Статья: Культурная доминанта российской и китайской молодежи на занятиях по прикладной культурологии

Каковы истоки подобных расхождений в культурных картинах мира китайских и российских магистрантов? Китайская экономика, политика и культура традиционно ориентированы на собственные потребности, рынок и духовно-эстетические образцы. По мнению известнейшего американского дипломата, лауреата Нобелевской премии мира Г. Киссинджера, ни одна страна не может похвастать такой долгой историей цивилизации или такой тесной связью с древней историей и классическими принципами стратегии и искусства управления государством. Г. Киссинджер полагает, что само название государства призвано стимулировать носителей китайского языка оказывать приоритетное внимание именно своему государству: «В то время как другие страны называли себя по имени этнических групп или в соответствии с географическими понятиями, Китай назвал себя “Чжунго” -- “Срединное царство”, или “Срединное государство”» (Киссинджер, 2017: 15). Анализируя китайские политические и исторические трактаты, исследователи нередко приходят к выводу о том, что подобные трактаты изобилуют цитатами и аллюзиями на собственно китайский опыт, игнорируя зарубежные достижения. Подобное развитие китайской политической мысли укрепляет патриотизм.

Каковы позитивные и негативные последствия подобного концентрированного внимания китайцев на экономике, политике и культуре собственной страны? По мнению экспертов, 80% прибыли китайских корпораций приходится на внутренний рынок. Обеспечивая нужды собственных граждан, китайские бизнесмены в некоторой степени теряют возможности на внешних рынках. Однако в тех сферах экономики, где китайские товары поставлены на экспорт, местные правительства нередко вводят торговые барьеры, стремясь защитить внутренних производителей. Следовательно, китайская ориентация на внутренний рынок оправдана современными экономико-политическими реалиями. Стимулируя внимание к собственным культурным образцам, китайские политики умело воспитывают внутреннего потребителя, который обеспечивает устойчивый спрос на собственные товары. Внутренний потребитель не подвластен внешним торговым войнам и является гарантом востребованности товаров, производимых в пределах государства.

Значимым позитивным эффектом китайской ориентированности на собственное культурно-историческое наследие страны является возможность психологической консолидации китайского народа во время трудностей и вызовов современности. Примером может служить ситуация с коронавирусной инфекцией 2019-nCoV и реакцией на нее китайской общественности. Солидарность китайского общества, желание поддержать соотечественников в трудную минуту порождают множество изображений в китайском Интернете, где простые обыватели выдвигают позитивные лозунги -- культурно-коммуникативные формулы (Завьялова, 2017: 150; Завьялова, 2015: 78) -- с использованием родных иероглифов и понятного каждому китайцу сленга: “Zhongguo jiдyou” «Китай, добавь масло!» (jiдyou -- выражение «добавить масло» пришло в современный китайский язык из автомобильного дела) = «Китай, поднажми!» (рис. 4).

Рис. 4. Фотография с ободряющим лозунгом «Китай, поднажми!» (Фотография из китайской интернет-сети «Вейсин» : Электронный ресурс)

Возвращаясь к обсуждению представленного на анализируемом занятии кейса, сформулируем следующий вопрос: «Поскольку китайские студенты ориентированы на собственную культуру, то является ли целесообразным для них обучение за рубежом?» Ответим положительно, поскольку цель их обучения заключается в приобретении навыков, необходимых для успешного служения Китаю, его процветания. Многие сегодняшние магистранты, прошедшие обучение за рубежом, смогут определять политику страны в будущем, используя свой зарубежный опыт. Сохраняя приоритеты внутреннего рынка, Китай стремится в глобальных масштабах расширить свои зоны влияния с опорой на собственную культуру, нередко недоступную для внешних агентов. В том случае если внешние агенты желают сотрудничать с Китаем, они должны овладеть языком этого государства и предпринять усилия с целью проникновения в эту страну, ее рынок, законы которого, в свою очередь, защищают китайцев и отпугивают «чужаков».

Анализируя позицию российских магистрантов, выскажем предположение о том, что они предпринимают попытку обрести значимого другого вне собственной страны. Подобный расчет на внешние дружественные контакты представляется необоснованным в условиях современной турбулентной геополитической конъюнктуры.

Заключение

Проанализированный кейс на практическом занятии по прикладной культурологии в сопоставительном аспекте свидетельствует о том, что, принимая в целом формат современного глобального мира, Китай и Россия по-разному практически воплощают его в жизнь. Китай, провозглашая приоритет собственной культуры, формирует стабильный внутренний рынок, воспитывая собственных потребителей на родных культурных образцах. Российская модель глобализации предполагает установку на взаимодействие представителей различных культур в рамках атмосферы взаимопомощи и сотрудничества. Мы убеждены в том, что современная геополитическая ситуация не позволяет прогнозировать скорейшее наступление подобной системы международного взаимодействия. Напротив, в мире возрастает тенденция локализации, набирают силы движения, ориентированные на подъем национального самосознания в ущерб международной солидарности и сотрудничеству. По нашему мнению, лишь сохранение собственной культуры, преемственность по отношению к ней, почитание родных культурных образцов позволяет сформировать более устойчивую психолого-экономическую установку для молодежи современности.

Список литературы

1. Завьялова, Н. А. (2017) Культурно-коммуникативные формулы в рамках тезаурусного подхода // Знание. Понимание. Умение. № 3. С. 152-162. DOI: 10.l7805/zpu.2017.3.12

2. Завьялова, Н. А. (2015) Культурно-коммуникативные универсалии как современный этап развития культуры // Знание. Понимание. Умение. № 1. С. 77-88. DOI: 10.17805/zpu.2015.1.7

3. Киссинджер, Г. (2017) О Китае / пер. с англ. В. Н. Верченко. Изд. на русском языке «AST Publishers», 790 c.

4. Луков Вал. А., Луков, Вл. А. (2008) Тезаурусы. Субъектная организация гуманитарного знания. М. : Изд-во Национального института бизнеса. 784 с.

5. Ухтомский, А. А. (2020) Доминанта: физиология поведения. М. : АСТ. 250 с.

6. Фотография из китайской интернет-сети «Вейсин» [Электронный ресурс]. URL: https:// mp.weixin.qq.com/s/Brah (дата обращения: 10.01.2020).

7. Вэй Денфен (2016) «И ДАЙ И ЛУ джан люэ ся джонгуо нонъе жухэ ДЗОУ ЧУЦУ» («Один пояс и одна дорога» для китайского сельского хозяйства означает «выйти наружу, вовне») 25 июля. [Электронный ресурс]. URL: http://mp.weixin.qq.com/s?src=3&timestamp=146942 8649&ver=1&signature=N*-RoE*NdHivgUKmMa9RycxucA8twUCffTb6Ds-e3k4pt3KJ9H-MrkeNLGGS2q9c769WR7SjGqxBrvmwjhiWWBpSrTlAgOiVfOd-mwKfNLCdbyfphKMgh-MsnbaMhXdbr0fq1WdXfq*2v7W1*KjonOQatX4tAc7vyyBDjQ8Wa34= (дата обращения: 15.07.2020).

8. McNamara, R. A., Willard, A. K., Norenzayan, A, Henrich, J. (2019) Weighing outcome vs. intent across societies: How cultural models of mind shape moral reasoning // Cognition. Vol. 182. Pp. 95-108. DOI: https://doi.Org/10.1016/j.cognition.2018.09.008

9. Mesoudi, A. (2016) Cultural evolution: a review of theory, findings and controversies // Evolutionary Biology. Vol. 43 (4). Pp. 481-497. DOI: https://doi.org/10.1007/s11692-015-9320-0

10. Stubbersfield, J., Tehrani, J., Flynn, E. (2018) Faking the news: intentional guided variation reflects cognitive biases in transmission chains without recall // Cultural Science. Vol. 10 (1). P. 54-65. DOI: https://doi.org/10.5334/csci.109

References

1. Zav'ialova, N. A. (2017) Kul'turno-kommunikativnye formuly v ramkakh tezaurusnogo podkhoda. Znanie. Ponimanie. Umenie, no. 3, pp. 152-162. DOI: 10.17805/zpu.2017.3.12. (In Russ.).

2. Zav'ialova, N. A. (2015) Kul'turno-kommunikativnye universalii kak sovremennyi etap razvitiia kul'tury. Znanie. Ponimanie. Umenie, no. 1, pp. 77-88. DOI: 10.17805/zpu.2015.1.7. (In Russ.).

3. Kissindzher, G. (2017) O Kitae / transl. from English by V. N. Verchenko. Moscow, AST. 790 p. (In Russ.).

4. Lukov, Val. A. and Lukov, Vl. A. (2008) Tezaurusy. Sub”ektnaia organizatsiia gumanitarnogo znaniia. Moscow, National Institute of Business. 784 p. (In Russ.).

5. Ukhtomskii, A. A. (2020) Dominanta: fiziologiia povedeniia. Moscow, AST. 250 p. (In Russ.).

6. Fotografiia iz kitaiskoi Internet seti «Weixin» [online] Available at: https://mp.weixin. qq.com/s/Brah (accessed: 10.12.2020)

7. Vei Denfen (2016) “Yпdаi yпlщ” zhаnlьи xiа zhцngguц nфngyи rыhй “zou chьqщ” July 25 [online] Available at: http://mp.weixin.qq.com/s?src=3&timestamp=1469428649&ver=1&signature=N*-RoE*NdHivgUKmMa9RycxucA8twUCffTb6Ds-e3k4pt3KJ9H-MrkeNLGGS2q9c769WR7SjGqxBrvmwjhiWWBpSrTlAgOiVfOd-mwKfNLCdbyfphKMgh-MsnbaMhXdbr0fq1WdXfq*2v7W1*KjonOQatX4tAc7vyyBDjQ8Wa34= (accessed: 15.07.2020).

8. McNamara, R. A., Willard, A. K., Norenzayan, A. and Henrich, J. (2019) Weighing outcome vs. intent across societies: How cultural models of mind shape moral reasoning. Cognition, vol. 182, pp. 95-108. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cognition.2018.09.008 (accessed: 10.12.2020).

9. Mesoudi A. (2016) Cultural evolution: a review of theory, findings and controversies. Evolutionary Biology, no. 43 (4), pp. 481-497. DOI: https://doi.org/10.1007/s11692-015-9320-0

10. Stubbersfield J., Tehrani J. and Flynn E. (2018) Faking the news: intentional guided variation reflects cognitive biases in transmission chains without recall. Cultural Science, vol. 10 (1), pp. 54-65. DOI: https://doi.org/10.5334/csci.109