Интерактивная сторона - позиции, которые занимают партнеры при организации и осуществлении общения. Среди возможных позиций в общении можно отметить "пристройку" к партнеру "свысока", "на равных", "снизу" либо отстраненную позицию. Ни одна из них не является однозначно хорошей или плохой. Правильнее рассматривать занимаемую позицию с точки зрения ее продуктивности, о чем можно судить только при ее соотнесении с возникшей ситуацией.
Особо нужно выделить в структуре коммуникативной компетентности навыки самонастройки, саморегуляции в общении. Они предполагают умения:
1) преодолевать психологические барьеры в общении;
2) снимать излишнее напряжение;
3) эмоционально настраиваться на ситуацию;
4) распределять свои усилия в общении.
Подведем итог.
Общение это - взаимодействие между коммуникаторами, в ходе которого развиваются, проявляются и формируются определенные отношения между ними, каждого партнера к самому себе и к совместной деятельности. Коммуникативный опыт у каждого человека индивидуален. Каждый день человек развивает навыки компетентного коммуникатора, повышая тем самым эффективность своего общения и удовлетворенность жизнью. Ведь если человек может верно излагать свои мысли и верно интерпретировать речь собеседника, он может многого достичь.
2. Коммуникативные барьеры
Во многих ситуациях общения человек сталкивается с тем, что его слова, его желания и побуждения как-то неправильно воспринимаются собеседниками, "не доходят" до него. Иногда даже складывается впечатление, что собеседник защищается от нас, наших слов и переживаний, что он возводит какие-то преграды, защитные сооружения, заборы и плетни на пути общения. Проходя через нагромождения этих барьеров, наши слова частью застревают в них, частью изменяются до неузнаваемости, частью западают в какие-то закоулки, так что найти их потом невозможно. Между тем бывают и такие ситуации, когда то, что мы говорим и не наталкивается на преграды, когда путь открыт и достигается полное взаимопонимание.
Коммуникация - это влияние, следовательно, в случае успеха должно произойти какое-то изменение в представлениях о мире того, кому она адресована. Между тем не всякий, кому адресована коммуникация, хочет каких либо изменений, ведь они могут нарушить его представление о себе и мире, его образ мыслей, его отношения с другими людьми, его душевное спокойствие в конце концов. Изменения, вызванные коммуникацией, могут потребовать решительной перестройки всего внутреннего мира человека, подорвать веру в себя, вынудить к несвойственным ему действиям. Естественно, что каждый будет защищаться от такой чреватой последствиями информации и делать он это будет твердо и решительно.
Разумеется, не всякая информация, не всякое влияние в общении чем-то угрожает. Наоборот, есть большое количество таких ситуаций, когда те изменения, которых требует полученная информация, благотворны. Тогда они помогают человеку, укрепляют его жизненные позиции, дополняют (не внося противоречий) его картину мира и дают полное эмоциональное удовлетворение. От коммуникации, несущей такое во всех отношениях положительное и приятное содержание, человек не будет защищаться, а станет активно осваивать ее, желать, искать соответствующие ситуации.
Интересное и оригинальное понимание тех социально-психологических механизмов, которые создают барьеры на пути коммуникативного воздействия, предложил выдающийся советский ученый, историк и психолог Б.Ф. Поршнев. Изучая истоки человеческого общения и взаимодействия, субстратом которых является речь, Б.Ф. Поршнев пришел к выводу, что в своем исходном существе речь была способом внушения, или суггестии, самым мощным и могущественным из средств воздействия, имеющихся в арсенале человека. Об этом он писал так: "Всякий говорящий внушает".[5] Механизм такого внушения состоит в следующем: "...если налицо полное и безоговорочное доверие... то человеческие слова у слушающего вызывают с полной необходимостью те самые представления, образы и ощущения, которые имеет в виду говорящий, а полная ясность и безоговорочность этих вызванных представлений с той же необходимостью требует действий, как будто эти представления были получены прямым наблюдением или познанием, а не посредством другого лица... Прямое внушение опасно - оно может привести человека к несвойственным, чуждым ему мыслям и поступкам, сделать орудием того, кто владеет этим оружием. Защищаясь, человек "отпускает" другим доверие очень осторожно. Поэтому хотя всякий говорящий внушает, однако - далеко не всякое словесное внушение приемлется как таковое, ибо в подавляющем большинстве случаев налицо и встречная психологическая активность", называемая контрсуггестией, "противовнушением", которая содержит в себе способы защиты от неумолимого действия речи. Именно контрсуггестия и является главной причиной возникновения тех барьеров, которые выстраиваются на пути коммуникации.
Б.Ф. Поршнев, рассматривая механизм контрсуггестии, выделил такие ее виды, как "избегание", "непонимание" и "авторитет". Избегание и авторитет - это защита от "источника" коммуникации, а непонимание - от самого сообщения.
Поскольку контрсуггестия - это защита от внушения, а внушение возможно только при наличии доверия к тому, кто внушает, то, по сути дела, вся контрсуггестия - это защита от доверия (или доверчивости).
Если мы не доверяем человеку (он "чужой", "опасный", "чуждый"), то мы можем уйти, не слушать его и т.д. и тем самым блокировать его коммуникацию. Следовательно, важно уметь определять, кто "чужой". В ситуациях межгруппового взаимодействия или приравненных к ним вполне надежное отделение "своих" от "чужих" происходит на основе социальной стереотипизации.
Избегание. Первый и наиболее кардинальный способ контрсуггестии, выделяемый Б.Ф. Поршневым, - это избегание источников воздействия, уклонение от контакта с партнером, при котором вообще никакое общение становится невозможным. Определив партнера как опасного в каком-то отношении, "чужого", "врага", "недоброжелателя", человек просто избегает общения с ним или, если совсем уклониться невозможно, прилагает все усилия, чтобы не воспринять его сообщение. Со стороны эта "защита" очень хорошо видна - человек невнимателен, не слушает, "пропускает мимо ушей", не смотрит на собеседника, постоянно находит повод отвлечься, использует любой предлог для прекращения разговора.
Избегание как вид защиты от воздействия проявляется не только в избегании людей, но и в уклонении от определенных ситуаций, таких, в которых может возникнуть опасность "вредного" воздействия. Когда кто-то в кино закрывает глаза "на страшных местах" - это попытка избежать эмоционально тяжелой информации. Когда кто-то, не желая, чтобы на его решение или мнение оказывали влияние, просто не приходит на назначенную встречу или заседание - это тоже избегание.
Таким образом, самый простой способ защиты от воздействия - избежать соприкосновения с источником этого воздействия.
Авторитет. Действие авторитета как вида контрсуггестии заключается в том, что, разделив всех людей на авторитетных и неавторитетных, человек доверяет только первым и отказывает в нем вторым. Авторитетным людям оказывается полное доверие и по отношению к их речи контрсуггестия "не работает". Зато ко всем остальным, кому в авторитетности отказано, доверия нет никакого, и, следовательно, то, что они говорят, не имеет никакого значения. Таким образом, доверие и недоверие как бы персонифицируются, они "зависят" не от особенностей передаваемой информации, а от того, кто говорит. Внушающая сила речи, суггестия, как бы канализируется, вгоняется в жесткие рамки, а все, что выпадает из этих рамок, автоматически подвергается действию контрсуггестии и не воспринимается.
В связи с таким действием авторитета очень важно знать, откуда он берется, от чего зависит присвоение конкретному человеку авторитета. Очевидно, здесь можно найти много разных "оснований". Это может быть и социальное положение (статус) партнера, его превосходство по важному в данный момент параметру, принадлежность данного партнера к реальной "авторитетной" социальной группе, или его привлекательность в определенных ситуациях, хорошее отношение к адресату воздействия, принадлежность к тем воображаемым, но важным для него группам, которым он безусловно доверяет. В общем и целом все те схемы, которые "запускают" механизм социальной стереотипизации, могут способствовать авторитетности человека. Механизм стереотипизации как раз и предназначен для отделения "хороших и важных" людей от "плохих и неважных". Но основания для этого у каждого свои, и определяются они собственным положением в системе общественных отношений, собственной историей и основными ценностями.
Может также быть, что самое важное для нас в советчике - это не знания и опыт, точнее, не превосходство по знаниям или опыту, а его принадлежность к уважаемой или неуважаемой социальной группе.
Кроме указанных, так сказать, социально-перцептивных оснований авторитета, могут быть и просто "социальные" авторитеты, т.е. такие, которые ясны до всякого взаимодействия, когда признается, например, только авторитет бога или монарха. В этом случае ограничение суггестии выступает в своем предельном случае, когда контрсуггестия распространяется на речь всех людей, кроме одного (а если этот один - бог, то просто на всех людей). Тогда оказывается, что человек закрыт практически для всех воздействий.
Понятно, что, только учитывая характер формирования представлений об авторитете у собеседника, можно надеяться на реальную эффективность общения.
Непонимание. Далеко не всегда есть возможность определить источник информации как опасный, чужой или неавторитетный и таким образом защититься от нежелательного воздействия. Довольно часто какая-топотенциально опасная для человека информация можетисходитьи от людей, которым мы в общем и целом доверяем ("своих" или вполне авторитетных). В таком случае защитой будет "непонимание" самого сообщения. Любоесообщениеможно не понять - по результату это то же самое, что не слышатьине видеть, только воздействие пробуксовывает теперь в другом месте.
Б.Ф. Поршнев выделяет четыре уровня непонимания - фонетический, семантический, стилистический и логический. Все они связаны с определением некоторых свойств передаваемого сообщения которые позволяют считать это сообщение "чужим" потому опасным. Очень упрощая, можно сказать, что в снове всех этих способов определения угрожающей информации лежит следующее, вполне понятное представление: "чужие говорят не так, как мы", или "чужие говорят на чужом языке". Определив признаки "чужого" в сообщении человек защищается - срабатывает контрсуггестия, человек не понимает.
Фонетический уровень непонимания. Первый уровень непонимания - фонетический. Действительно, если с нами говорят на непонятном для нас языке, на иностранном, например, мы можем быть спокойны - внушение нам не угрожает. Мы ничего не понимаем, так как слушающий в таком случае располагает не тем набором фонем, чем говорящий, и произносимое сливается для него в трудно различимый или вовсе не различимый поток. Фонетическое непонимание имеет диапазон от незначительного (например, в произнесении некоторых слов) до полного и иметь различные источники. Неполное понимание не только тогда, когда говорят непонятно, но и когда говорят быстро, невнятно, с акцентом, когда используются незнакомые или несоответствующие контексту жесты или жестикуляция слишком активная и быстрая.
Когда врачи не хотят, чтобы больной понял их, они говорят на латыни, и если больной сам не врач, то он, конечно, ничего не поймет - срабатывает фонетический барьер, который врачи используют сознательно. Тот же самый фонетический барьер, конечно, и не подозревая о его существовании, но уже понимая его действие, используют маленькие дети, когда изобретают свои тайные языки, в которых, например, в словах перед каждым слогом ставится другой слог - помеха, затрудняющая понимание речи.
Фонетический барьер, как и все остальные, работает автоматически. Однако нельзя представить себе дело таким образом, что сначала определяется язык сообщения как чужой, затем сообщение квалифицируется как опасное и как следствие этого возникает непонимание. Так можно объяснить происхождение этого барьера, но не его действие, которое значительно проще: мы не понимаем фонетически непривычную речь. Между тем это именно защита, так как ее можно "убрать" - если нам очень важно получить сообщение, то мы понимаем любую, даже совершенно бессвязную речь. Но в обычных условиях барьер - на месте, и поэтому контрсуггестия, защита от воздействия, включаются автоматически - мы не понимаем.
Семантический уровень непонимания. Точно так же автоматически срабатывает защита от воздействия и в том случае, если коммуникация происходит, казалось бы, на нашем языке, во всяком случае фонетически он "наш", но по передаваемому смыслу "чужой". В таком случае фиксируется не чужая фонетика, а чужая семантика, и можно говорить о семантическом непонимании. Существование этого барьера на пути понимания определяется самим фактом многозначности слов любого языка. Любое слово, да и любoeдействие, имеет обычно не одно значение и в зависимости от контекста употребления включает в себя еще много-много смыслов. "Смысловые поля" слов у разных людей различны, и, следовательно, одни и те же (на первый взгляд) слова и действия могут по разным причинам иметь различный (от чуть-чуть другого до прямо противоположного) смысл для разных людей.
Особенно хорошо это видно на примере использования жаргонов или тайных языков. В таких языках известные всем обычные слова "наделяются" совершенно новыми значениями, благодаря чему непосвященный человек не в состоянии что-либо понять. Следует, однако, уточнить, что далеко не всегда при использовании жаргона или подобного ему языка специально преследуется цель "быть непонятным". Существует, скажем, научный жаргон, профессиональный, студенческий. Так, далеко не все родители студентов знают, что их дети могут называть родной дом "стойлом", а общежитие "резиденцией".