Впрочем, в скором будущем мейнстрим накроет «кейнсианская лавина», и достижения АЭШ будут поставлены под сомнение. Сформированная вокруг Венского университета, отвечавшая одному из редко выполняемых условий - наличию нескольких поколений «учитель - ученик», школа на несколько десятилетий пришла в упадок почти моментально.
Можно предположить много причин, приведших к такому положению дел. В 1923 г. руководство кафедрой было предложено не Мизесу, имевшему блестящие теоретические работы, и не считавшемуся едва ли не наиболее ярким экономистом немецкоязычного мира Шумпетеру, сравнение взглядов которых проведено в [18], а ученику Визера Х. Майеру, неудовлетворенность деятельностью которого высказал также считавший себя учеником Визера Ф. Хайек [2. С. 191]. Тем не менее при всех отрицательных оценках Майер оставался последним проводником традиций австрийской школы в Вене [19]. Сам Хайек, ставший приват-доцентом Венского университета в 1929 г., уже через два года по приглашению Л. Роббинса уехал в Лондонскую школу экономики [20. С. 9]. Нехватка университетского научного общения долгое время компенсировалась деятельностью научных кружков, в первую очередь знаменитого приватсеминара Мизеса [21] до его отъезда из Вены в 1934 г.
Появление кейнсианской доктрины вызвало широкую дискуссию между Кембриджем и Лондонской школой экономики, и сложилось устойчивое мнение о победе Кейнса в данных дебатах, поскольку серьёзная аргументация Хайека в отношении «Трактата о деньгах» не сопровождалась аналогичным после выхода «Общей теории...». Сам Хайек так объяснил причины, почему он не уделил достаточно внимания критике «Общей теории.»: когда он подробно проанализировал и раскритиковал идеи управления совокупным спросом в «Трактате о деньгах», Кейнс его обезоружил: «Не бери в голову - я больше не верю этому» [20. С. 203]. Хайек опасался, что прежде, чем он закончит анализ «Общей теории», ее автор снова поменяет свое мнение. А спустя 40 лет Нобелевский лауреат Дж. Хикс, оценивая причины, по которым теория цикла АЭШ не получила всеобщего распространения, выделил две: «В то время, когда работы Хайека и Мизеса о бизнес-циклах печатались на английском, не существовало английской экономической науки; кроме того, их модель была слишком сложной» [22. Р. 204], что не допускало ее упрощенческого преподавания.
Ещё одной причиной упадка АЭШ является то обстоятельство, что «мейнстрим в большей или меньшей степени абсорбировал выдвинутые ею принципиальные положения» [23. С. 70].
По нашему мнению, главнейшей причиной упадка школы стала потеря академической институциональности - ведущие экономисты АЭШ эмигрировали, кафедры австрийских университетов изменили исследовательскую программу, а создать «критическую массу» в каком-либо иностранном университете не удавалось.
Возрождение австрийской школы сквозь призму институтов функционирования
Состояние политической философии либерализма в целом и австрийской школы в частности через два десятилетия было в плачевном состоянии. И если для поддержки либеральных идей удавалось находить финансовые и концентрировать интеллектуальные ресурсы, благодаря чему был создан Фонд экономического образования и Общество Монт-Пелерин [24], то экономические идеи школы оказались абсолютно невостребованы: «на протяжении второй половины XX века австрийский праксиологический подход к экономической науке все больше и больше оттеснялся на периферию, однако совсем не исчез.» [25. С. 102].
Лидеры школы Л. Мизес и Ф. Хайек во время Второй мировой войны оказались в США. Мизес переехал за океан в 1940 г., и только через пять лет безуспешных попыток трудоустройства в академической среде получил должность приглашённого профессора в Высшей школе бизнес- администрирования Нью-Йоркского университета. Такая должность позволяла проводить учебный семинар, но в остальном его игнорировали вплоть до попыток отговорить студентов от участия в семинаре [26. Р. 3]. Собственно, и жалованье Мизесу выплачивал не университет, а Фонд Волкера. Стигмат «приглашенного профессора» тянулся более 20 лет [27. Р. 61]. Тем не менее Мизес оказался единственным из эмигрировавших венских экономистов, кто продолжал развивать идеи АЭШ применительно к экономике. В 1949 г. была издана «Человеческая деятельность», на основе которой в 1950-1960-е гг. проходил семинар, сыгравший роль фокальной точки подготовки представителей будущей американской ветви АЭШ [28. Р. 92].
Хайек в 1950 г. при финансовой поддержке того же Фонда Волкера переехал из Лондона в Чикагский университет, где стал профессором социальной и моральной философии и членом Комитета социальной философии [20. С. 239]. Его научные интересы сместились в смежные отрасли науки - право, философию, а экономические исследования отошли на второй план. Остальные блестящие экономисты-эмигранты из межвоенной Вены оставались австрийцами только по национальности, оказавшись полностью интегрированными в новые научные парадигмы [28. Р. 92].
При всей скептичности оценки Мизесом перспектив практической реализации усилий собственных и Хайека [24. С. 583] в США существовали хоть какие-то островки либеральных идей. Возврат Хайека в Европу в 1962 г. сопровождался яркой аллегорией - «пророк в пустыне» [20. С. 253]. В США же интеллектуальные усилия Мизеса не пропали - участники Нью-Йоркского семинара М. Ротбард [29], И. Кирцнер [30], Х. Сеннхольц [31], Дж. Рисмен [32] защитили диссертации и продолжили развитие некоторых теоретических направлений. Можно констатировать, что за исключением Л. Лахманна и Ф. Хайека вся АЭШ 1950-60-х гг. концентрировалась вокруг Мизесовского семинара, и её воздействие на экономическую науку того времени было минимальным.
Отношение к школе поменялось с присуждением Хайеку Нобелевской премии. Важнейшим институциональным аспектом возрождения школы послужили конференции по Австрийской экономике, организованные в США в 1974-76 гг. при финансовой помощи Institute of Humane Studies, целью которых была формулировка парадигмы и научно-исследовательской программы современной АЭШ. В первой из этих конференций принимали участие всего около 50 человек - различные группы экономистов и аспирантов, проявивших определенный интерес к работам Мизеса и Хайека [28. Р. 104]. Основными докладчиками выступили Ротбард, Кирцнер и Лахманн, а по результатам был издан сборник эссе [33], в котором были определены основные отличия АЭШ от мейнстрима: роль и понимание человеческого действия, ошибочность макроэкономического агрегирования, отказ от математических инструментов экономического анализа. Дискуссия на второй и третьей конференции велась вокруг перспективных путей развития идей школы, что было подчеркнуто названием сборника по их итогам «Новые направления в Австрийской экономике» [34]. Развитие получили такие направления, как методология, теория спонтанных порядков, теория денег, теория процента. Организация совместных конференций выступила важнейшим фактором возрождения школы, поскольку создавала условия для интеллектуального взаимодействия и разобщённых сторонников школы, и общение с экономистами мейнстрима [28. Р. 112].
Дальнейшая институционализация школы проходила в двух направлениях - продолжение организации собственных конференций и секций по АЭШ на других профессиональных конференциях, и создание академических научных центров. Один из них сформировался в Нью-Йоркском университете, в котором преподавали Кирцнер и Лахманн, другой - в Университете Оберна, где Р. Гаррисон опубликовал учебник макроэкономики с позиций австрийской школы [35] и третий - Центр изучения рыночных процессов в Университете Джорджа Мейсона (4 участника первой конференции 1974 г.). Последний быстрее других принес результаты в виде защищённых и опубликованных в виде книг диссертаций [28. P. 114-115]. Проблематика исследований распространилась на широкое поле современной экономической науки, но особое внимание уделяли истории австрийской школы, что позволяло легитимизировать её наследие, несколько потерявшееся в условиях падения роли курсов истории экономической мысли в университетах [36]. При этом новому осмыслению подвергались и работы признанных авторов австрийской школы, и забытые имена Ф. Чухела, С. Демостенова, К. Энглиша, В. Новожилова [37-40].
Важную организационную работу по созданию институтов, способствующих возрождению АЭШ, проделал М. Ротбард. В 1976 г. он основал Центр либертарианских исследований, а через год - Journal of Libertarian Studies. Исследования сторонников школы, ранее концентрировавшиеся в сборниках конференций или книгах, получили возможность быть опубликованными в журналах. Появились также Austrian Economic Newsletter, Market Process, позже - Review of Austrian Economics.
В 1982 г. Ротбард совместно с вдовой Мизеса Маргит фон Мизес, экономистом Г. Хэзлиттом, конгресменом Р. Полом и главой его штаба Л. Рокуэллом основал в г. Оберне Институт Мизеса, объединяющий на сегодня около 275 исследователей. Институт решил проблему «интеллектуальной концентрации» сторонников школы. Ежегодная научная конференция Austrian Economics Research Conference в 2018 г. была организована в виде нескольких панельных дискуссий и 50 докладов. Институт организует ежегодную летнюю школу «Университет Мизеса» для студентов и «семинар Ротбарда» для аспирантов, издаёт реферируемый Quarterly Journal of Austrian Economics. Академическим директором института является профессор Дж. Салерно [41].
Другим важным центром АЭШ в США стал Университет Джорджа Мейсона, в котором реализуется программа имени Ф.Хайека по углубленному изучению философии, политики и экономики, а также возможна специализация по австрийской экономике в академической аспирантской программе. Руководителем программы является профессор П.Бёттке. Университетский исследовательский Mercatus Center осуществляет широкие междисциплинарные исследования. Тесно связаны с данным центром Общество развития австрийской экономики (Society for the Development of Austrian Economics, SDAE), организующее ежегодно секцию по австрийской экономике в рамках конференции Южного экономического общества, и журнал Review of Austrian Economics.
Американские научные центры придерживаются несколько различной исследовательской традиции, что иногда приводит к их противопоставлению и разной оценке перспектив их взаимодействия с мейнстримом [42].
Ренессанс школы в США привёл к росту интереса к АЭШ по всему миру. Во многих странах (Россия, Беларусь, Чехия, Словакия, Румыния, Литва, Грузия, Польша, Швейцария, Лихтенштейн, Испания, Австрия, Франция, Германия, Аргентина, Гватемала, др.) учреждались исследовательско-образовательные институты, направленные на анализ действительности и просвещение сквозь призму идеологии классического либерализма.
Вместе с тем наибольшей известностью обладают те из них, кто организовывает научные конференции и аффилирован с академической программой. Так, в Чехии Либеральный институт, основные сотрудники которого были вовлечены в деятельность Пражского экономического университета, c 2005 г. начал организацию ежегодной Пражской конференции по политической экономии и издание журнала New Perspectives on Political Economy. В 2006 г. был учрежден университет CEVRO во главе с ректором профессором Й. Шима [43], куда перешла часть команды, и в котором c 2016 г. предлагается магистерская программа «Философия, политика, экономика» с возможной специализацией в АЭШ. Под руководством профессора Х. Уэрта де Сото, работы которого изданы на русском языке - см., например [44], в мадридском Университете короля Хуана Карлоса, реализуется магистерская программа по австрийской экономике. Программа с 2017 г. выступает со-организатором конференции по АЭШ, издаётся журнал Procesos de Mercado. Регулярная конференция памяти Г. Хаберлера с 2005 г. проходит в Вадуце (Лихтенштейн) по эгидой Европейского центра австрийской экономики (ECAEF). В Гватемале в университете Франсиско Маррокуина Центром Г. Хэзлитта предлагается докторская программа по австрийской экономике. В других университетах рассмотрение в диссертациях проблематики АЭШ возможно в случае принадлежности к школе научного руководителя.
Ни в одном из университетов постсоветского пространства программы по АЭШ не предлагаются, нет и академического русскоязычного «австрийского» журнала. Выделяются конференция «Капитализм и свобода» (Институт Хайека, г. Санкт-Петербург), Чтения памяти Г. Лебедева (г. Москва); достаточно много докладов по тематике школы представляются на Леонтьевских чтениях (г. Санкт- Петербург). Интересными аспектами распространения идей АЭШ в русскоязычном мире стали научные семинары (ЭТИХиП в Москве, Центра Мизеса в Минске) и дискуссии в интернет-пространстве (в первую очередь в Live journal). Важную роль сыграли перевод и издание наследия австрийской школы (изд-во «Социум»).
Для развития интереса к научным исследованиям в духе АЭШ широко используются конкурсы научных работ среди молодых исследователей (приз Нобелевского лауреата В. Смита в ECAEF, эссе памяти Д. Лавоя в SDAE).
Современное состояние теоретических достижений школы - предмет отдельного изучения, но стоит отметить, что кроме традиционных вопросов методологии, получили развитие такие аспекты, как денежная теория; теория циклов; теория предпринимательства и неопределённости; теория социальных институтов; а в области исследования экономических систем и развития австрийские идеи находятся на ведущих ролях [45]. Важно подчеркнуть междисциплинарную направленность исследований в таких сферах, как право и экономика, экономическая теория фирмы, эволюционная теория [46], стратегический менеджмент [47].
Возрождение АЭШ в последние 40 лет опиралось на вновь возникшие институты - конференции, журналы, исследовательские центры, соответствующие аналогичным институтам других школ. При этом выполнение таких задач, как подготовка новых учёных и поддержка академического реноме школы требует обязательного развития университетских программ магистерского и докторского уровней.
Заключение
История становления, упадка и возрождения австрийской школы иллюстрирует значение институтов функционирования научной школы. Возникновение и развитие школы в Венском университете осуществлялось в соответствии с институциональными требованиями того времени: локализация в университете, устное общение учёных, подготовка новых научных кадров (в школе было нескольких поколений «учитель - ученик»), пропаганда идей школы через научные дискуссии при отсутствии широкого научного обмена (конференций, журналов). Потеря после аншлюса Вены как центра концентрации умов, эмиграция представителей школы привели к её упадку.