В трудах основоположников русской палеогеографической школы П.А. Кропоткина, А.А. Криштофовича, Л.С. Берга, В.А. Обручева, В.Н. Сукачева нашли отражение основные направления развития палеогеографии, изучающей природные условия прошлого для понимания нынешней природы Земли. Современный этап развития палеогеографии насчитывает восемь направлений и связан с именами А.А. Борисяка, Л.Г. Бондарева, М.Ф. Веклича, А.А. Величко, К.К. Маркова, Г.Ф. Мирчинка, Д.В. Наливкина, М.И. Ней- штадт, Н.А. Хотинского и др. Среди исследований: палеоэкологическое, палеобиогеографическое, терригенно-минералогическое, палеогеохимическое, палеотектоника, палеовулканология, палеогеоморфология, эволюция оболочек планеты. При использовании данных направлений в исторической геоэкологии особое значение имеет выделение хронологических пластов, изучение ритмики природных процессов и явлений. Основоположником научной школы в области исследования проблем ритмичности природных процессов был А.В. Шнитников [1968], его последователи - В.А. Зубаков, Е.В. Максимов, Н.В. Ловелиус - обосновали причинно-следственные связи во взаимодействии компонентов географической оболочки.
Среди положений, обоснованных К.К. Марковым [1960], в развитии природы аргументированы три главные закономерности: направленность, ритмичность, метахронность в изменениях природы. Особое методологическое значение для развития теории пространства-времени имеет теория метахронности, предусматривающая «разнонаправленный ход развития однородных явлений» [Марков и др., 1967]. Учение о смене природных условий в голоцене создал А.А. Величко. Ценность палеогеографических выводов для исторической геоэкологии подчеркивается тем, что «анализ функциональной диагностики геосистем» еще не обеспечивает «анализа геосистем во времени» [Величко, 1991]. Эволюционный анализ геосистем приводит к заключениям, что «..ландшафтные компоненты обладают свойствами унаследованности, инерционности, лабильности, транзитивности, полихронности.
Полихронность - каждый компонент ландшафта обладает своим характерным временем цикла развития и, следовательно, временем реакции на воздействие, производимое на ландшафт в целом» [Величко, 1991]. Это самое важное свойство геосистем, особенно для оценки возраста трансформации ландшафта под влиянием человека.
Роль палеогеографии, ее ценность в историко-геоэкологических исследованиях в ретроспективном анализе изменения природной среды, изменении климатической обстановки и др., позволяет различать влияние природного и антропогенного факторов на формирование ландшафтно-экологических ситуаций. Оценка влияния человеческого общества на природную среду за историческое время предусматривает использование знаний палеоэкологии, исторической экологии, исторического природопользования [Бондарев, 1998]. Применение палеогеографического подхода к исследованию предполагает соблюдение важнейшего принципа - эволюционности, палеогеографического (геологическое прошлое и закономерности его изменения во времени); ритмического (периодичность процессов); историко-географического - антропогенного (изменение ландшафтов под влиянием деятельности человека).
В классическом ландшафтоведении, где выделяется более 15 фундаментальных и 10 прикладных направлений, категория времени используется для определения возраста компонентов и ландшафта в целом. В части направлений исследователи обращаются ко времени от момента зарождения изучаемых объектов и явлений. Например, В.В. Докучаев [1951, 1953] обосновал сущность ландшафта, как естественно-исторического феномена; Л.С. Берг [1952], продолжая учение В.В. Докучаева о естественно-исторических зонах, выделил динамику ландшафта, его обратимые и необратимые смены; Л.Г. Раменский [1971] и Н.А. Солнцев [1961, 2001] при разработке морфологии ландшафта подтверждали, что ландшафт связан со временем как с объективной формой своего бытия и будущее науки видится в изучении пространственно-временной структуры ландшафтной оболочки. Из направлений ландшафтоведения самыми «времяёмкими», где основу изучения наряду с пространством составляет время, следует обозначить: динамику ландшафта, антропогенное ландшафтоведение и историческое ландшафтоведение.
Функционально-динамическое направление в ландшафтоведении первоначально было связано с именами Л.С. Берга, В.Р. Вильямса, А.Д. Гожева, А.А. Григорьева, С.В. Калесника, Б.Б. Полынова, Н.А. Солнцева, В.Н. Сукачева и др. Конкретизация и уточнение предположений относительно временных изменений ландшафта происходит во второй половине XX в. при появлении ландшафтных стационаров. Результаты таких исследований подтверждают идеи саморазвития, обратимых и необратимых изменений, изучение ландшафта во времени. Одновременно становится актуальной тема динамики ландшафтов, включающая изменение положения объекта в пространстве и во времени в ходе обратимых и короткопериодических вариаций. Это направление, разрабатываемое представителями ландшафтных школ: М.А. Глазовской, К.Н. Дьяконовым, А.Г. Исаченко, А.А. Крауклисом, А.А. Макуниной, И.И. Мамай, В.А. Николаевым, В.Б. Сочавой и др., представлено изучением различных видов динамики: функционирования, развития, восстановительных сукцессий, антропогенной и др. Используемые методы эргодичности, изучения специальных свойств динамических систем приводят к исследованиям ритмичности, цикличности и периодичности природных процессов; выявляются динамические факторы, исследуются процессы самоорганизации геосистем.
Особая заслуга в разработке теории динамики ландшафта принадлежит И.И. Мамай [1992], посвятившей этой теме значительную часть жизни. Проблемы динамики ландшафтов с обоснованными ею понятиями «состояния» и «смены» природно-территориальных комплексов (ПТК), методика их выявления, обоснование эволюционно-динамических рядов ПТК способствовали обнаружению дополнительных факторов устойчивости, связанных с их динамикой. И.И. Мамай [2005] предложена генетико-динамическая классификация ПТК. По результатам исследований установлено, что ландшафт представляет собой упорядоченную пространственно-временную систему, находящуюся в постоянном развитии, а состояния геосистем имеют различия во времени.
Комплекс временных исследований геосистем провел Н.Л. Беручашвили, руководитель Тбилисской ландшафтной школы. По теме «Время в ландшафте» разработана концепция пространственно-временного анализа и синтеза ПТК. По Н.Л. Беручашвили [1990] возраст ландшафта, четвертое измерение, начинается сразу после завершения стадии его формирования. Были введены новые базовые понятия «о геомассах, структурнофункциональных частях ПТК и скорости их изменения во времени», о геогоризонтах, об исследовании временных координат (стексовое состояние) в природной среде [Четыре ..., 2006]. Анализ динамики стексов в различных ПТК позволил изучить временную структуру физико-географических фаций и синтез стексов во времени [Беручашвили, 1990]. Методики временного исследования ландшафта находят применение в природных комплексах, в природно-хозяйственных, нарушенных системах, что непременно должно быть использовано для оценки разновременных состояний ландшафтно-экологических ситуаций.
Ландшафт - это сочетание природных ресурсов, имеющих временные характеристики: время возникновения, функционирования, динамики. С использованием ресурсов природные компоненты испытывают антропогенную трансформацию. Сегодня отсутствуют исследования хронологических рамок антропогенизации ландшафтов [Вампилова, Евдокимова, 2021].
С природной динамикой сегодня «соперничает» антропогенная динамика геосистем, формирование последних связано с хозяйственным воздействием человека на природу. Джорджа Перкинса Марша называют первым исследователем в области антропогенного преобразования ландшафта, в его книге человек выступает как разрушитель природы. Большинство проблем, спровоцированных хозяйственной деятельностью, связано с невежественным отношением человека к законам природы [Marsh, 1864]. Это направление близко к современному антропогенному ландшафтоведению Ф.Н. Милькова [1973], только возникло оно значительно раньше. Необходимость изучения антропогенно-нарушенных ландшафтов в нашей стране была мотивирована произошедшей засухой в центральных районах Европейской России в 1891 г. Результаты исследований показали, что длительная хозяйственная деятельность привела к засухам южнорусских степей, которые стали более частыми [Докучаев, 1953]. Это наслоения негативных последствий стихийного вмешательства человека в природу, о которых пишет А.И. Воейков [1949]. Позже Л.Г. Раменским [1971] высказана идея о морфологии антропогенного ландшафта. Эта дефиниция встречается в работах исследователей, предпринимаются попытки обоснования природно-антропогенных и природно-техногенных комплексов.
Классификации измененных ландшафтов были в разное время предложены: В.П. Семеновым-Тян-Шанским, В.Л. Котельниковым, Д В. Богдановым, С.В. Калесником, К.Г. Раманом, В.С. Жекулиным, А.Г. Исаченко, В.С. Преображенским и др. Циклические колебания природы разной продолжительности оказали воздействие на ландшафт, изучение такого воздействия на компоненты проводили Л.С. Берг, А.В. Шнитников, Л.Н. Гумилев, Е.В. Максимов, Е.П. Борисенков, В.М. Пасецкий и др.
Ф.Н. Мильковым [1973] в 70-х годах XX в. создана школа антропогенного ландшафтоведения, изложены подходы к классификации измененных ландшафтов, где основу составляет генезис антропогенных нарушений геосистем. Категория времени не использована в предложенной им классификации: нет учета возраста нарушенного ландшафта, оценки длительности и давности хозяйственного воздействия на ландшафт. Отсутствует учет времени от начала преобразования геокомплексов. По нашему мнению, классификация антропогенно-измененных комплексов должна включать хронологический аспект процесса антропогенизации, что подтверждается публикациями [Жекулин, 1982; Иванов, 2014]. Фактор времени при создании классификации антропогенно-нарушенных комплексов должен учитываться при оценке их современного состояния.
Наряду с рассмотренными направлениями динамики ландшафта и антропогенным ландшафтоведением, более близким к исторической геоэкологии оказывается историческое ландшафтоведение - междисциплинарное направление, объектами исследования которого служат ландшафты, измененные в процессе хозяйственного использования. Предмет исследования - все стадии преобразования ландшафта, следы антропогенного воздействия и прогноз возможных изменений в будущем [Жекулин, 1982]. Первоначально проводились работы по изучению отдельных компонентов ландшафта. Примером является монография М.А. Цветкова [1957] по истории изменения лесных ресурсов. Оценены во времени масштабы истребления лесов Европейской России в XVII-XX вв. Другой пример - монография С.В. Кирикова [1960], образец историко-географического изучения животного мира. Под влиянием хозяйственной деятельности происходили неоднократные смены лесов «диких» «лесами пашенными», что послужило причиной трансформации численности животных. В качестве причины автор указывает разные события: войны, эпидемии - приводившие к запустению земель. Исследование А.Т. Харитонычева [1960] служит примером комплексного историко-географического изучения региона. Региональные воздействия человека на ландшафты Нижегородской области и специфические особенности преобразования природы показаны за последние 300-400 лет. Это пример историко-ландшафтного изучения конкретной территории, где антропогенные изменения природных комплексов отражены во временном аспекте.
В настоящее время историческая география ландшафтов представлена двумя направлениями: естественнонаучным (В.А. Боков, Л.Б. Вампилова, А.Б. Глебова, Т.Е. Исаченко, Ф.Н. Лисецкий, О.Н. Трапезникова и др.) и гуманитарным (Г.А. Исаченко, В.Н. Калуцков, Е.Ю. Колбовский, А.А. Соколова и др.). Сторонники второго направления используют методы гуманитарных наук, топонимические и диалектологические источники, занимаются пространственно-временным моделированием «образных картин географической реальности». В соответствии с двумя указанными направлениями также различаются источники и методы исторической географии ландшафтов, подробно рассмотренные в монографии Л.Б. Вампиловой [2008], которые разделены на две основные группы: исторические и естественнонаучные. В историческом ландшафтоведении широкое применение получили методы палеогеографии, палеонтологии и археологии, позволяющие комплексно изучать историю освоения и преобразования ландшафтов.
Синтез вышеперечисленных методов позволяет сформировать новый комплекс методов исследования - создание историко-геоэкологических моделей ландшафтов с учетом времени освоения, историко-геоэкологической периодизации, схем ландшафтной дифференциации территории на разные временные срезы - историко-геоэкологического районирования, где каждому временному срезу соответствует модель территориальной организации общества, и соответственно может быть показана степень освоенности и измененности ландшафтов.
Заключение
Развитие геоэкологии в нашей стране относится к 70-м гг. XX в., период формирования направления отличается быстрыми темпами развития. Заинтересованность большого числа специалистов в ее развитии подтверждается тем, что геоэкология сегодня представлена 23 направлениями. Рассмотренный в статье перечень направлений можно дополнить экологической географией, исторической географией, социальной экологией, ландшафтной экологией - c уточнением, что все направления имеют общую тенденцию к изучению пространственно-временных отношений в коэволюции природы и общества. Все сказанное имеет отношение к одной из линий исследования, называемой исторической геоэкологией.
А.И. Жиров определил историко-геоэкологическое направление на второе место по значимости, что подтверждает актуальность проблемы коадаптации ландшафта и человека за историческое время. Реальность появления этого направления обоснована трудами Л.И. Мечникова, Л.Н. Гумилева, Ю.Д. Дмитревского, Д.Л. Арманда, В.А. Зубакова, В.С. Жекулина, А.Г. Исаченко, Ю.Г. Саушкина, А.И. Жирова и других. В трудах ученых содержатся теоретические и прикладные аспекты историко-геоэкологических исследований, обоснованные термины и понятия, с успехом используемые в исторической геоэкологии.