Белорусский национальный технический университет г. Минск
Институциональные аспекты деятельности научной школы
Ковалёв Александр Васильевич
кандидат экономических наук, доцент
доцент кафедры менеджмента
Аннотация
институциональный академический среда колледж
Рассматриваются проблемы институциональных аспектов деятельности научных школ. Методологическая основа исследования включает положения эволюционной теории социальных институтов. Основными методами анализа выступили диалектический и причинно-следственный. На примере австрийской школы экономики продемонстрирована роль институтов в процессе становления, упадка и возрождении школы. Развитие школы происходило в соответствии с существовавшими в то время институциональными требованиями, школа достигла редкого случая наличия четырёх-пяти поколений «учитель - ученик». Потеря институциональной академической среды после аншлюса Австрии трактуется как важнейший фактор, приведший к упадку. Процесс возрождения школы анализируется сквозь приму используемых научных институтов - конференций, исследовательских центров, научных журналов. Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в подтверждении тезиса, что трансформация научных школ в «невидимые колледжи», не требующие географической локализации, в случае возрождения школы имеет особенности. По нашему мнению, дальнейшая работа учёных в разных научных центрах с поддержанием совместной коммуникации изначально всё-таки требует концентрации «критической массы» вокруг одного из них. Для австрийской школы таким центром выступил Институт Мизеса. Кроме того, полноценное функционирование научной школы требует выполнения задачи подготовки новых учёных, то есть не может рассматриваться без открытия соответствующих магистерских и докторских программ.
Ключевые слова: научная школа, институты, австрийская экономическая школа, невидимый колледж.
Aliaksandr V. Kavaliou, Candidate of Economics, Associate Professor at the Department of Management Belarusian National Technical University Minsk
Institutional aspects of scientific school activity
Annotation
The article examines the problem of institutional aspects of the activities of scientific schools. The methodological basis of the study includes the ideas of the evolutionary theory of social institutions. Dialectical and causal methods are the main methods of analysis. The article demonstrates the role of institutions in the process of formation, decline and revival of the school on the example of the Austrian school of economics. The development of the school took place in accordance with the institutional requirements that existed at that time, the school reached the rare case of four to five generations of “teacher-pupil”. The loss of the institutional academic environment after the Anschluss of Austria is interpreted as the most important factor leading to decline. The process of the school revival is analyzed in the context of the used scientific institutions (conferences, research centers, scientific journals). The theoretical and practical value of the paper is to confirm the thesis that the transformation of scientific schools into invisible colleges that do not require geographical localization, in the case of a school revival, has its own specifics. In our opinion, the work of scientists in different scientific centers with joint distance communication initially requires the concentration of a “critical mass” around one of them. For the Austrian school, the Mises Institute acted as such a center. In addition, the fruitful functioning of a scientific school requires the task of preparing new scientists, which cannot be without academic institutionalization, i.e. opening the master's and doctoral programs.
Keywords: scientific school, institutions, Austrian School of Economics, invisible college.
Введение
Трансформация форм и инструментов коммуникации в современном мире привела к видоизменению институтов функционирования научной школы. В работе трактуется «научная школа» трактуется как направление в науке, участники которого разделяют общую исследовательскую программу и методологию исследования. Научная школа включает разнообразные формы связей между её участниками - подготовка диссертаций, дискуссии, конференции, устные коммуникации и т.п. Долгое время школы существовали в рамках академических научных центров (в первую очередь университетов). Во второй половине XX в. локализация школы в едином центре перестала играть определяющее значение, на первый план вышли разнородные научные коммуникации между группами учёных.
В этой связи представляется актуальным рассмотреть сквозь призму функционирования институтов упадок и возрождение австрийской экономической школы, которая с середины 1930-х г. практически на четыре десятилетия исчезла из поля зрения. Важным фактором, способствовавшим ренессансу школы, стало сочетание использования «старых» и «новых» институтов.
Модификация научной школы как явления
Научная школа является формальным или неформальным объединением учёных, осуществляющих общую научно-исследовательскую программу. Основными задачами научной школы являются создание нового знания, распространение, пропаганда и защита своих взглядов, подготовка научных кадров - представителей нового поколения школы.
В XIX - значительной части XX в. научная школа ассоциировалась в первую очередь с неким научным институтом (университетом), в котором благодаря концентрации «умов» при едином руководстве и «идеологии» исследований удавалось добиваться неких научных достижений. Экономические школы зачастую назывались по городу расположения «базового» университета: Венская, Лозаннская, Киевская, Кембриджская.
Сложилась такая ситуация по целому ряду причин:
- количество научных журналов было весьма незначительным; распространение знания осуществлялось посредством устной традиции, а это требовало постоянной личной коммуникации участников производства научного знания. Даже в 1930-е г., по утверждению Фридмана, большая часть традиции рассмотрения экономики с позиции количественной теории денег передавалась в лекциях [1. Р. 47];
отсутствовали сколь-либо устойчивые научные связи между различными научными центрами. Редкие случаи научного обмена (например, стажировки Шумпетера и Хайека в США, прослушанный Викселем курс в Вене) способствовали обмену знанием [2. С. 43], но в систему такие поездки не превратились;
сложившийся тип отношений между экономистами также не способствовал развитию дискуссий между школами. Например, отдыхавшие в одной и той же альпийской деревушке Визер и Маршалл не встретились за время отпуска друг с другом, поскольку не были знакомы и считали невозможным беспокоить друг друга во время отпуска [2. С. 44].
наконец, географическая локализация научной школы способствовала в условиях отсутствия развитых систем быстрой коммуникации реализации одной из важнейших задач школы - подготовки нового поколения учёных. Преемственность обеспечивалась обучением в процессе производства новых научных знаний - такова специфика любой научной деятельности.
Таким образом, наличие ядра в виде университета или иной научной организации являлось необходимым условием существования научной школы, поскольку обеспечивало требуемые институциональные связи. Географическая локализация представителей школы в одном учреждении во второй половине XX в. постепенно уходила на задний план, уступая место сети неформальных отношений между учеными, которые объединены общим интересом и целью, поставленной в исследованиях. В научной литературе такая форма получила название «невидимого колледжа». Проведённый сравнительный анализ традиционной для постсоветских стран формальной научной школы и невидимого колледжа позволил российским авторам Дежиной и Киселёвой выявить следующие сущностные факторы:
определения научной школы и невидимого колледжа не противоречат друг другу;
неформальная организация невидимого колледжа позволяет его участникам поддерживать только эффективные связи, отбрасывая неэффективные;
в невидимом колледже географическая локализация имеет гораздо меньшее значение, поскольку современные средства коммуникации позволяют легко поддерживать тесные контакты;
для участников сохраняется важность совместного участия в конференциях, публикационная активность, формирующая сетевые отношения ко-цитирования, иные процессы передачи знания, способствующие ускорению и качественному улучшению процесса производства научного знания [3. С. 44].
Эволюция невидимых колледжей в различных отраслях научного знания прошла путь от этапа формирования, когда участники в своем большинстве были лично знакомы между собой, к стадии бурного роста, обусловленной появлением «прорывных» исследований; и далее к современному этапу, когда расширение связей между разными колледжами ведет к их тесному взаимодействию и взаимопроникновению. Тем не менее концентрация вокруг основных исследовательских тем и нехватка внешней для разных исследовательских программ доминирующей парадигмы обуславливают сохранение фрагментации научных сообществ [4]. Более того, на ведущие роли в качестве методологического инструмента идентификации научных сообществ выдвигается эпонимия, выступающая не просто сигналом достижения престижности, а отражением достигнутого уровня самоорганизации и специализации [5].
С определённой долей допущения можно говорить о том, что трансформация научных институтов способствовала трансформации формальных научных школ в невидимые колледжи. При этом наличие собственных институтов функционирования научного знания (конференций, журналов, прочих способов производства и распространения идей школы) продолжают оставаться необходимым условием существования научной школы / невидимого колледжа.
История расцвета и упадка австрийской экономической школы
Замечательным историческим примером влияния институтов на процессы упадка и возрождение научной школы является австрийская экономическая школа (АЭШ).
Возникновение школы принято датировать публикацией К. Менгером в 1871 г. «Оснований политической экономии». Действительно, заложенная данной основополагающей работой исследовательская парадигма - объяснение всех экономических явлений через призму человеческого действия, а всех цен на основе субъективной ценности - до сих пор является ориентиром для представителей школы, однако представляется, что говорить о существовании школы в 1871 г. несколько рано. Мен- геру несказанно повезло, что его книга оказала огромное интеллектуальное воздействие на двух ярких двадцатилетних выпускников Венского университета - О. фон Бём-Баверка и Ф. Визера. Каждый из них после стажировок в германских университетах и работе в правительственных органах и других университетах в начале 1880-х гг. присоединился к кафедре Венского университета [6], где Менгер был с 1873 г. профессором. Еще одним ярким представителем второго поколения школы был фон Филиппович фон Филиппсберг, которого в полном смысле слова можно считать учеником Менгера.
Три ключевые направления менгеровского анализа (субъективное объяснение ценности, теория эволюции денег и иных социальных институтов и определение метода общественных наук) были дополнены Визеровскими идеей альтернативных издержек и теорией вменения [7] и Бём-Баверковской теорией капитала [8]. Филиппович же написал университетский учебник [9], что способствовало пропаганде идей школы и вовлечение в орбиту исследований в соответствии с её программой новых учёных. В 1880-е гг. к школе примкнули десяток учёных, аффилированных с университетом посредством должностей приват-доцента, и разрабатывавших прикладные аспекты учения. Среди прочих Хайек [2] отмечает работы В. Матайа о прибыли (1884 г.), Э. Сакса - о государственных финансах (1887 г.), Р. Майера - о природе дохода (1887 г.), Цукеркандля - по теории цен (1889 г.), Шуллерна цу Шраттенхофена - по теории ренты (1889 г.).
Третье поколение школы, ярчайшими представителями которого были Л. фон Мизес [библиография его работ обширна, в качестве одной из основных книг укажем 10], возглавивший позже кафедру Х. Майер, Р. Штригль, Л. Илли-Шёнфельд учились уже преимущественно у Бём-Баверка и Визера, который занял кафедру Менгера после ухода того в отставку в 1903 г. и опубликовал ряд значимых работ на стыке различных областей социального знания, развивая традицию анализа сквозь призму институтов [11]. Теоретические достижения школы дополнились мизесовскими теорией денег и теорией экономического расчета, исследованиями в рамках теории распределения (зарплата, рента, процент) и методологии, анализом рыночных структур. Развивая заложенную Менгером традицию дискуссий с другими школами («спор о методах»), Бём-Баверк публикует блестящую работу с критикой учения К. Маркса. Это не препятствует участию в его знаменитом университетском семинаре наряду с Мизесом и Шумпетером будущих лидеров социалистических взглядов О.Бауэра и Р. Гильфердинга.
После Первой мировой войны формируется четвёртое поколение школы, которое принесёт славу не только Венскому, но и многим американским университетам - Ф. Хайек, Г. Хаберлер [12], оценка которого со стороны Шумпетера отражена в [13], Ф. Махлуп [его блестящая работа на русском языке 14], О. Моргенштерн, чья совместная с Дж. фон Нейманом книга 1944 г. положила начало теории игр [15]. Анализ межвременной структуры капитала и экономических кризисов, основы теории игр, философско-методологические основания экономической науки дополняют теоретические достижения школы.
Важно отметить, что блестящие учёные совмещали в себе аналитические способности и яркий педагогический талант, а в преподавании сочетались логичность изложения базового курса с выбором актуальных тем для научного семинара, причём все доклады носили практическую направленность [16. Р. 255-257].
Солидности школе добавляло привлечение её сторонников на серьёзные государственные должности - Менгер был пожизненным членом парламента, Бём-Баверк неоднократно возглавлял министерство финансов, Визер - министерство торговли, к работе на правительственные учреждения привлекались и иные представители школы.
По мнению Хайека, к началу 1930-х гг. австрийская школа достигла самого большого успеха, которого только может достичь школа - её идеалы становятся частью общего доминирующего учения, и она перестает существовать [2. С. 68]. Развитие идей австрийской школы в других странах и университетах привело к формированию «субкультур» - так, американский «австриец» Ф.А. Феттер дискутировал по теории капитала и процента не только с И. Фишером, но и с Бём-Баверком [17]; Л. Лахманн выступил с теорией цикла, альтернативной теории Мизеса-Хайека.