Статья: Концепт война в современном песенном фольклоре: когнитивно-дискурсивный анализ

Речевые жанры (причитание, жалоба, прощание-обещание) оформляют реакцию героини. Они передают переживание потери героя как личного факта, отражая разные этапы его осознания. 1. «Обнимала она сына / Тихо плакала навзрыд: / «Мой сыночек, / Сын мой милый, / Я домой тебя ждала, / Я ждала домой скорее, / А дождаться не смогла»; 2. Была бы вольна пташка, / Слетала бы туда. / Все косточки собрала, / Во гробик уклала. / Во гробик уклала, / Земельке предала; 3. Не забуду я тебя, / Буду плакать день и ночь, / Вспоминать, как провожала, / Как дождаться не смогла. В первом тексте основной эмоцией, переживаемой героиней, является отчаяние, которое передано при помощи лексем крепко обнимала, горько плакала, противопоставления ждала - не смогла дождаться, обращения к мертвому герою как к живому сын мой милый. Во втором тексте описано смирение с фактом смерти, желание провести похоронный обряд (косточки собрала, во гробик уклала, земельке предала). Прощание с умершим описано в третьем тексте (буду плакать, вспоминать). Отметим, что в песнях достаточно точно переданы психо-эмоциональные состояния, испытываемые человеком в стрессовой ситуации и описанные в психологии (см., например: [8]), показано как в процессе переживания горя человек проживает боль утраты, решает ряд эмоционально-психологических проблем.

Поскольку основная задача данного типа песни, как мы отмечали выше, представить дуалистичность факта смерти на войне, в некоторых текстах личное переживание, скорбь матери дается сквозь призму оценки социума, демонстрируя отношение разных социальных групп к факту гибели на войне, что позволяет представить личное горе в масштабах страны.

Гибель героя расценивается как достойный поступок, причитания матери сопровождаются словами утешения: Позади старушки слушал командир: / «Ты не плачь, мамаша, / Он героем был!»; Мы с ним воевали, / Много бед прошли, / Он погиб героем, / Будем помнить мы. В качестве утешителя выступает либо герой, высокий социальный статус которого подчеркивается номинацией командир, поэтому и утешение из его уст одновременно воспринимается как положительная оценка погибшего (он героем был), либо однополчане героя - представители «военного чужого мира». Местоимение мы, глаголы воевали, прошли демонстрируют общность деятельности однополчан, их равный социальный статус, принадлежность к одному коллективу. В отличие от командира, оценивающего подчиненного «извне», дающего ему вневременную характеристику (героем был), однополчане дают оценку его действиям в ситуации гибели (он погиб героем). Чаще всего факт смерти героя передается при помощи лексических единиц погиб героем, был героем, а также описательно: ...Сын за землю лег, / Орден со звездою на груди его. Во всех случаях акцент делается не на факте смерти героя, а на его героическом поведении, поскольку и лексема герой в значении «исключительный по смелости или по своим доблестям человек» [9. С. 129], и упоминание ордена Красной Звезды, который вручался за личное мужество и отвагу в боях, призваны актуализировать сему «подвиг». Признание заслуг героя приобретает статус социально значимого события, оно служит способом осмысления и подтверждением оправданности смерти на войне.

Отметим, что в нашем материале подобных текстов немного, по своему настрою, по когнитивным установкам - отразить оправданность смерти на войне и желание отомстить за гибель солдата - они близки официальным текстам.

Итак, жанровый вариант фрейма представлен двумя субфреймами. С одной стороны, важным оказывается продемонстрировать и доказать оправданность подобной ситуации во время войны, с другой - назвать социальнопсихологически значимый факт: переживание гибели близкого человека во время войны, попытка показать личную интимную сферу в общественно важной ситуации. Данная тема в ряду других (распад семей, предательство жены/возлюбленной и др.) была раскрыта в фольклоре, в силу фольклорных возможностей, отрефлектирована в эстетическом плане.

Фрейм «потеря близкого» в частушке

В частушке концепт «война» представлен фреймами «проводы», «ожидание весточки», «потеря близкого», «ранение милого», «фронтовая служба», «бой», «победа», «работа в тылу».

Отличие частушек о войне от любовных и других частушек заключается в том, что на смену озорству, иронии, юмору приходит лирическое начало. В этих частушках отсутствует карнавальность, героиня из независимой веселой девушки превращается в глубоко страдающего человека, переживающего потерю близкого. Как справедливо отмечал В.И. Белов, частушка о войне «пелась во время неизбывного горя, принимая форму исповеди или жалобы на судьбу… И пляска и пение в таких случаях брали на себя функции плача, причитания» [10. С. 243].

Концепт «война» в частушках, как и в песнях, предстает сквозь призму личного отношения. Если в песнях чаще всего темой обсуждения оказывается предательство возлюбленной, переживание о невыполненном солдатском долге, то в частушке - характеристики войны, нормы поведения, принятые в обществе, личные переживания: Ты, Германия, Германия, / Заключи скорее мир, / По второму ягодиночке / Тебе не отдадим; Ягодиночку убили, / Похоронная пришла. / Больше разу не напишет / Ягодиночка письма.

Жанровый вариант фольклорного фрейма «потеря близкого», как и в песне, представлен двумя субфреймами «ситуация смерти» и «реакция близких (возлюбленной)»: [1. S (герой) P (умирает) 2. (S-1 (героиня) P-1 (переживает) О (смерть героя)].

В первом субфрейме, в отличие от песенного, слот локатив (место) уходит на периферию и практически не получает вербального воплощения, поскольку задачей частушки является передача эмоционального состояния девушки, потерявшей возлюбленного на войне. Акцент делается на личностном переживании смерти представителем отдельной социальной группы фольклорного коллектива, смерть осмысляется как разрушение жизни, утрата счастья. В соответствии с частушечными установками герой предстает в личностно-социальном аспекте как возлюбленный девушки. Важным становится факт его гибели: ягодиночку убили, мил убит, лексемы убили, убит, убитый в свернутом виде представляют ситуацию в целом. Конкретного указания места убийства не требуется, поскольку ни объем частушки, ни ее задачи (охватить множество денотативных ситуаций) не предполагают описания места действия, в редких случаях номинируют его в обобщенном виде: На германской на границе / Был убит залетка мой, / Как найти мне то местечко, / Где зарыт мой дорогой; Ягодиночку убили / у германской у реки. / Глазки серые веселые / Закрылись навеки.

Принципиальное отличие от песни будет заключаться в текстовой реализации слотов, поскольку в частушке описываются чувства девушки, потерявшей возлюбленного, субъект субфрейма «реакция близких» получает вербальное выражение при помощи местоимения я, лексем молода девчоночка. Социально-возрастными характеристиками героини объясняется и ограниченный спектр реакций.

Аксиологический компонент ситуации «смерть за Родину», как и в песне, уходит на периферию, уступая место оценке ситуации «потеря любимого».

В частушке данный фрейм представлен двумя субфреймами «ситуация смерти», «реакция близких».

Субфрейм «ситуация смерти».

Слот субъект (герой). Слот получает вербальное воплощение при помощи лексических единиц залетка, ягодиночка, миленок, типичных частушечных номинаций возлюбленного. Герой не получает социально значимой характеристики, не описываются его поступки, военные действия, определяется лишь его личностно-социальный статус по отношению к героине (ягодиночка, залеточка, дроля). При этом можно говорить об идеализации образа героя, что обусловлено установками частушки: возлюбленный как участник социально значимого события (война) оценивается положительно: Ягодиночку убили, / Похоронная пришла. / Больше разу не напишет / Ягодиночка письма; Юбку черную суконную / Хвалили на мене, / Самолучшего миленочка / Убили на войне. В тексте это проявляется в отсутствии свойственной частушке оценки действий милого, а также в номинации милый.

Субфрейм «реакция близких».

Слот субъект (героиня). Героиней любовной частушки, как правило, является молодая девушка, поэтому и чувства, испытываемые ею, и их «социальная значимость» иные по сравнению с чувствами, переживаемыми героиней песни (матерью, женой). Важным становится показать личностное переживание потери милого. Объем частушки не позволяет представить весь спектр чувств, связанных с переживанием смерти близкого человека, поэтому в тексте необходимо назвать событие и обозначить вектор переживаний.

Основными темами рефлексий героини становятся одиночество, невозможность женского счастья: Ягодиночка убит, / Лежит, не поворотится, / На свиданьице ко мне / Теперь не поторопится; Ягодиночка убит, / Лежит под вересиночкой, / Молодую девушку / Зовите сиротиночкой. Для выражения своих переживаний героиня выбирает в основном жанр жалобы. Содержание жалобы - разрушение гармоничных отношений, гармоничного состояния мира - приводит к осмыслению войны как зла, касающегося каждого отдельного человека. Выбранный речевой жанр отличается от жалобы, используемой в повседневной коммуникации, прежде всего по своим установкам: это не столько просьба о помощи, сочувствии, наказании виновника, демонстрация своего плохого положения, сколько жалоба-причитание.

Чувства героини передаются либо через описание потерянного возлюбленного: Ягодиночку убили / Из винтовки боевой, / Он лежит, как роза алая, / Не думает домой, либо через описание собственного состояния - противопоставление своего положения положению других внутри коллектива при помощи лексических единиц все/я, все/милый и др.: Всем подружкам письма пишут, / А мене обидушка. / С того света писем нету, / Не напишет милушка; Скоро, скоро снег растает, / Скоро кончится война. / Все придут домой, / А миленький в могиле навсегда.

Реже героиня выбирает жанр обвинения, проклятия. Объектом оценки является Германия, которая расценивается как источник несчастья героини и оценивается отрицательно: Будь ты проклята, Германия, / И Гитлерсатана. / Убили ягодиночку - осталась я одна; Германия, Германия, / С Германией война. / Ты оставила, Германия, / Без дролечки меня.

При общности жанровых фреймов «потеря близкого» в песне и частушке когнитивная модель, имея равный состав слотов, получает вариантное наполнение слотов, обусловленное культурными, жанровыми установками и задачами.

ФРЕЙМ «ПОТЕРЯ БЛИЗКОГО»

Анализ фреймовых структур концепта «война» показал, что в частушке и в песне в фокусе внимания оказывается факт переживания разлуки, предательства, ранения, смерти, встречи с героями, принадлежащими к разным социальным группам (солдат, матрос, командир, лейтенант, однополчане, мать, жена, возлюбленная). Концепт «война» предстает в песенном фольклоре как социально-личностное событие, значимыми оказываются межличностные отношения, нормы поведения в экстремальной ситуации.

В фольклоре данный концепт является одним из базовых. Война как общественно-политическое событие играет важную роль и в жизни социума, и в жизни каждого члена коллектива, определяя его судьбу, межличностные взаимоотношения, поэтому он активно рефлексируется в разных жанрах, в современном деревенском фольклоре - преимущественно в песенных.

На наш взгляд, можно говорить о некоторой «консервации» данного концепта в современном деревенском фольклоре, поскольку он, с одной стороны, находится в «актуальном» слое фольклорного сознания (военные песни и частушки достаточно легко воспроизводятся информантами разных возрастов), с другой - он темпорально детерминирован, поэтому новых рефлексий, новых аспектов не получает, транслируя уже «традиционное» осмысление. Концепт «война» в этом смысле схож с фольклорными концептами, связанными с социальными, общественно-политическими событиями (колхоз, перестройка и т.п.). Если в художественном, политическом, научном, медийном дискурсах перечисленные выше концепты, оставаясь маркерами определенной эпохи, интерпретативно и темпорально полифоничны, то в фольклорном дискурсе их отличают однозначность интерпретаций и темпоральная ограниченность; соотнесенность с определенным временным отрезком.

Отрефлексированность, неизменность оценок в представлении концептов такого рода, по нашему мнению, отличительная черта фольклорного дискурса, сориентированного на традиционность и стабильность в представлении мира.

Литература

1. Адоньева С., Герасимова Н. Современная баллада и жестокий романс. СПб., 1996. 416 с.

2. Венедиктова Л.Н. Концепт «война» в языковой картине мира (сопоставительное исследование на материале русского и английского языков): автореф. дис. … канд. филол. наук. Тюмень, 2004. 20 с.

3. Бахтин В.С. Народ и война // Нева. 1995. № 5. С. 186-193.

4. Синдаловский Н. Героический фольклор войны и блокады // Нева. 1999. № 1. С. 174-183.

5. Заманаева Ю.В. Переживание утраты близкого как процесс изменений во внутреннем мире личности: дис. ... канд. психол. наук. СПб., 2004. 320 c.

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азбуковник, 1997. 944 с.

10. Белов В.И. Лад: Очерки о народной эстетике. М., 1982. 293 с.

Аннотация

Статья посвящена моделированию концепта «война» в современном песенном фольклоре как одного из ключевых для данного дискурса. Концепт «война» предстает в песенном фольклоре как социально-личностное событие, значимыми являются межличностные отношения, нормы поведения в экстремальной ситуации. В фокусе внимания оказывается фреймовая организация концепта, фрейм «потеря близкого человека». На материале песни и частушки выявлено, что при общности жанровых фреймов «потеря близкого человека» в песне и частушке когнитивная модель, имея равный состав слотов, получает вариантное наполнение слотов, обусловленное культурными, жанровыми установками и задачами.