В принципе, любой цивилизованный рынок - институциональная среда, в которой действуют определенные правила, выдвигаются условия, складываются традиции. Никогда не бывает совершенно одинаковых рынков, тем более в межнациональном масштабе. А поскольку характеристика рынка сильно приближена к характеристике национальной экономики, то чрезвычайно важным является определение особенностей становления и развития рынка как национального, предоставляющая права и предлагающая правила взаимодействия, которые служат предпосылкой эффективного хозяйствования и долгосрочного экономического успеха для хозяйственных единиц. Только национальный рынок, преодолевающий в переходных обществах остаточные характеристики вненациональной экономики, способен вводить экономические субъекты в структуру воспроизводственного обобществления не на уровне укладов или отраслей, а институтов национального хозяйственного целого. В этом целом воспроизводственные узлы, будь то на уровне отдельного хозяйства, отраслей или территорий, приобретают как отчуждаемую от национального процесса воспроизводства и национальных экономических интересов институциональную среду. Национальные экономические интересы не могут выступать как прерогатива какой-то отрасли, сферы или региона. Более конструктивен институциональный формат исследования предпосылок системы взаимодействия интересов, которых акцентирует внимание не на формах, а на условиях функционирования хозяйственных звеньев. Эти условия складываются по признаку количественного множества производителей при качественном единстве отношений собственности, на которых они базируются, а в контексте формальных норм и неформальных правил, вводящих всевозможные субъекты хозяйствования в параметрические измерения национальной модели рынка. Эти измерения представляют систему, открытую для взаимодействия различных хозяйственных форм, свободного передвижения факторов производства, в том числе и через государственные границы, но всегда находящуюся в реальном взаимодействии с национальной средой жизнедеятельности. Среда складывается не только благодаря окружающей природе и формам ее приспособления к материальным потребностям, но и из социально-культурной определенности образа мышления и поведения людей. Они берут свое начало с древнейших времен, когда возрастающие единичные мотивы потребления складывают опыт совместных усилий по их достижению. Одновременно происходит процесс эволюционного отбора институтов коллективных действий посредством соотнесения «активов и пассивов» интересов, как это отмечал еще Дж. Р. Коммонс [7, с. 648-657].
Баланс интересов имеет многоуровневую структуру. Это может быть баланс индивидуальных интересов, положительно обозначаемый уменьшением трансакций взаимодействия хозяйственных звеньев в национальной экономической среде. Это может быть и баланс интересов семейных, производительных, территориальных структур как субъектов, приводящих в действие спектр формальных норм и неформальных правил, призванных реализовать соотносящиеся и взаимовыгодные экономические интересы. Это и есть по существу важнейшие основы для выведения институциональных форм национальных экономических интересов, вырастающих из общих предпосылок развития, взаимосвязанных целей, эффекта коллективных действий, которые системно синтезируют макроэкономику страны. C другой стороны, как и всякая система, институциональная система обладает двумя важнейшими атрибутами - целостностью взаимодействия частей и единой эволюционной направленностью развития. Оба этих момента присутствуют в содержании национальных экономических интересов, приобретение которыми институциональных признаков есть процесс оформления экономических интересов всех хозяйственных субъектов в систему взаимодействия, для которой характерна практика производственной деятельности, обладающая общим целевым сектором. С этой позиции мы не можем говорить об одной категории, структуре или субъекте, в которой всецело воплощаются национальные экономические интересы. Они охватывают каждого человека, каждое микро или макро уровневое воспроизводственное и управленческое звено, реализующее те или иные интересы в данном обществе. Эти интересы всегда даны в виде единства единичности и всеобщности, который Гегель формулирует как «действительность и деятельность каждого единичного существа, состоящие в том, чтобы быть для себя и заботиться о себе, в такой же мере обусловлены заранее предположенным целым, в связи с которым они только и существуют» [8, с. 340].
Развивая эту мысль, Гегель вплотную подходит к характеристикам «предположенного целого» через понятия времени, народа (нация как таковая») культуры и государства [8, с. 368]. В приложении к экономической жизни они фокусируются в национальных экономических интересах, призванных синхронизировать социально-культурные ценности и современные тенденции развития хозяйственной жизни, органически соединять материальные и духовные интересы человека с целями государства. Это означает по существу экономическую самоорганизацию национальной общности, закрепление имманентно присущих ей интересов самосохранения в общей шкале цивилизации и этнически адаптированном пространстве бытия. Наконец это интересы саморазвития на основе формализованных норм глобального рыночного механизма и неформальных институтов традиционного мышления и поведения. С этих позиций можно выделить следующие, самые общие признаки институционализации национальных экономических интересов:
1. Обеспечение согласованного воспроизводственного взаимодействия всех хозяйственных звеньев в стране.
2. Установление регулярности и долговременности экономической практики, сочетающей формальные нормы производственно-делового и неформальные правила межличностного общения.
3. Формирование национального экономического мышления, что означает, учет интересов сегодняшнего и будущих поколений, соотнесение нынешних интересов нации с постоянным наращиванием ее производственного потенциала и сохранением природной, а также нравственной экологии страны.
Библиографический список
1. Дюркгейм Э. О. Разделение общественного труда. М. Канон, 1996.
2. Vinner. The Perception of Man and the Conception of Society: Two Approaches to Understanding Society. Economic inguiry. 1987. July. Vol. 25.
3 Собственность и экономические интересы / под ред. Т.В. Игнатовой и В.Н. Некрасова. Ростов-на-Дону: Изд-во СКАГС, 2005.
4. Хубиев К. А. Критерии преобразования собственности. Экономист, 1995, №8.
5. Собственность в экономической системе России / под ред. В.Н. Черковца, В.М. Кулькова. М. Экономический Факультет, ТЕИС, 1998.
6. Гаджиев Ш. Азербайджан на пути к мировому сообществу. Стратегия внешнеэкономического развития. Киев: Експресс-об,ява, 2000. 504 с.
7. Commons John R. Эnstitusional Economics // American Economic Review. 1931. vol. 21.
8. Гегель Г.В.Ф. Философия духа. Энциклопедия философских наук. Том 3. М., 1972. 340 с.