Московский авиационный институт (национальный исследовательский университет)
Историческая память современных студентов. Что происходит?
Сорокина Нина Дмитриевна - канд. филос. наук, доцент
Аннотация
Историческая память является объектом идеологического и информационного воздействия, соперничества и противоборства в поле политики и культуры. Поэтому изучение этого феномена исключительно важно. В рамках опроса студентов по поводу их отношения к важным историческим событиям в нашей стране, в том числе к Великой Отечественной войне, выявлено, что радикальной трансформации роли прошлого в становлении личности пока не произошло. Для большинства молодых людей историческая память остаётся по-прежнему адекватной формой воспитания патриотических ценностей. Наиболее эффективными инструментами сохранения памяти об исторических событиях являются институты образования и семьи. При этом возникает проблема,: личная историческая память иногда идёт вразрез с официальной трактовкой исторических событий. Она может также служить зеркальным отражением идеологического раскола в обществе (либерализм, консерватизм, социализм). Важную роль в формировании общей исторической памяти, помимо государственных институтов, могут сыграть институты гражданского общества. Разные виды памяти выполняют важную функцию - воспитание патриота- гражданина, ответственного перед прошлыми поколениями и перед потомками.
Ключевые слова.: историческая память, информационное противоборство, социальный раскол, отношение к событиям прошлого, взаимосвязь культурной и личной памяти, патриотизм, воспитание
What Influences the Historical Memory of Modern Students?
Abstract. Historical memory is an object of informational conflict. This is why it is so important to study this phenomenon. Using the example of a survey of students in relation to important historical events in our country, including the Great Patriotic War, it is shown that while there is no radical transformation of the role of the past in the formation of personality, in the minds of most young people, historical memory is still a good form of patriotism education. The most effective mechanisms for preserving the memory of historical events are social institutions of education and family. At the same time, there is a “fading” of such a traditional and effective mechanism for preserving the memory of the Great Patriotic War as personal meetings with war veterans, personal communication with relatives who passed the war. It can be replaced by a mechanism for preserving memory, such as memoir literature of war participants, which is not yet popular among students. However, there is a problem: personal historical memory sometimes goes against the official interpretation of historical events. It can also serve as a mirror image of the social divide in society. In addition to traditional social institutions, civil society institutions can play an important role in shaping shared historical memory. If the latter are supported by the state, it is possible to avoid a conflict between cultural memory, which is closely related to traditions, and communicative memory. If these channels operate separately, or if, say, ideology tries to suppress other channels, historical memory is devalued and distorted. If all these channels work synchronously, they provide a huge effect. Different types of memory perform an important function - education of a citizen who would be responsible to past generations and to descendants.
Keywords: historical memory, informational confrontation, social split, attitude to the events of the past, cultural memory, personal memory, patriotism
Введение
Окончились торжественные мероприятия по случаю 75-летия Великой Победы. Это значимое событие объединило всех россиян, не оставив практически никого равнодушным к истории, коснувшейся каждой семьи. Возникает ряд исследовательских вопросов. Претерпевает ли историческая память трансформацию? Если да, то в каком направлении? По поводу каких событий прошлого сохраняется консенсус? Происходит ли коррозия исторической памяти? Как конструируется гражданская идентичность?
Активное изучение феномена исторической памяти началось в последние годы. С 2008 г. издаётся специальный журнал Memory Studies. Точкой отсчёта в изучении этого феномена считаются работы французского социолога и философа Мориса Хальб- вакса. Он первым показал, что память - это социально обусловленное явление, поскольку общество создаёт рамки для воспоминаний. Свои работы он посвятил исследованию коллективной памяти [1]. Впоследствии американский социолог Джефри Олик провёл различие между «коллективной памятью» и «сборной памятью». Коллективная память характеризуется коллекцией общих для всех членов сообщества категорий, символов, образов, независимых от субъективного восприятия отдельных индивидов. «Сборная память» представляет собой сумму или, скорее, набор сходных исторических представлений того или иного сообщества. Именно поэтому «институты, обладающие властью, устанавливают высшую ценность одних “историй” по отношению к другим, определяют способы передачи и образцы памятования того, что индивиды могут и должны помнить; мотивы и способы актуализации [коллективной] памяти сильно отличаются от работы индивидуальной памяти» [2, с. 28-29].
В свою очередь, Ян Ассман подразделил коллективную память на коммуникативную и культурную. Коммуникативная память предельно индивидуализирована, она напрямую связана с определёнными социальными ролями индивидов внутри группы и формированием социальной идентичности, как правило, вписывается в срок жизни трёхчетырёх поколений, а затем угасает вместе с их сменой. Культурная память связана с традицией. Она навязывается индивиду извне и может конфликтовать с коммуникативной памятью. Культурная память поддерживается и формируется социальными институтами, может существовать и передаваться столетиями и даже тысячелетиями. Причём доступ к сохранению и передаче культурной памяти имеют только люди, которым делегированы соответствующие полномочия от общества или государства; в качестве таковых могут выступать историки, писатели, архивисты [3]. Культурную (коллективную) память отождествляют с исторической памятью. «Для классов, групп или индивидов, которые правили и далее господствуют в истории обществ, их власть над памятью и забвением остаётся одной из наиглавнейших забот» [4, с. 54]. Историческая память, таким образом, является объектом политики, борьбы за власть и контроля над обществом.
В настоящее время в связи с бумом поиска предков, своих корней, генеалогических изысканий множество людей получили доступ к архивам. В современной России со многих архивных дел был снят гриф секретности, в силу чего профессиональные историки, исследователи могут получать информацию, которая в ряде случаев входит в противоречие с официальной версией тех или иных исторических событий. И это создаёт проблему формирования концепта исторической памяти в нужном для групп власти направлении. На внешнеполитическом поле история Великой Отечественной войны и в целом Второй мировой войны до сих пор является объектом информационного противоборства. Его отражение мы можем наблюдать и на внутриполитической арене. Оппозиционные силы, группы, политики используют исторические аргументы в политической борьбе. Особенностью внутриполитической информационной полемики является отношение к тем или иным военным событиям. Появляются альтернативные точки зрения относительно Ржевской битвы, подвига 28 панфиловцев, молодогвардейцев, Зои Космодемьянской, Александра Матросова и т.д. Можно вспомнить, сколько копий было сломано вокруг трагической смерти Павлика Морозова, который из героя превратился в символ предательства. Страна долго, мучительно переосмысливает некоторые трагические события, перелистывает страницы, находя в них белые пятна. И если по поводу Великой Отечественной войны в стране наблюдается в основном консенсус, к примеру, практически всё население страны разделяет идею Бессмертного полка, то в отношении событий революции, гражданской войны такого консенсуса нет, как нет и в отношении репрессий 1930-х годов. Дискурс восприятия прошлого оказывается порой настолько различным, что впору применить такие понятия, как «информационная» и даже «гражданская» война. Поэтому и возникает вопрос идентичности субъектов, в неё втянутых.
Вопросам исторической памяти посвящено много работ. Отечественные исследователи выделяют ряд проблем в изучении данного феномена общественного сознания. Среди них - механизмы формирования исторической памяти, роль межличностной коммуникации, которая постепенно исчезает в связи с уходом из жизни большинства участников войны; изменение роли школы, семьи как социальных институтов в формировании исторической памяти о войне и т.д. Но проблема состоит в том, что прошлое постоянно подвергается пересмотру, реорганизации в соответствии с запросами тех или иных властных структур и институтов гражданского общества. «Историческая память понимается как коллективная память (в той мере, в какой она вписывается в историческое сознание группы), или как социальная память (в той мере, в какой она вписывается в историческое сознание общества), или в целом - как совокупность донаучных, научных, квазинаучных и вненаучных знаний и массовых представлений социума об общем прошлом» [5, с. 42]. Причём «главным предметом памяти, в отличие от пережитой истории, становится не само событие, а лишь его отпечаток в сознании, образ, который сначала передаётся непосредственными участниками события, а позже реконструируется по определённым законам последующими поколениями. В памяти запечатлеваются пережитые травмы и героические события, переплетаются запоминание и забвение» [6, с. 43].
Историческое сознание студентов
В своём исследовании мы задались вопросом: что влияет на историческую память современных студентов? Какие события прошлого помнят студенты? Как они интерпретируются? Что знают студенты о событиях 100-летней давности? О Великой Отечественной войне? Считается, что современные студенты худо-бедно разбираются в революционных событиях, плохо знают историю Второй мировой войны, но так же мало знают и совсем недавнюю историю страны. Так ли это? Насколько эти выводы соответствуют действительности? Это выяснялось в ходе занятий со студентами в рамках изучения таких дисциплин, как «Социология» и «Конфликтология». Исследование проводилось в апреле и сентябре 2017 г., участвовали 99 студентов. Использовались методы качественного исследования, такие как биографический (студентам предлагалось письменно кратко изложить, знают ли они историю своей семьи, в частности, сохраняется ли в их семьях память о революционных событиях, об участии в них предков), коллективное обсуждение с использованием элементов ролевой игры причин революций, их отношение к этим событиям.
Что показали результаты? Для подавляющего большинства студентов революция - это ключевой этап в отечественной истории. Но отношение к ней неоднозначное - от положительного до негативного. Только единицы выразили нейтральное объективистское отношение: «Ничего из рамок выходящего. Она была просто неизбежна и необходима». В то же время оказалось, что большинство студентов не знают историю своей семьи. События 100-летней давности для них оказались слишком далёкими, в лучшем случае они знают о своих предках (как правило, это прадеды), которые принимали участие в Великой Отечественной войне. Но всё же в семье некоторых студентов сохранилась память о тех событиях. К примеру: «Мои предки были против революции, только одна из бабушек была “за”. Наша семья серьёзно пострадала, но память об этих событиях хранится только в нашей семье, мы её не выносим вовне». «Наша семья хранит па,мять в фотогра,фиях». «В моей семье сохраняется па,мять о Русской революции. Мои родственники по материнской линии были раскулачены». «В моей семье был офицер, приближённый к царю и воевавший на стороне белых. Впоследствии все его фотографии и упоминание о службе у царя пришлось прятать». «В нашей семье были гонения на священников». «Мои предки лишились имения во время революции, так как были дворянами». Другие ответы: «Мои предки в годы революции жили в Москве и сохраняли нейтральную позицию: не были ни “за”, ни “против” революции». «Никто из моих предков не принима,л участие в революции».
Зато многие студенты уверены, на чьей стороне были бы сами в годы революции: эсеров, белых, меньшевиков. Оказалось, что на стороне большевиков - меньшинство. Такое соотношение проявилось и в ходе обсуждения причин революций и отношения к ним. Подавляющее большинство студентов взяли на себя роль «белых». В ходе обсуждения студенты продемонстрировали своё видение этих событий. Наиболее типичные и интересные высказывания: «Я считаю октябрьскую революцию несвоевременной, её энергия была направлена не туда: нужно было решать проблемы вовне, т.е. закончить победой первую мировую войну. Я солидарен в этом отношении с Брусиловым., который выступал за создание ударных революционных батальонов в целях победного окончания войны. Считаю, что Россия войну выиграла». историческая память студент
Сторонники «белых» свою позицию обосновывали следующим образом: «Большевики расстреляли морских офицеров, я за белых. Мои предки тоже могли быть на стороне белых». «Моего родственника, прапрадедушку расстреляли большевики, я за белых». «Мой прапрадед был кулак, я за белых». «Я за белых, так как они более либеральны». «Я за белых, так как они стремились восстановить Российскую империю и их поддерживало большинство населения. Белые были ближе к народу». «Я за белых, революция была несвоеврем-енной, я - за монархию». «Я за белых, красные развалили страну».
Сторонники «красных» не согласны с такой точкой зрения. Они представляют свою версию сути революций и гражданской войны. «Не нужна была России война до победного конца. Николай II отрёкся от престола, царской империи больше не было. Начались голодные годы. К императорским особам стали относиться пренебрежительно. В обиходе были выражения: гражданин, Республика.. Началось двоевластие. “Да здравствует светская власть”, - стало популярным лозунгом. Вряд ли удалось бы выиграть первую мировую войну. Будущего у России не было, если бы сохранилась империя».
Примечательно, что часть студентов позиционируют себя как не определившихся: «Я ни за белых, ни за красных. Но предпочтительнее мне позиция белых, так как они были против дискриминации. Мои же родственники жили в деревне и были на стороне большевиков». «Мне не нравится позиция большевиков, жёсткое подчинение меньшинства большинству. Мои предки, как я думаю, были на стороне большевиков. За кого я - не знаю».
Таким образом, можно сделать вывод о том, что коммуникативная память у современных студентов присутствует. Как было отмечено выше, она вписывается в срок жизни трёх-четырёх поколений, напрямую связана с формированием социальной идентичности. Интересно отметить также и то, что не всегда студенты наследуют позиции своих предков. Так возникает вопрос взаимосвязи общей (совокупной) исторической памяти и личной (индивидуальной) исторической памяти. Как справедливо отмечено, «общая память поддерживает идентичность группы, но это не означает, что все члены группы обладают одинаковой личной исторической памятью... оба вида исторической памяти дифференцируются по масштабу и функциям, по значимости для отдельной личности, по формам коммеморации, по источникам пополнения и т.п. Известно, что человек становится гражданином, если хорошо знает не только этапы “большой истории” - государства, страны, цивилизации, но и вехи истории своего края, села, семьи, т.е. обладает развитой личной исторической памятью на фоне общей исторической памяти. Однако личный срез исторической памяти развит в нашей стране чрезвычайно слабо. Это, несомненно, связано с катастрофичностью развития страны в XX в. Многие люди, чтобы выжить, вынуждены были скрывать, “забывать” факты семейной биографии. Был утерян вкус к биографической памяти в преемственности поколений» [6, с. 43-44].