Розенберг называет нормирование "нормализацией" и стандартизацией и показывает, что она сводится к трем типам работ: нормализации процессов, нормализации обстановки и нормализации конструкций. В вопросе о критериях нормирования и приоритетах он колеблется. С одной стороны, главный критерий ? требование экономичности, которое настойчиво диктовалось социалистическим государством, с другой стороны, это потребности людей, т.е. в данном случае приоритет был за "нормализацией жизни", с третьей стороны, утверждал Розенберг, приоритет должен быть за нормализацией конструкций, поскольку сооружение создается из последних (На первом всесоюзном съезде по гражданскому и инженерному строительству 1926 Я.Д. Тарковский говорил: "Архитектура есть искусство, непосредственно вытекающее из конструкций" [13, c. 186]).
И в этом случае Розенберг использует идеи "Тектологии", но уже относительно экономики и общей организации жизни.
"Нормализация общей организации, ? пишет он, ? не только может повлиять на уменьшение затрат по самой организации, управлению и вспомогательным процессам, но и дать большую экономию в сбережении материалов… Нормализация архитектурных сооружений поэтому зависит вообще от нормализации жизни… Если организатор дает нормы и схему процесса, то архитектор дает нормы и схему сооружения.
Второй особенностью архитектурных сооружений является необычайная многочисленность возможных типов архитектурных сооружений….Все взятое вместе придает каждому архитектурному сооружению особые черты индивидуальности и делает невозможным установление каких-либо точных стандартов. С точки зрения нормализации установление точных стандартов архитектурных сооружений было бы даже неэкономичным. Поскольку сооружение всегда будет сооружением, собираемым (монтируемым) из множества отдельных частей, его стандартизация главным образом должна быть направлена на стандартизацию отдельные его частей. В отношении же всего сооружения в целом стандартизация закрепит лишь общие характерные черты сооружения, т.е. его типизирует, действительная же стандартизация будет достигнута лишь в отношении наиболее простых сооружений" [7, c. 192].
Дополнение. Непродуманная экономия на самом деле вела к большим экономическим потерям. Еще в мае 1926 года на "Первом всесоюзном съезде по гражданскому и инженерному строительству" архитектор С.С. Некрасов, выступая в прениях после доклада акад. А.В. Щусева, обращал на это внимание: "Нам говорили, что экономика должна диктовать архитектуре: кто же будет отапливать все эти здания с вашими стеклянными стенами, какой коэффициент передачи будет там?" [13, c. 187]. Через сорок лет история повторилась. При строительстве "хрущёвок" и других панельных зданий экономия металла и других материалов автоматически порождала тонкие "стеклянные стены" (ширина некоторых серий железобетонных стен хрущевок была 4 см.). В результате, чтобы согреть здания, приходилось "топить улицу" [14].
В некотором смысле концепция Розенберга была достаточно проста: разложить функционирование проектируемого изделия на элементарные процессы (технические и нетехнические), а конструкцию изделия на более простые конструкции, задать технические знания и нормы, устанавливающие связи процессов и конструкций, и затем собрать изделие в семиотической плоскости из процессов и конструкций. Нетрудно заметить, что эта концепция опирается на идеи анализа и синтеза, заявленные в "Тектологии".
"Тектология, ? пишет Богданов, ? должна изучать различные комплексы с точки зрения их организованности или дезорганизованности. Так как это функции, всегда относящиеся к каким-либо активностям или сопротивлениям, то, прежде всего надо по возможности точно установить, к каким именно они относятся в данном случае. Затем исследование должно целесообразно разложить сами комплексы на элементы <…> Но мы внесем уже в ее методы тектологическое понимание, будем сознательно искать условия и способы организации данных элементов в отношении к данным активностям или сопротивлениям <…> эти два акта ? соединение и разделение ? играют неравную роль в деятельности человека, занимают в ней неодинаковое место: один из них является первичным, другой ? производным, один может быть непосредственным, другой всегда бывает только результатом" [1, c. 79, 80, 88].
Однако в проектировании конструирование целого (проектируемого объекта) подчиняется не только логике, заданной "принципом соответствия", но также логике "системного подхода" (движение от общих решений, заданных системой как целым, к решениям, детерминированным подсистемами и отдельными элементами, возможность независимой разработки отдельных подсистем и элементов, корректировка решений за счет учета связей и целого). Мне могут возразить: этой логике следуют только в современных работах по методологии проектирования. Согласен, на заре становления проектирования системный подход еще не был осознан. За счет чего же тогда выстраивалась логика проектирования? В практике проектирования за счет использования геометрических чертежей и схем (эскизов), обладающих, как я показываю, рядом системных свойств. Действительно, геометрические чертежи могут быть разложены на составные части и элементы, могут быть вписаны друг в друга, в свою очередь, отдельные части и элементы чертежей могут анализироваться самостоятельно, из них можно собирать новые конфигурации и т.д. и т.п. Безусловно, чертежи нельзя отождествлять с системами, но определенное подобие отношений здесь все же просматривается.
Но в методологии проектирования, без которой не могло сложиться проектировочное мышление, а также эффективное обучение проектированию, для задания логики проектирования использовались как раз идеи "Тектологии" Богданова. Можно заметить, что комплексы в "Тектологии" Богданов называет также системами, а отношения, задаваемые организацией ? связями (например, "цепная связь"). Естественно было интерпретировать комплексы как объекты проектирования. Таким образом, "Тектология" предлагала язык, очень подходящий для проектировщиков. В нем сходились три разных логики: организационная (деятельностная и конструктивная), системная и экономическая. Чем в полной мере воспользовался А.Розенберг со товарищи проектировщики.
Обобщая опыт А. Богданова и Г.П. Щедровицкого можно предположить, что для методологического описания некоторой предметной области (проектирования, образования, науки и др.) необходимо построение двух языков ? системного и системно-предметного (например, деятельностного или коммуникационного). В теории деятельности Щедровицкого это языки системного подхода и теории деятельности ("исходное фундаментальное представление: ? замечает он в одной работе, ? деятельность ? система" [16, с. 241]), в семиотике ? системного подхода и теории коммуникации [17]. В "Тектологии" Богданова эти два языка еще только намечены, а организационная точка зрения выступает как медиатор или посредник между ними.
"Всякая человеческая деятельность объективно является организующей или дезорганизующей. Это значит: всякую человеческую деятельность ? техническую, общественную, познавательную, художественную ? можно рассматривать как некоторый материал организационного опыта и исследовать с организационной точки зрения <...> Разрыв тектологической границы между двумя комплексами есть вообще начало их конъюгации, момент, с которого они перестают быть тем, чем они были, ? тектологическими отдельностями и образуют какую-то новую систему, с дальнейшими преобразованиями, возникновением связок, дезингрессий частичных или полных, словом, это организационный кризис данных комплексов. Образование тектологической границы, создавая из данной системы новые отдельности, также делает ее в организационном смысле не тем, чем она была; это также ее кризис, только другого типа. Все кризисы, наблюдаемые в жизни и природе, все "перевороты", "революции", "катастрофы" и проч. принадлежат к этим двум типам" [6, с. 41, 110].
Взглянем на эти высказывания с точки зрения указанной гипотезы о наличии двух языков и медиатора между ними. С одной стороны, Богданов говорит о деятельности, понимая организацию процессов именно как деятельность. С другой ? продукты организации он называет комплексами и системами, да и их свойства, создаваемые в организации или выявляемые в результате организационной деятельности, мыслит в логике системного подхода (связей и взаимных влияний). С третьей стороны, явно, что идея организации, понимаемая одновременно как деятельность и система, служит у Багданова средством синтеза, конфигурирования и перехода по отношению к двум исходным языкам и понятиям (системному и деятельностному).
Но в проектировании именно это и нужно было выразить и описать: деятельность по конструированию строения проектируемого объекта (она осуществлялась на уровнях разработки процессов, разработки конструкций, разработки программы изготовления), а также деятельность по соотнесению отдельных разработок между собой и управлению со стороны целого (в конце концов, результатом всех разработок и их реализации должен быть реальный объект, функционирующий именно так, как и было задумано проектировщиком). Предполагаю, что в конкретном проектировании деятельностные и системные характеристики соотносились на основе опыта, но ведь опыт это не только естественное образования (он складывается), но и образование искусственное, его, действительно, нужно было организовать.
Библиография
1. Богданов А.А. Организационная наука и хозяйственная планомерность // Труды Первой Всероссийской конференции по научной организации труда и производства. ? М., 1921. Вып. 1.
2. Богданов А.А. Всеобщая организационная наука. Тектология. М.: Экономика. 1989. Кн. 1. ? 304 с. https://royallib.com/book/bogdanov_aleksandr/tektologiya_vseobshchaya_organizatsionnaya_nauka.html
3. Горохов В.Г. Философствующие инженеры // В.Г. Горохов, В.М. Розин. Введение в философию техники: Учеб. пособие. ? М.: ИНФРА-М, 1998. ? 224. С. 24-34.
4. Ридлер А . Германские высшие учебные заведения и запросы двадцатого столетия. Пер. с нем. В.Г. Шапошникова. СПб.: Тип. Р. Голике, ? СПб., 1900. .
5. Ридлер А. Цели высших технических школ // Бюл. политех. об-ва. 1901. № 3. С. 140 ? 160.
6. Розенберг А.В. Философия архитектуры (Общие основания теории проектирования архитектурных сооружений). ? СПб.: Издательство КПКТ "Зачатки знаний", 1923. ? 41 с.
7. Розенберг А.В. Общая теория проектирования архитектурных сооружений. ? М.: Изд. Планхозгиз, 1930. ? 210 с.
8. Розенберг А.В. Теория нормирования строительных процессов. ? М.: Моск. акц. изд-ское о-во, 1928. ? 136 с.
9. Розин В.М. Проектирование и программирование. Методологическое исследование. Замысел, Разработка, реализация. Исторический и социальный контекст. ? М.: ЛЕНАНД, 2018. ? 160 с.
10. Розин В.М. Эволюция инженерной и проектной деятельности и мысли. Инженерия. Становление. Развитие. Типология. ? М.: URSS, 2016. ? 200 c.
11. Розин В.М. Техника и технология: от каменных орудий до Интернета и роботов. ? Йошкар-Ола: Поволжский государственный технологический университет, 2016. ? 280 с.
12. Розин В.М. Роль социального программирования и технологизации в проектировании и модернизации городов. ? М.: ЛЕНАНД, 2017. ? С. 57-62.
13. Труды первого всесоюзного съезда по гражданскому и инженерному строительству (1926). Изд. "Плановое хозяйство". ? М., 1928. ? С. 187
14. Советская империя. Хрущевки: история появления (фильм) https://news.mail.ru/video/468476/
15. Щедровицкий Г.П. Методологический смысл оппозиции натуралистического и системодеятельностного подходов // Г.П. Щедровицкий. Избранные труды. ? М.: Шк. Культ. Полит., 1995. ? С. 143-155.
16. Щедровицкий Г.П. Исходные представления и категориальные средства теории деятельности // там же. С. 233-281.
17. Эко У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. ? СПб., 1998. ? 432 с.