Пензенский государственный университет
К вопросу о гербах в непризнанных государствах
О.В. Безрукова
А.В. Безруков
г. Пенза
Аннотация
правовой герб непризнанный независимость
Статья посвящена анализу нормативно-правовых актов о гербе в отдельных непризнанных государствах. Стремясь к «независимости», непризнанные государства (независимо от способа образования) создают условия для более полной суверенизации, «обрастают» правовыми ценностями, не уступающими полноценным субъектам международного сообщества, создают свою символику, тем самым проявляя готовность разделять ценности международного права. Авторы приходят к следующим выводам: во-первых, по внешним атрибутам и особенностям внутренней и внешней политики непризнанные государства не отличаются от суверенных, стремятся к их копированию; во-вторых, практика рассмотрения герба как «официального символа», «символа суверенитета», «в качестве основы конституционного строя», «символа государственного единства живущих на ее территории народов, свободного и правового государства» и т.д. осуществляется в целях развития «идентификации», «независимости» непризнанного государства.
Ключевые слова: непризнанные государства, самопровозглашенные государства, конституция, независимость, суверенитет, герб, символ, закон о гербе.
Abstract
O.V. Bezrukova, A.V. Bezrukov
Penza State University, Penza, the Russian Federation
On the issue of coats of arms in unrecognized states
The article is devoted to the analysis of legal acts on the coat of arms in certain unrecognized states. Striving for «independence», unrecognized states (regardless of the method of formation) create conditions for more complete sovereignization, «acquire» legal values that are not inferior to full-fledged subjects of the international community, create their own symbols, thereby showing a willingness to share the values of international law. The authors come to the following conclusions: first, according to external attributes and features of internal and foreign policy, unrecognized states do not differ from sovereign states, they strive to copy them. Second, the practice of considering the coat of arms as an «official symbol», «symbol of sovereignty», «as the basis of the constitutional system», «symbol of state unity of the peoples living on its territory, a free and legal state», etc.is carried out in order to develop the «identification», «independence» of the unrecognized state.
Key words: unrecognized states, self-proclaimed states, Constitution, independence, sovereignty, coat of arms, symbol, law on the coat of arms.
Основная часть
В настоящее время активно внедряются положения о гербе в непризнанных государствах. Феномен «непризнанности» не находит однозначной поддержки среди ученых-юристов. Одни уделяют внимание особенностям образования непризнанных государств (З. Чемурзиева [1], Э. Геллнер [2] и Э. Хобсбаум [3]); другие (Г. Вельяминов [4], С. Солозобов [5]) - проблемам международного их признания (с позиции оценки легитимности такого процесса); третьи останавливаются на собственно признаках государства, «…наличие или отсутствие которых в ряде случаев может стать причиной признания / непризнания территорий с проблемным суверенитетом.» (Л. Маджорян [6], В. Маргиев [7], В. Черноус [8]).
Современная правовая доктрина отражает инвариантный подход и к самому термину «непризнанные государства», закладывая в основу их классификации разные оценочные показатели. Так, используются термины: «самопровозглашенные государства» (А.Д. Богатуров, А.В. Фененко) [9], «квазигосударство» (Л.А. Бердегулова) [10], «частично признанные государства» (Д.А. Катунин) [11], «территории с проблемным / альтернативным / блокирующим суверенитетом», «государства de facto», «виртуальные государства», «субъект международно-правового отношения, субъект международной связи, субъект международного сообщества» (Б.М. Ашавский, Е.В. Ананьева, Д.Г. Николаев) [12], «негосударственные государства» (C. King) [13] и др.
Несмотря на то, что непризнанные государства формируются по-разному и в правовой доктрине имеют специфическую интерпретацию, все они одинаково сталкиваются с проблемой непризнания со стороны мирового сообщества. В этих условиях вполне закономерно стремление непризнанных государств добиться международного признания, как правило, путем декларирования своего государственного статуса и суверенитета. А.Г. Большаков, иллюстрируя модель «непризнанного государства», определяет ее как «…. государственное образование, лишенное международной правосубъектности, но обладающее всеми другими признаками государственности» [14]. Б.М. Ашавский, Е.В. Ананьева указывают на то, что у таких государств «. критерий легальности уже существует, а не является лишь желаемым» [15]. Н. Попеску в контексте непризнанных государств ориентирует на характеристику их как «зависимых территорий, имеющих право на самоопределение»1. В развитие приведенного мнения Н. Попеску, Н.А. Добронравин считают, что «. теоретически такой подход дает непризнанным государствам больше оснований претендовать на суверенитет по аналогии с уже получившими независимость или имеющими на нее право территориями» [16]. Л.В. Бударагина считает, что «непризнанные государства - это общее название регионов, которые провозгласили себя суверенными государствами и обладают такими признаками государственности, как наличие названия (указываемого как официальное), атрибутов (государственных символов), населения, контроля над территорией, системы управления (включая руководство, органы власти, часто вооруженные силы) и права (включая конституцию и др. организационные документы), но в то же время не имеют дипломатического признания со стороны государств-членов ООН, а их территория, как правило, расценивается государствами-членами ООН как находящаяся под суверенитетом одного или нескольких государств-членов ООН» [17].
Обращает внимание специфическая роль России в поддержании фактической государственности отдельных непризнанных государств (в частности, Республики Молдова, Абхазия, Южная Осетия, Нагорно-Карабахская Республика). Так, позиция нашего государства по вопросам взаимодействия с Республикой Молдова высказана в Письме Минюста России от 26 сентября 2014 г. №06/86999-МТ Popescu N. Europe's Unrecognised Neighbours: The EU in Abkhazia and South Ossetia. Centre for European Policy Studies, 2007 // CEPS. -- URL: https://www.ceps.eu/ceps-publications/europes-unrecognised-neighbours-the-eu-in-abkhazia-and- south-ossetia (дата обращения: 19.04.2020). О возможности принятия российскими нотариусами для совершения нотариальных действий документов, ис-ходящих из государственных образований, не признанных Российской Федерацией самостоятельными субъек-тами международного права: письмо Минюста России от 26 сентября 2014 г. №06/86999-МТ // КОДИФИКАЦИЯ РФ : сайт. -- URL: https://rulaws.ru/acts/Pismo-Minyusta-Rossii-ot-26.09.2014-N-06_86999-MT/ (дата обращения: 19.04.2020).: «…. Российская Федерация признает суверенитет и территориальную целостность республики». В пояснительной записке «К проекту Федерального конституционного закона «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации» обоснованность позиции России в вопросе поддержания государственности Абхазии, Южной Осетии, Приднестровья выражена следующим образом: «. по юридическим нормам отделяющиеся. республики можно было считать конституированными в государства только при консенсусе либо учете интересов всех входящих в них народов и после процедур, обеспечивавших каждому народу на территории… республики, заявившей о желании независимости, возможность выбора государственной принадлежности.» Пояснительная записка к проекту Федерального конституционного закона «О внесении изменений в Федераль-ный конституционный закон «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации» // Правовой Сервер КонсультантПлюс, www.consultant.ru. -- URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 14.04.2020).. Приведенное заставляет признать, что без внешней поддержки суверенного государства непризнанное государство «…может функционировать долгие годы, но не имеет перспектив трансформации в «законного» члена мирового сообщества; одно государство-покровителя можно заменить на другое, но отказ от поддержки угрожает самому существованию непризнанных государств.» Popescu N. «Outsourcing» de facto statehood: Russia and the secessionist entities in Georgia and Moldova. Brussels: Centre for European Policy Studies. // CEPS. -- URL: https://www.ceps.eu/ceps-publications/outsourcing-de-facto-statehood- russia-and-the-secessionist-entities-in-georgia-and-moldova (дата обращения: 17.04.2020)..
Однако следует обратить внимание на геральдический вопрос. Стремясь к «независимости», непризнанные государства (независимо от способа образования) создают условия для более полной суверенизации, «обрастают» правовыми ценностями, не уступающими полноценным субъектам международного сообщества, создают свою символику, тем самым проявляя готовность разделять ценности международного права. К примеру, в Конституции Республики Косово в гл. 1 «Основные положения» Конституция Республики Косово // Конституционный суд Австрии : сайт. -- URL: https://www.vfgh.gv.at/cms/vfgh- kongress/downloads/ru/The_Constitution_of_the_Republic_of_Kosovo_RUS.pdf (дата обращения: 17.04.2020). и Законе «Об использовании государственных символов» Law on the Use of Kosovo State Symbols 2008/03-L038 // Kuvendi i RepublMs sл Kosovлs. -- URL: http://www. assembly-kosova.org/?cid=2,191,247 (дата обращения: 17.04.2020). просматривается «политика» использования герба в направлении индивидуализации собственного суверенитета: «…суверенитет происходит от народа, принадлежит народу»; «герб - «национальный символ»; он отражает «многонациональный характер» (ст. 6) Конституция Республики Косово // Там же. -- URL: https://www.vfgh.gv.at/cms/vfgh-kongress/downloads/ru/The_ Constitution_of_the_Republic_of_Kosovo_RUS.pdf (дата обращения: 17.04.2020).. Внешний вид, использование и охрана герба регулируется законом.
Оценивая «непризнанность» Абхазии, Нагорно-Карабахской Республики, Республики Молдова, нетрудно увидеть, что страны имеют все атрибуты, присущие субъектам международного права, формируемые легитимным путем.
Так, в Законе «Об основах независимости Нагорно-Карабахской Республики» Об основах независимости Нагорно-Карабахской Республики : закон от 1 января 1992 г.// Президент Нагорно-Карабахской Республики : сайт. -- URL: http://gov.nkr.am/files/legislation/213.pdf (дата обращения: 17.04.2020). интерпретация герба представлена как «символа государственной независимости», «символа государственного единства живущих на ее территории народов, свободного и правового государства», он «свят» и «охраняется законом».
Герб Республики Молдова «…один из основных официальных символов суверенитета и независимости, единства и неделимости» (Закон от 7 марта 2013 г. №32). Граждане Республики Молдова и иностранцы, находящиеся на территории республики, обязаны проявлять уважение к государственному символу и не совершать никаких оскорбительных действий в отношении него. Руководители органов публичной власти и публичных учреждений, главы дипломатических представительств и консульских учреждений Республики Молдова, руководители юр и - дических лиц и физические лица, которые используют или воспроизводят Государственный герб, обязаны обеспечить правильное использование герба, его достоинство и целостность (ст. 3 Закона от 7 марта 2013 г. №32) О Государственном гербе Республики Молдова: закон Республики Молдова от 7 марта 2013 г. №32 // Законода-тельство стран СНГ : сайт. -- URL: https://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=59595 (дата обращения: 17.04.2020)..
В Южной Осетии герб как государственный символ формирует основы конституционного строя (ст. 17 гл. 1 Конституции Республики Южная Осетия)Конституция (Основной Закон) Республики Южная Осетия от 5 июля 2012 года // Официальный сайт Президен-та Республики Южная Осетия. -- ШЬ: https://presidentruo.org/konstituciya-osnovnoj-zakon-respubliki-yuzhnaya- osetiya (дата обращения: 17.04.2020).. Закрепление в такой формулировке значения герба не является технической особенностью (как может показаться с первого взгляда); норма наполняется специальным содержанием, благодаря чему становится конституционно значимой ценностью. Конституционный Закон Республики «О Государственном гербе» конкретизирует: «Государственный герб связан с геральдическим знаком эпохи общегосударственного единства» (ст. 1).
Безусловно, наличие символики не дает однозначных оснований для изменения статуса «непризнанности». Справедливо мнение Д.Г. Николаева, который считает, что «если рассматривать непризнанное государство только как некое государственное образование, созданное вследствие стремления отдельной нации к независимости, то вряд ли появится возможность отличить его, скажем, от пиратских республик, бандитских анклавов или микронаций….Бандитские анклавы могут создавать свою символику и стремиться к государственности. Однако при этом Запад, например, не признавал независимость Ичкерии ни в один из периодов ее существования. Микронации, или виртуальные государства, которых насчитывается больше тысячи во всех частях света, в этом случае также вполне могут претендовать на статус непризнанных государств. Зачастую цель создания независимого государства только декларируется (например, полубандитскими вооруженными формированиями в Черной Африке), но не существует в действительности.» [16].
Анализ приведенных законодательных актов отдельных непризнанных государств указывает на следующее: во-первых, по внешним атрибутам и особенностям внутренней и внешней политики непризнанные государства не отличаются от суверенных, стремятся к их копированию; во-вторых, практика рассмотрения герба как «официального символа», «символа суверенитета», «в качестве основы конституционного строя» и т.д. осуществляется в целях развития «идентификации», «независимости» непризнанного государства.
Список использованной литературы
1. Чемурзиева З.И. Институционально-правовые технологии легитимизации непризнанных государств: автореф. дис…. канд. юрид. наук: 23.00.02 / З.И. Чемурзиева. - Ростов-на-Дону, 2007. - 29 с.