Н.И. Горлова
ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ РАЗВИТИЯ ДОБРОВОЛЬНЫХ ФОРМ ПОМОЩИ В РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ В XVIII -- ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
В статье представлен исторический обзор становления системы принципиально новых общественных отношений в XVПI -- первой половине XIX в., когда социальные практики на добровольной основе становятся формой гражданской самореализации в российском обществе, проявления высокой нравственности и духовности. Основной акцент сделан на социально-исторических чертах развития безвозмездных форм помощи и поддержки социально уязвимой части населения, роли добровольческой общественности в сохранении социальной стабильности и борьбе с негативными явлениями жизни. Рассмотрены конкретные организационные формы, содержание, направления и принципы добровольческой деятельности в системе благотворительных учреждений (Императорское человеколюбивое общество, Общество посещения бедных, Общество попечительное о тюрьмах и др.), методы работы с общественностью. Изучение этого уникального исторического опыта общественной самоорганизации базируется на привлечении широкого круга документальных источников, что позволяет существенным образом уточнить методологические, источниковедческие и содержательные аспекты добровольческой деятельности в рассматриваемых хронологических рамках.
Ключевые слова: добровольчество, добровольческая деятельность, благотворительность, благотворительная деятельность, благотворительные учреждения.
императорский благотворительный учреждение бедные попечительный
N.I. Gorlova
HISTORICAL BACKGROUND OF THE DEVELOPMENT OF VOLUNTARY FORMS OF ASSISTANCE IN RUSSIAN SOCIETY IN THE XVIII - FIRST HALF OF THE XIX CENTURY
The article presents a historical overview of the formation of a system of fundamentally new social relations in the 18 - first half of the 19 centuries, when social practices on a voluntary basis become a form of civic self-realization of estate groups in Russian society, manifestations of high morality and spirituality. The main emphasis is placed on the socio- historical features of the development of free forms of assistance and support for the socially vulnerable part of the population, the role of the voluntary public in maintaining social stability and combating the negative phenomena of life. The paper shows the specific organizational forms, contents, directions and principles of volunteerism in the system of charitable institutions (the Imperial philanthropic society, the Society for Visiting the Poor, the Society for the Guardians of Prisons, etc.), and methods for working with the voluntary public. The study of this unique historical experience of social self-organization is based on the involvement of a wide range of documentary sources, which will significantly clarify the methodological, source-study and substantive aspects of volunteering in the considered chronological framework.
Keywords: volunteering, volunteerism, charity, charitable activity, charitable institutions.
В статье поднимается актуальная и практически неизученная в исторической науке проблема истории становления добровольческой деятельности. За последнее десятилетие современная историография обогатилась исследованиями, где высказаны принципиально новые оценки в изучении эволюции добровольных форм помощи и поддержки (И.И. Антонович, Ю.А. Калинина, Н.И. Биюшкина, Л.А. Кудринская, Н.Ю. Кирюшкина, М.В. Певная, А.В. Шартынова) [1; 2; 5; 9]. В целом необходимо констатировать, что основной массив имеющихся публикаций носит характер исторических справок, содержащих небольшое количество фактического материала.
В статье автор предпринимает попытку комплексного ретроспективного анализа особенностей развития добровольных форм помощи в условиях российского общества начала XVIII -- первой половины Х1Х в. Практическая новизна и значимость работы определяются актуализацией исторических материалов по истории добровольческих практик населения. В качестве исторических источников выступили учредительные документы и делопроизводственная документация (ежегодные отчёты, обзоры деятельности и др.) благотворительных учреждений Российской империи, позволяющие расширить масштаб исследований по данной тематике. Так, ежегодные отчёты были традиционной формой контроля общественной организацией деятельности своих отделений в стране. К числу несомненных достоинств отчёта мы относим периодичность, доступность и простоту изложения материала, устойчивость формуляра. Рубрикация материалов отчётов позволяет выделить следующие виды содержащейся информации: 1) поимённые списки членов общества, в т. ч. особой категории граждан, вносивших посильный вклад личным трудом на добровольных началах в развитие миссии организации и проявивших себя на этом поприще; 2) численный состав общества, включая и добровольных общественников организации; 3) сводные статистические данные о количестве проведённых организацией мероприятий за отчётный период; 4) информация об источниках финансирования, расходах и доходах общества; 5) воззвания, брошюры и объявления учреждений. Несмотря на богатый опыт использования делопроизводственных материалов благотворительных учреждений в отечественных исследованиях, их источниковый потенциал практически не использован в освещении формирования и развития добровольческих практик в дореволюционной России в указанные хронологические рамки.
В XVIII в. происходит процесс институционализации добровольческих практик социально значимой деятельности в системе становления государственного призрения. На смену религиозной мотивации и доминированию церковных структур в организации социальной деятельности приходят рационалистические мотивы и светские гражданские структуры.
На вторую половину XVIII в. приходится рубежный для дореволюционной России качественно новый этап в развитии добровольческих практик в складывающейся инфраструктуре добровольных объединений и организаций, а значимость общественной инициативы и самоорганизации граждан получает поддержку со стороны общественности.
Государство принимает активное участие в благотворительности, используя дифференцированный подход к оказанию помощи разным категориям нуждающихся, что приводит к интенсивному поиску организационных форм добровольного труда граждан в системе деятельности распространяющихся благотворительных и общественных учреждений. Именно они стали выступать посредниками между слабыми членами общества, благотворителями и собственно активистами, оказывающими безвозмездную помощь и различные виды услуг. Добровольные помощники, не обладая официальным статусом «добровольца», находились в положении членов благотворительных учреждений и заведений, принимающих определённый перечень функциональных обязанностей. Зачастую их называли милосердными и добросердечными людьми. Социальный состав добровольных общественников представлен межсословными группами с их разночинным характером и явным количественным превосходством дворянства. Безвозмездные практики становятся средством выражения гражданской позиции, затрагивая и нравственную потребность в оказании помощи ближнему. В этом случае добровольческий труд как сугубо социальное понятие представлял собой бескорыстное действие, связанное с реализацией общественных или частных усилий в оказании надлежащей помощи обездоленному населению.
С начала XIX в. гражданское движение постепенно позволило наладить организацию добровольной помощи через систему благотворительных организаций и обществ. Оформляющийся некоммерческий сектор с тиражируемым опытом добровольческих практик постепенно заполнял определённые социальные ниши на рынке социальных услуг, которые государство не предоставляло или было не в состоянии обеспечить. Общественность своими силами помогала в решении давно назревших проблем в обществе -- от поддержки малоимущей и обездоленной части населения, отвлечения трудящихся от бесполезного и вредного времяпрепровождения до организации просветительских мероприятий.
В конце XVIII -- начале XIX в. общественные практики, определив ключевые характеристики безвозмездного труда, находят применение в деятельности крупнейших общероссийских благотворительных ведомств, «на особых основаниях управляемых», к числу которых относились Ведомство учреждений императрицы Марии и Императорское человеколюбивое общество. Всем им была присуща разветвлённая система заведений, активная и многопрофильная деятельность с обширной сферой применения добровольческого труда.
Деятельность Ведомства учреждений императрицы Марии началась в 1797 г., когда Мария Фёдоровна взяла под своё попечение Московский и Петербургский воспитательные дома. Количество заведений Ведомства в 1826-1854 гг. увеличивается в 6 раз -- с 39 до 236 учреждений [12, с. 30]. Добровольный труд женщин, связанный с уходом за больными, широко практикуется в учреждениях императрицы Марии Фёдоровны, знаменуя собой зарождение новой формы добровольческой деятельности -- сестринского дела.
Широкой известностью пользовалось Императорское человеколюбивое общество, основанное «для вспомоществования истинно бедным» рескриптом Александра I на имя камергера А. А. Витов- това в 1802 г., насчитывавшее к 1913 г. под своей эгидой 274 благотворительных заведения, значительная часть которых располагалась в Петербурге и Москве. Учреждая новое благотворительное общество, Александр I подчеркнул важность его создания, заявляя о своей готовности покровительствовать всем другим подобным заведениям, «которые по его примеру размножатся». Заведения Общества оказывали помощь малоимущим и бедным людям, его задачи конкретизировали собственно сферы приложения добровольческих усилий и специфику социально общественных практик проактивной части населения: «1) для призрения дряхлых, увечных, неизлечимых и вообще к работам неспособных; 2) для воспитания сирот и детей бедных родителей; 3) для доставления неимущим, кои в состоянии работать, приличных упражнений, снабжая их материалами, собирая обработанные ими изделия и сбывая оные в их пользу» [8, с. 157].
В первоначальном варианте структура Общества была представлена двумя самостоятельными комитетами: Медико-филантропическим и Попечительного о бедных. В уставе первого из них отдельным образом оговаривается его состав, делается акцент на действительных членах, принявших на себя «добровольную обязанность споспешествовать благу общественному, не требуя за это никакого вознаграждения» [13, с. 2]. Предпочтение отдавалось врачам, аптекарям и лицам, известным своим человеколюбием. Действительные члены из числа врачей назначались с их согласия попечите-
лями о бедных по врачебной части. Другие действительные члены (не из числа врачей) привлекались на добровольных началах к управлению хозяйственной частью комитета.
Для нас наибольший исследовательский интерес представляет работа второго комитета, в задачи которого, согласно его устава, входили сбор сведений о нуждающихся гражданах в результате инспектирования жилищ на предмет выявления степени бедственного положения обращающихся и предоставления соответствующих видов помощи. Члены комитета работали на общественных началах в отличие от его служащих, состоявших на денежном довольствии [4]. О масштабах бескорыстной деятельности добровольных активистов свидетельствует анализ списка членов-благотворителей Человеколюбивого общества, изданного в 1881 г., позволивший А. Р. Соколову прийти к выводу, что большинство членов Санкт-Петербургского попечительского комитета о бедных (112 чел. из 211) участвовали в работе Общества добровольным трудом, не делая каких-либо пожертвований [11, с. 110]. Деятельность добровольных активистов проявлялась в оказании разнообразных видов помощи, в т. ч. консультативных услуг юридического характера, что заложило начало бесплатным практикам общественной юридической помощи малоимущим.
Свой вклад в развитие практик добровольного труда внесло Общество посещения бедных, основанное в 1846 г. по инициативе графа В. А. Соллогуба и князя В. Ф. Одоевского. Оно состояло из лиц всех свободных состояний, изъявивших готовность участвовать в его благотворительных действиях денежными приношениями или добровольными трудами и услугами на пользу бедных. В утверждённых Николаем I Правилах общества от 12 апреля 1846 г. содержались основные уставные цели и конкретные формы деятельности: «Для ближайшего удостоверения в настоящем положении таких жителей С.-Петербургской столицы, которые, по крайней бедности, вынуждаются обращаться с просьбами о пособии к разным благотворительным лицам, учреждается здесь особое общество, имеющее своею целью: посещать сказанных просителей, входить в посредничество между благотворителями и нуждающимися и содействовать, чтобы благотворения достигали своей цели» [14, с. 3].
Выступая сторонником систематизации и упорядочения благотворительной помощи, Общество взяло на вооружение принцип индивидуального подхода при её оказании, который предусматривал проведение исследования положения нуждающегося просителя для объективного установления характера и степени испытываемой нужды.
В уставных документах организации, помимо членов-благотворителей и членов-распорядителей, предусматривалось участие членов-посетителей, которых условно можно разделить на две категории: вносивших в кассу учреждения определённую сумму (не менее 15 руб. серебром в год) и делающих трудовой вклад и не имеющих каких-либо финансовых обязательств перед Обществом в лице врачей в звании членов-медиков и членов-консультантов, руководствующихся христианской любовью к ближнему и милосердием к страждущему [14, с. 29]. Именно эта категория добровольных общественников, на наш взгляд, по совокупности атрибутивных признаков относится к волонтёрам в современной интерпретации этого понятия.
Им предписывалось руководствоваться в исполнении своих обязанностей строгой осмотрительностью в исследовании обстоятельств, указывающих на истинную или ложную бедность. Посетитель лично приходил в жилище к бедному, собирал подробнейшие сведения о нём и его семье и не позже 4 дней доставлял их дежурному члену-распорядителю. К обязанностям посетителя также относилось доставление пособий по распоряжению Правления Общества таким бедным, которые по своему физическому состоянию были не в силах самостоятельно его получить.
Образованный в 1818 г. Московский попечительный о бедных комитет Императорского человеколюбивого общества значительно обогатил практику добровольного участия населения, а также послужил своего рода толчком к стимулированию социальной активности граждан. В его деятельности усматривалось, по мнению учредителей, с одной стороны, «желание распространить круг деятельности благотворения», а с другой -- «попытка обставить благотворение так, чтобы оно достигало до назначения и было сообразно с действительной нуждой просителя» [10, с. 26].
Обратимся к наиболее ярким примерам консолидации добровольческих усилий. Так, через два года после открытия Московского попечительного о бедных комитета доктор и проф. В. М. Воробьев- ский предложил Правлению своё участие, объясняя, что он и по его приглашению несколько врачей «желают принять на себя попечение из единого соревнования Обществу, ежедневно заниматься преподаванием всякого звания бедным больным не только советов и врачебных предписаний, -- но и всякого рода пособий, необходимых в разных случающихся болезнях, тем более что таковые в пользу бедных занятия продолжаются уже несколько лет. В этом намерении равномерно желают оказывать врачебную помощь без всякого воздания, не только находящимся в Москве под призрением Комитета больным, но и тем, которые будут являться к ним из уездных губерний городов и селений» [10, с. 26].