С.С. Сибатрова
ИЗМЕНЕНИЯ В МАРИЙСКИХ НУМЕРАЛЬНЫХ СЛОВОСОЧЕТАНИЯХ В УСЛОВИЯХ МАРИЙСКО-РУССКИХ ЯЗЫКОВЫХ КОНТАКТОВ
В настоящей статье излагаются результаты исследования марийских нумеральных словосочетаний в аспекте воздействия на них русского языка. Цель работы - проследить участие русских заимствований в образовании марийских нумеральных словосочетаний, прежде всего в выражении их компонентов, и другие изменения, возникшие под влиянием аналогичных словосочетаний и конструкций русского языка. Фактической базой для работы послужили материалы лексической картотеки МарНИИЯЛИ, составленной на основе письменных источников лугово-восточной литературной нормы, а именно ее электронной части в объеме около одной тысячи авторских листов. В ходе сбора и анализа материала использованы приемы таких исследовательских методов, как описательно-аналитический (наблюдение с выявлением изучаемых фактов в источниках, их обобщение, интерпретация и классификация, описание в ходе изложения), сопоставительный (регулярное сопоставление марийских моделей с русскими на идентичность и неидентичность), сравнительно-исторический (в иных случаях - указание на генетическую принадлежность слов), количественный (подсчет моделей различных групп, содержащих русизмы). Согласно результатам исследования, русские заимствования могут выступать в позиции как опорного (3 единицы в 4-х моделях), так и зависимого компонентов (главным образом - субстантивные падежные формы и послеложные конструкции, числительные, а также отдельные местоимения и наречия меры и степени в 14-ти моделях). 3 модели с ядерными количественными числительными допускают единичные словосочетания с русизмами в обеих составных частях. В результате всего этого в известной мере пополнились ряды синтаксических единиц в отдельных моделях и самих моделей нумеральных словосочетаний (последние - на 3 единицы), а также появились сдвиги в формах числа зависимых имен существительных у некоторых схем.
Ключевые слова: марийский язык, синтаксис, нумеральные словосочетания, структурные модели, компоненты словосочетаний, русский язык, русские заимствования, изменения в моделях.
Статья посвящена анализу марийских нумеральных словосочетаний с точки зрения влияния на них русского языка - русских заимствований, соответствующих словосочетаний и конструкций. До настоящего времени марийские словосочетания, как и словосочетания в других финно-угорских языках, такому изучению не подвергались, несмотря на то, что они, в т.ч. нумеральные конструкции, подобно многим лингвистическим единицам, испытывают сильное воздействие со стороны русского языка. Поэтому результаты данной работы во многих отношениях являются новыми в марийской лингвистике и представляют определенную значимость также для финно-угроведения.
Работа опирается на традиционные в современной марийской лингвистике подходы к рассмотрению имен числительных (см. об этом: [СМЯМ 1961, 118-130; Учаев 1982, 140-158; Игнаева 1999]), а также на результаты предыдущего исследования автора, посвященного моделям марийских нумеральных словосочетаний (см.: [Сибатрова 2020, 46-54]). Необходимые примеры изучаемых конструкций выявлялись в источнике (в материалах электронной части лексической картотеки МарНИИЯЛИ) с учетом как лексического состава русизмов в различных лексико-грамматических классах слов, так и установленных моделей марийских нумеральных словосочетаний в целом. Извлеченные из предложений словосочетания с русскими заимствованиями подверглись систематизации по группам в зависимости от представленности в их компонентах таких иноязычных лексем, от их частеречной принадлежности и конкретной грамматической формы (в т.ч. обслуживающих послелогов), причем в рамках существующих образцов нумеральных словосочетаний. Далее путем сопоставления идентичных марийских и русских моделей определялись (иногда с привлечением нелингвистических факторов) структурные схемы, на формирование которых оказал или мог оказать влияние русский язык.
В марийском языке (по материалам лугово-восточной литературной нормы) установлено всего 18 моделей нумеральных словосочетаний:
ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ , ИЧР +
ИЧ , ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ ,
кол. полн., неопр.-колУ кокла гыч кол. полн., неопр.-колУ коклаште кол. полнУ местн. п. кол. полнУ
ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ ,
дат. п. кол. полнУ дене кол. полн.: икте деч неопр.-колУ гана, пачаш неопр.-колУ
ИЧ + ИЧ , М + ИЧ , Н + ИЧ , Н + ИЧ „ ИС +
кол. гана кол. полнУ неопр.-колУ меры, степ. неопр.-колУ меры, степ. эн пор. первый деч, гыч
ИЧпор, ИЧР + ИЧсовм ътъ, ИСдене + ИЧсовм ътъ (см.: [Сибатрова 2020, 45-56]); в ходе настоящего исследования дополнительно выявлена прономинально-нумеральная модель М + ИЧпор (расшифровку моделей см. ниже). Ими и наличествующим в языке лексическим составом нумеральных и других именных и неименных заимствований обусловлено участие русизмов в составных компонентах изучаемых словосочетаний. В связи с тем, что числительных-русизмов в марийском языке совсем немного (определенно-количественные ноль, миллион, миллиард и другие «круглые», порядковое первый, а также дробное осмушка `осьмушка' (см. об этом: [Сибатрова 2011, 105]) и среди них нет числительных неопределенно-личных и совместных с суффиксом -ынъ, практически только четыре модели допускают русизмы в качестве своего главного компонента: ИЧР + ИЧ , ИЧР + ИЧ , ИЧ + ИЧ , Н + ИЧ .
В зависимой позиции из именных частей речи употребляются преимущественно заимствованные существительные, некоторые из вышеназванных числительных и единичные местоимения (ибо обычно «местоимения и количественные числительные не заимствуются» [Берецки 2005, 47]; в статье при расшифровке именных частей речи в моделях называются лишь те, которые могут быть представлены русскими заимствованиями), а из неименных - единичные наречия меры и степени. Вполне естественно, что в нумеральных словосочетаниях с русизмами между компонентами имеют место те же (объектно-, обстоятельственно- и также определительно-количественные) синтаксические отношения и грамматические связи (послеложное и падежное управление, примыкание, также согласование), что и в моделях с составляющими нерусского происхождения (см. об этом: [Сибатрова 2020]).
Итак, в зависимости от того, какой из компонентов выражается русизмом, нумеральные словосочетания можно разделить на три группы:
1. Словосочетания, в которых русским заимствованием (практически числительными миллион, миллиард и первый) выражается главный компонент. Они реализуются (или могут реализоваться) в следующих моделях:
- ИЧР + ИЧкол (именные части речи - местоимение, прилагательное, причастие + имя числительное количественное): ты (тиде) миллион (ек) `этот миллион (людей)', ты (тиде) миллиард (текге) `этот миллиард (рублей)', вес миллион (ий) `другой миллион (лет)', вес миллиард (текге) `другой миллиард (рублей)', пытартыш миллион (ий) `последний миллион (лет)', пытартыш миллиард (ий) `последний миллиард (лет)', кодшо миллион (ек) `остальной миллион; остальные миллионы (людей)', кодшо миллиард (ек) `остальной миллиард; остальные миллиарды (людей)'. То, что миллион и миллиард являются русскими заимствованиями (хотя это и очевидно), отмечено в ряде работ марийских лингвистов [Саваткова 1969, 103; Игнаева 1999, 29; Сибатрова 2011, 100; Исанбаев 2014, 57].
Надо заметить, что в русской академической грамматике слова миллион, миллиард и другие подобные «круглые», также нуль и тысяча «с грамматической точки зрения» относят к существительным, так как они «совмещают в себе значения как числительных, так и счетных существительных» [ГРЯ 1953, 378-379], «обладают всеми морфологическими категориями существительных (значениями рода, числа и падежа) и не имеют собственных грамматических признаков, отличающих их от этой части речи» [КРГ 1989, 246; также РГ 1980 I, 573; РГ 1980 II, 59-60]. Русским языком они заимствованы из западноевропейских языков: миллион - через немецкий или французский из итальянского, миллиард - из французского [Фасмер 1986, 621]. По мнению Р. П. Игнаевой, и в марийском языке «лишь в названиях «круглых» больших чисел сохранилась в какой-то степени предметность (тужем, миллион)» [Игнаева 1999, 69].
Ввиду того, что в данном случае главную позицию занимают заимствования, выражающие «круглые» числа, то эта модель оказывается очень близкой к следующей, связанной только с «круглым» количеством;
- ИЧР + ИЧкол «кругл» (именные части речи - числительное неопределенно-количественное, местоимение с количественным значением + имя числительное количественное «круглое»). В зависимой позиции выступают числительные шуко `много', ятыр `достаточно много' и местоимения икмыняр `несколько', ала-мыняр `несколько, неизвестно сколько', мыняр `сколько', также мочол `сколько': шуко миллион (айдеме) `много миллионов (человек)', шуко миллиард (киловатт) `много миллиардов (киловатт)', ятыр миллион (гектар) `(достаточно) много миллионов (гектаров)', ятыр миллиард (текге окса) `(достаточно) много миллиардов (рублей денег)', икмыняр миллион (метр) `несколько миллионов (метров)', икмыняр миллиард (шудыр) `несколько миллиардов (звезд)', ала-мыняр миллион (текге) `несколько миллионов (рублей)', ала-мыняр миллиард (ий) `несколько миллиардов (лет)', мыняр миллион (калык) `сколько миллионов (людей, букв. народу)', мыняр миллиард (колиге) `сколько миллиардов (мальков)', мочол миллион (тонн) `сколько миллионов (тонн)', мочол миллиард (ий) `сколько миллиардов (лет)'; также шуко триллиард (ракывот) `много триллиардов (ракушек)', ала-мыняр триллион (кубометр) `несколько триллионов (кубометров)'. Небезынтересно, что русские слова количественного значения сколько, несколько, сколько-нибудь, сколько-либо, сколько-то, столько, столько-то, т.е. соответствия марийских количественных местоимений, в академических грамматиках рассматриваются в ряду «неопределенно-количественных числительных» как «местоимения-числительные», «местоименные числительные», указывающие на неопределенное количество [КРГ 1989, 247, также 23, 202; также: ГРЯ 1953, 368, 380; РГ 1980 I, 573, 579; РГ 1980 II, 78], причем по семантическим основаниям их относят и к различным разрядам «местоименных слов» [КРГ 1989, 202-205]. На взгляд Р. П. Игнаевой, не вызывает возражения местоименный характер значения и марийского слова икмыняр `несколько'. Однако она считает, что «понимание местоимения как грамматического класса слов, наделенного грамматическими свойствами, отличающими эти слова от других слов, <. .> приводит к заключению, что среди местоимений для этого слова места нет» [Игнаева 1999, 75]. При этом в ее монографии о марийских именах числительных слово икмыняр, к сожалению, не подвергнуто какому-либо дальнейшему анализу.
Важно добавить, что русские заимствования типа миллион, миллиард, как и марийское числительное тужем `тысяча', участвуют в образовании соответствующих «круглых» составных числительных именно по описываемой схеме: пел миллион (парыш) `полмиллиона (дохода)', кум миллион (пуд) `три миллиона (пудов)', латшым миллион (вуй) `семнадцать миллионов (голов)', кокшудо миллион (текге) `двести миллионов (рублей)'; вич миллиард (ий) `пять миллиардов (лет)', лучко миллиард (киловатт) `пятнадцать миллиардов (киловатт)', шудо миллиард (шудыр) `сто миллиардов (звезд)' и т.д. Понятно, что такие числительные составляются на основе словосочетаний частной модели ИЧкол кратк + ИЧкол «кругл» и, кажется, что не без влияния русского языка (см. переводы на русский язык). Однако предпосылки для их образования имелись уже ранее в самом марийском языке, ср.: коло `двадцать' < кок `два' + лу `десять', нылле `сорок' < ныл `четыре' + лу `десять', кокшудо `двести' < кок `два' + шудо `сто', кумшудо `триста' < кум `три' + шудо `сто' [СМЯМ 1961, 122-123; Галкин 1964, 105-106; 1986, 50; Учаев 1982, 142-143]. Поэтому можно говорить о вполне самостоятельном формировании данной модели, как и предыдущей;
- ИЧкол га ,на + ИЧкол полн (имя числительное количественное краткой формы с послелогом гана `раз, раза' + имя числительное количественное, в данном случае заимствованное «круглое»; причем миллион и миллиард, в отличие от собственно марийских количественных числительных, имеют только одну форму): кум гана миллион `трижды миллион', букв. `три раза миллион', кок гана миллиард `дважды миллиард', букв. `два раза миллиард'. Ясно, что числительные в данной модели обозначают отвлеченное количество (число). Употребление таких словосочетаний с миллион и миллиард, выражающих кратность множителя, в принципе вполне возможно, однако в источнике они не обнаружены. И это, очевидно, объясняется тем, что подобные арифметические действия не входят в таблицу умножения для обязательного запоминания (такую же схему, но уже с зависимыми «круглыми» числительными, т.е. с перестановкой местами компонентов - множимого и множителя см. ниже). Данная модель, скорее всего, появилась и получила распространение в марийском языке поздно, с зарождением и развитием школьного образования среди марийцев, причем в ходе перевода таблицы умножения с русского языка на марийский. К тому же марийскому языку вполне свойственны нумерально- глагольные словосочетания типа: кок гана иземдаш `в два раза снижать', кум гана вашлияш `три раза встречать', лу гана умылтараш `десять раз объяснять';