4
К.Д. Покровский. Хроника жизни учёного
1.Пулковское дело
1 декабря 1934 г. в результате покушения был убит руководитель ленинградской организации ВКП(б) С.М.Киров. Это событие стало поводом к развязыванию политического террора среди творческой интеллигенции, в том числе и в среде науки и образования. С целью подавления инакомыслия был запущен репрессивный процесс, достигший апогея в 1937?1938 г.
Летом 1936 г. в газете "Ленинградская правда" были опубликованы заказные статьи, осуждавшие "нездоровую обстановку" в Пулковской обсерватории (Главной астрономической обсерватории Академии наук - ГАО) и обвинявшие астрономов в "преклонении перед заграницей". По толкованию авторов этих статей оно выражалось в публикации научных работ преимущественно в западных "буржуазных" изданиях, в "зажиме критики" в коллективах и в других подобных деяниях. Это были, в частности, статьи "Лестница славы" (от 4 июня), "Рыцари раболепия" (от 18 июля), "Ещё раз о пулковских нравах" (от 27 августа).
Пулковская обсерватория
В августе 1936 г. был арестован как "троцкист" заместитель директора ГАО Б.И. Шигин (дальнейшая судьба его неизвестна), а в период с ноября 1936 по сентябрь 1937 г. были арестованы 13 астрономов и жёны семерых из них. 28 июня 1937 г. был арестован и впоследствии приговорён к расстрелу директор ГАО профессор Борис Петрович Герасимович Б.П. Герасимович расстрелян 30 ноября 1937 г. Реабилитирован в 1956 г. (1889?1937; согласно версии его арест ускорило предпринятое им заступничество за арестованных коллег перед А.А.Ждановым).
В рамках следственного дела, названного впоследствии "Пулковским", были арестованы выдающиеся учёные, профессора ЛГУ Владимир Александрович Фок В.А. Фок ? учитель Ю.А. Круткова и А.А. Фрид-мана. Арестован 11 февраля 1937 г. Освобождён по ходатайству академика П.Л. Капицы. (1898?1974) и Всеволод Константинович Фредерикс В.К. Фредерикс арестован 21 октября 1936 г. Осуждён на 10 лет. Умер в заключении в 1943 г. Реабилитирован в 1956 г. (1885?1944). Были арестованы также астрономы ГАО и физики ЛГУ Д.И. Еропкин, М.М. Мусселиус, Б.В. Нумеров Б.В. Нумеров ? директор Астрономического института Академии наук., Е.Я. Перепёлкин и др. (все они были расстреляны).
В результате арестов были опустошены ГАО, Астрономический институт в Ленинграде, закрыто Русское общество любителей мироведения и уничтожена его библиотека.
Точное количество репрессированных по Пулковскому делу установить невозможно. Однако известно, что только в Ленинграде по этому делу было арестовано свыше 100 учёных, среди которых были не только астрономы, но и математики, физики, геофизики, геодезисты и геологи. Подлежала уничтожению лучшая часть общества, его научная элита, которая могла быть восстановлена в лучшем случае лишь через несколько поколений.
Примечательно, что только из известного списка 64 арестованных было расстреляно 19, умерло в заключении не менее 11 чел., освобождено после ареста 1. Остальные 33 заключённых либо отбыли сроки и вернулись, либо судьба их неизвестна.
Ведение следственных дел арестованных проходило по обычному хорошо отлаженному в НКВД сценарию, при котором силовые методы допроса арестованных приводили к тому, что допрашиваемые оговаривали не только себя, но и своих коллег Несмотря на жёсткие приёмы "усиленного" дознания не все арестованные подписывали ложные протоколы допросов. К таким выдержанным заключённым относился, например, М.М. Муссели-ус, проявивший мужество и стойкость..
Политической предпосылкой для возникновения Пулковского дела в условиях провозглашённого тезиса об усилении классовой борьбы стала жёсткая установка власти на создание централизованной плановой советской науки, её идеологию, огосударствление и духовно-организационную "коллективизацию". С 1 декабря 1934 г. был введён ускоренный порядок рассмотрения следственных дел о терроре, вредительстве и диверсиях в срок до 10 дней. С 1937 г. были узаконены применение пыток на следствии и практика вынесения приговоров по списку без рассмотрения самих дел.
С 1930 г. в научных учреждениях развернулись кампания по борьбе с "вредителями", а также идеологические чистки, что способствовало созданию в коллективах атмосферы доносительства. В русле проведения этой кампании в этом же году директором ГАО был назначен партийный выдвиженец А.Д.Дрозд, а его заместителем - некая Марикова, которая была далека от астрономии.
В это же время (с 1930 по 1932 г.) заместителем директора ГАО работал К.Д.Покровский [3]. При ведении Пулковского дела широко применялись такие "компрометирующие" обстоятельства, как непролетарское происхождение подследственных (из буржуазии и дворянства), нерусские фамилии, владение иностранными языками, обучение или работа за границей, зарубежные контакты, проживание родственников за рубежом, беспартийность.
Систематически применялись бесчеловечные методы воздействия на подследственных: непрерывно продолжающиеся в течение нескольких часов и даже дней допросы - "конвейер", лишение сна, избиения, угрозы расправы с семьями, инсценировка расстрела при допросах.
К.Д. Покровскому удалось избежать трагической участи фигурантов Пулковского дела. Однако впоследствии он в полной мере испытает жестокие и бесчеловечные методы воздействия, которые будут применены к нему при аресте и следствии в Одессе и Киеве.
2.Скорбный путь профессора К.Д. Покровского Содержание этого и следующих разделов основано на материалах архивно-следственного дела К.Д. Покровского № 148185/210 (архив Управления службы безопасности Украины). Выдержки из документов дела приводятся по текстам источников [3, 4].
В ночь с 10 на 11 мая 1944 г. К.Д. Покровский был арестован отделом УНГБ по Одесской области по признакам статьи 54-1а УК УССР (измена Родине). Одновременно с ним были арестованы и другие профессора Одесского университета.
После ареста он был помещён в тюрьму, находившуюся на ул. Бебеля, 12. В постановлении на арест было указано, что в период оккупации Одессы К.Д.Покровским в Институте антикоммунистической пропаганды 15 сентября 1943 г. была прочитана лекция на тему "Разгром большевиками Пулковской обсерватории", а также опубликованы статьи в оккупационных газетах. В частности, одна из статей называлась "Кометы" (газета "Молва". Одесса, 26 февраля 1943, № 70).
Название лекции, упомянутое в следственном деле, по-видимому, стало известно из агентурных донесений или из отчётной документации лектория, где ей было приписано такое название для лучшей отчётности перед руководством. В действительности лекция К.Д. Покровского, как это следует из протоколов допросов и показаний свидетелей, слушавших эту лекцию, называлась "Скорбные страницы в истории Пулковской обсерватории". При этом название и содержание лекции в действительности соответствовали событиям, упоминавшимся впоследствии как "Пулковское дело".
Согласно протоколу обыска при аресте у К.Д. Покровского были изъяты: 41 лист личной переписки, паспорт № 579087, трудовая и записная книжки.
Согласно постановлению на арест мерой пресечения К.Д. Покровскому было избрано "содержание под стражей". Первый его допрос состоялся 13 мая 1944 г., на третий день заключения; иногда допросы проводились и ночью. В одесской тюрьме его допрашивали 13, 16, 20, 23 и 24 мая 1944 г.
Согласно материалам следственного дела К.Д. Покровский, несмотря на 76-летний возраст, держался достойно. Он с гордостью упоминал о своей трудовой деятельности: имел 53 года трудового стажа, из которых в течение 37 лет являлся профессором. Среди его учеников, по его словам, находятся такие выдающиеся учёные-астрономы, как "академик Шайн, Барабашёв, Воронцов-Вельяминов Полак, Берг".
Арестованных профессоров (К.Д. Покровского и Б.В. Варнеке) обвиняли в том, что они находились в составе депутации интеллигенции Одессы в составе 72 чел., принятой в примерии 28 октября 1941 г. городским головой. Эта депутация обратилась к властям с просьбой об открытии в городе учебных заведений. В результате городской лицей и школы Одессы, а также лицей при университете (в котором К.Д.Покровский преподавал математику) были открыты в начале 1942 г.
К.Д. Покровский давал показания: "В целях научной работы обсерватории мне приходилось участвовать во встречах с властями и служащими муниципалитета". И далее: "Власти оказывали мне материальную и медицинскую помощь". Кроме того, в медицинской помощи постоянно нуждались его жена, Евгения Григорьевна, 1870 г.р., и её сестра Серафима Григорьевна, 1872 г.р.
26 мая 1944 г. жена К.Д.Покровского обращается с просьбой: "Я, жена профессора К.Д.Покровского, находящегося сейчас под арестом …, обращаюсь к Вам с просьбой письменно, так как болею и не выхожу из помещения, разрешить передавать мужу … пищу …, необходимую для его здоровья. Я прошу разрешить передать ему коврик для спанья. Заранее благодарна. … Е.Г.Покровская".
Отвечая на вопрос следователя "о связях с оккупантами", К.Д.Покровский объяснял, что в день его 75-летия 11 гарнизонных офицеров (румын) преподнесли ему подарок - астрономическую литературу, изданную на немецком языке. Эти офицеры являлись мобилизованными астрономами, которые учились по его книгам. Они помогли организовать охрану обсерватории и предотвратить расхищение её оборудования и имущества.
На допросах К.Д.Покровский показывал, что во время оккупации он занимался своей повседневной работой: преподавал, работал в обсерватории, читал научно-популярные лекции по астрономии, которые проводились в Доме учёных.
Он приводил названия прочтённых им лекций: "О кометах", "О Галилее", "О солнечных пятнах", "400 лет после смерти Коперника" и др. Однако в обвинении К.Д.Покровского указано, что "Покровский принимал активное участие в деятельности оккупационных фашистских газет". Он объяснял, что его газетная статья "Кометы", как и все другие статьи, по содержанию и характеру являлась полностью научно-просветительской и антисоветской направленности не носила.
Следователь задаёт вопрос: "Подтверждаете ли вы показания о том, что восхваляли оккупантов?" К.Д.Покровский отвечает, что оккупантов он не восхвалял. Однако следователь настаивает: "Подтверждаете ли вы показания о том, что вы писали статью, в которой благодарили румынские власти и восхваляли их?" В ответ К.Д.Покровский заявил, что он благодарил лишь за охрану территории обсерватории, которая, как он считает, в тех условиях была необходима.
К.Д.Покровскому было также поставлено в вину его участие в следующем эпизоде. 23 октября 1942 г. группа сотрудников университета в составе 50 чел. по приглашению Директории культуры Румынии совершила ознакомительную поездку на 4 дня в Бухарест. Сам К.Д.Покровский посетил Бухарестскую астрономическую обсерваторию и участвовал во встрече с её сотрудниками. Румынские астрономы также посещали Одесскую обсерваторию.
3.Деяния антигероев в деле К.Д. Покровского
Библейский персонаж, апостол Иуда Искариот (изменённое "из Кариота") "… был …единственный в апостольском лике иудей в собственном смысле этого слова, человек из Кариота …" [5]. Он, получив широкую известность, превратился в обобщённый образ предателя и душегуба, сделав своё имя нарицательным, а образ - классическим и бессмертным. Образ его нетленен и сохранился с древних библейских времён на многие века, ибо преемники его деяний, антигерои рода человеческого, встречались часто и повсеместно. А это значит, что этот образ остался "живее всех живых".
Нашлись последователи этого антигероя и среди окружения К.Д.Покровского. Нравственная атмосфера в коллективах научных учреждений тех лет была осквернена всесоюзной кампанией поиска "врагов народа", “социально чуждых элементов”, завистью и карьеризмом, "сдачей" своих коллег путём клеветнических доносов на них и беспочвенных оговоров. Таково было жестокое время, в которое довелось жить и работать К.Д. Покровскому.
Согласно материалам следственного дела, "свидетели", "изобличившие антисоветскую деятельность Покровского", давали показания 26 апреля 1944 г. Особо подробные сведения инициативно постарался дать старший научный сотрудник Одесской астрономической обсерватории Б.В.Новопашенный, данные им следствию 24 мая 1944 г.
Для соблюдения видимости законности процедуры такого дознания следователь так знакомил К.Д.Покровского с показаниями Новопашенного и других: "Знаете ли вы Новопашенного Б.В. и в каких отношениях находитесь с ним?" На это подследственный отвечал: "Новопашный - мой сослуживец, личных счётов нет, взаимоотношения служебного характера". Следователь: "Новопашенный нами был допрошен в качестве свидетеля по вашему [следственному] делу и он изобличает вас в проводившейся вами антисоветской деятельности в период оккупации". В ответ К.Д.Покровскому, как и другим подследственным, приходилось оправдываться и "сожалеть" о произошедшем [3].
Как следует из протоколов допросов, в своих показаниях Новопашенный излагал: "Покровский как администратор проявлял внимание для себя, своей семьи и меньше для обсерватории. В период оккупации проявлял заботу о коллективе, когда можно было извлечь из этого выгоду …". Новопашенный подробно описывал, как К.Д.Покровский "получал помощь от оккупантов" и якобы "принимал оккупантов в обсерватории". Относительно "приёмов" в обсерватории К.Д. Покровский объяснял, что для того, чтобы поработать в Одесской обсерватории на современных для того времени инструментах, из Бухареста специально приезжали румынские астрономы. Приходили в обсерваторию и многочисленные любители астрономии [3].