Статья: Изменение роли доллара США вследствие торговых войн в контексте интеграционных процессов на пространстве большой Евразии

В результате доля доллара в мировых размещенных резервах сократилась. По сравнению с «довоенным» 4 кварталом 2017 года она снизилась с 62,7% до 61,8% по итогам первого квартала 2019 года. При этом можно особенно отметить, что другие ведущие валюты, используемые для размещения в них резервов - евро, иена и британский фунт - не только не снизили свой удельный вес в мировых резервах, но и увеличили его (таблица 1).

Рисунок 2. Динамика валютных резервов мира и резервов в долларах США в период торговых войн, млрд. долл. США. Рассчитано по данным Международного валютного фонда: World Currency Composition of Official Foreign Exchange Reserves. IMF Data // International Monetary Fund website. - https://data.imf.org/?sk=E6A5F467-C14B-4AA8-9F6D-5A09EC4E62A4&sId=1408243036575

Таблица 1. Изменение удельного веса различных валют в структуре размещенных валютных резервов мира в период торговых войн, %.

Другой заслуживающей внимания особенностью изменения структуры мировых валютных резервов в этот период является резкий рост доли в них юаня - валюты главного противника США в торговых войнах - которая увеличилась на 58% (рис. 3), в результате чего юань по итогам 1 квартала 2019 года вышел на пятое место среди валют, в которых размещаются мировые резервы, тогда как в конце 2017 года он располагался только на седьмой позиции. Таким образом, рассматривая итоги торговой войны США с Китаем в сфере позиций валют на мировом рынке резервов, можно сделать вывод, что первый год этой войны был проигран долларом, и экономическое противостояние США с остальным миром негативно отразилось на позициях американской валюты.

Резервные позиции доллара непосредственно зависят от вложений зарубежных государств в долговые обязательства США, которые и являются основным средством аллокации валютных резервов. Чем большие объемы американского госдолга покупаются иностранными инвесторами, тем выше доля доллара США среди мировых резервов. Поэтому в контексте анализа причин снижения этой доли целесообразно рассмотреть также и ситуацию с вложениями в долговые бумаги США иностранных инвесторов.

Рисунок 3. Изменение удельного веса мировых резервных валют в структуре размещенных резервов мира в период с четвертого квартала 2017 года по первый квартал 2019 года, %. Рассчитано по данным Международного валютного фонда: World Currency Composition of Official Foreign Exchange Reserves. IMF Data // International Monetary Fund website.

В период торговых войн абсолютные объемы зарубежных вложений в госдолг США росли, но относительные снижались (таблица 2). При этом надо особенно отметить, что вложения в госдолг США со стороны государственных зарубежных институтов выросли крайне незначительно, а их доля в федеральном долге снизилась более выраженно, чем доля всех зарубежных вложений. В период с четвертого квартала 2017 года по второй квартал 2019 года общий объем федерального долга США увеличился на 7,5%, тогда как его доля у зарубежных государственных держателей сократилась на 4,2%.

Таблица 2. Изменение удельного веса зарубежных держателей федерального долга США в период торговых войн, млрд. долл. США, если не указано иное Составлено по данным из следующих источников: Federal Debt: Total Public Debt. FRED® Economic Data / Federal Reserve Bank of St. Louis. International Investors. FRED® Economic Data/ Federal Reserve Bank of St. Louis. - https://fred.stlouisfed.org/series/FDHBFIN; Securities (B): Portfolio Holdings of U.S. and Foreign Securities // U.S. Department of The Treasury website. .

Также при оценке динамики объема госдолга США у иностранных держателей надо принимать во внимание тот факт, что соответствующие ценные бумаги учитываются по рыночной стоимости, а не по номиналу Estimating Holdings of Treasury Securities // U.S. Department of The Treasury website. , а эта стоимость в рассматриваемый период существенно выросла, как отмечалось выше (см. рис. 1). С учетом этого аспекта рост вложений в данные бумаги со стороны иностранных государственных держателей может оказаться отрицательным, если учитывать не их рыночную оценку, а номинал.

В значительной мере стагнация зарубежных вложений в американский госдолг (а в отдельные периоды - и их спад) вызвана действиями стран, являющихся крупными его держателями, с которыми у США в последние годы сложились напряженные отношения. Так, упоминавшийся выше выход России из казначейских обязательств США весной 2018 года стал одним из заметных факторов снижения объема этих бумаг у зарубежных государственных держателей, которое было зафиксировано по итогам второго. А в течение последнего года, после начала активного противостояния с США Китая в ходе торговых войн заметно сокращаются и китайские вложения в американский долг (рис. 4).

Рисунок 4. Объем долговых обязательств США у китайских держателей и его доля в общем объеме данных обязательств у зарубежных держателей. Рассчитано по данным Казначейства США: Securities (B): Portfolio Holdings of U.S. and Foreign Securities. U.S. Department of The Treasury website.

С июня 2018 года по июнь 2019 года они уменьшились на 78 млрд. долл., или на 6,5%, а доля Китая сократилась с 19,1% до 16,8%. Таким образом, торговая война с КНР также непосредственно отразилась на привлекательности долларовых активов как средства размещения резервов, а США стали испытывать возросшие сложности с привлечением внешних инвесторов к финансированию своего бюджетного дефицита.

Второй, помимо резервной, ключевой функцией американской валюты, обеспечивающей ее доминирование в мировой финансовой системе, является расчетная. На доллар традиционно приходится максимальный объем расчетов, особенно международных, хотя доля этой валюты в последние годы демонстрирует снижение. Так, если в декабре 2015 года на доллар приходилось 47,9% трансграничных платежей, то в марте 2016 года - 46,9%, а в декабре 2017 года - 41,3%. RMB Tracker. April 2018. SWIFT, 2018, p. 29; RMB Tracker. January 2018. SWIFT, 2018, p.9. Можно предположить, что снижение доли доллара в последние годы было отчасти связано и с активизацией ряда стран по организации взаимных расчетов в национальных валютах и в евро на фоне усиления конфронтации с США. Оценить изменения этого показателя, произошедшие именно в период торговых войн в настоящее время не представляется возможным, так как единственным источником информации о доле отдельных валют в общем объеме платежей является обзор SWIFT «RMB Tracker», а последний из этих обзоров датирован апрелем 2018 года и содержит данные за март, то есть, до начала «горячей фазы» торговых войн. Поэтому оценить изменение роли доллара в международных расчетах можно только по другому доступному индикатору, характеризующему платежи в системе SWIFT - количеству сообщений в долларах США (соответствующая статистика имеется в отчетах Банка международных расчетов, BIS). Динамика абсолютных и относительных значений этого показателя в период торговых войн приведена на графиках рис. 4.

Эта динамика также демонстрирует небольшое снижение доли долларовых сообщений в их общем количестве в течение 2018 года, с 50,3% до 49,6%, равно как и количества самих сообщений, хотя в данном случае нельзя говорить о выраженной тенденции. Тем не менее, приведенные данные позволяют сделать формальный вывод о том, что в течение первого года торговых войн доля доллара в финансовых сообщениях в системе SWIFT все же продемонстрировала снижение, продолжив, тем самым, тенденцию последних нескольких лет и еще больше ослабив позиции американской валюты как ведущего мирового платежного средства.

Рисунок 5. Количество трансграничных финансовых сообщений в долларах США и их доля в системе SWIFT в 2018 году. Источник: CPMI quantitative review of correspondent banking data // BIS website.

Наконец, важнейшим фактором функционирования доллара как глобальной валюты является мощный потенциал финансовой системы США, который предоставляет ресурсы зарубежным пользователям - от эмитентов акций и депозитарных расписок на американском фондовом рынке до зарубежных заемщиков, получающих долговое финансирование. Последний фактор особенно значим для развивающихся стран, где в силу высокой потребности в недорогом фондировании и отсутствии развитых фондовых рынков компании практикуют обращение к финансовым ресурсам американского и европейского долговых рынков. Поэтому тенденции, произошедшие в период торговых войн на этом направлении, также представляют интерес в контексте их влияния на роль доллара как мировой валюты.

Оценить роль доллара как валюты фондирования для внешних заемщиков можно по статистике объемов действующих кредитов и эмиссий долговых ценных бумаг. При этом для уточнения характера наблюдаемых тенденций мы сопоставили данные по долларовым заимствованиям с аналогичными показателями в евро, а также выделили динамику соответствующих показателей для заемщиков, представляющих развивающиеся рынки и страны, с которыми США наиболее активно конфликтуют - КНР и Россию (таблица 3).

Таблица 3. Объемы заимствований (банковские кредиты и долговые ценные бумаги) нерезидентов США и еврозоны в долларах США и евро. Составлено по данным BIS: Total credit to non-bank borrowers by currency of denomination: US dollar. Bank loans and debt securities issues, by residence of non-bank borrower // BIS website. - Total credit to non-bank borrowers by currency of denomination: Euro. Bank loans and debt securities issues, by residence of non-bank borrower // BIS website. -

Рассматривая динамику долларовых заимствований неамериканскими компаниями, можно отметить несколько моментов. Во-первых, она характеризуется меньшим ростом (3,5%) по сравнению с ростом объемов у американских заемщиков, который в рассматриваемый период составил 5,1%. Total credit to non-bank borrowers by currency of denomination: Euro. Bank loans and debt securities issues, by residence of non-bank borrower // BIS website. - При этом еще меньшим был прирост объема заимствований развивающимися рынками - 1,2%, и стагнация этого показателя была обусловлена сокращением в указанный период заимствований из КНР и России соответственно, на 8,2% и 21,7%. В абсолютном выражении это сокращение составило 45 млрд. долл. для Китая и 41 млрд. долл. для России, а совокупный объем снижения объемов долларовых заимствований двух стран (86 млрд. долл.) был эквивалентен 2,3% общего объема заимствований развивающихся рынков.

В данном случае так же, как и в других ситуациях с замещением доллара, значительная часть трансакций, ушедших из долларового оборота, перешла к европейской валюте. В период торговых войн рост объема заимствований в евро компаниями из-за пределов еврозоны вырос гораздо интенсивнее, чем аналогичный долларовый показатель и составил 6,6% при том, что резиденты еврозоны увеличили объем своих заимствований всего на 1,8%. Еще более впечатляющим был рост займов в евро со стороны развивающихся рынков, который составил 9,1%, а поспособствовали этой выдающейся динамике взрывные показатели роста России и КНР - 23,3% и 14,8% соответственно. Совокупный объем прироста объема заимствований этих двух стран за период составил 14 млрд. евро. Таким образом, в сфере займов внешних участников на долговых рынках США и еврозоны в период торговых войн произошло явно выраженное замещение американского источника фондирования на европейский как минимум для КНР и России, что обусловило и снижение объемов привлекаемых долларовых средств развивающимися рынками в целом при резком росте их заимствований в евро. Иными словами, долговый рынок США в результате торговых войн существенно снизил свою привлекательность в пользу европейского, а доллар, соответственно, ухудшил свои позиции и в качестве мировой валюты долгового финансирования.

Подводя итог проведенному анализу, можно сделать вывод, что торговые войны, инициированные США, отрицательно отразились на позициях доллара в качестве мировой валюты, что выразилось в снижении его роли как средства резервирования, инструмента международных расчетов и валюты внешнего фондирования. Кроме того, конфликты США с крупными держателями американских долговых обязательств обусловили сокращение вложений ряда стран в данные ценные бумаги, что создало дополнительные сложности в бюджетном процессе и в системе государственных финансов в целом. Продолжение тенденции снижения роли доллара в мировой экономике создает как дополнительные риски, так и возможности в процессе выстраивания финансовой архитектуры Большой Евразии, которую целесообразно избавить от долларовой составляющей в целях минимизации ряда рисков, повышения надежности функционирования и обеспечения стратегического суверенитета евразийских государств.