В качестве примера Г. Нечаев указывал на тот факт, что на множестве вывесок окружного центра, официальных документах массового характера информация написана и отпечатана «исковерканным до неузнаваемости» коми-пермяцким языком. На страницах «Учебной газеты» летом 1932 г. печатались неверные установки, смысл которых сводился к следующему: нет смысла обучать грамматике коми-пермяцкого языка; умение разговаривать на коми-пермяцком языке исключало необходимость обучения письменности; при наличии трудностей при переводе текста с русского на коми- пермяцкий язык предлагалось отказаться от перевода.
Несмотря на ряд пробелов и недочетов в работе ОКНА ученый отмечал, наряду с изданием «Учебной газеты», его значимые мероприятия: проведение окружных курсов по подготовке руководителей районных курсов нового алфавита; проведение районных курсов по подготовке руководителей и работников культуры для массовой работы по переходу на новый алфавит; издание букваря на новом алфавите для школ первой ступени; издание разрезной азбуки для школ и пунктов по ликвидации неграмотности; издание художественного литературного сборника; составление и издание небольшого терминологического словника, главным образом для канцелярских работников; проведение совместно с Коми-пермяцким издательством работы по созданию своей местной полиграфической базы. Большим достижением являлся тот факт, что все учебники, издаваемые Учпедгизом, выходили на новом алфавите.
Из всего вышеизложенного, по мнению Г. Нечаев, вытекали следующие задачи, стоящие перед ОКНА: усиление партийного руководства комитетом; необходимость работы по строго разработанному календарному плану; в связи с отсутствием в Коми округе своего национального вуза создание при комитете особой научной ячейки для работы по вопросам языкознания, сосредоточение ней всех имевшихся кадров; организация дальнейшей работы по внедрению нового алфавита в широкие трудящиеся массы; организация окружных курсов по подготовке квалифицированных работников по изучению не только нового алфавита, но и коми-пермяцкого языка, для работников издательств, авторов и преподавателей школ повышенного типа; продолжение решительной борьбы с местным национализмом и особенно с великорусским шовинизмом как главным врагом в области языкового строительства. Свое исследование ученый заканчивал следующими словами: «Только при решительном проведении большевистской национальной политики в вопросах культурного и языкового строительства можно добиться того, что окружные коми-пермяки быстрыми темпами ликвидируют свою культурную отсталость, доставшуюся от политики царского самодержавия и встанут на уровень социалистической культуры других передовых национальных республик и областей Советского Союза» [3. Ф. 676. Оп. 1. Д 1239. Л.15].
Однако все организационные усилия по внедрению нового латинизированного алфавита в регионе не привели к положительным результатам, несмотря на то, что на это были затрачены большие материальные средства. Эксперимент по внедрению нового латинизированного алфавита не удался: спрос на периодические издания снизился, без учебной литературы велось преподавание в школе. Президиум Коми областного исполнительного комитета в марте 1935 г. принял решение об отмене нового латинизированного алфавита и о возврате к алфавиту В. А. Молодцова. Постановлением Президиума ЦИК СССР от 27 декабря 1937 г. Всесоюзный Центральный Комитет нового (латинизированного) алфавита был ликвидирован как выполнивший свою задачу - ликвидацию неграмотности. В процессе латинизации были допущены явные перегибы, заключавшиеся прежде всего в том, что латинский алфавит был провозглашен «алфавитом всемирного коммунистического общества», а попытки положить в основу письменности нерусских народов русский алфавит клеймились как контрреволюционные. Латинизировалась письменность даже тех народов, которые до этого пользовались русской графикой (удмурты, коми, осетины, якуты и др.). С 1939 г. коми-пермяцкий алфавит В.А. Молодцова был заменен на нынешний вариант кириллического алфавита, значительно более приближенный к русской графике: от русского алфавита он отличается только двумя буквами - «о» и «і».
В заключение отметим, что в исследовании Г. Нечаева содержится значительное количество идеологических высказываний, без которых в 1930-е гг. не обходилась практически ни одна научная работа, публичное выступление или публикация. Нельзя согласиться с автором, что вопрос об алфавите коми-пермяков не ставился до Октябрьской революции: в качестве примера можно указать на выпущенные во второй четверти XIX в. две работы Н.А. Рогова, посвященные пермяцкому языку [5; 6]. Кроме того, издание миссионерским обществом в Казани религиозных книжек и брошюр на коми-пермяцком языке, по нашему мнению, не являлось целью ускорения насильственной русификации до революции. Унификация коми-пермяцкого алфавита, при всех имевшихся недостатках в работе, позволила решить основную задачу - ликвидацию неграмотности, а борьба различных направлений показала глубокую заинтересованность коренного населения в создании и овладении современным языком. Представленная информация позволит расширить источниковедческую базу по истории языкознания, в частности коми-пермяцкого языка, и может быть использована в образовательных и исследовательских целях.
Список источников и литературы
латинизация алфавит коми пермяцкий
1. Бражкин Ф. О путях культурной революции в нашем округе // Пахарь. 1929. 11 июня. С. 2-3.
2. Молодцов В.А. Букварь Коми языка. Усть-Сысольск, 1920. 17 с.
3. Нечаев Г. Латинизация у коми-пермяков Уральской области. 7 марта 1933 г. // Архив Российской академии наук (АРАН).
4. Нечаев Г. Унификация коми и удмуртского алфавитов // Культурная письменность Востока. 1931. № IX. С. 11-21.
5. Рогов Н.А. Опыт грамматики пермяцкого языка. Санкт-Петербург, 1860. 164 с.
6. Рогов Н.А. Пермяцко-русский и русско-пермяцкий словарь. Санкт-Петербург, 1869. 414 с.
REFERENCES
1. Brazhkin F. O putyakh kul'turnoy revolyutsii v nashem okruge [About the ways of the cultural revolution in our district ]. Pakhar'. [Plowman], 1929, June 11, pp. 2-3. (In Russian).
2. Molodtsov V.A. Bukvar' Komi yazyka. Ust'-Sysol'sk [Primer of Komi language]. Ust-Sysolsk, 1920, 17 p. (In Russian).
3. Nechayev G. Latinizatsiya u komi-permyakov Ural'skoy oblasti. 7 marta 1933 g. [Latinization of the Komi- Permyaks of the Ural region. March 7, 1933]. Arkhiv Rossiyskoy akademii nauk [Archive of the Russian Academy of Sciences (ARAS)]. (In Russian).
4. Nechayev G. Unifikatsiya komi i udmurtskogo alfavitov [Unification of the Komi and Udmurt alphabets]. Kul'turnaya pis'mennost' Vostoka [Cultural writing of the East], 1931, № IX, pp. 11-21. (In Russian).
5. Rogov N.A. Opyt grammatiki permyatskogo yazyka [Grammar experience of the Perm language]. St. Peterburg, 1860, 164 p. (In Russian).
6. Rogov N.A. Permyatsko-russkiy i russko-permyatskiy slovar' [Perm-Russian and Russian-Permian dictionary]. St. Petersburg, 1869, 414 p. (In Russian).