Статья: Изъятие церковных ценностей в Путивльском уезде в 1922 году

4) Ликвидацией безпорядка руководит Начгарнизона" [л. 5].

Как видно из материалов дела, в Путивльском уезде такие предосторожности были излишними. Местные жители, в памяти которых ещё были свежи воспоминания о гражданской войне, о временном освобождении уезда белогвардейцами и о последовавших затем репрессиями красных, уже, вероятно, понимали, с кем имеют дело, потому особо не сопротивлялись.

Документов, отражающих подробности изъятия ценностей из городских храмов, за исключением Спасо-Преображенского собора, в деле не имеется. Как отмечено в одном из документов (орфография сохранена), "При работе комиссии по изъятию ценностей в Соборе наблюдалась в деятельности ея абсолютная без системность и без тактность. А именно: чтобы приступить к изъятию своевременно, т.е. по окончании богослужения или, если не было такового в 10 час., комиссия приступала лишь в 1 - 2 часа, тогда как представители церкви были готовы в 10 час. Комиссия же собирается не в одно время: прибыл один - нет другого, другой прибыл - нет рабочих и наблюдателей. Благодаря чему теряется без полезно столько что дорогого времени. Кроме того, комиссией допускаются некоторые компромиссы с духовенством, что изъять и что нет, или вместо этого возьмите это, что создает ненужные разговоры" [л. 10-10/об.].

При отсутствии сопротивления со стороны духовенства и мирян, изъятие ценностей происходило без задержек и проволочек, вероятно, комиссией было предусмотрено, что в один день нужно было обирать по одному храму. В середине мая из Путивля в Курскую Губкомиссию по изъятию ценностей была отправлена сводка, в которой сообщалось что:

"Комиссия приступила к изъятию 3 мая в городе и произвела изъятие к 12 мая в 10 церквях т.е. в городе закончила. ... Отношение населения к изъятию частью желательно и частью безразлично, за исключением скаредных попов и некоторых членов церковного совета, но такие проявить себя не могли благодаря тонкой политике проведенной в этом отношении Госполитуправлением. В общем изъятие по городу прошло без всяких недоразумений. Для работ по уезду сорганизовано четыре группы, которые 13 числа выезжают на места. Работа предполагается закончится к 20 мая, если не встретится к этому каких либо препятствий" [л. 5].

Ужасы голодного времени, а также умело проведённая пропаганда сделали своё дело. Большевики получили драгоценности, упрочив, таким образом, материальное положение, и, что, вероятно, было самым главным во всей этой кампании, нанесли ощутимый удар по Церкви. Согласно "Общему наблюдению", "Население города в частности и деревень до некоторой степени разделяет точку зрения о необходимости изъятия ценностей в церквах в пользу голодающих. Что же касается духовенства, то большинство низшего духовенства так же стоит на точке зрения о немедленной сдаче, хотя с оговорками "необходимо по усмотрению церкви". Некоторые из них дали свой отзыв в печать обширную статью, в которой между прочим указали: "Враги народа и лукавые люди распространяют слухи что церковные ценности не пойдут по назначению. К числу этих лукавых людей относится и часть высшего духовенства, так называемые "князья церкви", которым роскошь церковная дороже гибнущих от голода братьев". См. газету "Плуг и молот"" [л. 6/об.].

В 20-х числах мая уездная подкомиссия по изъятию ценностей направила секретный отчёт, в котором указывалось количество изъятого:

"Отчет Подкомиссии по изъятию церковных ценностей

по Путивльскому уезду

мая (пропуск) дня 1922 г.

По прилагаемым к сему протоколов и актов, изъятие произведено в 10 церквах города и в 43 церквах сел и деревень. Изъято всего:

Серебра 36 пудов, 36 фунтов, 76 золотников и 52 долей.

Золота 2 фунта, 40 золотников, 67 долей.

Драгоценных камней: алмазных 16 шт. и бриллиантов 19 шт.

Приложение: акты и протоколы с № 1 по 46 включительно" [л. 37].

Последним документом данного дела является "Список церквей из коих изъяты ценности по Путивльскому уезду" [л. 40-40/об.]. Данный "список" выполнен в виде таблицы. Документ ценен не только в контексте данной темы, но интересен ещё тем, что благодаря ему мы имеем точный список всех православных церквей, действовавших в уезде на весну 1922 года.

Список

церквей из коих изъяты ценности по Путивльскому уезду

* Домовая церковь при Сеймских мельницах Глинской пустыни сохранилась до наших дней, используется под жильё.

** Церковь в честь митрополита Московского Алексия, построенная на хуторе Смолянинов (ныне - часть села Мазевка); построена и освящена в 1912 году, сгорела 13 мая 1923 года.

*** По состоянию на 1922 год в селе Попова Слобода (ныне - с. Слобода Бурынского р-на) одновременно существовали две Троицких церкви - старая деревянная и новая каменная.

Как видим из таблицы, подавляющее большинство изъятого драгметалла - серебро. Можно только догадываться, какие ценности, прежде всего в духовном плане, были уничтожены. Если верить приведённому выше документу, золото и драгоценные камни имелись лишь в двух монастырях - Молчен- ском и Софрониевой пустыни. Данное обстоятельство указывает на то, что духовенству и верующим какую-то часть (правда, совсем незначительную) ценностей удалось спасти. Остаётся довольно слабая надежда на то, что хоть какая-нибудь из спасённых реликвий вновь будет обретена вновь. Как пример - Спасо-Преображенский собор. Самой главной реликвией этого храма был золотой крест (по преданию, подарок царевны Софьи Алексеевны), весом в полтора фунта, с частичками мощей 33 святых. "Список" указывает, что в числе изъятого из Собора драгметалла золота нет, значит, можем надеяться, что данный крест был кем-либо из духовенства или верующих утаён и в руки чекистов не попал (правда, это совсем не исключает того, что святыня могла быть украдена в период с 1917 по 1922 г.).

Поводом для изъятия церковных ценностей стал страшный голод, однако на покупку продовольствия для умирающих большевики потратили лишь один миллион рублей (тогда как изъято было в общей сложности на сумму четырёх с половиной миллионов рублей золотом) [2]. Остальные средства пошли на "разжигание мировой революции", покупку кожанок для чекистов, часть ценностей была попросту разворована, доказательством чему служат суды над сотрудниками Гохрана.

Перед уходом в мир иной, 25 марта 1925 года, страдалец патриарх Тихон сказал слова, ставшие пророческими: "ночь будет длинная, темная..., темная..." [3]. Действительно, для всего народа наступало очень страшное время, и изъятие церковных ценностей было лишь прелюдией к тем ужасам, которые со временем обрушились на Церковь.

Ссылки

1. Латышев А.Г Рассекреченный Ленин. - М., 1996. - С. 145.

2. Кривова Н.А. Власть и церковь в 1922-1925 гг. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://elib.spbstu.ru/ dl/327/Theme_10/Literature/Krivova.htm.

3. Зайцев К., прот. Время святителя Тихона. - М., 1996. - С. 177.