История изучения неолита и бронзового века Северного Приангарья: часть 1 (XVIII в. - 20-30 гг. XX в.)
Д.Н. Лохов, С.П. Дударёк
Аннотация. Представлены результаты исследования по истории изучения археологических объектов неолита и бронзового века на территории Северного Приангарья в интервале с начала XVIII в. до 20-х гг. XX в. В XVIII - начале XIX вв. археология как наука в России в целом находилась на стадии становления. В это время шло накопление случайных фактов и находок, которые часто понимались исследователями субъективно. Такая же картина наблюдалась и в Северном Приангарье, где первые ученые собирали вещественные данные, пытались их изучать и интерпретировать. Лишь в конце XIX в. Н. И. Витковским были осуществлены целенаправленные первые научные изыскания, положившие начало становлению археологических научных исследований в регионе.
Ключевые слова: Северное Приангарье, археологические исследования, Д. Г. Мессершмидт, Г. Ф. Миллер, И. А. Лопатин, ВСОРГО, Н. И. Витковский, Я. Н. Ходукин, Г. Ф. Дебец.
History of the Neolithic and Bronze Age Study of Northern Angara Region: Part 1 (18th Century - 20-30s of the 20th Century). D. N. Lokhov, S. P. Dudaryok
Abstract. The article presents the study of history of the archaeological in Northern Angara region (18th Century - 20-30s of the 20th Century). In the 18th and early 19th centuries, archaeology as a science in Russia was in its infancy. At this time, there was the accumulation of random facts and findings, which are often understood by the researchers subjectively. The same pattern was observed in the Northern Angara region, where the first researchers collected archaeological material. History of the archaeological study of Neolithic and the Bronze Age sites can be divided into 3 main periods. First period covers the time period from the early 18th century until the late 19th century. The beginning of the study of the past of the Northern Angara region was supposed to be the First Academic expedition of D. G. Messerschmidt (1719-1727), which was established by decree of Peter I on November 15, 1718. The expedition was directed to the study of Siberia in the field of geography, meteorology, natural history, medicine, antiquities, and descriptions of Siberian peoples. Following scientists, who studied the past of the region, were employees of the Great Northern expedition (1733-1743) I. G. Gmelin and G. F. Miller. A great contribution to the study of the archaeological past of the Northern Angara region was made by prisoners of war and exiles. Among them can be named F. I. Strahlenberg (Tabbert) and A. N. Radishchev. In 1871 ethnographic research conducted by P. A. Rovinskii. In 1874 the geological exploration of the lower reaches of the Angara River conducted by I. A. Lopatin. He opened the mouth of the river Chadobets the site of ancient people. The first scientific exploration with the aim of finding and studying ancient sites was taken by N. I. Vitkovskii. They were discovered and explored the sites of ancient people, excavated, and described archaeological material. N. I. Vitkovskii was the founder of all future archaeology of Northern Angara region. The second period of archaeological research on the degree of systematic research can be divided into 4 stages. The first stage covers the 20 years of the 20th century. At this time begin to form two Siberian scientific centers in Irkutsk and Krasnoyarsk. During 1925-1926 the first scientific archaeological exploration along the Ilim River has made by Y. N. Khodukin. He opened 20 sites and noticed a lot of places. In 1929 G. F. Debets continued investigations in the valley of the Ilim River.
Keywords: Northern Angara region, archaeological research, D.G. Messershmidt, G.F. Miller, I.A. Lopatin, East-Siberian Department of Russian Geographical Society, N.I. Vitkovskii, Y.N. Khodukin, G.F. Debets.
Современная концепция изучения древней истории отдельно взятого региона представляет собой достаточно сложную многоуровневую конструкцию. Эта конструкция состоит из блоков разных тем, основанных на разности источников и методов их исследования. Приступая к обобщению накопленного материала (в первую очередь, археологического) по древней истории региона, логичным будет начать этот процесс с позиций историографии и истории исследования. Этот шаг является ключом к пониманию проблем археологического освоения региона, изменению подходов и методов исследований.
История изучения археологических объектов Северного Приангарья, содержащих остатки материальной культуры эпохи неолита и бронзового века, насчитывает около 300 лет с небольшими перерывами в ходе процесса научного познания региона. В целом она органично вписывается в общую канву изучения прошлого всей Байкальской Сибири, но имеет свои особенности, благодаря специфике географического положения, климатических условий и исторически обусловленных причин.
В хронологическом отношении историю изучения можно разделить на три периода, охватывающих промежуток от начала XVIII в. до настоящего времени и отличающихся друг от друга целями, задачами, методологией, приемами полевых исследований, уровнем теоретического осмысления и интерпретации археологического материала.
Первый период исследований, с начала XVIII в. и включая весь XIX в., характеризуется первыми археологическими открытиями в регионе, первоначальным накоплением вещественных данных и попыткой их осмысления. Второй период исследований - 20-80-е гг. XX в. - связан с работой специально организованных научных экспедиций, проводившихся с целью изучения долины р. Ангары и ее главных притоков, которые попадали в зоны затопления водохранилищ ангарского каскада гидроэлектростанций - Иркутской, Братской, Усть-Илимской и Богучанской. Данный период можно подразделить на несколько этапов, каждый из которых выделяется по степени систематичности исследований. Третий период, с конца 90-х гг. XX в. по настоящее время, - мониторинг и паспортизация объектов культурного наследия, а также возобновление археологических исследований в зоне затопления Богучанской ГЭС.
Специальных исследований по истории изучения археологического прошлого Северного Приангарья относительно немного. Большая их часть посвящена общим археологическим, этнографическим, геологическим, архитектурным проблемам, описанию отдельных местонахождений, характеристике вещественных остатков и т. д., в которых, чаще всего в кратком виде, изложена история исследования [см. напр.: Васильевский, Бурилов, Дроздов, 1988; Ермолаев, 1991; Дударёк, 2010; Вдовенкова, 2011; Богучанская археологическая ... , 2015]. Наиболее подробно данный вопрос рассмотрен А. П. Окладниковым в его общем труде, посвященном проблемам неолита и бронзового века Прибайкалья [1950].
Первый период. Ранее в историографии именовавшийся «дореволюционным» [Васильевский, Бурилов, Дроздов, 1988, с. 9], он охватывает временной промежуток с 20-х гг. XVIII в., когда Петром I были предприняты первые шаги по изучению и сохранению древностей Сибири, до конца XIX в., когда были совершены первые археологические научные разведки Н. И. Витковского в долине р. Ангары и проведены работы Д. А. Клеменца. Необходимо отметить, что для данного периода ценны любые упоминания о древностях региона, хронологически относившиеся не только к неолиту и бронзовому веку, но и другим историческим эпохам, вплоть до этнографической современности относительно того времени.
Начало изучения прошлого на территории Северного Приангарья положено Первой академической экспедицией Д. Г. Мессершмидта (1719-1727 гг.) (рис. 1, 2), созданной по указу Петра I от 15 ноября 1718 г. и направленной для проведения исследований Сибири в области географии, метеорологии, естественной истории, медицины, а также описания сибирских народов, изучения древностей и вообще всего «достопримечательного» [Попов, 1871, с. 50-51].
К сожалению, подготовленный Д. Г. Мессершмидтом рукописный труд «Обозрение Сибири, или Три таблицы простых царств природы» в 10 томах при его жизни так и не был опубликован. Лишь во второй половине XX в. Берлинская Академия наук издала 5 томов путевого журнала исследователя , которые до сих пор не переведены на русский язык. К тому же большая часть собранных материалов и коллекций погибла в 1747 г. во время пожара в здании Кунсткамеры.
мессершмидт исторический археология приангарье
Рис. 1. Даниэль (Даниил) Готлиб Мессершмидт (1685-1735)
В 1725 г. маршрут экспедиции Д. Г. Мессершмидта пролегал по р. Ангаре из Иркутска в Енисейск. В дневниковой записи от 8 июля 1725 г. он описывает изображения двух всадников (рис. 3), нанесенных охрой на светло-серую поверхность скалы у д. Климовой на правом берегу р. Верхней Тунгуски (так в то время называлась Ангара в своем нижнем течении). Эту же скалу описывают в 1738 г. участники академической Великой Северной (Второй Камчатской) экспедиции 17331743 гг. И. Г. Гмелин и Г. Ф. Миллер Возглавлял Вторую Камчатскую экспедицию капитан-командор Витус Ионассен Беринг, которого неоднократно Сенат критиковал за медлительность в деле организации экспедици-онной деятельности, что и послужило отказом Г. Ф. Миллера и И. Г. Гмелина ехать на Камчатку, сконцентрировав все свое внимание на изучении Сибири. Так, в частности, 2 августа 1738 г. они отправились вниз по Ангаре и Верхней Тунгуске до Енисейска [Грищев, 2003, с. 134]. (рис. 4, 5). изображение всадников, плохо нарисованных ной краской [Витковский, 1889б, с. 11]. Г. Ф. Миллер же не посчитал изображение столь выдающимся, сравнивая его с другими известными изображениями на Томской и Ирбитской писаницах, и «не счел нужным снять с нее (скалы. - Д. Л., С. Д.) рисунок» [Миллер, 2005, с. 529]. Г. Ф. Миллер, проведя анализ всех известных ему писаных камней Сибири, задался вопросом об их происхождении. Отвергая мысль, что столь грубые изображения фигур могли оставить после себя монголы и татары, «владевшие» в XIII в. всей Южной Сибирью, он приписал их «грубому народу, преданному охоте» и засомневался в их приуроченности «к столь отдаленному времени. В самих произведениях нет никакого признака древности, и потому я не вижу причины, почему они (рисунки. - Д. Л., С. Д.) должны быть приписаны первым обладателям этого края, а не нынешним обитателям его» [Там же, с. 531-532].
Рис. 2
Рис. 3
Рис. 4
В составе экспедиции Д. Г. Мессершмидта в качестве сотрудника принимал участие шведский военнопленный Филипп Иоганн Табберт (в России при получении дворянства стал известен под фамилией Страленберг), с которым в 1720 г. Д. Г. Мессершмидт познакомился в Тобольске [Грищев, 2007]. В своем научном труде Das Nord-und Цstlische Theil von Europa und Asia, изданном в 1730 г., он привел сообщение своего соотечественника генерал-адъютанта Мартина Канифера, который находился в течение нескольких лет в плену в Енисейске и Илимске, о находках каменных «клиньев»2 около Илимска и в других местах, «где встречаются страшные скалы» [Васильевский, Бурилов, Дроздов, 1988, с. 9; Окладников, 1950, с. 16, 24].
Рис. 5
О древностях Сибири основательно рассуждал А. Н. Радищев (рис. 6), предложивший существование здесь нескольких сменяющих друг друга культурно-исторических периодов. Эту мысль он высказал в своем «Сокращенном повествовании о приобретении Сибири», написанном в ссылке в Илимске (1791-1796 гг.). По его мнению, на территории Сибири сначала был каменный век, за которым последовало время широкого применения медных и бронзовых орудий, а затем наступила эпоха позднейших народов, употреблявших железное оружие и такие же орудия труда. По мнению А. П. Окладникова, эти прогрессивные в то время выводы были сделаны А. Н. Радищевым на основе личных наблюдений. Упоминание каменных орудий, «которые близ рек находят, служившие вместо топоров и ножей» [Радищев, 1941, с. 154], было вызвано непосредственно илимскими наблюдениями. Здесь, «на узкой распаханной полосе вдоль р. Илима... на самом его берегу, концентрируются едва ли не наиболее богатые в Восточной Сибири неолитические поселения, при распашке которых крестьяне. постоянно находят “громовые стрелы”, т. е. шлифованные топоры из зеленого нефрита и кремнистого сланца» [Окладников, 1950, с. 24]. А. П. Окладников отметил, что опубликованные в 1811 г. взгляды А. Н. Радищева на целую четверть века опередили выводы датского археолога К. Ю. Томсена, изданные в 1836 г., о трех периодах в развитии первобытной культуры [Там же, с. 25].
Рис. 6
Стоит отметить, что открытие и освоение Восточной Сибири, встреча русских землепроходцев с местными племенами, их культурой, разнообразными археологическими памятниками стимулировали первоначальный стихийный интерес к изучению новых земель, накоплению разнообразных сведений об их богатствах и особенностях, а также обычаях и обрядах коренных народов. Вскоре этот стихийный интерес уступил место государственному, а ведущая роль со второй половины XIX в. в исследовании истории, географии и населения Восточной Сибири стала принадлежать Восточно-Сибирскому отделу Русского географического общества (ВСОР- ГО), открытому в 1851 г. в Иркутске.
На первых этапах своей деятельности Отдел смог организовать несколько самостоятельных экспедиций, из которых следует отметить Вилюй- скую (1854 г.), Амурскую (1855 г.) и Уссурийскую (1859 г.) под руководством Р. К. Маака. Однако снаряжение экспедиций требовало огромных затрат, а Отдел постоянно был стеснен в средствах, поэтому более широкое развитие получили так называемые научные поездки отдельных исследователей - Клементьева Здесь необходимо отметить, что в 1856 г. по р. Ангаре до ее впадения в р. Енисей с «науч-ной поездкой» спустился инженер Клейменов [Доклад . , 1913], а не Клементьев, как указа-но авторами упомянутой работы. по рекам Ангаре и Енисею, Вашкевича на о-в Ольхон, Мордвинова по югу оз. Байкал и др. [Выставки и краеведческая ... , 2012, с. 41].
Рис. 7
В 1871 г. по р. Ангаре была совершена экспедиция ВСОРГО с гидрологической миссией, в составе которой в качестве этнографа присутствовал П. А. Ровинский (рис. 7) [Азадовский, 1926; Ма- нассеин, 1927; Левченко, 2011; Выставки и краеведческая ... , 2012]. Направляясь с р. Ангары на р. Лену, он остановился в Илимске, где отметил, что «каждый год весной река подмывает берег и. дети отправляются на добычу мелкой серебряной монеты времен Алексея Михайловича, Федора Алексеевича, Петра и редко от времени Михаила Федоровича, находят иногда и другие вещи: кресты, пряжки, кольца. В окрестностях находились. кольчуги, стрелы, ножи, шишаки и т. п.» [Ровинский, 1872, с. 11].
Рис. 8
В 1874 г. Интересно, что Н. И. Витковский [1889б, с. 4] указывает совсем другую дату времени посещения низовьев р. Ангары И. А. Лопатиным - середина 60-х гг. XIX в. В 1865 г. И. А. Лопа-тин участвует в Витимской экспедиции (от р. Баргузин до вершины р. Витим по р. Аргунь) [Блюменфельд, 1927, с. 39]. В 1866 г. он возглавлял Туруханскую экспедицию ВСОРГО, изу-чая реки Енисей, Таз, Пясину, Анабару, Хотангу ниже Туруханска вплоть до Полярного кру-га [Виноградов, 1927, с. 9; Хороших, 1927, с. 127]. В 1867-1868 гг. И. А. Лопатин производил геологические изыскания на о. Сахалин [Виноградов, 1927, с. 9; Блюменфельд, 1927, с. 39]. Таким образом, вряд ли И. А. Лопатин в это время изучать нижнее течение р. Ангары и тем самым лишь на несколько лет опередил Н. И. Витковского в 1874 г. [Клеопов, 1964; Станю-кевич, Суханов, 2007]. геолог И. А. Лопатин (рис. 8) совершил экспедиционную поездку по р. Ангаре с целью осмотра места падения метеорита у дер. Сыромолотово [Дроздов, Макулов, Ермолаев, 1989; Станюкевич, Суханов, 2007]. Им была произведена геологическая съемка нижнего течения р. Ангары, а также открыта стоянка древнего человека в устье р. Чадобец на высокой дюнной горе, названной местными жителями «Место гладкое».