В некоторых учреждениях социальные работники являются ключевыми фигурами, а социальная работа является основным видом деятельности. По терминологии Х. Джонсона, это так называемые первичные агентства Johnson H. W. Basic concepts: social welfare, social work and social services // H. W. Johnson (Ed.) The social services: an introduction. Itaca, Il.: F. E. Peacock Publisher Inc, 1995. P. 18.. Примерами таких организаций являются отделы социального обеспечения, центры социального обслуживания, службы социальной помощи семье и детям, находящиеся в ведомстве министерства труда и социального развития. В других агентствах социальная работа играет подчиненную роль по отношению к профессионалам из других сфер деятельности, таких как медицина, образование или право, и такие организации можно называть вторичными. Эти учреждения, как правило, осуществляют свою деятельность без социальных работников, хотя можно выдвинуть серьезные аргументы в пользу того, что качество их деятельности улучшится в случае активного их участия. Это школы (социальные педагоги), больницы (социальные работники в здравоохранении), суды и правоохранительные органы (социальные работники по работе с осужденными, в том числе и осужденными условно), межведомственные комиссии по делам несовершеннолетних (социальные работники и социальные педагоги), отделы опеки и попечительства, центры по усыновлению.
Одно из ключевых отличий заключается в способе финансирования. Некоторые социальные программы финансируются из бюджета, а другие поддерживаются частной инициативой - из фондов, на спонсорские деньги и с участием волонтеров. Общая классификация государственных социальных служб при этом сводится к уровню их подчиненности и каналам поступления финансов. В одних случаях это федеральные средства, в других - средства областного или местного (городского, районного) бюджетов, иногда это комбинации различных источников финансирования. В условиях большого города можно увидеть, что госбюджетное финансирование таких организаций составляет лишь часть ресурсов. В случаях с центром помощи семье и детям, а также центром социального обслуживания, по данным нашего исследования, существует развитая система спонсорской поддержки, частные лица и организации, в том числе и международные, например, ЮНИСЕФ, Красный Крест оказывают финансовую помощь, а также направляет гуманитарные средства (одежду, питание).
Негосударственные организации получают свои средства от спонсоров. Среди таких сервисов выделяют религиозные и светские. С одной стороны, это благотворительные миссии, которые, подобно Хесед Ершалаим (еврейская организация) или Каритас (католическая благотворительная организация), распределяют гуманитарную помощь между пожилыми и одинокими гражданами, в основном в рамках соответствующей религиозной общины. С другой стороны, - светские организации, например, кризисный центр для женщин, оказывающий социальную помощь женщинам, пострадавшим от семейного насилия, ассоциация инвалидов-афганцев, где способствуют медицинской и социальной реабилитации инвалидам афганской войны или спортивное общество, где занимаются спортом инвалиды.
Известно, что некоторые негосударственные организации получают бюджетные средства на свои социально значимые проекты. Данные исследований показывают, что в существующих условиях такие межсекторые контакты нельзя назвать систематическими и регулярными. Некоторые спонсоры и организации-реципиенты стремятся не афишировать акты благотворительности, опасаясь пристального внимания налоговых органов. Бюджетная поддержка негосударственных организаций, занимающихся социальными программами, пока не опирается на такие демократические институциализированные формы взаимодействия, как открытые конкурсы, тендеры, гранты. В результате здесь царит, по преимуществу, административный произвол - организации партнеры выбирают среди тех, кто наиболее настойчив, имеет хорошие личные контакты среди чиновников, кто принят в круг «своих».
Социальные службы различаются по размеру и масштабу деятельности. В одних из них работает до полутора сотен сотрудников (например, в центре социального обслуживания населения). В других - около десятка человек (в кризисном центре для женщин). В ряде случаев речь может идти о всероссийской или межрегиональной организации, в которой данная организация является лишь местным филиалом, и тогда численность персонала может насчитывать тысячи человек, а масштабы деятельности охватывать всю страну. Это может относиться и к государственным службам, таким как служба занятости, и к негосударственным, где примером федерального масштаба деятельности может служить Всероссийское общество слепых, штаб-квартира которого находится в Москве. Это общество состоит из 74 региональных организаций и владеет 184 предприятиями, обеспечивающими занятость слепых по всей России.
Многие социальные службы имеют продолжительную историю, которая насчитывает многие десятки лет, а есть и те, которые сравнительно молоды. Такие организации, как Красный Крест, возникнув еще до Октябрьской революции не прекращали свою деятельность в России вплоть до краха социализма, хоть временами и сильно сокращали свои программы, а также испытывали сильное политическое давление. В 1920-е годы по инициативе Советской власти были созданы централизованные объединения инвалидов - Всесоюзное общество инвалидов (ВОИ), всесоюзное общество слепых (ВОС) и Всесоюзное общество глухих (ВОГ), которые, являясь общественными объединениями по форме, по существу были государственными организациями, выполнявшими определенный социальный заказ на использование труда инвалидов в социалистическом строительстве. Эти организации, хотя и переживают определенный кризис в настоящее время, продолжают свою работу и стремятся приспособиться к условиям рыночной экономики.
Остановимся отдельно на вопросах исследований эффективности менеджмента некоммерческой, волонтерской организации. Теория и практика эффективного управления организациями государственного сектора и частного бизнеса включает вопросы развития операциональных, коммуникативных и концептуальных навыков менеджеров, их разносторонней компетентности. Аналогичные проблемы встают и перед неправительственными организациями во всем мире. Факультеты менеджмента стремятся учитывать подобные запросы со стороны руководителей бизнес-организаций. Но насколько адекватно потребностям растущего некоммерческого сектора сегодняшнее образование менеджеров? Несмотря на то, что литература растет, расширяется сеть электронных ресурсов, руководители филантропических и сервис-организаций третьего сектора в России испытывают дефицит информации и не находят решения своих задач, когда обращаются к пособиям, подготовленным для коммерческих организаций.
Анализируя результаты российских и зарубежных исследований некоммерческих структур, можно кратко очертить специфические потребности высшего и среднего менеджмента таких организаций. Как известно, важную роль в осуществлении социальной поддержки в США играют негосударственные организации. В многообразных программах и проектах, финансируемых частными фондами, принимают участие выпускники факультетов социальной работы, психологи, экономисты, педагоги. Здесь они реализуют свой профессиональный потенциал, а многие включены в управление НКО. Менеджмент социальной сферы, организация социальных служб - относительно новые понятия отечественного образования и профессиональной практики в области социальной работы, и здесь внимание в основном концентрируется на проблемах администрирования государственных агентств.
Российская и американская ситуации, в которых функционируют НГО, отличаются в социально-экономическом и социокультурном отношении. Однако для нас в данном случае важнее сама специфика некоммерческого сектора, поскольку именно это определяет содержание образовательных программ, исследований и самой практики управления. Прежде всего, современным НГО приходится действовать в «пространстве соревнующихся ценностей», на фоне меняющихся приоритетов общества и организации, вновь возникающих или, напротив, исчезающих ресурсов, противоречивых критериев эффективной деятельности. Менеджеры оказываются в таких условиях, когда постоянно ставятся все новые требования к услугам, предоставляемым организацией, растут социальные ожидания и ужесточается конкуренция за финансирование. Тем самым актуализируются такие навыки менеджеров третьего сектора, которые не во всем совпадают с теми, что применяются их коллегами в государственных и бизнес-организациях. Возможно, наиболее существенное отличие относится к тому, как определять успех работы, поскольку в НГО самым важным мерилом для оценки управления будет качество предоставляемых услуг.
В целом оценивать деятельность менеджера на предмет эффективности можно по критериям наличия у руководителя навыков, необходимых для успешной работы в быстро меняющемся и противоречивом контексте. Эти навыки можно разделить на четыре типа, каждый из которых будет преобладающим для той или иной менеджерской позиции в структуре некоммерческой организации. Речь идет прежде всего о навыках преодоления формальных границ организации: осуществление инноваций, подготовка проекта, фандрайзинг, взаимодействие с масс-медиа, государственным и бизнес-сектором, правительством или администрацией региона, маркетинг. Другой тип менеджерских навыков подразумевает успешное управление человеческими отношениями внутри организации: рекрутинг и отбор служащих и волонтеров, создание и поддержание работоспособных организационных команд, нон-дискриминационная кадровая политика, оценка работы служащих, эффективное принятие групповых решений, способность справиться с организационным упадком.
Умелый менеджер некоммерческой организации обладает способностями координации: владеет навыками эффективной письменной речи, информационными технологиями, принципами финансового менеджмента некоммерческих организаций, знает новейшие подходы к оценке эффективности услуг и осведомлен о потенциальных опасностях, с которыми приходится сталкиваться некоммерческим структурам. Наконец, «директорские», или прямые управляющие навыки касаются оптимизации работы совета директоров, стратегического и тактического планирования, вопросов слияния или интеграции, выбора и использования консультантов. Весь этот спектр знаний, навыков и способностей менеджера волонтерской организации не только может быть предметом специальных курсов или семинаров, которые иногда организуются самими российскими НГО при поддержке международных фондов, но и преподаваться в рамках вузовских образовательных программ на факультетах социальной работы и менеджмента.
Понятие кейс стадии применительно к методам сбора данных вошло в словарь российской социологии в начале 1990-х годов. В этот период значительных трансформаций в корне изменялась не только социальная и экономическая структура общества, но и способы понимания и объяснения социальной реальности. Падение железного занавеса вызвало новую волну интереса к исследованиям советского и постсоветского общества. Стала очевидной необходимость более глубокого осмысления отдельных сфер жизни советского человека, остававшихся вне основного интереса традиционной российской социологии или нуждающихся в реинтерпретации. Некоторое смещение внимания с макроуровня политических схем в приватную сферу оказалось возможным в социологии, истории, политологии, гендерных исследованиях тогда, когда стало приемлемым и востребованным широкое применение качественных методов, а именно: включенного наблюдения, нарративного и биографического интервью, дискурсивного анализа текста.
Для изучения низового уровня социальной политики, где оперируют такие агентства и акторы, как социальные службы и социальные работники, полезным оказывается использование этнографических кейс стадии. Сразу отметим, что применение понятия «этнография» относится к трем разным сферам научного знания: дисциплине, жанру и методу См. об этом подробнее: Романов П., Ярская-Смирнова Е. «Делать знакомое неизвестным…» Этнографический метод в социологии // Социологический журнал. 1998. № 1/2. С. 145-160.. Этнография хорошо известна российскому читателю в качестве научной дисциплины, занимающейся исследованием образцов традиционной культуры, быта народов, удаленных от индустриальной цивилизации территориально и во времени. Этнографический подход к социологическому исследованию повседневной жизни современного города, метод сбора данных и жанр представления результатов сегодня вкупе с другими качественными методами распространяется в отечественной социальной науке. Отличительный признак этнографического исследования - скрупулезное внимание к деталям, рассмотрение особенностей какого-либо процесса или института посредством включенного наблюдения, глубинных интервью, анализа документов. Применяемые к изучению внутренней жизни учреждений, эти инструменты сбора данных подразумевают аналитический интерес к структурам повседневной жизни, организационной культуре во всей совокупности ее проявлений. Принципиальное отличие этой методологии - в той сокращенной дистанции между своим и чужим миром, между социологом и информантом, которая выступает условием естественности ситуации исследования, основой доверия и благожелательного отношения со стороны членов сообщества. Но в то же время для исследователя, применяющего этнографические методы, такая методология является источником каждодневных испытаний, личностных переживаний и этических дилемм.
Обсудим этнографические кейс стадии социальных служб, когда особое внимание уделяется повседневной деятельности организаций. Этнография организации является по преимуществу кейс стади (case study) и обладает типичными для этого типа исследования методологическими допущениями. Заметим, что такие исследования проводятся на одном объекте - случае (case), каким является некое сообщество, отдельно взятое социальное явление, класс действий или область деятельности. Изучение случая опирается на анализ частных единиц анализа - личных биографий, отдельных предприятий, населенных пунктов, типов потребления или трудовой деятельности. Эти случаи оказываются интересными в большей степени, чем индикаторы, или переменные, составляющие схему сбора «сырых» данных в количественных исследованиях. Организации или другие случаи, выбранные для анализа, можно сравнивать между собой, составлять классификации. Отчет по разным типам кейс стади содержит описания и рекомендации, в которых акцент делается не на расчете уровня доверия к данным, а на возможности того или иного события, типа социальной практики, способа социального взаимодействия. С учетом специфики этих полевых практик и особенностей представления результатов в отчете, статье или книге, сложилась определенная система укрепления надежности данных, известная под термином «триангуляция» Романов П. Социальная антропология организаций. Саратов: СГТУ, 1999.. Имеется в виду коллективный способ сбора и анализа данных, когда в группе обязательно присутствие исследователей разного пола, расы, возраста, чтобы избежать односторонних интерпретаций, вызванных возможными предубеждениями ученого.