ФГБОУ ВО «Государственный университет управления»
Институт права и национальной безопасности РАНХиГС
Империя в зеркале геополитики
Асеев Александр Дмитриевич, канд. филос. наук,
Шишков Василий Валерьевич, канд. полит. наук
г. Москва, Российская Федерация
Аннотация
В статье рассмотрены геополитические воззрения на империю как особый тип государства и политики, закономерности его развития и место империи в теоретических построениях современной геополитики. Империя представляется масштабным экспансионистским, геополитически самодостаточным политическим образованием. При этом в геополитике традиционно выделяют континентальные (теллурократия) и морские (талассократия) империи.
Исследования в рамках геополитического подхода фиксируют, что экстенсивный путь распространения имперского могущества влечет за собой недостаток ресурсов по поддержанию имперской системы, достигшей к этому времени своих максимальных пределов.
Кризис, связанный с имперским перенапряжением, обозначает предел имперской экспансии, за ним следует падение империи с распадом на несколько мелких политических образований.
В геополитическом аспекте империя-государство находится в тесной связи с устремлениями, направленными на доминирование не только по отношению к подчиненной периферии, но и другим менее значимым и мощным участникам международной политики.
Способность империи выступать в качестве центра силы может рассматриваться в качестве одного из ее свойств. В целом геополитическая трактовка империи позволяет указывать на ее специфику, но не в качестве государства, а как особого типа политики, направленной на установление господства, содержанием которого выступает концентрация политических ресурсов и исключительное положение государства, образующего имперский центр.
Геополитический анализ подчеркивает центральное положение имперской метрополии в координатах отношений центр-периферия, с одной стороны, выступающей в качестве источника политических установок и правил, с другой стороны - сосредоточения политических ресурсов и монопольного политического положения, обеспечиваемого в том числе превосходством в геополитическом позиционировании за счет долгосрочного стратегического планирования и политики.
Ключевые слова: империя, геополитика, гегемония, имперское перенапряжение, экспансионизм, отношения центр-периферия.
Abstract
Empire in the mirror of geopolitics
Aseev Aleksandr, Candidate of Philosofical Sciences, State University of Management, Moscow, Russia
Shishkov Vasilii, Candidate of Political Sciences, Institute of Law and Security Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Moscow, Russia
The article deals with the geopolitical views of the Empire as a special type of state and politics, the laws of its development and the place of the Empire in the theoretical constructions of modern geopolitics.
The Empire appears to be a large-scale expansionist, geopolitically self-sufficient political entity.
While in geopolitics are traditionally distinguished continental (tellurocracy) and sea (thalassocracy) Empires. Studies in the framework of the geopolitical approach fixate, that the extensive path of Imperial power entails a lack of resources to maintain the Imperial system, which has reached its maximum limits by this time.
The crisis, linked with Imperial tension, marks the limit of Imperial expansion, followed by the collapse of the Empire into several smaller political entities.
In the geopolitical aspect, the Empire-state is in close connection with the aspirations to dominate not only the subordinate periphery, but also other less important and powerful participants in international politics.
The ability of the Empire to act as a center of power can be considered as one of its aradenstes. In general, the geopolitical interpretation of the Empire allows us to point to its specifics, but not as a state, but as a special type of policy, aimed at establishing dominance by the content, which is the concentration of political resources and the exclusive position of the state, forming the Imperial center. Geopolitical analysis emphasizes the central position of the Imperial metropolis in the coordinates of the center-periphery relations, on the one hand, acting as a source of political guidelines and rules, on the other hand, the concentration of political resources and monopolistic political position, provided, among other things, by superiority in geopolitical positioning due to long-term strategic planning and policy.
Keywords: empire, geopolitics, hegemony, imperial overstrain, expansionism, center-periphery relations.
Исследование империи как особого типа государства и политики тесно связано с геополитическими воззрениями, которые указывают на большую значимость контроля над пространством для установления политического господства. Геополитика, как направление политической мысли, зародилась в период наибольшего могущества империй эпохи модерна и на раннем этапе своего развития во многом стремилась открыть законы имперской экспансии и дать ответы на острые вопросы имперской политики. В условиях обостряющихся имперских противоречий между ведущими державами подъем почти всех империй подвергался анализу в рамках геополитических учений, выявлялись детерминанты политики, осуществлялся поиск географических и политических позиций, которые обеспечили бы стратегическую устойчивость государств-империй.
С позиций геополитики империя в общих чертах представляет собой тип государства, политическое доминирование которого в отношении разнородных этнических сообществ обусловлено его успехами в территориальном расширении и способностью развивать и поддерживать свою военно-политическую мощь. Следует оговорить, что эти признаки империи-государства не являются абсолютными.
Имперские государства могли длительное время не расширять свою территорию, утрачивать ранее завоеванные области, их мощь могла быть ослаблена.
Тем не менее, их государственность и характер политики оставались имперскими, ярким примером здесь выступает Византия. В данной статье империя понимается как тип государства и политики, основанной на господстве центра по отношению к периферии, связанный с концентрацией политической власти, ее ресурсов в руках консолидированной имперской элиты. В эпоху модерна новыми признаками империи стали колониальная экспансия, политика империализма, административно-политическая дифференциация способов управления имперской периферией. В современном мире не осталось государств- империй. Вместе с империями в прошлое ушла эпоха империализма. Тем не менее, нельзя в полной мере сказать то же самое об имперской политике. Практически всем государствам, как отмечает школа реализма теории международных отношений, присущи устремления по обеспечению безопасности, отвечающие их национальным интересам. геополитический империя метрополия гегемония
За пределами политики национальных интересов находятся имперские политические интересы, связанные с установлением господства и контроля в системе отношений центр-периферия. США свойственна политика, направленная на установление глобального господства, обретение исключительного статуса в межгосударственных отношениях и концентрацию политических ресурсов, военной мощи, финансов и других. Эти ее характерные черты позволяют отметить имперские черты политики американского гегемонизма.
Говорить об установлении гегемонии Америки в современном мире не представляется возможным, в связи с тем, что такой статус США не получил надлежащей легитимации со стороны других государств. В постбиполярный период в политике США преобладал либеральный подход, полностью игнорирующий геополитический взгляд на государство и политику. Ряд современных американских исследователей -- Р. Д. Каплан, У. Р. Мид, Дж. Фридман и другие -- отмечают ошибочность такого подхода [9; 15; 16; 18]. С этих позиций пренебрежение геополитическими реалиями привело к неудачам по основным направлениям американской политики. При этом соперники США, «ревизионистские державы», такие как Россия, Китай, Иран добиваются новых геополитических успехов. Представляется неслучайным, что американские политические исследователи призывают политиков США брать пример с классических империй, прежде всего Британской, успех которых во многом строился на учете геополитических факторов.
Актуальность настоящей статьи подчеркивается и тем, что Россия переживает постимперский период своей истории, во многом связанный с поиском нового формата отношений со своей бывшей периферией, представленной ныне суверенными государствами. Успешная политическая стратегия не может не учитывать предшествующий опыт и то, что геополитические условия остались в целом неизменными при возросших требованиях к реализации национальных интересов и обеспечения безопасности.
Основоположниками геополитического подхода к осмыслению исторической динамики выступают Р. Челлен, Ф. Ратцель, А. Т. Мэхэн, X. Дж. Маккиндер, К. Хаусхофер, Н. С. Трубецкой, П. Н. Савицкий. В рамках этого направления становление, развитие и падение империй объясняют в первую очередь, исходя из их географического положения.
Различают морские (колониальные) и континентальные империи, противостояние между которыми представляется исследователями в качестве объективно обусловленного содержания исторического процесса. Историческая динамика представителями геополитического подхода трактуется как постоянное изменение баланса сил великих держав -- империй в мировой политике.
В важнейших с точки зрения классической геополитики регионах, например, Хартленд, Римленд, преобладают то континентальные, то морские империи [4; 2]. В целом, по выражению В. Л. Цымбурского, классическая геополитика заполняла свои сказания противоборством планетарных имперских альтернатив и «битвами панидей» (К. Хаусхофер) [11, с. 41]. Концентрация морской и сухопутной мощи под эгидой одной империи представлялась классикам геополитики гарантией создания державы, способной контролировать на длительный период планетарные процессы.
Геополитика определяет причиной возникновения великих держав-империй силу пространства, сосредотачиваемую в государстве-империи. Определенные географические регионы (например, Хартленд) наделяют возникающие в них политические образования возможностями проецировать на пространство свое могущество и постоянно его наращивать. Утрата контроля над таким пространством означает упадок империи вследствие истощения ее сил. Империя может также потерпеть крах при столкновении с державой, обладающей более значимым с геополитической точки зрения пространством и, следовательно, большей мощью. Представляется возможным говорить о том, что наряду с основными, центр-периферийной и идеократической трактовками империи как особой формы государства следует выделять и геополитическое понимание империи [12, с. 26].
Геополитическая трактовка империи, ее еще можно назвать пространственно-экспансионистской, концентрируется на пространственном масштабе империи по сравнению с другими политико-территориальными образованиями и ее экспансионизме.
Для отечественного философа Г. П. Федотова империя -- экспансия за пределы устойчивых границ, ведущая к перерастанию сложившегося, исторически оформленного организма. В результате рождается империя с ее особым универсальным политическим самосознанием [6].
К. Фрумкин полагает, что большое относительно других, пространство империи прочно ассоциируется с идеей силы, могущества. Территориальная экспансия -- средство приращения могущества, дополнительное пространство - источник новых ресурсов и выгод от географического положения, увеличения населения и т. п. Кроме того, исследователь отмечает, что нельзя также не учитывать иррационального обаяния пространства [10, с. 76--78]. В таком понимании сущность империи видится в масштабе подвластного пространства.
А. Ф. Филиппов отмечает, что «империя -- это смысл (и реальность) большого и устойчивого политического пространства, длительно переносимый на смысл неполитических действий и коммуникаций» [7, с. 34; 8, с. 463]. Согласно такому взгляду пространственная экспансия империи в наибольшей мере выражает ее сущность.
Дж. Брубанк и Ф. Купер, рассматривают империю в качестве большой экспансионистской политической структуры, создававшей разграничения и иерархию по мере того, как они включали в себя все новых подданных [1]. Империя, вовлекая все новые народы в свою систему господства, подчеркивает их неравенство через иерархию имперского управления, исходящего из ее центра. В целом империя представляется масштабным экспансионистским, геополитически самодостаточным политическим образованием. При этом в геополитике традиционно выделяют континентальные (теллурократия) и морские (талассократия) империи [2]. В рамках геополитического направления исследуются механизмы становления, развития и упадка империи.
Историческая динамика империй в геополитическом подходе подчинена законам распространения политического могущества -- принципам геополитики, сформулированным Р. Коллинзом. Принципы представлены им в терминах расширения и сокращения территориального могущества государств [3].
Эти принципы указывают на то, что чем дальше империя расширяется за пределы своего центра (эт- но-географического ядра), тем выше становятся расходы на содержание инфраструктуры на периферии. При этом империи приходится направлять ресурсы на поддержание периферийных гарнизонов, демонстрировать свою военную мощь соседям, проводить операции по отражению нападений на границы.