Корреляции признаков внутренней формы и лексического значения единиц английского и французского языков
Т.С. Нифанова
В последние годы различные аспекты организации семантического пространства разных языков все чаще привлекают внимание лингвистов. В частности, В.М. Русановский в сопоставительном плане рассматривает взаимосвязи внутренней и внешней форм слов в единицах европейских языков [Русан шський, с.17-18].
Ученый делит анализируемые единицы на четыре группы:
1) единицы разных языков, которые имеют сходные внутренние и внешние формы при разном материальном выражении: укр. виріз и нем. der Asusschnitt;
2) единицы разных языков, которые различаются внутренней и внешней формами, но имеют одинаковое значение: укр. чужина и нем. Island;
3) единицы разных языков, которые различаются внутренними формами при тождественной внешней форме: укр. тесляр и нем. der Tischler;
4) единицы разных языков, которые имеют сходные внутренние формы, но различаются внешними фор - мами: рус. моряк и англ. seaman.
Исследователь приходит к выводу о том, что наиболее представительной оказывается четвертая группа слов [Там же]. Исходя из целей и задач нашей работы, более перспективным представляется подход к анализу соответствий между внутренней формой и лексическим значением единиц русского языка, предложенный Н.В. Хохловой [Хохлова с. 15-16]. Исследователь опирается на принцип деления семантического пространства языка посредством денотативных классов, каждый из которых содержит единицы, ориентированные на один и тот же объект мира.
Автор концепции фрагментации языковой картины мира на основе выделения денотативных классов пишет, что «денотативный класс включает в свой состав однородные в семантического отношении единицы в том смысле, что каждая из них отражает одно или несколько актуальных свойств явления, названного именем класса» [Симашко, с. 69]. В то же время подчеркивается неоднородность денотативного класса в силу входящих в него разноструктурных единиц, как и слов, принадлежащих различным частям речи, а также в силу отражения «различных способов освоения действительности - обыденного, научного, эстетического» и т.д. [Там же, с. 39]. Н.В. Хохлова на материале денотативных классов <дождь> и <снег> диалектов русского языка выявила три типа корреляций между признаками внутренней формы и лексического значения слова: а) признаки живой внутренней формы мотивируют лексическое значение, б) признак внутренней формы является составной частью лексического значения, в) внутренняя форма не противоречит лексическому значению, но и не является ни мотивирующей основой, ни частью лексического значения [Хохлова, с. 16-17].
В научной литературе встречается также упоминание о том, что значение внутренней формы может вступать в противоречие со значением слова [Латышев, с. 170]. На наш взгляд, точнее было бы сказать, что тот или иной признак внутренней формы вступает в противоречие с одним из признаков лексического значения слова. Вместе с тем нельзя не признать того, что в английском языке имеются отдельные единицы, в которых признак внутренней формы действительно противоречит одному из признаков слова.
Так, внутренняя форма слова sea horse или `морской конь' наводит на мысль о крупном животном, тогда как в толковании единицы содержится указание на маленький размер рыбки. Как следует из дефиниции, сходство с конем заключается в форме головы и передней части тела: sea horse - `the hippocampus, a small, semitropical fish with a slender tail, plated body, and a head and foreparts somewhat like those of a horse' [NWD, p. 1314]. Другие же компоненты значения не противоречат признаку внутренней формы. А вот в английском слове sea devil или `морской дьявол' внутренняя форма действительно противоречит компоненту лексического значения `the angelfish (shark) [Ibid] `. Поскольку отмеченные факты не имеют системного характера, считаем, что нет оснований выделять особый тип корреляций, в соответствии с которым признак внутренней формы противоречит одному из признаков значения слова. Сопоставительное рассмотрение лексики разных языков с точки зрения типов отношений между внутренней формы и значением слов позволяет установить черты семантических сходств и различий между изучаемыми языками. В частности, проявлением общности в семантической организации английского и французского языков является наличие в каждом из них трех типов корреляций между признаками внутренней формы и лексическим значением слова.
Вместе с тем рассматриваемые языки демонстрирует явные предпочтения при выборе того или иного типа корреляций. Так, одним из наиболее распространенных типов взаимоотношений между внутренней формой и лексическим значением слова в английском языке и единственным доминирующим типом во французском языке является включение признака внутренней формы в значение семантической единицы. Например, такой признак внутренней формы английского слова rainy-bug - `насекомое, определенным образом связанное с дождем', входит в состав компонентов лексического значения `a small beetle said to appear before or in rainy weather' [EDD, p. 91]. В дефиниции английского слова rainmaker - `someone who uses magic powers to make rain fall ' [DLALF, p. 1164] зафиксирован компонент значения внутренней формы `производитель дождя'. Во французском языке во внутренней форме слова tom-pouce актуализируется признак `маленький', который является составной частью лексического значения данной единицы: `petit parapluie а manche courte ' [Ibid, p. 1976]. Во внутренней форме французского существительного passade фиксируется признаки `мимолетность, кратковременность', входящие одновременно и в толкование слова: `s'emploiepour courte averse ' [GP, p. 39].
Во французском языке тип отношений, при котором внутренняя форма не противоречит лексическому значению, но и не является ни мотивирующей основой, ни частью лексического значения, встречается очень редко. В английском языке этот тип отношений хотя и не относится к числу наиболее частотных, но характеризует значительное количество денотативно связанной лексики: watter-shark -`cracks in the soil, into which rainwater enters, causing them to widen, and which, when near a precipice, ultimately cause a fall of land there ' [GD, p. 92]; down-pour - `a very heavy rain ' [Ibid, p. 26].
В отличие от французского языка, в единицах английского языка признаки живой внутренней формы очень часто мотивируют лексическое значение слова: raindrop - `a drop of rain' [MEDAL p. 1164]; rain-worm - `дождевой червь' [БАРС, т.2, c. 261]; rain-wash - `вымывание дождем ' [Ibid].
Одновременно было установлено, что языки демонстрируют определенную избирательность при выборе того или иного типа корреляций между внутренней формой и лексическим значением и в рамках одноименных денотативных классов, то есть в зависимости от описываемой реалии. В частности, в денотативном классе <wind> английского языка велика доля единиц, в которых признаки живой внутренней формы мотивируют лексическое значение, а также доля слов, в которых внутренняя форма не противоречит лексическому значению, но и не является ни мотивирующей основой, ни частью лексического значения.
Например: blow - `the wind' [NDKD, p. 10]; cow-quakes - `cold winds in May' [GLD, p. 90]. В этом же денотативном классе английского языка наиболее распространенным типом корреляций является тип, при котором признак внутренней формы является составной частью лексического значения: finger-cold - `frosty with a keen wind' [NWD, p. 40]; red-wind - `an easterly wind, to which the blight was formerly (and is still) attributed' [DFN, p. 87].
Денотативному классу <ветер> французского языка свойствен тип корреляции, при котором признак внутренней формы является составной частью лексического значения: la traverse - `qui vient du nord-ouest' [ALEFC, v. 2, p. 5]; touilleur - `le coucheur d'avoine au moment de la rйcolt' [ALE, v.1, p. 18]; nordir - `Mar. Tourner au nord (en parlant du vent) ' [DLALF, p. 1280].
В денотативном классе <вода> английского языка количественное соотношение типов корреляции примерно одинаково. Тогда как в аналогичном денотативном классе во французском языке выше доля единиц, в которых признаки живой внутренней формы мотивируют лексическое значение: fraichin - `du poisson frais; odeur de marйe' [DLALF, p. 821]; calme - `йtat d'immobilitй de l'atmosphиre, de la mer '; deux-mвts - `navire а voile а deux mвts ' [Ibid, p. 239, p. 528].
В денотативных классах <облака> обоих языков преобладают слова, в которых признак внутренней формы является составной частью лексического значения: lamb 's-wool-sky - `a sky characterized by a collection of white orbicular masses of cloud' [GD, p. 49]; anvil clouds - `large white clouds shaped somewhat like a blacksmith's anvil which were said to foretell rain ' [NDKD, p. 3]; tour, vache, вnesse - `an gros nuage ' [Ibid, p. 30].
Таким образом, семантическая аналогия между английским и французским языками заключается в том, что в обоих языках основным типом корреляций между внутренней формой и значением слова является тот тип, в котором признаки внутренней формы входят составной частью в лексическое значение данных единиц.
Соотношение типов корреляции в числовом выражении может колебаться вплоть до нуля в зависимости от денотативного класса. Лишь в английском языке к распространенным типам корреляции относятся еще два типа, не релевантные для французского языка: тип, в котором признаки живой внутренней формы мотивируют лексическое значение, и тип, в котором внутренняя форма не противоречит лексическому значению, но и не является ни мотивирующей основой, ни частью лексического значения. Одним из возможных аспектов сопоставительного анализа лексики с живой внутренней формой и выяснения ее соотношения с лексическим значением является изучение единиц, которые имеют отношение к нескольким денотативным классам одновременно. Такой подход позволяет эксплицировать некоторые семантические закономерности отражения в разных языках взаимосвязей признаков внутренней формы и компонентов лексического значения. В частности, было установлено что английскому и французскому языкам взаимодействие между признаками внутренней формы и признаками значения, относящими слово к разным денотативным классам, свойственно в малой степени. Так, во французском языке имеется целый ряд слов, которые обозначают облака, напоминающие своими очертаниями животных. французский английский лексический язык
По признаку `форма' изучаемые единицы входят в денотативный класс <облака>. В то же время из лексического значения следует, что по другому своему признаку - `способ осуществления действия' - эти слова относятся к денотативному классу <дождь>. Следовательно, в данных словах взаимодействуют, с одной стороны, признак предметности внутренней формы, а с другой - признак процессуальности лексического значения: les loups - `de gros nuages qui semblent rouler comme des boules. Gйnйralement, ce sont des nuages de pluie' [GP, p. 103]; les brйbisettes - `nuйes йpaisses, noires, passagиres, signe de pluie' [Ibid].
Аналогичные единицы есть и в английском языке, но в их внутренней форме подчеркивается сходство облаков не с силуэтами животных, а с формами судов: Noah's arks - `cirrus clouds supposed to resemble the ark, indicating rain '. The Cleveland form is Noe-ship ' [GD, p. 59].
Только в английском языке имеется значительная группа наименований ветров с прозрачной внутренней формой, которые входят одновременно в денотативные классы <ветер> и <вода>. В денотативном классе <ветер> эти единицы актуализируют то или иное свойство ветра: blowing-up - `a term used to describe wind increasing in strength, sometimes preceding a storm ' [NDKD, p. 10]. При включении их в денотативный класс <вода> они характеризуют способ проявления ветра относительно другого объекта: dead wind - `a wind blowing in the direction opposite to a ship's course' [NWD, p. 377]; side wind - `a wind blowing from or against the side'; cross wind - `a wind blowing at right angles to the line of flight of an aircraft, the course of a ship, or any given course or direction ' [Ibid, p. 1354, p. 353].
Итак, в наибольшей мере сходными способами посредством лексики с живой внутренней формой структурированы фрагменты семантического пространства английского и французского языков, связанные с описание водных источников и ветров.
Исследовательский материал дает основание говорить о внутренней логике, присущей семантической организации каждого языка, проявляющейся при отражении взаимосвязей между живой внутренней формой и лексическим значением слова.
Библиография
Литература
1. Латышев Л.К. Технология перевода: учебное пособие по подготовке переводчиков (с немецкого языка). - М., 2001.
2. Русангвський В.М. Структура лексичної i граматичної семантики. - Київ, 1988.