Материал: Ли Юй - Полуночник Вэйян, или Подстилка из плоти

прикинулась спящей лишь для вида, чтобы соблюсти приличия. Когда его рука коснулась ее тела, о приличиях можно было и забыть. И все же, будто удивленная неожиданным появлением чужого человека, она вскричала:

—Ах! Кто здесь? Почему темной ночью лезешь ко мне в постель? — И сделала вид, что пробудилась от глубокого сна.

—Я тот самый, кто нынче днем беседовал с вами, сударыня, — шепнул Вэйян, приблизив уста к ее уху. — Я пришел загладить свою вину и принести свои извинения. — Он продвинулся, намереваясь залезть под одеяло, однако Сянъюнь крепко держала одеяло рукой, не позволяя Вэйяну осуществить свой замысел.

—Неблагодарный! — бросила она сердито. — Кому нужны ваши извинения?

—Почему «неблагодарный»? — вскричал Полуночник. — Сколько усилий я потратил, чтобы пробраться к вам и быть здесь рядом!

—Решил порезвиться, да, видно, не нашел никого покрасивей! Теперь изволил снизойти до меня — грубой уродины!.. Впрочем: «Смотрел в два глаза, а настоящий товар и не заметил!» Забыл такую поговорку?

—Я уже объяснил, что у меня никого больше нет, кроме наложницы, которую мне подарил друг. Понятно, что иногда я с ней имею кое-какие дела, но только стоит ли к ней ревновать?

—Нисколько я не ревную! Жена, наложница — дело обычное. Но ведь они точно такие же, как и я. Так почему же, сударь, вы шли к ним, а не ко мне? Меня совсем забыли,

забросили за девять небес!107 Другое дело, если бы мы жили далеко друг от друга. А тут нас разделяет всего лишь стенка. Живем, сказать смешно, — бок о бок! Между тем вы меня ни разу даже не окликнули. Будто мы вовсе не знакомы! Неблагодарный и бесчувственный! И смеет еще требовать к себе внимания!

—Ах, к чему вы это говорите?… Я правду рассказал: кроме наложницы, у меня здесь действительно никого нет! Какую напраслину на меня возвели!

—Напраслину? А кто в тот раз возле храма святого Чжан-сяня стоял на коленях? Кто пялил глаза на трех красавиц, которые пришли на богомолье в храм? Разве не вы?

—Верно! В тот день в храме я действительно увидел трех красивых дам — богомолок. Помню, они ставили перед кумиром свечу… Хорошо помню! Я тогда тоже решил войти в храм помолиться, попросить у бога помощи. Но когда я их увидел, подумал, что входить вместе с ними в обитель неудобно, потому опустился на колени возле ворот и стал отбивать поклоны. Но только эти поклоны предназначались не дамам, а небожителю Чжан-сяню!

—Вот себя и выдали! — рассмеялась Сянъюнь. — Нечего оправдываться, сами сознались, что стояли на коленях. Мне известно, что вы и раньше прятались за изваянием бога и оттуда подсматривали за молоденькими богомолками. Разве не так? А в тот раз вы вроде как бы застеснялись и не вошли вместе с ними. Видно, решили, что это не вполне прилично. И бухнулись на колени возле входа!.. Рассказывайте мне небылицы! Такими глупостями можно обмануть трехлетнее дитя, но не меня!

Поняв, что дальше хитрить нет смысла, Вэйян рассказал доподлинную историю прошлой встречи.

—Не скрою, в тот раз молился я не по-настоящему, а лишь для вида. Одна половина поклонов предназначалась божеству, а вторая — красавицам девам! — засмеялся он. — Но откуда вам все это известно? Кто рассказал вам? Вы же были дома!

—У меня всевидящий глаз и очень чуткое ухо! — рассмеялась молодая женщина. — Мне вовсе не обязательно кого-то слушать!

—Если вам известно про тех дам, значит, вы знаете, где они живут, как их зовут, кто их мужья. Пожалуйста, расскажите мне о них подробнее!

—Прожили полгода, будто сами не знаете! И еще спрашиваете!

107 Девять небес — Согласно древним представлениям небо состояло из девяти сфер, или слоев.

—Что вы! Я видел их всего лишь раз и после того дня с ними не встречался. Зря намекаете, что я будто бы прожил с ними полгода… Очень обидно мне! Куда пожаловаться

икому?!

—Если не так, то почему все это время не пожелали со мною встречаться? Наверняка они на меня что-то нашептали, посоветовали со мной не встречаться! Все ясно!

—Какая чудовищная несправедливость! Никогда такого не бывало! Если не верите, я могу поклясться Небом! Пусть разразит меня на этом месте гром, коли была у меня с ними хоть малюсенькая связь!

Эта серьезная клятва убавила сомнения женщины почти наполовину.

—Если так, то вашу вину я прощаю!

—Все рассказал честно! А теперь, сударыня, откиньте-ка одеяльце и позвольте мне пробраться к вам поближе. Очень хочется полежать рядышком!

—Учтите, проказник, что я вовсе не такая, как те три красотки. Отправляйтесь-ка к ним, с ними и милуйтесь! А мне извольте не морочить голову!

—Подумаешь, скромница! — вскричал Полуночник — Кстати, с чего вы решили, что те три дамы красивее вас?

—Они действительно очень хороши собой, иначе с какой стати вам перед ними падать на колени. Глаз, как я вижу, у вас наметанный!

—Тогда у меня это произошло чисто случайно! Ведь бывают же иногда порывы чувств, которые невозможно предугадать. Зря вы досадуете и вините меня в том, что кланялся я не вам, а тем трем женщинам. Что ж, я готов загладить свою вину и вернуть сторицей свой долг, причем со многими процентами. Вот, к примеру сейчас я низко-низко поклонюсь!

Вэйян соскочил с постели и, грохнувшись на колени, принялся истово класть поклоны. Он сделал не меньше двух, а может, трех десятков поклонов, каждый из которых сопровождался громким стуком головы об пол. Ложе ходило ходуном. Сянъюнь сжалилась над гостем и, протянув ему руку, помогла подняться. Полуночник немедленно скинул одежды прочь, шмыгнул под одеяло, и в сей же миг они слились вместе, не чувствуя между собой никаких преград. Вот так порой бывает и с экипажем, который не один раз катился по наезженной дороге. Правда, они встретились впервые, но чувства их окрепли давным-давно. За церемонной беседой они упустили много времени и сейчас торопились наверстать упущенное. Любовь толкнула их в объятья друг друга, они встретились, как два давнишних друга.

После короткой разведки Вэйян перешел в атаку, чтобы без промедления раззадорить противника неожиданным уколом. Сянъюнь с покорностью приняла первый удар, мечтая о грядущих восторгах любовной битвы. Ее покорность заставила Вэйяна удвоить усилия. Несколько десятков выпадов он сделал быстро и без малейших затруднений, все шло как по маслу. Однако после полусотни бросков Вэйяну показалось, что на его пути будто бы возникли преграды.

—Нынче как-то необычно! — проговорила Сянъюнь. — С мужем у меня поначалу тоже бывали трудности, но быстро проходили, все было просто и легко! С тобой, мой милый, вроде как бы все не так!

—Это оттого, что я на других не похож, во мне сидит другая природа, в коей есть две особенности. Во-первых, она способна раздаваться в размерах. Представь себе высохший стебель, который, попав в увлажненную почву, мгновенно разбухает и крепнет. Во-вторых, плоть моя, поначалу холодная, постепенно начинает разогреваться, наполняться жаром. Вообрази обычный камень, который от трения становится горячим как огонь — ну прямо раскаленная звезда, что от жара вот-вот взорвется. Такие у меня природные особенности, которые я не собирался от тебя скрывать. Прими как должное и оцени по достоинству!

—Не верю! Наверное, морочишь мне голову. У простого человека не могут быть такие чудеса! Если то, что ты сказал, правда, откуда же возникла эта затрудненность?

—Все очень просто! Затруднение происходит от излишней сухости. Но как только

возникает влага, все трудности немедленно исчезнут!

— Значит, мне придется опять терпеть?… Впрочем, пускай будет по-твоему… Услышав сей ответ, Вэйян снова бросился в бой. После многих десятков яростных атак

произошло все именно так, как он сказал: трудность исчезла, появилась легкость и свобода движений, а болезненные неудобства сменились удивительным приятством.

—Ах, как чудесно! — воскликнула Сянъюнь. — Значит, ты сказал мне правду, не обманывал!

Восторг, который слышался в ее словах, подстегнул Вэйяна, и он умножил усилия.

—Вот видишь, душа моя, я тебя не обманул! Все, что я говорил тебе, — сущая правда!.. Ну а теперь, милая, рассказывай о тех трех дамах!

—Не торопись! Со временем расскажу, но только тогда, когда поверю в искренность твоих чувств ко мне!

—Спорить не стану! — промолвил Вэйян. Он приблизил лицо к лицу подруги и почувствовал, как ее язычок коснулся его губ. Они замолкли. Битва проходила беззвучно и

продолжалась целых два гэна 108 времени. Вдруг Вэйяну показалось, что конечности женщины странно похолодели — стали как льдышки.

—Душа моя! — прошептала Сянъюнь, которая за это время уже трижды находилась на вершине полного блаженства. — Я так ослабла, кажется, что больше не выдержу! Обними меня! Я хочу отдохнуть, мой дух совсем иссяк!

Вэйян заключил ее в объятья и сразу же почувствовал странный аромат. Он его вспомнил. Чудный запах донесся до его носа в день их первой встречи.

—До чего приятный запах! Какими духами ты окропляешь свое платье?

—С чего ты взял? Я не пользуюсь ни духами, ни благовониями!

—В день нашей первой встречи я почувствовал тот же аромат… Ты в тот миг как раз проходила мимо меня… Но если ты не пользуешься духами, откуда этот запах?

—Наверное, он исходит от моей кожи.

—Вот уж не поверю! Тело так не пахнет! Но если ты меня не дурачишь, значит, твое тело — настоящая драгоценность!

—Кажется, это единственное мое достоинство! Правда, именно им я и отличаюсь от других!.. Родители мне как-то рассказывали, что в момент моего рождения в комнату вдруг влетело пурпурное облако, и сразу же вокруг разлился чудный аромат. В тот самый миг я появилась на белый свет. Облако уплыло, а чудесный запах сохранился в доме и коснулся меня. Вот почему меня назвали Сянъюнь — Душистое Облако! Когда я сижу спокойно, без движенья, аромат не ощущается, но стоит мне хоть немного сдвинуться с места на коже выступает испарина, и в тот же миг все поры начинают источать нежнейший аромат. Чувствую его не только я одна, но и окружающие. По-моему, было бы очень глупо скрывать это достоинство от других!.. В день нашей первой встречи в храме меня поразил твой облик.

Янарочно обронила веер, вернее сказать, оставила его тебе в подарок, и в то же самое мгновенье ты почувствовал аромат, который сразу же запомнил и оценил. «Мой аромат и приведет тебя ко мне!» — подумала я, но ты все не шел, и так до нынешнего дня. Лишь нынче исполнилась моя заветная мечта!

Вэйян прильнул к ней ближе. Ему показалось, что каждая частичка ее тела действительно источает нежнейший аромат. «Так бывает, верно, только у самых редкостных красавиц! — подумал он. — Подлинную красоту нельзя оценивать одними лишь глазами!» Полуночник крепко обнял подругу.

—Ах, душа моя! — воскликнул он в восторге и этот радостный возглас повторил несколько раз…

—Мой милый, неужели ты так сильно меня любишь? — Сянъюнь прильнула к возлюбленному всем телом. — Мне кажется, что я умру подле тебя, прижавшись тесно!

108 Гэн — отрезок времени в два часа.

—Мнится мне, что такой красавицы, как ты, нет на всем белом свете!.. Странно, однако, что твой муж не пользуется твоими драгоценными дарами. Живет где-то на чужбине,

аты томишься в одиночестве!

—Силенок у него немного, вот и скрывается от меня в чужих краях. А может, похаживает в веселые кварталы к певичкам…

—Мне говорили, что он еще не старый. Почему же такой бессильный?

—Все оттого, что он из породы фэнлю — ветротекучих. В молодые годы он горазд был поблудить и чуть ли не каждую ночь проводил в любовных играх. В конце концов он надорвался, ослаб. Мужчина вроде бы в самом соку, однако ни на что больше не годится!

—А в свои молодые годы мог ли он сравниться со мною?

—Уменьями своими вы почти равны. Что до двух качеств, о которых ты мне здесь толковал, то он тебе соперником не будет!

—Вот именно! — воскликнул радостно Вэйян. — В мире и впрямь не сыщешь других мужчин и женщин с подобными редкостными качествами, как у тебя и у меня! И коли мы соединились вместе, нас ничто не может разлучить! С этого дня я буду приходить к тебе каждую ночь!

—Нет, ежедневно не получится никак, ведь в твоем доме живет женщина. Вполне достаточно, если ты меня не забудешь, как это случилось раньше!

—Любопытно, какой брехун сболтнул тебе, внушив при этом мысль, что я был тебе не верен? Досадно, что я не могу сейчас с ним рассчитаться! Узнай его я имя, ух как бы проучил я этого сплетника!

—Сказать по правде, тот «сплетник» не один — их трое, те самые три дамы!

—Странно! — В голосе Вэйяна послышалось возмущение. — Интересно, сколь было бы приятно им услышать такую сплетню о себе! Как им не стыдно болтать о других всякий вздор!

—Теперь могу раскрыть тебе один секрет!.. Они — моя родня по мужу. Тех, что помоложе, я называю младшими сестрицами (они для меня и впрямь что родные сестры). Я делюсь с ними всем, что у меня на сердце, они также посвящают меня в свои тайны. Третью

— ту, что годами постарше, — я зову тетушкой… В тот самый день, вернувшись с богомолья, я рассказала им о нашей встрече, мол, один красавец так пристально меня рассматривал, что я нарочно обронила свой веер. В общем, нисколько не таясь, призналась, как ты мне сильно приглянулся. Одна из них сказала: «Если возникла меж вами такая страсть, значит, вы непременно друг друга найдете! — Я тогда тоже решила, что ты меня сразу же станешь искать. Дней десять стояла возле ворот, все ждала, ждала, а ты не появился! Однажды мои сестрицы возвратились с богомолья. “Каков он собой, тот мужчина, кого ты видела в храме? — спросили они у меня. — Как он был одет?” Я подробно тебя описала. “Значит, это был он! Мы его тоже видели — твою зазнобу!” Потом они поинтересовались, поклонился ли ты мне в тот день, выразил ли свое почтение? Я ответила, что твоя любовь глубоко сокрыта в душе и ты навряд ли станешь показывать чувства на людях, даже если речь идет об обычном поклоне. Услышав мой ответ, они улыбнулись. Мне показалось, что они чем-то довольны. А на меня вдруг напали сомненья. Я спросила их о том о сем, они в подробностях мне рассказали, как ты клал поклоны — даже на колени опустился. При этом они заливались громким смехом, нарочно показывая свое превосходство надо мной. Понятно, мне было досадно и обидно, несколько дней я находилась в ужасном настроении. Меня сверлила мысль: — Он увидел их впервые, как и меня, почему же на меня он не обратил внимания и даже умышленно ушел от знакомства, будто в чем-то меня подозревал, а от них потерял голову и отбивал поклоны словно ненормальный. Видно, я совсем дурнушка, он не желает со мной встречаться! А они — писаные красавицы, вот он и ищет с ними встречи!» До того дня мы были самыми близкими подругами, но в мою душу постепенно закрались подозрение и горечь. Теперь ты понимаешь мои сомнения?… Со дня нашей первой встречи прошло уже полгода, и за это время от тебя не было никаких знаков внимания. Сейчас ты мне поклялся, и я убедилась, что у тебя с ними

не было любовных встреч. Все мои сомнения возникли из-за твоего спектакля с поклонами. Теперь скажи по-честному, зачем ты его устроил?

—Вот, оказывается, в чем дело! Теперь я понимаю твой гнев, однако не виню тебя!.. Но если так случилось, могу ль теперь я с ними повстречаться? Ведь они мне вроде как родственницы — молоденькие свояченицы. Мне очень было бы приятно с ними встретиться, поведать им о нашей с тобой любви, о том, как мы породнились. В тот раз, когда я клал им свои поклоны, они дерзнули пред тобой кичиться, нынче я хочу им немного отомстить — похвастать любовью нашей! Что скажешь?

—Встречу с ними устроить очень даже просто! Они ведь не только мне родня, они мои сестры по уговору. В свое время мы дали клятву дружбы, поклялись, что вместе будем делить и радости и горе. Если они не совершили по отношению ко мне дурного поступка, у меня нет основания к ним плохо относиться! В общем, я непременно тебя с ними познакомлю. Пускай и они узнают в своей жизни несколько радостных мгновений и оценят дар, который ты преподнес мне. Одно меня тревожит: наши встречи на какое-то время прервутся. Умоляю, не изменяй мне! Приходи почаще, ежедневно! Дай клятву, что будешь по-прежнему дарить своей любовью.

Слова возлюбленной привели Полуночника в восторг. От возбуждения он всплеснул руками и, перевернувшись, скатился с постели. Обратив лицо к небу, он зашептал клятву — она была куда суровей той, что он произнес недавно. Потом он снова влез на ложе и, прильнув к возлюбленной, стал умолять ее помочь знакомству.

Но вот все радости закончились, и они уснули, тесно прижавшись один к другому. Занялся рассвет. Вэйян покинул ложе. Хозяйка проводила любовника до стенки, где его ждала лестница. С этого дня они встречались едва ли не каждую ночь и всякий раз делили друг с другом ложе.

Покамест мы еще не знаем, попали ли в конце концов в лапы нашего героя другие две красотки. Здесь мы на какое-то время прервемся, а в двух последующих главах расскажем совсем о других событиях. После этих двух картин из нашего спектакля герой вновь выступит на сцену.

Замечания к сей главе таковы:

«По нашему разумению, самое удивительное в повествовании “Подстилка из плоти” таится в только что прочитанной главе. Сначала мы узнали, как Сянъюнь проявила свою натуру, что заставило читателя от изумления вытаращить глаза. Однако покамест никто еще не знает, чем все это кончится. Лишь в заключительных сценах мы увидим, что все проистекает именно отсюда и должно произойти именно так, а не иначе. Никакой натяжки в рассказе нет. Еще раньше, до встречи с Полуночником, женщину терзала незримая чужим взорам ревность. Потом, как нам известно, произошла их встреча на любовном ложе, и ревность женщины излилась чувством досады, что вполне понятно. Но это чувство отныне сопровождало женщину постоянно и повсюду. Однако все же в конце концов она выбросила из сердца гнев и обиду. Более того, она даже согласилась сыграть роль Подлунного старца109 — сводни, желая свести все три судьбы воедино, то есть устроить три чудесных связи и союза!

Читатель! Обремененный разными важными и срочными делами, ты, возможно, кое-что упустил из виду, однако, дойдя до этого места, все ж задумайся о том, как Вэйян получил свои удовольствия!»

Глава тринадцатая

109 Подлунный (Лунный) старец — божество, связывающее судьбы двух людей. Иносказательный образ свата.