Изменение судом категории преступления: сущность правомочия и обоснованность его закрепления в свете существования концепции общественной опасности
О.В. Ермакова, доцент кафедры уголовного права и криминологии Барнаульского юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент (г. Барнаул)
Аннотация
В представленной статье автор анализирует правомочие суда изменять категорию преступления на менее тяжкую. Принимая во внимание, что в научной литературе актуальным выступает вопрос обоснованности наделения суда таким полномочием, автор высказывает собственную позицию, основанную на понятии общественной опасности преступления. Именно поэтому в статье основное внимание уделяется обоснованности существования данного законодательного предписания в свете существования концепции общественной опасности преступления. Рассматривая условия реализации положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, автором указывается на их абстрактную формулировку. В частности, критике подвергаются такие условия, как учет фактических обстоятельств совершенного преступления, степени общественной опасности. Автором предлагается конкретизировать условия применения полномочия по изменению категории преступления в рамках уголовного закона.
Ключевые слова и словосочетания: преступление, категории преступления, общественная опасность, изменение категории преступления, сущность провомочия. опасность преступление суд
Annotation
CHANGE IN THE CATEGORY OF CRIME BY THE COURT: THE ESSENCE OF COMPETENCE AND THE VALIDITY OF ITS CONSOLIDATION IN THE LIGHT OF THE EXISTENCE OF THE CONCEPT OF PUBLIC DANGER
O. V. ERMAKOVA, Assistant Professor of the Chair of Criminal Law and Criminology of Barnaul Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, Сandidate of Law, Associate Professor (Barnaul)
In the presented article, the author analyzes the power of the court to change the category of crime to a less serious one. Taking into account that in the scientific literature the issue of the validity of empowering the court with such authority is urgent, the author expresses his own position based on the concept of the social danger of crime. That is why the article focuses on the validity of the existence of this legislative requirement in the light of the concept of the social danger of crime. Considering the conditions for the implementation of the provisions of Part 6 of Article 15 of the Criminal Code, the author indicates their abstract wording. In particular, conditions such as consideration of the actual circumstances of the crime committed and the degree of public danger are criticized. The author proposes to specify the conditions for the application of the power to change the category of a crime under the criminal law.
Keywords and phrases: crime, crime categories, social danger, crime category change, the essence of eligibility.
Федеральным законом от 07.12.2011 № 420-ФЗ УК РФ был дополнен новым правомочием суда на изменение категории преступления (ч. 6 ст. 15). Подобная трансформация закона получила неоднозначную оценку в научном сообществе. В частности, учеными указываются следующие негативные моменты введения ч. 6 ст. 15 УК РФ:
1. Наделение суда такими полномочиями противоречит Конституции РФ, поскольку суд - это орган правосудия [1, с. 36].
2. Большинство уголовных законов зарубежных государств не содержат такого правомочия.
3. Наличие ч. 6 ст. 15 УК РФ предоставляет суду простор для произвола и внедряет в судебную практику широкое судейское усмотрение [2, с. 39].
В более выгодном положении оказались лица, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления [3, с. 65], к которым в результате изменения категории могут быть применены многие виды освобождения от уголовной ответственности и наказания. При этом отдельными авторами были высказаны позитивные суждения. Например, А. Епихин полагает, что возможности ч. 6 ст. 15 УК РФ способствуют снижению количества отбывающих наказание в виде лишения свободы заключенных и иных осужденных по приговору суда [4, с. 106]. По нашему мнению, в уголовном законе предусмотрено достаточно большое количество видов освобождения от уголовной ответственности и наказания, позволяющих экономить меры уголовной репрессии, в связи с чем подобный довод видится достаточно спорным. Вместе с тем обоснованность существования в рамках уголовного закона ч. 6 ст. 15 УК РФ должна, в первую очередь, соотноситься с центральным институтом преступления - понятием общественной опасности, поскольку согласно ч. 1 ст. 15 УК РФ все категории выделены именно по основанию характера и степени общественной опасности преступления.
Общественная опасность - есть показатель вредоносности деяния, способность причинить определенный вред (отдельными учеными добавляется указание на значительный вред) либо создать его угрозу [5, с. 27]. При этом следует различать общественную опасность каждого деяния как акта поведения человека и типовую общественную опасность группы деяний. Оценка общественной опасности преступления определенного вида устанавливается законодателем исходя совокупного анализа определенной группы преступных деяний, подлежащей криминализации. Такая общественная опасность может изменяться только путем внесения корректив в уголовный закон исключительно законодателем. Данный процесс отличается сложностью и требует проведения криминологических исследований, направленных на измерение вредоносности преступлений одного вида и его изменение в тот или иной период времени. В ряде случаев решение об изменении общественной опасности преступления приводит к переводу таких деяний в разряд административных правонарушений (к примеру, такая ситуация имела место с оскорблением).
Общественная опасность конкретно совершенного деяния индивидуальна, поскольку в общественной жизни не встречается полностью одинаковых преступлений. Именно индивидуальную общественную опасность надлежит оценивать суду при назначении наказания (ч. 3 ст. 60 УК РФ), применении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление (ст. 64 УК РФ), и т д. Особенности такой общественной опасности отдельно взятого деяния и положены в основу правомочия суда на изменение категории преступления. Иначе говоря, суд при применении ч. 6 ст. 15 УК РФ меняет не общественную опасность преступления в целом, а понижает ее в конкретном случае.
Несмотря на показанную разницу между общественной опасностью преступления как вида и конкретно совершаемого деяния, полагаем, что существование подобного правомочия существенно изменяет сложившийся в теории уголовного права подход к определению данного института, расширяя границы судейского усмотрения и допуская вмешательство в установленные законодателем показатели общественной опасности, установленные в санкциях Особенной части УК РФ. Учитывая наличие в современном уголовном законе широкого арсенала средств индивидуализации наказания, возможностей освобождения от него и замены, полагаем существование ч. 6 ст. 15 УК РФ излишне. Однако Верховный Суд РФ планирует широкое распространение возможностей изменения категории преступления, что прямо обозначено в постановлении Пленума от 15.05.2018 № 10 "О практике применения судами положений части 6 статьи 15 УК РФ" (далее - постановление № 10). В частности, высший судебный орган разъяснил судам необходимость рассматривать вопрос об изменении категории преступления по каждому уголовному делу (п. 1).
На сегодняшний день указанное требование получило лишь формальное закрепление. Как показывает анализ судебной практики, большого распространения данное положение не получило. К тому же в судебных решениях игнорируются обозначенные требования постановления Пленума Верховного Суда РФ проверять возможность изменения категории в конкретном случае. А в тех единичных решениях, которые имеют место, не приведены надлежащие мотивы о наличии оснований для изменения категории преступления. В результате чего такие приговоры обжалуются стороной защиты. К примеру, определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 05.10.2016 № 18-УД 16-59 изменен приговор Выселковского суда Краснодарского края, поскольку суд не обсудил в приговоре вопрос о возможности применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и не мотивировал свое решение [6].
Полагаем, существующие в судебной практике проблемы реализации ч. 6 ст. 15 УК РФ связаны со сложностями толкования уголовного закона, поскольку условия изменения категории преступления изложены законодателем достаточно поверхностно. Исходя из предписания закона, суд вправе изменить категорию при наличии совокупности следующих обстоятельств. Во-первых, следует учитывать фактические обстоятельства преступления. Понятие данных обстоятельств отсутствует как в УК РФ, так и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ. Хотя в постановлении в п. 2 приводится примерный перечень таких обстоятельств (например, способ совершения преступления, вид умысла или неосторожности, наступившие последствия, мотив, цель, роль лица и т. д.).
В научной литературе к таким фактическим обстоятельствам предлагается относить объективные и субъективные признаки деяния (например, второстепенная роль лица как соучастника преступления, виктимное (провоцирующее) поведение потерпевшего и т. д.) [7, с. 99-101]. При этом анализ судебной практики показывает, что суды в большинстве приговоров вообще приводят общую формулировку о том, что учтены фактические обстоятельства, и не конкретизируют, какие именно. Очевидна схожесть таких обстоятельств со смягчающими. Однако неверно отождествлять фактические и смягчающие обстоятельства, поскольку последние могут относиться к характеристике личности виновного, а не самого деяния. Поэтому полагаем, что помимо фактических обстоятельств суду необходимо учитывать смягчающие обстоятельства, представленные как в единичном варианте, так и в совокупности. Следует иметь в виду, что если смягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания. Полагаем, что фактические обстоятельства совершенного преступления, предоставляющие суду право на изменение категории преступления, невозможно анализировать изолированно от такой категории, как общественная опасность. Иначе говоря, это должны быть такие факты, которые уменьшают общественную опасность деяния либо лица, его выполнившего.
Во-вторых, необходимо принять к сведению учет степени общественной опасности преступления. На совокупный учет фактических обстоятельств и степени общественной опасности обращает внимание и постановление Пленума Верховного Суда РФ (п. 2). В этой части возникает вопрос: "Почему не следует оценивать характер общественной опасности преступления, а лишь ее степень?". Полагаем, что характер общественной опасности, проявляющийся в ценности охраняемых общественных отношений, на которые посягает преступление, влияет и учитывается законодателем при установлении типовой общественной опасности. Индивидуальная же общественная опасность по характеру не варьируется (например, любое убийство посягает на общественные отношения, охраняющие жизнь человека). Степень общественной опасности - критерий, изменяемый в зависимости от конкретно совершаемого преступления. Он проявляется в целой массе особенностей совершения деяния: наличие средств либо орудия, способ, наступившие последствия, разновидности вины, наличие соучастия в преступлении и т д. Еще одним требованием, принимаемым во внимание при изменении категории преступления, выступает отсутствие отягчающих обстоятельств. Как показывает анализ судебной практики, чаще всего препятствует изменению категории преступления наличие рецидива.
Наконец, назначенное судом наказание должно не превышать тех пределов, которые закреплены в законе. Из всех обозначенных требований именно это наиболее четко сформулировано и понятно правоприменителю. Его наличие свидетельствует о том, что вопрос об изменении категории преступления решается судом только после назначения наказания (выделено автором - О.Е.). В этой части выглядят удивительными разъяснения, предложенные Верховным Судом РФ в п. 1 постановления № 10, касающиеся возможных правовых последствий изменения категории преступления. Так, судом указано на возможность после применения ч. 6 ст. 15 УК РФ освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим, истечением сроков давности (ст.ст. 75-78 УК РФ).
Полагаем, что данные разъяснения противоречат институту освобождения от уголовной ответственности, возможность применения которого ограничена моментом удаления суда в совещательную комнату и производится только до назначения наказания. В связи с изложенным считаем недопустимым применение положений ст.ст. 75-78 УК РФ после изменения категории преступления на менее тяжкую. Нельзя согласиться с предложенным в постановлении № 10 Верховного Суда РФ правом одновременного применения ст. 64 и ч. 6 ст. 15 УК РФ (п. 8). Это объясняется тем обстоятельством, что, применяя ст. 64 УК РФ, суд уже учел исключительные обстоятельства и назначил наказание более мягкое, чем предусмотрено за данное преступление. Повторный же учет этих обстоятельств для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ приведет к двойному смягчению, что противоречит принципам уголовного закона.
Суды зачастую смешивают изменение категории и квалификации деяния. Так, приговором суда Ш. признан виновным в совершении присвоения и растраты, а его действия квалифицированы по ч. 3 ст. 160 УК РФ. При этом суд изменил категорию преступления, переквалифицировав действия виновного на ч. 2 ст. 160 УК РФ [8]. Разнопорядковый характер указанных понятий проявляется в том, что изменение квалификации преступления имеет место в том случае, когда совершенное деяние соответствует признакам иного состава преступления. Принятое решение относительно квалификации не связано с необходимостью рассмотрения вопроса об изменении категории преступления. Существующие проблемы толкования законодательного предписания приводят к неэффективности данной нормы в правоприменительной деятельности. По нашему мнению, решение суда об изменении категории преступления должно основываться на совокупности всех перечисленных требований.