разрыве постепенности, отсутствии преемственности в этом пространстве либеральной субкультуры. В этой связи естественно возникает целый ряд вопросов. Каким образом и почему эволюционировали представления сибирских либералов о назначении просветительства? Насколько принципиальными были эти изменения? Уместно ли вести речь о трансформации смыслов или имело место лишь некое смещение акцентов, продиктованное конкретно-историческими обстоятельствами? Очевидно, что ответы на эти вопросы невозможны без восполнения временного пробела в изучении просветительской деятельности либералов и, в частности, без обращения к их опыту участия в культурно-просветительных организациях на рубеже XIXXX вв.
Считая развитие культуры населения необходимой предпосылкой экономического подъема, формирования гражданского общества и правового государства, либерально настроенные представители интеллигенции усматривали в просветительстве возможности для выполнения своего долга перед Отечеством. Подавляющее большинство профессоров Томска активно участвовали в конце XIX начале XX в. в деятельности культурно-просветительных, а также научных обществ, занимавшихся не только разработкой теоретических и прикладных исследовательских проблем, но и распространением соответствующих их профилю знаний, устройством публичных лекций, курсов и пр. Многие из них не ограничивались членством в одной общественной организации, находя время для реализации своей гражданской активности на разных направлениях просветительской деятельности. Профессор юридического факультета Томского университета (ТУ) И.А. Малиновский являлся товарищем председателя Общества вспомоществования учащимся, членом совета юридического общества и одним из руководителей Сибирского кружка томских студентов, консультируя студентов по вопросам обычного права в Сибири, часто выступал с публичными лекциями и докладами, в том числе по истории русской литературы [7. С. 163]. Профессор ТУ по кафедре политической экономии М.Н. Соболев был председателем дирекции томского отделения Императорского Русского музыкального общества, товарищем председателя Общества попечения о начальном образовании, членом совета юридического общества [Там же. С. 240].
Профессор медицинского факультета П.П. Авроров активно участвовал в работе Общества естествоиспытателей и врачей при Томском университете, являлся членом и одно время председателем Общества попечения о начальном образовании [Там же. С. 20]. Его коллега Н.А. Александров совмещал членство в Обществе естествоиспытателей и врачей и в Русском физикохимическом обществе, читал лекции по истории музыки в Народном университете [Там же. С. 2223]. Возглавлявший кафедру зоологии и сравнительной анатомии профессор Н.Ф. Кащенко в 1895 г. организовал местный отдел Московского общества сельского хозяйства, преобразованный в 1898 в самостоятельное Западносибирское общество сельского хозяйства. На учредительном собрании Западносибирского общества Николай Феофанович был избран первым его председателем. Кроме того, он участвовал в работе Общества попечения о начальном образовании и Общества садоводства, созданного как культурно-просветительная организация в июне 1892 г. [Там же. С. 111113].
Активность на поприще просветительской деятельности проявляли не только профессора. Так, деятельным членом едва ли не всех томских обществ в начале 1900х гг. (в том числе Общества начального образования, Общества содействия физическому развитию, Общества книгопечатников, юридического общества и др.) зарекомендовал себя председатель Томского окружного суда А.В. Витте. Во время выездных сессий Альфонс Васильевич председательствовал в Барнауле на заседаниях совета школьного общества, а также на собраниях Общества взаимопомощи личного труда [8].
В целом именно представители интеллигенции проявляли наибольшую активность в культурно-просветительных организациях на рубеже веков. Однако либеральная субкультура не имеет жестких социальных границ и барьеров, ее носителями могут являться и являются представители различных слоев и групп общества. Поэтому естественно, что интеллигенция была не единственным актором просветительской деятельности в Сибири. Материальную поддержку общественным инициативам по распространению и развитию образования и культуры оказывали такие местные предприниматели, как А.М. Сибиряков, П.И. Макушин, В.П. Сукачев, С.В. Востротин, В.А. Горохов, А.А. Саввиных, П.К. Гудков. Самое непосредственное участие в культурно-просветительной деятельности принимали томские купцы П.И. Макушин, Г.И. Ливен и Д.Р. Шадрин, крупный золотопромышленник Я.Д. Фризер и купец А.С. Первунинский в Иркутске, а также отставной офицер, занявшийся коммерцией в Омске, П.Б. Ящеров.
Мотивы предпринимателей, в тех или иных формах включавшихся в просветительскую деятельность, как правило, не предполагали сколько-нибудь глубокого идеологического обоснования и имели личностный характер, связанный со специфическим жизненным опытом и индивидуальными предпочтениями. Так, например, рефлексия по поводу социальных контрастов, существовавших в стране, определила траекторию судьбы крупного книготорговца и издателя П.И. Макушина. Примечательны строки из его письма детям: «С момента сознательного существования... четырнадцати лет от роду, предо мною стал мучительный вопрос о ненормальном распределении земных благ между небольшой кучкой привилегированных лиц и народной массой. С самого раннего детства, почти повседневно, я был свидетелем нужды и бесправия мужика... В дебрях Алтая, вдали от шума, часто в уединении, мысль о помощи забитому, бесправному народу ожила во мне с новою силою.
Там определилась и созрела мысль помогать ему путем учительства, путем внедрения знания в окружающую темную массу...» [9. Ф. Р. 1582. Оп. 1. Д. 27. Л. 1]. Прибыв в Сибирь в 1866 г. в качестве миссионера, Петр Иванович снискал себе славу выдающегося общественного деятеля на стезе просветительства. На его счету организация публичной библиотеки в Томске, педагогического музея и музея прикладных знаний, открытие первого в Сибири книжного магазина и первой в России бесплатной народной библиотеки. В 1882 г. по инициативе П.И. Макушина в Томске было создано Общество попечения о начальном образовании, бессменным председателем которого он оставался на протяжении 10 лет. В 1889 г. СанктПетербургский комитет грамотности присудил Макушину золотую медаль
Императорского Вольноэкономического общества за особо выдающиеся труды по народному образованию. Два года спустя Петр Иванович учреждает Общество содействия устройству сельских бесплатных библиотек читален в Томской губернии, которое под его председательством развернуло до 600 бесплатных библиотек читален и организовало 125 книжных лавок при волостных правлениях и сельских школах губернии «в видах приближения книги к народу». При активном участии просветителя были основаны Дом науки в Томске и народный университет. На содержание последнего П.И. Макушин внес в мае 1905 г. в городскую думу 12 тыс. руб. с обязательством ежегодно увеличивать эту сумму взносами по 3 тыс. руб. до тех пор, пока капитал с процентом не достигнет суммы 100 тыс. руб. «Из дорог, ведущих народы к прочной свободе и благосостоянию, мною была выбрана самая длинная и медлительная: широкое распространение среди народных масс образования» [9. Ф. Р. 1582. Оп. 1. Д. 26. Л. 1], сформулированное таким образом жизненное кредо вполне логично привело Макушина в период бума партийного строительства в стране в ряды конституционных демократов.
У истоков просветительства в Красноярске стоял будущий соратник П.И. Макушина по кадетской партии Н.А. Шепетковский. В отличие от П.И. Макушина, окончившего духовное училище, семинарию и обучавшегося в Петербургской духовной академии, Николай Александрович по характеру образования и роду занятий первоначально был весьма далек от культуртрегерской деятельности. Его выходу в отставку и переезду из Петербурга в Красноярск во второй половине 1870х гг. предшествовали учеба в кадетском корпусе, служба в войсках Восточной Сибири, окончание Военно-юридической академии, пребывание на военно-судебной службе. По инициативе Н.А. Шепетковского в 1880е гг. в Красноярске были учреждены Общество попечения о начальном образовании, председателем которого он состоял 15 лет, общественная библиотека, организованы народные чтения, воскресные школы, несколько начальных училищ, народный дом и пр. [10].
Яркий след в судьбе многих жителей Красноярска на рубеже веков оставил В.А. Караулов, впоследствии ставший видным деятелем кадетской партии. Занимаясь подготовкой молодых людей к поступлению в учебные заведения, Василий Андреевич вместе с приехавшей к нему в ссылку женой сыграл заметную роль в культурном развитии молодежи Енисейской губернии. «В далеком сибирском захолустье, выброшенные за борт общественной жизни, они твердо и уверенно несли маленький светоч культурных общественных интересов среди холодных сибирских снегов, диких буранов и полновластия сильных мира сего», так писала в своих мемуарах одна из благодарных красноярских учениц этого незаурядного человека [11. С. 403].