* р < 0.05, ** р < 0.01, *** р < 0.001.
Примечание. Обозначения зависимых переменных: ДМ -- Допустимость миграции, ПМ -- Польза миграции, ИПМ -- Институциональная поддержка миграции.
и открытая иммиграционная политика делает людей более нетерпимыми к мигрантам. В целом представления о допустимости миграции и важности институциональной поддержки мигрантов не меняются.
Если просмотреть связи компонентов М1РЕХ с тремя рассматриваемыми в исследовании блоками представлений о мигрантах, то можно увидеть, что многие из его компонентов связаны именно с представлениями о пользе миграции. Точнее, мы можем видеть отрицательные связи представлений о пользе миграции с такими компонентами М1РЕХ, как: «мобильность рынка труда», «доступ мигрантов к образованию», «политическая вовлеченность мигрантов». Когда коренное население видит, что мигранты имеют широкие возможности на рынке труда, доступ к образованию в стране и возможность оказывать влияние на политические процессы в стране, то межгрупповая тревожность, связанная с включенностью мигрантов в жизнь общества, возрастает и принимающее население начинает сомневаться в пользе миграции для страны. Вероятно, по той же причине доступность образования для мигрантов статистически значимо отрицательно связана с представлениями о том, что должна быть институциональная поддержка мигрантов. Аналогичная отрицательная связь есть у компонента «мобильность рынка труда», но она не дотягивает до уровня значимости.
Наряду с отрицательными связями, некоторые из компонентов М1РЕХ демонстрируют и позитивные связи с отношением к мигрантам. В частности, доступ к гражданству позитивно связан с представлениями о допустимости миграции. В данном случае логичнее было бы предположить, что в обществах, где население считает, что миграция допустима, возможности доступа к гражданству будут также выше. Чтобы подтвердить такое предположение, представления людей должны быть измерены не через два года после оценки интеграционной политики общества, а до ее введения. Однако мы можем предположить, что просто в тех обществах, где мигранты имеют легкий доступ к гражданству и допустимость миграции оценивается населением выше, такая корреляция существует сама по себе, даже если мы не разнесем во времени эти две переменные как причину и следствие.
Интересной является позитивная связь политической вовлеченности мигрантов и допустимости миграции, что противоречит отрицательной связи этого аспекта миграционной политики с представлениями о пользе миграции. Прежде всего, нужно обратить внимание на то, что эти две зависимые переменные не связаны на макроуровне (таблица 2), поэтому в этих двух связях нет противоречия. Видимо, если представители коренного населения видят, что мигранты участвуют так же, как и они сами, в политической жизни общества, они в большей мере начинают воспринимать мигрантов как равноправных граждан общества и, соответственно, допустимость миграции становится для них более приемлемой.
Некоторые из составляющих индекса интеграционной политики в отношении мигрантов не связаны статистически значимо с отношением к мигрантам в европейских странах, включая Россию. В частности, это такие компоненты, как «воссоединение семей иностранных граждан», «институт вида на жительство» и «антидискриминационные меры».
Таким образом, если обобщить полученные результаты ряда стран Европы, включая Россию, мы можем сказать, что благоприятная миграционная политика связана (при контроле пола, возраста, дохода, ВВП и уровня безработицы) с отношением к мигрантам следующим образом. В целом на уровне тенденции люди в странах с интеграционной политикой в отношении мигрантов рассматривают миграцию как вполне допустимое и приемлемое явление. Но еще раз подчеркнем -- эта связь с общим индексом присутствует на уровне тенденции, на которую ее «вытягивают» такие компоненты MIPEX, как «доступ к гражданству» и «политическая вовлеченность мигрантов». Более сильной и значимой является отрицательная связь MIPEX, а также большинства его компонентов с представлениями жителей европейских стран о пользе миграции. С представлениями необходимости институциональной поддержки мигрантов MIPEX и его составляющие практически не связаны.
Чем эти результаты могут оказаться полезными для России? Конечно, контекст и история имеют большое значение для формирования отношения к мигрантам. Но если от них абстрагироваться, то можно сказать, что политика, направленная на интеграцию мигрантов, обязательно должна сопровождаться дополнительными мерами по работе с принимающим населением, которые позволили бы снизить воспринимаемую угрозу (Stephan, Renfro, 2002) и межгрупповую тревожность (Stephan, Stephan, 1985; Stephan, 2014). Это позволит минимизировать вероятность напряженности в отношениях мигрантов и принимающего населения, а также снизить вероятность появления тех же проблем межкультурного взаимодействия, вследствие которых некоторые из европейских лидеров высказывались критически о результатах политики мультикультурализма в Европе (Koopmans, 2013).
Заключение
На примере 17 европейских стран мы выявили связи индекса интеграционной политики обществ в отношении мигрантов, а также его отдельных составляющих с различными аспектами представлений о мигрантах и миграции в этих обществах.
Основным ограничением нашего исследования служит то, что нам сложно однозначно говорить о том, что отношение к мигрантам является следствием политики обществ, а не наоборот. В целом, конечно, было бы логично предположить, что социальные представления людей, существующие в обществе, в конечном итоге воплощаются в официальную миграционную политику обществ. Однако, как уже не раз говорилось, дизайн нашего исследования был построен таким образом, что представления оценивались на два года позже оценки миграционной политики, т.е. они, скорее всего, не могли быть ее причиной. Следующий аргумент состоит в том, что связь большинства различных аспектов миграционной политики с представлениями о мигрантах в основном носит отрицательный характер. Было бы нелогично сказать, что настороженное отношение к мигрантам лежит в основе открытой иммиграционной политики. Скорее наоборот, открытая миграционная политика способна вызвать настороженное отношение к мигрантам со стороны принимающего населения.
Полученные результаты имеют важное прикладное значение и могут быть полезны для планирования Россией ее собственной интеграционной политики в отношении мигрантов, поскольку Россия находится на одном из ведущих мест в мире по интенсивности внешней миграции.