Среднее Поосколье в конце XVII в. совершенно не было затронуто землевладением думных чинов и московской служилой знати. Здесь мы четко видим результаты государственной политики «заказных городов». По меткому определению О. В. Скобелкина, «уезды южного фронтира оставались своеобразным «заповедником» мелкого служилого землевладения» [20, с. 62]. Размеры поместий в регионе были небольшими, а количество крупных поместий детей боярских было вовсе незначительным4. Однако в рассматриваемое время заселению отдельных участков уезда и сосредоточению в одних руках значительных земельных наделов способствовало, на наш взгляд, расширение права на отчуждение поместий. Соборное Уложение 1649 г. разрешало поступку поместий только по именному царскому указу и исключительно от отставных дворян5 [21, с. 180-181]. В дальнейшем, несмотря на ряд законов 1660-70-х гг., старавшихся ограничить поступку поместных земель, в январе 1678 г. было разрешено поместье несостоятельного должника передавать кредитору в иск. В. М. Важинский пришел к выводу, что в южных уездах отчуждение поместий служилых людей в пользу крупных землевладельцев выступало не правом, а вынужденной мерой [5, с. 130131]. Сохранившаяся в фонде Валуйской приказной избы поступная запись валуйских казаков части поместной земли сыну боярскому Филипу Рябинину является ярким тому примером. Полковые казаки за 30 рублей 7 поступались «в Валуйском уезде... по сю сторону Первого Сазона выше ево Филипова двора ... на Солотех меж тернов и черного лесу поляну на сенные покосы со всеми угодьи» [4, л. 1]. Владеть поступными угодьями Рябинин «и жена ево и дети» могли до отдачи заемных денег казаками. Сын Филипа Рябинина - Яков, по данным 1787 г., владел селом Нижние Солоти в пределах описываемых выше угодий [13, с. 185].
Одна из особенностей заселения Среднего Поосколья в конце XVII в. связана с испомещением на рассматриваемой территории детей боярских из соседнего Полатовского уезда. Наличие значительного количества свободной земли в северной части Валуйской округи вдоль рек Валуй, Полатовка, Мосей, Сенная, в окресностях Большого Валуйского и Полатовского леса позволяло валуйским служилым людям обрабатывать наиболее удобные участки «сверх дач наездом» и без оформления необходимых «крепостей». Отсутствие фиксированных административных границ уезда также способствовало практически беспрепятственному проникновению заимочного землевладения на значительное расстояние от города. С постройкой в 1671 г. на речке Сенной города Полатова [16, л. 157] происходит оттеснение валуйских служилых людей с их заимочных угодий. В январе 1681 г. полатовские дети боярские Осип Капустин «с товарищи 36 человек» били челом на отказ им в поместье угодий «.по левую сторону от Сенной Яруги, через Третий Созон к Хмелевому Колодезю. вниз по валуйские ездочные дачи» [5, л. 1]. Помимо пашни и сенокосов полатовцы просили разрешения «строитца дворами» на речке Нагольной Россоши [5, л. 1]. В сентябре 1685 г. полатовской приказной избы подьячий Федор Фролов отказал детям боярским в поместья, помимо запрашиваемых угодий, Сторожевую поляну в Большом Валуйском лесу [7, лл. 3, 3об., 4, 4 об.]. Отказ Сторожевой поляны, по всей видимости, был связан с невозможностью отказа «селитебных» мест по Нагольной Россоши ввиду того, что угодьями по этой речке были пожалованы черкасам воеводой М. Дмитриевым по грамоте из Стрелецкого приказа в 1651 г. [12, с. 884885] В начале 1690-х гг. на упоминаемой поляне мы видим деревню Сторожевую, заселенную полатовскими детьми боярскими [6, лл. 1-10].
В ноябре 1693 г. полатовец сын боярский Максим Самарянин «с товарищи 40 человек» получил на речке Полатовке, при впадении в нее Живой Воды, Копанной и Нагольной Россошей, пашни и сенных покосов 300 четь в поле и места под постройку дворов [8, лл. 2-2об.]. По разбору 1697 г. в Валуйском уезде поместий размером от 91 до 100 четвертей было всего 3, от 91 до 100 четвертей - 1, от 81 до 90 четвертей - 1, от 61 до 70 четвертей - 1. В соседнем Полатовском уезде: от 301 до 400 четвертей - 1, от 91 до 100 четвертей - 1, от 71 до 80 и от 51 до 60 четвертей - по 2. В Усердском уезде поместий более 60 четвертей не было вовсе.
Из документа следует, что поместья им отводились по меже с дачами полатовцев Андрея Дедова и Ивана Девкина, испомещенных в этих местах ранее. Не совсем понятно в данном случае положение валуйских черкас, владевших угодьями по Полатовке и Россошам на основе упоминаемого выше пожалованья 1651 г. Месяцем ранее, в октябре 1693 г., валуйчанам Игнату Безготкову и Акиму Чепухину с товарищами было отказано поместья в тех же местах по речке Полатовке9 [10, лл. 358-366]. Каким образом происходил передел поместий между детьми боярскими Полатовского уезда и валуйскими служилыми людьми выяснить не удалось. Получение в 1694 г. Игнатом Безготковым и Акимом Чепухиным усадебных мест на отказанных годом ранее поместьях [10, лл. 358-366] позволяет предположить, что вероятный спор был разрешен мирно. Обращает на себя внимание тот факт, что граница между поместьями
8«А межа тем поместным землям. на речке Полатовке за Полатовским Большим лесом от Караульного логу вверх по Полатовой. Вниз по Живым Водам по обе стороны да полатовские лески ... ниже Мельникова логу подле Большого полатовского лесу.». [8, лл. 3-3об.]
9«Вверх по речке Полатовой по левою сторону до Мельникова логу, и возле Черной Полатовской лес, и вверх по Волую по Ельмин лог.». [10, лл. 358-366].
Полатовцев и валуйчан прошла примерно по речке Нагольной Россоши. По всей видимости, здесь мы наблюдаем пример маркировки границы между соседними уездами, т.к. о каких-либо точных административных границах рассматриваемых уездов в конце XVII в. говорить не приходится.
Таким образом, заселение территории Среднего Поосколья во второй половине XVII в. имело ряд особенностей, не характерных в большинстве случаев для других регионов. Одной из таких особенностей является преобладание внутриуездных колонизационных сил. В то время, когда уездные земли более южных городов (Чугуев, Салтов и др.) заселялись более активно за счет русских переселенческих потоков с центральных уездов и черкасс-переселенцев с Левобережной и Правобережной Украины, Среднее Поосколье осваивалось в основном за счет расширения различными методами землевладения местных служилых людей. Этот процесс проходил медленно ввиду отсутствия в городе, вплоть до конца XVII в., детей боярских, которые могли получать индивидуальные поместья на уездных землях (в различных его частях) и, тем самым, основывать новые населенные пункты. Станичники, занимавшие в определенной мере место детей боярских в социальной структуре южнорусского города, осваивать уездные земли, расположенные на значительном расстоянии от городских укреплений, начали достаточно поздно из-за постоянной опасности татарских набегов. И только постепенное стирание различий между землевладением приборных чинов и детей боярских, формирование однодворческой общины и укрепление позиций Российского государства в отношениях с Крымским ханством и Турцией поставило освоение Среднего Поосколья на новый качественный уровень.
Литература
1. Важинский, В. М. Землевладение и складывание общины однодворцев в XVII в. (По материалам южных уездов России) / В. М. Важинский, - Воронеж, 1974.
2. Водарский, Я. Е. Дворянское землевладение в России в XVII - первой половине XIX вв. Размеры и размещение / Я. Е. Водарский. - М., 1988.
3. Государственный архив Воронежской области: Путеводитель. - Воронеж, 2010.
4. Государственный архив Воронежской области (ГАВО). - Ф.И. - 8. Валуйская приказная изба. - Оп. 1. - Д. 102.
5. ГАВО. - Ф.И. - 9. Полатовская приказная изба. - Оп. 2. - Д. 1.
6. ГАВО. - Ф.И. - 9. Полатовская приказная изба. - Оп. 2. - Д. 17.
7. ГАВО. - Ф.И. - 9. Полатовская приказная изба. - Оп. 3. - Д. 3.
8. ГАВО. - Ф.И. - 9. Полатовская приказная изба. - Оп. 4. - Д. 3.
9. Загоровский, В. П. Изюмская черта / В. П. Загоровский. - Воронеж, 1980.
10. Зенченко, М. Ю. Южное российское порубежье в конце XVI - в н. XVII вв.: (опыт государственного строительства) / М. Ю. Зенченко. - М., 2004.
11. Материалы для истории Воронежской и соседних губерний. Воронежские писцовые книги: в 2 т. - Т. 2. - Воронеж, 1891.
12. Материалы по истории Воронежской и соседних губерний: собранные и изданные секретарем Воронежского губернского статистического комитета Л. Б. Вейнбергом. - Воронеж, 1886. - Вып. 10. Валуйские документы.
13. Материалы по истории Воронежской и соседних губерний: собранные и изданные секретарем Воронежского губернского статистического комитета Л. Б. Вейнбергом. - Вып. 15. Акты 17-18 ст. - Воронеж, 1889.
14. Российский государственный архив древних актов (РГАДА). - Ф. 1209. Поместный приказ. - Оп. 1. - Ч. 1. - Д. 50.
15. РГАДА. - Ф. 210. Разрядный приказ. Столбцы Белгородского стола. - Д. 1293.
16. РГАДА. - Ф. 210. Разрядный приказ. Столбцы Белгородского стола. - Д. 1095.
17. РГАДА. - Ф. 210. Разрядный приказ. Столбцы Поместного приказа. - Д. 192.
18. РГАДА. - Ф. 350. Ландратские книги и ревизские сказки. - Оп. 2. - Ч. 1. - Д. 245.
19. РГАДА. - Ф.1209. Поместный приказ. - Оп.163. - Д. 12292.
20. Скобелкин, О. В. Служилые люди южного фронтира: особенности землевладения, земельной и сословной политики государства во второй половине XVII века / О. В. Скобелкин // Вестник ВГУ Серия: История. Политология. Социология. - 2013. - №. 1.
21. Соборное уложение 1649 года / Под ред. М. Н. Тихомирова, П. П. Епифанова. - М., 1961.
22. Центральный государственный архив древних актов СССР Путеводитель. В 4 т. - Т. 1. - М., 1991.