Контрольная работа
Историко-теоретический анализ миграционной политики США по отношению к выходцам из Латинской Америки
Содержание
1. Иммиграционная проблема США с точки зрения неореалистической парадигмы
. Эволюция миграционной политики США
. Причины иммиграции латиноамериканцев в США
Литература
Приложения
1. Иммиграционная проблема США с точки зрения неореалистической парадигмы
Проблема международной миграции является одним из компонентов, определяющих структуру и характер современных международных отношений. В наиболее общем смысле, миграционную политику можно определить, как «систему принципов, целей и действий, посредством которых государство и иные политические игроки регулируют потоки переселенцев». Эффективность миграционной политики, в свою очередь, напрямую определяет степень безопасности государства. В этом смысле, влияние миграционных потоков на экономическую, социальную и политическую ситуацию в регионе может рассматриваться в ракурсе нескольких парадигм. Однако говоря о миграционной политике США по отношению к выходцам из Латинской Америки, как к самой многочисленной группе мигрантов в стране, наиболее полноценный анализ проблемы возможен с помощью неореалистического инструментария.
Последствия гиперболизированных масштабов миграции латиноамериканцев в США, а также возникновение прочной латиноамериканской диаспоры внутри страны оказывают негативный эффект как на социальную обстановку, так и на реализацию адекватной внутренней политики. Американский политолог Сэмюэл Хантингтон в своей монографии «Столкновение цивилизаций» утверждает, что полная ассимиляция мигрантов в стране-реципиенте невозможна, так как основными игроками на международной арене являются уже не государства, а самодостаточные цивилизации, при этом географические границы становятся более условными. «Наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям». Вследствие того, что носители иной культуры и этноса всегда будут «чуждыми» элементами принимающей цивилизации, внутри нее могут возникать острые конфликты, а в худшем случае - раскол общества. Следовательно, американская метафора гетерогенного общества, утвердившаяся еще со времен объединения колоний, другими словами «плавильный котел», терпит фиаско, наталкиваясь на объективный мультикультурализм.
Другой фокус миграционной проблематики, без учета которого невозможен ее полноценный анализ, - тесная связь миграционных процессов и национальной безопасности. «Иммигранты являются угрозой национальной безопасности, провоцируя терроризм и преступность, и причиной нестабильности национальной экономики (иждивение на системе социального обеспечения, провоцирование безработицы среди местного населения)». Южная граница США и Мексики характеризуется высоким уровнем преступной активности, что, в свою очередь, обостряет проблему нелегального въезда латиноамериканцев в соседнюю страну. Деятельность преступных картелей в этой области связана с наркоторговлей, подделкой документов, торговлей оружием, человеческим трафиком. С этим связаны и изменения в отношении американцев к мигрантам, произошедшие в последнее десятилетие: если ранее, в период экономического бума, они воспринимались как дополнительная рабочая сила, вклад в экономическое развитие страны, то теперь олицетворяют лишь налоговую нагрузку на американцев, одну из причин безработицы местного населения и источник преступной активности, особенно в южных штатах.
Существенно также негативное влияние мигрантов на экономику принимающей страны: так, некоторые ее сферы фактически монополизируются нелегальным и более дешевым трудом, что побуждает работодателей скрывать факт найма недокументированных мигрантов для снижения издержек бизнеса.
С точки зрения неореализма, неравномерное расселение мигрантов способствует «изменению этнодемографического баланса и созданию анклавов» внутри штатов, которые испытывают наибольшую миграционную нагрузку. В долгосрочной перспективе это может стать причиной сепаратистских настроений и раскола общества.
Эффективной мерой, в соответствии с неореалистической парадигмой в данном
случае может быть рестриктивная миграционная политика администрации,
одновременно учитывающая текущие потребности экономики и вызовы национальной
безопасности.
иммиграционный америка латиноамериканцы
За Соединенными Штатами Америки с самого начала их существования как государства, закрепился статус «страны иммигрантов». Метафоричное сравнение США с «плавильным котлом» в полной мере отражало процесс формирования американской нации: переселенцы из Англии, Шотландии, Ирландии, Франции, Голландии, Германии и Швеции постепенно ассимилировались и трансформировались в единый народ, который стал именоваться американским. Тот факт, что исторически американская нация не имеет этнических корней, в сочетании с декларируемыми принципами свободы и равенства создали благоприятную почву для идеологии индивидуализма и демократии, что превратило образ «плавильного котла» в своеобразный американский бренд. Эти ценности, а также перспективы трудоустройства в набирающей обороты экономике привлекали мигрантов со всего мира.
Однако возникает противоречие: пропагандируемая столетиями идеология индивидуализма шла вразрез с принципами проводимой США на протяжении всей истории миграционной политикой, которую без преувеличения можно назвать дискриминационной по отношению к этническим группам. «История и современность реальной миграционной политики США - это процесс формирования нации групп, а не нации индивидов, который парадоксальным образом сочетает в себе черты ассимиляции и дискриминации». Все законодательные инициативы и меры, принимаемые для того, чтобы обуздать миграционный поток были направлены на селективный отбор исключение из американской нации некоторых этнических групп, которые по определенным причинам никогда бы не смогли стать частью американского народа, но в то же время были нужны стране в качестве дешевой рабочей силы на поворотных этапах ее истории.
Первым ярким примером такого противоречия еще до приобретения миграцией в страну латиноамериканского фокуса является ограничительная политика США по отношению к китайским мигрантам в конце XIX века. Китайцы массово стали переезжать в Америку в 1840-х годах, в период интенсивной индустриализации западного побережья и железнодорожного бума, когда потребность в массовой и недорогой рабочей силе проявлялась особенно остро. Так как вопросы, связанные с переселенцами, в этот период самостоятельно регулировались штатами, а проблема китайской миграции постепенно начала превращаться в глобальный тренд, встал вопрос о принятии федеральных мер. Считалось, что китайский этнос никогда не сможет интегрироваться в американскую культуру, более того, в американском обществе росли антикитайские настроения из-за конкуренции на рынке труда. Дискриминационный «Закон Пейджа» 1875 года стал первой всеобщей мерой в американской истории, направленной против массового въезда в страну мигрантов, и запрещал въезд в США китайским женщинам, а уже в 1882 году Конгрессом был принят Акт, запретивший натурализацию китайцев и ограничивший их въезд на территорию страны. Таким образом, вопреки провозглашенным Теодором Рузвельтом принципам независимости понятия «американец» от места рождения и вероисповедания, «плохо интегрированные иммигранты отвергались американским обществом».
Селективность миграционной политики Соединенных Штатов наблюдалась и в последующие годы. Иммиграционный Акт 1917 года определил категории мигрантов, которым въезд в страну был категорически запрещен, а также внес коррективы в критерий грамотности. А в 1924 году был принят новый Акт об ограничении миграции, который впервые законодательно утвердил введение различных иммиграционных квот на основе этнической принадлежности мигрантов и подтвердил реальное разделение въезжающих в США групп граждан на «желательных» и «нежелательных». После того, как американской администрации удалось справиться с наплывом китайских мигрантов, новые ограничения были направлены, в основном, на сдерживание потока «не способных к ассимиляции в американском обществе» мигрантов из Южной и Восточной Европы, в частности, из католических Польши и Италии, а также на предупреждение активизировавшейся еврейской миграции из Европы.
В первые годы после Второй Мировой войны ситуация мало изменилась, и перечень законодательных ограничений на въезд иностранцев был расширен, при этом квот и каких-либо рестриктивных положений в законодательстве касаемо въезда жителей Западного полушария никогда не существовало. Актом Люса-Селлара 1946 года была разрешена ограниченная натурализация мигрантов из Азии и их ограниченный квотой въезд.
Начиная с 60-х годов XX века можно говорить о качественно новом этапе миграционной политики США. Несмотря на то, что дискриминационная политика по отношению к переселенцам и система квот, основанная на расово-этнической принадлежности, дискредитировала себя еще в начале века, поворот в сторону либерализации произошел лишь в эпоху Джона Кеннеди. Ознаменовалась эта трансформация движением за гражданские права и запретом расовой сегрегации. Таким образом, предшествующая политика исключения из американской нации определенных этнических групп больше не удовлетворяла официальной идеологии, а новая миграционная политика была призвана сгладить или вовсе стереть региональные и расовые различия. Поворотным пунктом в новой политике стал Акт об иммиграционной реформе 1965 года, который не только изменил географию миграции, но и установил базовые принципы миграционной политики, которые в некоторой степени формируют въезд в страну переселенцев и сегодня. В соответствии с новым законом, устанавливалось ограничение на въезд мигрантов из Западного полушария на уровне 120000 пересечений границы в год, а имевшие место региональные и этнические квоты были ликвидированы. Принятый Акт был призван очистить систему миграционного законодательства от своего расистского наследия, заменив старые квоты новой системой, удовлетворяющей потребности американской экономики в рабочей силе и направленной на воссоединение семей. Она повлекла за собой трансформацию маршрутов мигрантов, которые теперь вели в США не из Европы, а преимущественно из Латинской Америки, наряду с существенным увеличением количества иммигрантов. «Если до 1965 года более 90% иммигрантов приезжали в США из Европы, то через 20 лет доля европейцев среди новых иммигрантов оказалась ниже 10%».
Последующие поправки к Акту об иммиграционной реформе лимитировали количество резидентских виз для любой отдельно взятой страны до 20 тысяч в год (1976), составив общее ограничение по визам для мигрантов из Западного и Восточного полушарий на уровне 290 тысяч ежегодно (1978), которое в последствии снизилось до 270 тысяч (1980), притом, что эти правила не распространялись на членов семей американских граждан.
Таким образом, закон 1965 года никак не мог спровоцировать беспрецедентные масштабы латиноамериканской миграции в страну, однако поток переселенцев, в основном из соседней Мексики, продолжал набирать силу: согласно статистике, в течение 50-х годов XX века легальных латиноамериканских мигрантов в США насчитывалось около 459000 человек, а уже через 40 лет, в 90-е, миграция достигла своего пика, и на территории страны находилось уже 4.2 миллиона латиноамериканцев. Нелегальная миграция мексиканцев и выходцев из Центральной Америки возросла с почти нулевых отметок на момент принятия Акта об иммиграционной реформе, до 10 миллионов человек в конце первого десятилетия XXI века. Хотя либерализация, заданная реформой 1965-го года, дала предполагаемые результаты - упорядочила и сравняла в количественном отношении потоки мигрантов из разных регионов мира, многие из которых теперь были высокообразованными, - ужесточение ограничений на иммиграцию из Южной и Центральной Америк дало обратный эффект. Такая ситуация сложилась в результате взаимодействия целого ряда факторов: непредвиденных администрацией США последствий либерализации миграционной политики, политического оппортунизма, бюрократии, интересов местного бизнеса, политикой СМИ, и, традиционно, политических и расовых предрассудков.
Столкнувшись с массовым потоком мексиканских нелегалов в страну, власти США начали искать пути решения проблемы. В 1986 году Конгрессом был одобрен Акт об иммиграционной реформе и контроле. Однако и здесь обнаружилась бессистемность и непоследовательность миграционной политики: вместо того, чтобы искать проблему в причинах нелегальной миграции, новый закон был направлен, по сути, на ее маскировку, иными словами, предусматривалась широкая легализация незаконно находящихся на территории США мексиканских граждан. Параллельно с этим предполагалось создание механизмов, которые должны были препятствовать недокументированному въезду в страну в будущем. «Те нелегалы, которые могли доказать, что они постоянно жили в США с 1 января 1982 г. или ранее, могли получить амнистию и легализоваться с перспективой получения права на постоянное жительство». Но даже если нелегальным мигрантам удавалось подтвердить длительность своего нахождения в США и получить легальный статус, сохранялся риск депортации членов их семей. В результате, первая попытка масштабной легализации провалилась: из 6 миллионов латиноамериканцев, въехавших в США без необходимых документов, были легализованы всего 2.7 миллиона.
Дополнительные ограничения Акт об иммиграционной реформе и контроле принес и американскому бизнесу: принимать на работу нелегалов категорически запрещалось под угрозой штрафа или тюремного заключения. В то же время отказ в приеме на работу мигранту, изначально прибывшему на законных основаниях или же легализованному, мог быть расценен как пережиток расовой дискриминации или этнической нетерпимости, что уже не соответствовало новой идеологии американского общества. Соответственно, подобная политика была направлена и на обеспечение растущей американской экономики новыми людскими ресурсами. Но с другой стороны, более дешевый труд нелегальных мигрантов был по-прежнему выгоден в таких отраслях экономики, как сельское хозяйство и строительство, что вынуждало работодателей всеми возможными способами скрывать факт использования нелегальной рабочей силы, идя, таким образом, на нарушение закона.
Стоит отметить, что Акт 1986 года, несмотря на либеральность предусмотренных им методов борьбы с нелегальной миграцией, был подписан республиканцем Рональдом Рейганом, который, однако, придерживался мнения о том, что исключительно запретительные меры в решении подобной проблемы не будут иметь должного эффекта. Американские ученые Дж. Бхагвати и Ф. Ривера-Батис, характеризуют идею, лежавшую в основе закона 1986 года, как основанную на узконаправленности представлений Администрации США о миграции. Предполагалось, что реакционная политика, включающая в себя усиление охраны границы, санкции против работодателей, и одновременно программы натурализации и стимулирование притока законных мигрантов сыграет решающую роль в решении проблемы. «Вскоре выявилась иллюзорность подобных планов: предложение об амнистии на время сократило поток нелегальной миграции, но этого оказалось недостаточно, чтобы искоренить ее совсем».
Последующее принятие в 1990 году нового Иммиграционного Акта лишь подтвердило курс на усиление охраны границы и контроля над въездом мигрантов в сочетании с попытками сгладить иммиграционный бум, предоставив законный статус определенным группам нелегалов. Особое внимание в новом законе уделялось условиям въезда квалифицированных кадров и членов семей мексиканцев, уже находящихся на территории страны: количественные квоты на воссоединение семей были значительно увеличены. Еще один шанс получить разрешение на въезд в США, в соответствии с новым Иммиграционным Актом, стало участие в так называемой «Лотерее Грин Кард», места для стран в которой распределялись в зависимости от количества въехавших из этой страны граждан после 1965 года. Еще одним шагом к упорядочению миграционной системы в рамках нового закона стала унификация типов виз, выдаваемых при въезде в США.
Эффект от этих новых ограничений латиноамериканской миграции в США, которая сформировалась в годы действия программы «Брасеро», предполагавшей сезонные контракты для мексиканских рабочих, был предсказуемым и проиллюстрирован на Рисунке 1, который отражает динамику миграционных потоков из Мексики с 1955 по 1995 годы по трем категориям: сезонные рабочие (задействованные программой Брасеро до 1964 года и держатели визы типа H после), постоянные резиденты (легализованные мигранты) и нелегальные мигранты (их количество здесь основано на данных об арестах в указанный период времени на тысячу агентов Пограничной Службы США). Так как данные о нелегальном въезде не могут быть официально зафиксированными и точными, колебания в количестве незаконных мигрантов на данном графике, скорее, отражают тренды, а не конкретное число недокументированных пересечений границы. Однако абсолютно точно прослеживается резкий спад нелегальной миграции после принятия Акта об иммиграционной реформе и контроле в 1986 году, что связано с развернутыми программами легализации мексиканцев.
Следовательно, начиная с 1990-х годов можно говорить о возврате Администрацией США к политике рестрикционизма в отношении миграционного вопроса и реализации все более жестких мер по охране южной границы. Пытаясь таким образом нивелировать последствия либерализации середины прошлого века, власти США не устранили проблему миграции как таковой, а лишь превратили ее в очередной нерешенный вызов внутренней политики, не теряющий свою остроту и дискуссионность и сейчас.