Формирование негативной структуры в части ФЕПС трудно объяснить с сугубо семантической позиции. Семантическая структура ФЕПС отрицательной или утвердительной форм всецело обусловлена её референтной эквивалентностью, а не активным воздействием предикатно-актантной структуры, как, например, в свободных предложениях. Чем слабее семантическая мотивированность формы выражения («Глаза на мокром месте») с референтной соотнесенностью, тем труднее квалификация реакции данной фразы на КУО (на ассерцию), и, наоборот, чем логически более сильна мотивированность ситуации, обозначенной ФЕПС, тем легче трактовать наличие или отсутствие отрицания в этих структурах:
Сердце не на своем месте (сердце не на месте); сердце не принимает; ср.: Сердце обросло мохом; сердце в пятки ушло; сердце кровью обливается и т.п. обнаруживают достаточно поверхностную мотивационную картину с тем, чтобы можно было понять в негативных формах сомативных ФЕПС со словом «сердце» (а также «душа») сущность акти- номий «сердцу не прикажешь» и «сердце радуется» или «с тяжелым сердцем» и «с легким сердцем».
Последняя пара примеров - образец антонимических ФЕПС, организованных без участия отрицательных слов, но с включением лексем- антонимов, которые в таких случаях реализуют антонимию чисто лексически: гладить по шерсти - гладить против шерсти. Лексическая антонимия характерна для номинативных глагольных словосочетаний. В них функции отрицательного смысла могут взять на себя и именные (прилагательные, существительные и т.п.) части речи, и инфинитив: дрожать за свою шкуру - не дрожать за свою шкуру; но инфинитив, как видно, входит в систему антонимии при помощи отрицательных не или ни: не водить хлеб-соль; ни дохнуть, ни глотнуть и т.п. при возможности (логической реальности) «водить хлеб-соль», но невозможности «дохнуть и глотнуть». Логическая корректность выражения «водить» (не водить) хлеб-соль дана, как говорится, в опыте и всем этот опыт известен, т.е. этот опыт мотивирован поведенческими нормами.
Мотивационной базой же (скажем, внутренней формой) выражения «ни дохнуть, ни глотнуть» является исключительно «разовое» положение, из которого не бывает спасения, в противовес с нормальным постоянным образом жизни, далекой от той, которая описывается в негативном «ни дохнуть, ни глотнуть», являющемся редуцированной формой конструкции с усиленным отрицанием «невозможно ни дохнуть ни глотнуть».
А последняя фраза представляет ФЕПС односоставной структурой с предикатом, выраженным сочетанием безлично предикативного «невозможно» (ср. нельзя) и отрицательного инфинитива.
Тем самым еще раз подтверждается наш тезис, что в конструкциях ФЕПС отрицание действует лишь в «структуре» предиката-сказуемого, и оно может быть либо препозитивно-глагольным («день на день не приходится») - как общее отрицание, либо участвовать в структуре многочленного сказуемого (не может идти (не идет) ни в какое сравнение; не мог ступить ни шагу и т.п.) - как усиленное отрицание.
Что касается актуализационного, т.е. частного, отрицания, то оно в целом для ФЕПС не является характерным, хотя несколько экземпляров можно выделить: мозги не туда повернуты; не из храброго десятка; не на такого напал; не по себе дерево рубить; не с кем слова перемолвить. Мы вполне согласны с характеристикой конструкций с частным отрицанием, которую дает Р. А. Мамедова. Автор считает наличие «частного отрицания» в единицах ФЕПС таким же постоянным свойством, как устойчивая воспроизводимость, и непроницаемость и т.п. Вполне логично звучит мысль, что о частном отрицании можно говорить только относительно свободных предикативных единиц, которые допускают (по причине живой актуализации) варианты как общего отрицания, так и частного отрицания, допускают перенесения частного отрицания на другие элементы структуры. «... И общее, и частное отрицание в ФЕПС - это категории окаменевшие, уже не имеющие отношения к «своим» утвердительным формам, которые лежат в основе этого соотношения в свободных предложениях» [7, с. 74].
Фактов двойного отрицания в сфере ФЕПС так же, как в сфере номинативного корпуса фразеологизмов, нами не обнаружено. ФЕПС проявляют с этой точки зрения (т.е. с точки зрения КУО) определенную системность, характерную для паремио-фразеологического фонда языка вообще. Но такая системность должна быть поддержана структурно-семантической типологией (классификацией) этих конструкций. Иначе говоря, если все структурно-семантические разновидности ФЕПС проявляют адекватность относительно КУО, то подобную адекватность можно признать системной.Отрицание в ФЕПС двусоставных распространенных и нераспространенных принципиальных различий не имеет, если не считать один существенный момент в структурации этих конструкций.
Двусоставные нераспространенные конструкции (их общий фонд в русском языке составляет с допустимой погрешностью 38-40 единиц) имеют отрицательный элемент не только относительно глагола-предиката. Это - чистые общеотрицательные «предложения» как в инвариантной (словарной) форме, так и в контекстуально-актуализированной форме: бог не обидел; ваша не пляшет; глаза не отрываются; губа не дура; дело не поёт; деньги не пахнут; душа не лежит; если память не изменяет; закон не писан; куры не клюют; рука не поднимается; не баран начихал; не велика мудрость; пар костей не ломит; номер не пройдет и т.п.
Частное отрицание встречается в единицах этой группы только один раз - не баран начихал (шутл. очень много чего-то).
Выводы и предложения
Нераспространенные двусоставные конструкции подтверждают логическую релевантность и генетическую конструктивность общего отрицания, явно подчеркивая категориальную сущность именно так называемого общего отрицания, без которого (без этой формы предикатного отрицания) и не было бы категории отрицания в её строгом терминологическом значении. Все остальные формы отрицания (частное, краткое, двойное и т.п.) в языке представляют как бы «группу поддержки» категориальной формы отрицания - универсальную для всех языков категории ассерции (ассертивности).
ФЕПС отрицательной структуры, что немаловажно отметить, дублируют, повторяют основные конструктивные модели имеющихся в языке типов простого предложения и основные виды отрицания - общее и частное. Частное отрицание, естественно, не характерно для ФЕПС нераспространенных моделей, оно, как правило, появляется в распространенных моделях, как двусоставных, так и односоставных: бранью изба не рубится = изба не бранью рубится; душа не на месте, кто бабе не внук, не лыком шиты; мозги не туда повернуты; не на того наскочил; не к ночи будь помянуто; не хлебом единым жив человек; не с той ноги встал; не пальцем сделаны; свет клином не сошелся = свет не клином сошелся; черту не брат = не черту брат. Приведенные примеры представляют фактически закрытый список ФЕПС частноотрицательной структуры; они составляют мизерную группу (1-1,5%) от общего количества ФЕПС отрицательной структуры.
Тем самым мы вправе сделать одно обобщение: частное отрицание в подобных конструкциях опосредствованно указывают на следующее: а) эти ФЕ еще поддерживают некоторые живые связи с пред- ложенческими свободными моделями, б) этот тип отрицания являет собой признак, маркирующий системный характер соотносительности частного и общего отрицания в системе русского предложения конструктивной и актуальной моделей.
Такого же заключения требуют конструкции ФЕПС с усиленным отрицанием, которые имеет не очень широкое распространение среди ФЕПС: ни один волос не упадет с головы; ни в какие ворота не лезет; ни ухом ни глазом не ведёт; ни кровинки на лице нет; ни сухой нитки не осталось; ни росинки во рту не было;
Как видно из примеров, во многих случаях отрицание переводит, двусоставную конструкцию в односоставное безличное предложение: кровь была на лице ^ ни кровинки на лице не было; мокрое место останется ^ и мокрого места не останется (не осталось).
Так или иначе, в фонде ФЕПС отрицательной структуры односоставные конструкции занимают большое место. Это и безличные, и обобщенноличные, и определенно-личные, и неопределенноличные предложения-модели.
Список литературы
1. Аникин В. П. Русские пословицы и поговорки. Москва : Художеств. лит-ра, 1988. 430 с.
2. Берих А. К., Мокиенко В. М., Степанова Л. И. Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. 3-е изд. Москва : Астрель. АСТ. Хранителя, 2007. 926 с.
3. Гусейнова В. К. Категория утверждения/отрицания и система отрицательных предложений (на материале русского и азербайджанского языков) : дисс. ... канд. филол. наук. Баку, 2006.
4. Даль В. И. Пословицы русского народа. Москва : Госизд. художественной литературы, 1957. 990 с.
5. Зимин В. И. Словарь-тезаурус русских пословиц, поговорок и метких выражений. Москва : АСТ-ПРЕСС, 2008. 729 с.
6. Курилова А. Д. Новый фразеологический словарь русского языка. Москва : Дрофа-Русский язык медиа, 2009. 778 с.
7. Мамедова Р. А. Фразеологические единицы предикативной структуры в русском языке : дисс. ... канд. филол. наук. Баку, 2002. 135 с.
8. Михельсон М. И. Русская мысль и речь. Свое и чужое: опыт русской фразеологии : в 2 т. Москва : ТЕРРА, 1994. Т 1. 792 с. ; Т 2. 820 с.
9. Пашкова А. В. Предикативные фразеологические единицы синкретичного характера. Разноуровневые единицы языка и их речевая реализация. Ростов-на-Дону : Изд. РГПИ, 1997. С. 101-105.
10. Телия В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. Москва : Языки русской культуры, 1996. 284 с.
11. Федоров А. И. Фразеологический словарь русского литературного языка. 3-е изд. Москва : АСТ-Астрель, 2008. 878 с.