Примечание. Median (Q1; Q3); р - уровень статистической значимости при сравнении групп с использованием критерия Вилкоксона.
Таблица 3. Изменение спектральной мощности бета-ритма в ответ на предъявление ольфакторного стимула в группах пациентов с алкогольной зависимостью и контроля
|
Контроль |
Пациенты |
||||||
|
бета-ритм |
фон |
стимул |
P |
фон |
стимул |
P |
|
|
Fp1 |
6,2 (4,6; 9,5) |
6,1 (4,6; 9,6) |
0,129 |
12,4 (8,6; 19) |
11,5 (8,6; 14,5) |
0,082 |
|
|
Fp2 |
6,2 (4; 8,5) |
6,1 (3,8; 8,5) |
0,587 |
12,6 (6,8; 17,4) |
11,4 (6,9; 15,3) |
0,072 |
|
|
F3 |
7,6 (4,4; 11,1) |
6,8 (4,3; 10,1) |
0,003 |
16,9 (9,4; 24,5) |
15 (8,4; 20) |
0,001 |
|
|
F4 |
7,3 (4,2; 8,6) |
6,6 (4; 8,6) |
0,009 |
15,5 (7,9; 22,1) |
14,8 (8,4; 17,8) |
0,044 |
|
|
F7 |
4 (3; 5,9) |
3,55 (3,2; 4,2) |
0,086 |
9,3 (5,9; 13,2) |
7,4 (6,2; 12,3) |
0,953 |
|
|
F8 |
4,15 (2,9; 5,1) |
3,7 (2,9; 4,7) |
0,953 |
8 (6,8; 9,1) |
7,6 (6,7; 8,7) |
0,374 |
|
|
C3 |
7,25 (4,8; 9,4) |
6,4 (4,2; 8,1) |
0,041 |
15,6 (9,4; 23,9) |
12,5 (8,9; 19,5) |
0,089 |
|
|
C4 |
6,8 (3,9; 9) |
6,05 (3,8; 8,5) |
0,191 |
15,5 (8,5; 23,9) |
13,9 (9; 22,8) |
0,331 |
|
|
T3 |
4,4 (2,9; 9,2) |
4,25 (2,9; 10,1) |
0,627 |
10,6 (4,3; 18) |
8,6 (4,2; 14,5) |
0,316 |
|
|
T4 |
3,55 (2,7; 7,2) |
3,8 (1,9; 7) |
0,968 |
12,5 (4,2; 20,4) |
10,3 (5; 20,3) |
0,461 |
|
|
P3 |
9,5 (5,4; 13,4) |
7,6 (4,8; 12,4) |
0,001 |
14,9 (9,6; 21,9) |
15,1 (9,3; 19,2) |
0,074 |
|
|
P4 |
9,8 (5,3; 14,5) |
9,1 (5,2; 13,1) |
0,006 |
14 (9,3; 23,8) |
14,6 (9,3; 21,9) |
0,182 |
|
|
T5 |
8,45 (5,5; 11,4) |
8,15 (5; 12,3) |
0,030 |
8,95 (5,4; 14,4) |
8,65 (5,8; 12,4) |
0,673 |
|
|
T6 |
9,6 (5,3; 14,3) |
8,3 (5; 14,4) |
0,112 |
9,45 (5,4; 14,4) |
10,2 (6,7; 13,6) |
0,322 |
|
|
O1 |
9,75 (5,9; 11,2) |
9,1 (4,9; 11,4) |
0,008 |
16,1 (10,8; 36) |
18,5 (10,9; 38) |
0,435 |
|
|
O2 |
10,65 (6,1; 14,7) |
10,2 (5,3; 13,9) |
0,012 |
19,7 (11,3; 31) |
20,6 (13; 33,4) |
0,981 |
Примечание. Median (Q1; Q3); р - уровень статистической значимости при сравнении групп с использованием критерия Вилкоксона.
При сравнении соотношений в покое (фон) и в условиях ольфакторной нагрузки (стимул) в группе пациентов обнаружено статистически значимое снижение (р=0,015). В группе контроля предъявление одоранта приводило к статистически значимому увеличению исследуемого параметра (р=0,0043) (рисунок).
Рис. 1. Графики значений коэффициента активации коры. Примечание. Median (Q1; Q3); * - уровень статистической значимости при сравнении групп с использованием критерия Вилкоксона
Таким образом, мы показали, что степень снижения P-ритма в группе пациентов значительно превосходит снижение a-ритма при восприятии алкогольного раздражителя. Полученные нами данные говорят о снижении общей активности ЭЭГ (синхронизации) в группе пациентов с алкогольной зависимостью в ответ на ольфакторный стимул. При этом фоновая ЭЭГ у пациентов с алкогольной зависимостью характеризовалась существенным снижением альфа-мощности, редукцией амплитуды и ритмичности альфа-ритма и преобладанием высокочастотной активности (бета-ритма) (таблица 1). В контрольной группе запах спирта приводил к противоположным изменениям - реакции активации (резкое снижение альфа-ритма).
Согласно исследованиям, ЭЭГ-реакция активации представлена ориентировочным рефлексом (ОР) [7; 14; 15]. Первоначально новый стимул приводит к генерализованному ОР, который связан с возбуждением ретикулярной формации (РФ). Генерализованный ОР быстро снижается или вообще не возникает после многократного повторения стимула [7; 14; 16]. Данный факт может объяснять причину синхронизации на ЭЭГ при восприятии спиртового запаха у аддиктов. Т.е. при злоупотреблении алкоголем происходит реакция угасания, ведущая к потере способности данного стимула вызывать ОР. Тогда как для лиц, не страдающих алкогольной зависимостью, вышеуказанный одорант имеет относительную новизну и вызывает безусловный ОР.
Заключение
Таким образом, были продемонстрированы особенности восприятия запаха спирта у пациентов с алкогольной зависимостью, заключающиеся в реакции синхронизации на ЭЭГ. Также было показано, что у пациентов наблюдается снижение функциональной лабильности коры больших полушарий мозга. Полученные данные могут лечь в основу создания нейрофизиологических критериев диагностики алкогольной зависимости, оценки степени тяжести заболевания (оценка хемосенсорной чувствительности), а также прогностических моделей в будущем.
Список литературы
1. Розин А.И., Рощина О.В., Пешковская А.Г., Белокрылов И.И. Коморбидные сочетания алкогольной зависимости и депрессивных расстройств // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2018. № 4. С. 40-45.
2. Бохан Н.А., Мандель А.И., Иванова С.А., Прокопьева В.Д., Артемьев И.А., Невидимова Т.И., Мастерова Е.И., Воеводин И.В., Аболонин А.Ф., Шушпанова Т.В. Старые и новые проблемы наркологии в контексте междисциплинарных исследований // Вопросы наркологии. 2017. № 1. С. 26-62.
3. Шутова С.В., Муравьева И.В. Сенсомоторные реакции как характеристика функционального состояния ЦНС // Вестник Тамбовского университета. 2013. № 5. С. 2831 - 2840.
4. Литвинова Н.А., Булатова О.В., Трасковский В.В. Этолого-физиологические эффекты хемокоммуникации людей, обусловленные эндокринным и психофизиологическим статусом // Вестник науки Сибири. 2014. № 4. С. 297-302.
5. Морозова С.В., Савватеева Д.М. Обонятельные расстройства у пациентов с нейродегенеративными и психическими заболеваниями // Русский медицинский журнал. 2014. № 9. С. 673-678.
6. Sowndhararajan K., Kim S. Influence of Fragrances on Human Psychophysiological Activity: With Special Reference to Human Electroencephalographic Response. Scientia Pharmaceutica. 2016. Vol. 84. P. 724-751.
7. Данилова Н.Н. Психофизиология. М.: Аспект Пресс, 2002. С. 78-90.
8. Биссинг Н.А. Влияние ольфакторных стимулов на эмоциональное состояние // Сибирский педагогический журнал. 2018. № 3. С. 108-112.
9. Lotsch J., Hummel T. The clinical significance of electrophysiological measures of olfactory function. Behav. Brain Res. 2006. Vol. 170. no. 1. P. 78-83.
10. Maurage P., Rombaux P., Timary P. Olfaction in alcohol-dependence: a neglected yet promising research field. Front. Psychol. 2013. Vol. 4. P. 1007.
11. Бохан Н.А., Невидимова Т.И., Мастерова Е.И., Савочкина Д.Н. Цитокины, ноцицепция и патологическая ольфактация при формировании зависимости от психоактивных веществ. Томск: Иван Федоров, 2016. 134 с.
12. Галкин С.А. Динамика изменений биоэлектрической активности мозга при формировании зависимости от психоактивных веществ у лиц молодого возраста // Вопросы наркологии. 2018. № 12. С.55-64.
13. Жижин К.С. Медицинская статистика. Ростов н/Д: Феникс, 2007. 160 с.
14. Park H., Kim H. Electrophysiologic assessments of involuntary movements: tremor and myoclonus. Journal of Movement Disorders. 2009. Vol. 2. P. 14-17.
15. Пешковская А.Г., Галкин С.А. Когнитивный контроль при алкогольной зависимости и его нейрокорреляты // Вопросы наркологии. 2018. № 12. С. 65-80.
16. Cevik M. Habituation, sensitization and Pavlovian conditioning. Front Integr. Neurosci. 2014. Vol. 8.