Отождествление экуменизма с религиозным синкретизмом можно признать одним из самых абсурдных суждений, при этом оно остается весьма распространенным и в нынешнее время. Так, в аннотации к своей книге «Вызов экуменизма» бывший профессор Московской православной духовной академии протодиакон Андрей Кураев упоминает об экуменическом «замысле объединения религий. Этот замысел активно провозглашается множеством сект» [12, с. 2]. В предисловии автор отмечает:
В газетно-массовом сознании оно уже стало употребляться взамен скомпрометированного слова «синкретизм» и по своему значению приблизилось к теософским лозунгам типа «братство религий» или «единение религий». Поэтому и я в этой книге не буду различать экуменизм и синкретизм и слово экуменизм буду использовать в том его значении, которое чаще всего люди придают ему сегодня [12, с. 4].
Вместо того, чтобы показать несовместимость двух понятий, указав при этом на то, что синкретизм -- неприемлем, автор внушает читателю мысль, что неприемлемым является экуменизм именно потому, что представляет собой некую форму синкретизма.
Многие оппоненты рассматривают экуменизм как «наиболее заметное проявление модернизма» в протестантизме, католичестве и православии [17]. Само по себе понятие модернизма заслуживает отдельного рассмотрения. В обскурантистских и фундаменталистских кругах оно становится еще одним оскорбительным ярлыком. Идеологи борьбы с модернизмом объясняют значение этого слова следующим образом:
этим термином обозначается проникновение в Церковное Христианство широкого набора ересей, философских воззрений, научных идей, культурных представлений, идеологических и социальных клише, а также суеверий -- во имя обновления и изменения Христианства в соответствии с прогрессом. <...> Модернизм есть постепенное приспособление к беспорядочным революционным переменам в жизни человеческого общества, с конечной идеальной целью -- полного примирения с ходом вещей, которое понимается как установление «Царства Божия на земле [13].
Как правило, такое представление основано на ложных предпосылках и на убеждении, что богословие по умолчанию не допускает никакого развития и творчества. Нередко это является отличительной чертой определенного типа богословского мышления, отрицающего легитимность новых подходов в экзегетике и герменевтике.
Представление о Православии как о консервативной ортодоксальности, не восприимчивой ни к каким влияниям окружающего мира, которое активно внедряется в умы православных верующих, часто приводит к обскурантизму. Нередко можно слышать, что обновление, aggiornamento, противоречит самому духу Православия. Безусловно, Православие тесно связано с традицией, но сама православная традиция всегда остается живым преданием Церкви. Никто не подвергает сомнению, что Православие консервативно, но лишь в том, что служит сохранению и проповеди вечных ценностей Евангелия. Церковь не может не взаимодействовать с окружающим миром и не может не искать язык для общения с теми, кому сегодня надлежит услышать Евангелие. Миссиологическим обоснованием такой позиции может служить понятие «инкультурация», введенное в миссиологию в последней четверти ХХ века. Поскольку совершенно очевидной является горизонтальная, географическая инкультурация, представляется вполне обоснованной и хронологическая инкультурация.
Следует упомянуть еще одно учение, приверженность к которому инкриминируют «экуменистам», -- так называемую «теорией ветвей». Согласно этой теории, в ситуации, когда внутри Церкви возникает раскол, в обстоятельствах которого отдельная область или несколько областей прерывают общение между собой, каждая из них может продолжать рассматриваться как «ветвь» единой Церкви Христовой при условии, что ее члены продолжают придерживаться веры первоначальной неразделенной Церкви, а ее епископы сохраняют апостольское преемство. В интерпретации многих англиканских богословов эта теория лежит в основе классификации трех основных «ветвей» Церкви: римско-католической, православной и англиканской [4, с. 232]. Создателем этой теории считается оксфордский богослов Уильям Палмер (1803-1885), позднее она получила широкое распространение благодаря Оксфордскому движению, особенно благодаря трудам трактарианцев. В 1845 году Джон Генри Ньюман и группа его последователей, разочарованные реакцией своих собратьев, покинули Англиканскую Церковь и стали католиками. Напомним, что в своем большинстве участниками экуменического движения являются членами именно протестантских общин. Таким образом, поскольку теория ветвей изначально исключает протестантские сообщества, не сохранившие апостольского преемства, из единой истинной Церкви, совершенно очевидно, что эта теория не может иметь пламенных приверженцев в их среде. Православие также решительно отвергает «теорию ветвей» [14].
В пылу антиэкуменических прений непрестанно выявляются новые изъяны. «Экуменисты в целом разработали следующие новомодные богословия: «богословие крещения», богословие «церквей-сестер», богословие «расширенной церкви», богословие «культурного плюрализма», богословие «общего служения», «межрелигиозное богословие» [7]. Каждое из этих поспешных обвинений заслуживает неспешного рассуждения и обстоятельного обсуждения.
В современных условиях более прочным основанием для участия в экуменическом сотрудничестве являются экклезиология и миссиология. Православное учение о Церкви достигло своего расцвета в трудах русских богословов ХХ века и продолжает стремительно развиваться. Православная миссиология накопила богатейший опыт взаимодействия Церкви с современным миром и способна оказать решающее влияние на формирование повестки дня межхристианского сотрудничества.
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл считает, что одной из причин враждебного отношения к экуменизму в массовом сознании является то, что долгие годы по политическим мотивам в экуменической деятельности РПЦ могла принимать участие лишь богословская элита. Новая ситуация позволяет Церкви впервые взглянуть на экуменическое движение и собственное участие в работе ВСЦ глазами простых верующих [11, c. 434]. Патриарх Кирилл напоминает, что участие православных верующих в экуменическом движении продиктовано прежде всего миссионерским императивом. «Сохраняя и защищая чистоту Православной веры, мы должны делиться ею с каждым вопрошающим, оставляя дальнейшее воле Божией» [11, c. 435].
Исследование негативного отношения к экуменизму в различных церковных сообществах оставляет впечатление, что иногда враждебное восприятие не только коррелируют с конфессиональным мировоззрением, но и с определенным психологическим типом личности. Для этого типа характерны ригоризм, порой переходящий в фанатизм, авторитаризм, фарисейство, склонность к буквалистскому толкованию священных текстов и канонов, недостаток экзегетического и герменевтического вкуса, комплекс врага, зацикленность на теории заговора. Что касается социальных и политических предпочтений, люди этого типа личности склонны отвергать демократию, с пренебрежением относиться к принципу свободы совести, испытывать неприязнь к веротерпимости и готовность применять внешнюю силу в борьбе с инакомыслием. Обычно такой тип личности нередко отличает религиозно-фундаменталистский тип личности, но эта тема заслуживает отдельного и более обстоятельного рассмотрения.
Литература
1. Dictionary of the Ecumenical Movement. Geneva: WCC, 2002.
2. The ecumenical movement in the 21st century, by Cardinal Walter Kasper. URL: https://www.oikoumene.org/resources/documents/the-ecumenical-movement-in-the-21stcentury (дата обращения: 01.12.2020).
3. Ecumenism. URL: https://www.britannica.com/topic/ecumenism (дата обращения: 01.12.2020).
4. The Oxford Dictionary of the Christian Church / ed. by F. I. Cross. Oxford: Oxford University Press, 1997.
5. A Report to the Sobor of Bishops of the Russian Orthodox Church Outside of Russia by Archbishop Vitaly of Montreal and Canada. URL: http://orthodoxinfo.com/ecumenism/ vitaly.aspx (дата обращения: 01.12.2020).
6. Stransky T. Criticism of the Ecumenical Movement and of the WCC // Dictionary of the Ecumenical Movement. Geneva: WCC Publications, 2002. P. 278-282.
7. A Theology of Anti-Ecumenism. URL: http://www.synodinresistance.org/Theology_ en/TheologyofAntiEcumenism.html (дата обращения: 01.12.2020).
8. Visser't Hooft W. A. The word `ecumenical' -- its history and use // Rouse R., Neill S. A History of the Ecumenical Movement. 1517-1948. Vol. 1. Geneva: WCC, 1993.
9. Декрет об экуменизме (Unitatis redintegratio) // Документы II Ватиканского собора. М.: Паолине, 2004. С. 170-191.
10. Деяния Совещания глав и представителей автокефальных Православных Церквей в связи с празднованием 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви. URL: http://yakov.works/history/20/1940/1948_09.htm (дата обращения: 01.12.2020).
11. Иларион (Алфеев), митр. Патриарх Кирилл: жизнь и миросозерцание. М.: Изд-во Московской Патриархии, 2010. С. 434.
12. Кураев А. Вызов экуменизма. Изд. 2-е, испр. и доп. М.: Издательский Совет Русской Православной Церкви 2003. С. 2.
13. Модернизм. URL: https://antimodern.wordpress.com/2009/02/09/модeрнизм (дата обращения: 01.12.2020).
14. Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/418840.html (дата обращения: 01.12.2020).
15. Папский Совет по содействию христианскому единству. Правило по применению принципов и норм экуменизма // Православие и католичество. От конфронтации к диалогу. М.: ББИ, 2005. С. 537-550.
16. Шмеман А., прот. Несколько мыслей по поводу «скорбного послания» митрополита Филарета // Шмеман А., прот. Собрание статей 1947-1983. М.: Русский путь, 2009. С. 540-546.
17. Экуменизм. URL: https://antimodern.ru/dva_grada_ecumenism (дата обращения: 01.12.2020).