Лексика делового протокола в дискурсивном аспекте (на материале протоколов 1918-1933 гг.)
Н.А. Мишанкина,
О.А. Черныш
Аннотации
Исследуется лексика делового протокола 1918-1933 гг. из Госархива Томской области. Цель работы - выявить через анализ количественных параметров лексической организации протокола аспекты отражения исторических событий, происходивших в Томске. Исследование выполнено в русле дискурсивного подхода, основной метод - контент-анализ. В результате проведенного исследования определены дискурсивные параметры протокола: собственно документные, включая фактографические, историко-культурные. деловой протокол лексика
Ключевые слова: документный дискурс; протокол; лексическая организация дискурса; дискурсивные параметры, контент-анализ; историко-культурный контекст.
LEXICAL ORGANIZATION OF THE RECORD IN A DISCURSIVE ASPECT (ON THE BASIS OF RECORDS OF 19181933)
Natalia A. Mishankina, Tomsk Polytechnic University (Tomsk, Russian Federation); Tomsk State University (Tomsk, Russian Federation).
Olga A. Chernysh, Tomsk Polytechnic University (Tomsk, Russian Federation).
Keywords: document discourse; record; lexical organization of discourse; discursive parameters; content analysis; historical and cultural context.
The aim of the work is to reveal the quantitative characteristics of the lexical organization of the text of the record in the aspect of reflecting historical events that took place in Tomsk in the post-revolutionary period (1918-1933). Despite its significant role in providing of official communications, the documentary text has occupied attention of linguists since not so long ago. As part of traditional research directions, functional classification of texts has been carried out, general design parameters have been revealed, basic properties have been described. At the same time, texts show tendencies that are contrary to the properties described, which has prompted the emergence of new research projects within the framework of discursive and cognitive directions. In this connection, a special interest is the study of documentary discourse in the historical aspect, since works in this direction are few. Discourse analysis is accepted as the leading methodological approach in the work. The main method is automated content analysis, which allowed to reveal the quantitative aspect of the lexical organization of documents. The material of the analysis is an array of texts of records / extracts from records from the collections of documents of the State Archive of Tomsk Oblast (subseries "People and Power") from 1918 to 1933, which includes 126 documents. The total number of word forms in these documents is more than 40,000. The research revealed that the record, as a documentary genre, fully fulfills the "witness" function, reflecting the social context in which it is created. The analysis of quantitative parameters established that the array of records of meetings of various authorities of Tomsk Province dated by 1918-1933 meets the requirements for documentary discourse in general: (1) the most frequent are document markers in accordance with the requirement of factography: anthroponyms, toponyms and the designation of dates; (2) the texts correspond to the requirement of unification - the most frequent are lexical units denoting the type of document, situations, typical communicative actions, typical participants and locus. In other words, the texts under study refer to the sphere of institutional communication. However, the revealed parameters show the influence of the social context: (1) male names dominate in the texts, which indicates an obvious gender imbalance in the society of the period under study; (2) surnames that function in the texts of the records allow to identify socially and politically important figures relevant to the region; (3) the most frequent lexical units reflect the main events that are significant for the social and political life of the province; (4) estimation of the dynamics of the vocabulary of the records arranged by years allows to identify the relationship between political and social processes of national and regional nature; 5) lexical units have been revealed that mark the establishment of a new type of social relations and, ultimately, denote the boundaries of the time period for the development of documentary discourse as a whole.
История вопроса и постановка проблемы исследования
Русский деловой документ имеет давнюю историю. Возникнув одновременно с русской государственностью, он успешно функционирует, обслуживая самые разнообразные формы официальной коммуникации - от межличностной до массовой. Несмотря на ключевую роль в обеспечении государственных и деловых социальных процессов, несмотря на значительные массивы и разнообразные типы текстов документов, эта область речевой деятельности привлекает внимание лингвистов только во второй половине XX в.
Емко и выразительно эту ситуацию обозначила Е.Б. Богатова в названии своей работы: "Документный дискурс - "нелюбимый ребенок" русской лингвистики", отметив, что, несмотря на свой социокультурный потенциал, деловой документ крайне редко выступает объектом исследования в силу ряда причин, одна из которых состоит в том, что "дискурсивные характеристики документов предопределяют особый подход и специфические исследовательские задачи, но требуемый теоретико-методологический инструментарий не сформирован" [1. С. 43]. Действительно, в настоящее время только намечаются подходы к исследованию документного текста в дискурсивном аспекте, способном раскрыть его информационное богатство.
Обращение к истории изучения документа позволяет говорить о нескольких направлениях исследования документного текста. Безусловно, интерес к этой предметной области традиционно проявляли представители исторической науки, и документный текст в качестве историографического источника уже давно выступает в качестве объекта исследования историков. Но стоит обратить внимание на то, что сформированный на текущий момент огромный корпус текстов русской документации отражает все события, происходившие в русской истории: политические, социальные, культурные, не только в содержании, но в своей языковой структуре.
Именно к этому формальному аспекту обращено наиболее ранее направление его изучения - документоведческое, рассматривающее данный тип текста прежде всего с позиции его функциональной организации как части целостной коммуникативной системы, обеспечивающей процессы государственного и делового регулирования (М.П. Илюшенко, Н.С. Ларьков, Е.А. Плешкевич, Г.Н. Швецова-Водка и др.). В рамках этого направления осуществлено описание типов документов, их основные функции (информационная, коммуникативная, кумулятивная) [2. С. 15]. Близко к вышеописанному методологическое направление, сформировавшееся в ответ на проблему изучения лингвистической специфики документа и активно в настоящее время развивающееся - документная лингвистика (Е.Б. Богатова, Г.А. Дюженко, М.В. Косова, С.П. Кушнерук и др.). Система текстов этого типа выступает традиционным объектом изучения для функциональной стилистики, в рамках которой было осуществлено описание их специфики как целостной системы - официально-делового стиля (Т.М. Веселовская, И.С. Вольская, Т.В. Губаева, Е.М. Иссерлин, М.Н. Кожина, Л.Г. Кыркунова, И.Р. Подзолкова, О.П. Сологуб и др.).
В работах исследователей названных направлений основное внимание обращено на структурные, композиционные, собственно стилистические особенности, проведено номенклатурное описание современной документации, осуществлена функциональная классификация текстов, выявлены общие параметры языкового оформления. На настоящем этапе исследований описаны базовые свойства документного текста
[3] , к таковым могут быть отнесены: 1) высокий уровень унифицированности, в том числе стабильность композиционных структур текстов и ограничение состава языковых средств; 2) актуальность и адресность содержания, реализующаяся в последовательной фактографичности; 3) информационная точность и
нейтральность, обеспечивающая выполнение базовой функции данного типа текстов - "информационную функцию регулятивного и ориентирующего действия в институциональной официальной коммуникации" [1. С. 42].
Вместе с тем в работах исследователей названных направлений отмечаются тенденции, наблюдаемые в данной текстовой сфере, но идущие вразрез с описанными свойствами. В частности, исследуя коммуникативно-прагматические и языковые особенности заявления начала ХХ в., Т.П. Рогожникова отмечает: "В связи с социально-историческими, культурными и языковыми изменениями исторически развиваются языковые, жанрово-стилистические и прагматические способы и средства выражения ситуации, в частности коммуникативных целей, адресанта и адресата" [4. С. 11]. Е.Б. Богатова пишет в этой связи о целом ряде проблем, препятствующих полноценному исследованию сферы документного текста, наиболее актуальными можно назвать онтологическую неопределенность документа как текста, его невключенность в целостную концепцию теории текстов, а также необходимость формирования особого методологического инструментария [1. С. 43].
Эта ситуация, свидетельствующая об определенной стагнации в области лингвистического изучения документа при констатации факта изменений документной "реальности", а также формирование новых методологических подходов послужили толчком к появлению в последние десятилетия новых исследовательских проектов, реализующих анализ в рамках дискурсивного и когнитивного направлений. Начато исследование коммуникативно-прагматической структуры документа, и в фокус исследовательского внимания попадает текст документа как особый вид коммуникативного акта, параметры адресата и адресанта, прагматические смыслы (А.С. Давыдова, Е.З. Киреева, А.А. Моисеенко, Н.В. Орлова, Т.В. Чернышова, Т.А. Ширяева).
Взгляд на документ как на процесс и результат коммуникативных взаимодействий, как на дискурсную формацию обусловливает подход, заданный еще представителями французской школы анализа дискурса [5] и реализуемый в исследованиях последних лет (С.В. Ахметова, Л.О. Бутакова, Е.Н. Гуц, Н.А. Мишанкина, Ж.А. Рожнева, Н.В. Орлова, Т.П. Рогожникова, М.В. Ромашко, А.О. Стеблецова). Дискурсивный анализ позволяет по-новому отрефлексировать отражение в документных массивах социальных, культурных, исторических процессов, актуализирует их потенциал в аспекте изучения дискурсивных картин мира. В частности, в работах Н.В. Орловой [6-8] представлен взгляд на структуру и речевую ткань документа с точки зрения коммуникативных процессов, протекающих в определенной области официальных взаимодействий (например, в области образования). Автор на основе анализа тестов официально-деловых документов (приказов), относящихся к различным эпохам (70-80-е гг. XX в. и 2010-2012 гг.) констатирует изменение речевой организации как показатель смены мировоззренченских установок, свидетельствующих о трансформации дискурсивной картины мира. Исследование Н.В. Орловой убедительно доказывает, что дискурсивные факторы вызывают серьёзные изменения официально-деловой коммуникации.
В этой связи особый интерес представляет исследование документного дискурса в историческом аспекте. В работе Н.А. Мишанкиной и Ж.А. Рожневой представлены результаты анализа текстов судебных приговоров 1920-х гг., авторы выявляют особенности картины мира, отраженной в этих документах и проявленной прежде всего в системе аргументации:
1) наличие своеобразной социальной модальности документа, свидетельствующей о смене логики доказывания, когда решение обосновывалось не буковой закона, а социальными мотивациями; 2) мифологизация процессов установления новой власти, выражающаяся в именовании новых учреждений и регламентирующих процедур с заглавной буквы [9]. Объектом исследования О.А. Горбань выступила категория субъекта текста в документах различных жанров (рапорты, доношения, прошения, расписки, войсковые грамоты, приговоры станичного сбора, свидетельские показания и др.) фонда "Михайловский станичный атаман", хранящегося в Государственном архиве Волгоградской области, относящиеся к середине XVIII в. Результатом их изучения стал вывод о том, что "сравнение с современными документами позволяет судить о более высокой степени участия субъекта в описываемых действиях, о большей значимости социальной иерархии при выборе средств и способов репрезентации субъекта в документах XVIII в." [10. С. 359].
Наиболее близкой области наших интересов представляется статья Л.П. Батыревой, посвященная языковой специфике протокола собрания 1929 г. граждан с. Студенцы: автор устанавливает, что язык документа неоднороден, он представляет собой смешение стилистических пластов, "смешение старого и нового, привычного, своего и чужого, чуждого", что отражает в первую очередь социальные процессы [11. С. 55]. Эту проницаемость, уязвимость официально-делового стиля в периоды социальных катаклизмов, его зависимость от общественного и политического строя отмечает В.К. Харченко в более ранней работе [12. С. 131]. Интересные с этой точки зрения наблюдения представлены в работе Т.П. Рогожниковой, посвященной изучению языковых особенностей "Отчетов общества попечентя о начальномъ образовали в г. ОмскЪ" за 1890-1900 гг. из фондов историкокраеведческого музея г. Омска, где отмечается очевидное несоответствие исследуемых текстов параметрам формализации документов подобного типа, объясняемое "умонастроением этого времени" [13. С. 362].
Таким образом, изученные источники позволяют констатировать, что документный дискурс представляет собой одну из значимых областей социальной коммуникации, получающую последовательное отражение в документных текстах различного рода. При этом документный текст в дискурсивном аспекте только начинает изучаться. Более того, некоторые виды документов еще практически не попадали в фокус исследовательских интересов. Например, практически отсутствуют работы, посвященные такому виду регламентирующих документов как стандарт, единичны работы, в которых рассматривается протокол - один из интереснейших документов, выполняющих функцию фиксации хода реальных социальных событий и документального их подтверждения. Обращение к исследованию текста делового протокола в дискурсивном аспекте представлено в работе [14], но приходится констатировать, что исследования, посвященные этой проблематике, единичны.
Полагаем, что изложенное выше убедительно показывает необходимость изучения документного дискурса как целостной формации, отражающей самые различные трансформации социальной реальности. В связи с исследованием параметров трансформации текста документа особый интерес представляют исторически переломные периоды. К таковым могут быть отнесены послереволюционные годы. Первая треть XX в. в России является эпохой глобальных изменений в жизни общества, так как за относительно краткий промежуток времени происходит большое количество исторически важных событий: революции, Первая мировая и Гражданская войны, новая экономическая политика, коллективизация и индустриализация.