2. Причины девиации

Вопрос о причинах девиации рано или поздно встает перед любым исследователем этой проблемы. Однако, надо сказать, отвечая на него, социологи часто говорят не столько о том, что порождает девиацию, сколько о механизмах и условиях ее возникновения и развития. Это обстоятельство надо иметь в виду при рассмотрении многочисленных теорий девиации, созданных западными социологами.

Девиация - явление, которое, разумеется, интересует не только социологов, но и представителей других наук, наприм

Биологические и психологические теории

ер, психологов, медиков, юристов, генетиков и т.п. Изучая девиантное поведение, они часто концентрируют свое внимание на личности девианта, причем среди врачей и психологов наблюдается неугасимое стремление выявить некие универсальные свойства, черты, особенности человека, которые как бы изначально предопределяют его жизнь как судьбу девианта.

Наибольшую известность в свое время получила теория итальянского врача Чезаре Ломброзо, который попытался установить связь между криминальным поведением и определенными физическими чертами человека. Ломброзо сконструировал «криминальный тип» индивида, предрасположенного своим биологическим складом к совершению преступлений. Этот тип можно определить по таким характерным чертам, как выступающая нижняя челюсть, реденькая бородка, пониженная чувствительность к боли и т.п. Другими словами, преступниками не становятся, ими рождаются. Популярная в XIX веке, эта теория, хотя и нашла в XX веке своих последователей, утратила в настоящее время свое влияние.

Но значительное распространение в XX веке получили генетические версии девиантного поведения. Ряд ученых считает, что, вероятно, есть генетическая предрасположенность, толкающая людей к совершению преступлений, к самоубийствам, «отвечающая» за гомосексуальные ориентации и т.п. Такой взгляд рождает респектабельные поиски «гена преступности», генов, порождающих сексуальные аномалии и т.п.

Наиболее опасны неминуемые политические и социальные следствия таких представлений и поисков. Например, из того факта, что доля негров в населении США 12%, а среди осужденных за преступления – 40%, делается вывод об их генетической ущербности. В 1930-ые годы в ряде штатов США и некоторых западноевропейских странах были приняты законы о принудительной стерилизации психически больных, бродяг, проституток, наркоманов и т.п. В Калифорнии, например, этой процедуре было подвергнуто 9 тысяч человек. Лишь пример фашистской Германии с ее масштабной практикой применения стерилизации против целых народов и рас приостановил движение по этому пути стран, так сказать, передовых.

Сходны с биологическими психологические объяснения девиации. Например, З. Фрейд ввел понятие «преступник с чувством вины». Это, согласно Фрейду, люди, которые испытывают «влечение к разрушению» и чувство вины за него; они желают, чтобы их поймали и наказали; они уверены, что тюремное заключение позволит им преодолеть это «влечение».

Психологи часто пытаются выявить черты характера человека, особенности его психологического склада, формирующие тип девианта. При этом, однако, часто просматривается тенденция обнаружить именно ущербность нарушителя, сконструировать тип девианта, как психически нездорового и неполноценного человека. Поэтому психологи вольно или невольно концентрируют свое внимание на таких свойствах, как дегенеративность, слабоумие, эмоциональная незрелость, психическая неустойчивость и обеспокоенность и т.п. Исследования, однако, показывают, что нет каких-то особых психологических свойств у преступника, которых нельзя было бы обнаружить и у законопослушного гражданина. Бесспорно, можно нарисовать психологический портрет тех типов личности, которые наиболее распространены в преступной среде, доминируют среди террористов, среди наркоманов и т.п. Криминалисты часто прибегают к помощи психологов, стремясь по особенностям совершенного преступления (особенно серийных убийств) воссоздать психологический образ преступника и с помощью этих знаний поймать его. Однако, здесь не идет речь о причинной обусловленности преступного поведения психическим типом человека.

И биологические, и психологические теории объяснения девиации беспомощны уже потому, что социальное явление (девиацию) они пытаются объяснить с помощью несоциальных факторов. Более того, меняющаяся преступность, во многом ставшая профессиональной, бурное развитие так называемой преступности «белых воротничков» - все это свидетельствует о том, что в преступность в последние десятилетия втягиваются не только ущербные и незрелые люди, не умеющие интегрироваться в социальную жизнь неудачники, но и вполне респектабельные и благополучные люди.

К

Теория аномии э. Дюркгейма

ак уже говорилось, первое социологическое объяснение девиации было предложено выдающимся французским социологом Эмилем Дюркгеймом. С его точки зрения, девиантное поведение, а точнее - его рост и распространение, коренятся в особом социальном состоянии – аномии. Аномия - такое состояние общества, когда заметная часть населения относится к социальным нормам равнодушно или негативно. Аномия, по Дюркгейму, характерна для современного Запада: ход общественной эволюции, разрушение сословного, иерархического, традиционного общества подрывают силу коллективного надзора, твердые моральные границы и в значительной степени освобождают личность от традиций, коллективных нравов и предрассудков. Таким образом, регулирующие механизмы социального целого ослабляются, а возможность (и необходимость) личного выбора способов и стилей действий резко расширяется. Это порождает аномию в смысле отсутствия в обществе твердых жизненных целей, норм и образцов поведения. Аномия ставит многих в неопределенное социальное положение, лишает коллективной солидарности, чувства связи с конкретной группой и со всем обществом, что и ведет к росту в нем девиантного и саморазрушительного для индивида поведения.

Подобное состояние усугубляется в периоды радикальных социальных перемен, экономических кризисов и т.п., когда общество дезорганизовано и нарушается «коллективный порядок». На локальном уровне аномия обнаруживается в районах с высокой степенью миграции населения, где социальные связи еще неоднородны и не обладают устойчивостью и общезначимостью, где пока не укрепились социальные институты, регулирующие и контролирующие деятельность и жизнь людей.

С точки зрения теории аномии, девиантное поведение можно истолковать как результат неполноценной социализации, ее ущербности, когда индивиды так и не приобщаются в полной мере к социальным нормам и ценностям или же усваивают обычаи и традиции криминальной среды и роли девиантов.

В

Концепция р. Мертона

XX веке разработку теории аномии продолжил один из крупнейших американских социологов Роберт Мертон. Согласно его концепции, девиантное поведение возникает из противоречия между индивидом и двумя параметрами господствующей культуры - социально одобряемыми целями («культурные цели») и средствами их достижения («институционализированные средства»). Другими словами, девиация возникает тогда, когда люди (в силу разных причин) не могут адаптироваться к важнейшим, с точки зрения Мертона, аспектам социальной жизни и культуры - их базовым целям и средствам, не принимают их. Например, в обществе высоко ценится финансовый успех (цель) и предполагается, что этих высот человек должен достигать путем неустанного труда, постоянного совершенствования. Скажем, он должен получить хорошее образование, добиться перспективной должности в престижной фирме и т.п. (средства). Однако, реально такие способы доступны далеко не всем, далеко не все убеждены, что на эти нормы надо ориентироваться. Тогда индивид начинает «изобретать» иные средства, «берет на вооружение» девиантные действия.

Основываясь на этой позиции, Р. Мертон строит «типологию моделей индивидуальной адаптации», т.е. моделей поведения. Их пять, но только одна из них может считаться моделью «нормального», должного поведения. Эту модель поведения Мертон называет конформизмом. Она подразумевает, что человек полностью принимает базовые ценности общества и средства (правила, нормы, образцы поведения) их достижения. Общество, социальные отношения могут существовать только тогда, когда конформизм получает значительное распространение среди большого количества людей. Иначе общество рассыпается, а социальные контакты просто невозможны, ибо нет основы, на которой их можно строить.

Далее Р. Мертон выделяет типы собственно девиантного поведения [84, с. 194].

Инновация. Индивид принимает социально одобряемые цели, ориентируется на базовые ценности общества, но отвергает или игнорирует общепризнанные средства, способы, методы их достижения, не чувствует их однозначной связи с целями и ценностями. Скажем, такой девиант согласен с обществом в его высокой оценке образованности, в частности высшего образования, но предпочитает «купить» диплом, а не заработать его учебой.

П

Индивидуально- психологический уровень аномии

опулярность социологической теории аномии и ее высокая объяснительная сила привели к тому, что она была модифицирована в рамках психологических исследований девиации. Здесь наиболее известны работы американца Р. Макайвера.

С точки зрения Р. Макайвера, психологическая аномия – это состояние сознания индивидов, когда чувство социальной сплоченности – движущая сила морали индивида – разрушается или ослабевает. Другими словами, ощущение того, что человек принадлежит обществу, сознание общности своей судьбы и судьбы общества или социальной группы – все эти чувства угасают в человеке.

Р. Макайвер так рисует портрет человека в состоянии аномии: «Человек не сдерживается своими нравственными установками, для него не существует более никаких нравственных норм, а только несвязные побуждения, он потерял чувство преемственности, долга, ощущение существования других людей. Аномичный человек становится духовно стерильным, ответственным только перед самим собой. Он скептически относится к духовным ценностям других. Его единственной религией становится философия отрицания. Он живет только непосредственными ощущениями, у него нет ни будущего, ни прошлого».

Причины аномии Р. Макайвер, как Э. Дюркгейм и Р. Мертон, обнаруживал в состоянии современного общества. По его мнению, она порождена тремя фундаментальными проблемами демократического сообщества.

1. Конфликт культур. Плюралистическое общество, особенно американское, характеризуется тем, что в нем существуют разные культуры и субкультуры, религии и системы ценностей. Их существование не безоблачно, они постоянно сталкиваются, вступают в конфликт, что не только обесценивает их самих, но и делает хрупкой, слабой ценностно-нормативную систему общества, которая в той или иной степени превращается в формальную и декларируемую.

Сами субкультуры также теряют регулирующий потенциал авторитета, абсолюта, а связанные в ними социальные группы не способны контролировать поведение людей, «обеспечивать» индивида необходимыми ориентациями и мотивацией, поддержать солидарность членов группы. Это может привести к дезориентации человека, когда свою жизнь он воспринимает как лишенную смысла и цели; «теряя компас, указующий путь в будущее, он лишается настоящего».

2. Конкуренция. Нет никаких сомнений в позитивном эффекте для экономического и политического развития, который приносит конкуренция. Однако, с точки зрения Макайвера, она способна подточить социальные нормы и ценности, объединяющие людей, она ведет к крайнему индивидуализму, ориентирует человека на использование сил и возможностей только ради себя, порождая в итоге одиночество и самоизоляцию личности.

3. Стремительность социальных изменений. Общественное развитие, изменения жизненных обстоятельств и условий опережают возможности индивидов приспособиться, адаптироваться к меняющемуся миру, «идти в ногу со временем», верно воспринимать и адекватно реагировать на новые правила, стандарты, требования. В результате человек пессимистически воспринимает социальный порядок, оценивает мир как непостоянный, изменчивый и коварный, непредсказуемый и непостижимый.

Концепция психологической аномии, таким образом, придает социологической теории аномии новое измерение, «замыкая» социальные процессы на индивиде. В связи с этим надо еще раз подчеркнуть, что в теориях социальной аномии все-таки анализируется не индивид, а именно общественные условия, как бы подталкивающие индивида к принятию девиантной модели поведения.

С

Теории неравенства

реди социологов широко распространены представления о том, что девиация порождена различными формами и вариантами социального неравенства. Эти мотивы уже просматриваются в теории аномии, они разворачиваются и в других социологических концепциях.

Культурологическое объяснение. Девиация, согласно этому объяснению, возникает из того факта, что в обществе есть несколько разных субкультур (например, субкультуры национальных меньшинств, молодежи, низших слоев общества, некоторых профессиональных групп) и различия между ними порой громадны. Нормы и ценности, стандарты поведения их представителей могут приходить в существенное противоречие с нормами и ценностями, идеалами и предписаниями доминирующей культуры и вследствие этого восприниматься и оцениваться остальным обществом именно как отклонение, ненормальность, дикость и т.п.

Так например, старшим поколением молодежный образ жизни и стиль поведения часто оценивается как «распущенность», отклонение от общепринятого стандарта, хотя на деле эти «общепринятые стандарты» оказываются лишь стандартами именно старшей поколенческой группы и только ее.

Теории конфликта. Наиболее известна из теорий конфликта марксистская (хотя на деле ее объяснения девиации включают элементы разных социологических подходов). Остальные повторяют её с разными вариациями. Суть объяснения девиантного поведения с позиций теорий конфликта сводится к утверждению о том, что нормы, правила, законы, господствующие в обществе, отвечают интересам правящих классов и слоев, создаются ими и служат орудием, средством обуздания безвластного большинства. Суть дела в том, что ценностно-нормативная система одной группы людей стремится стать общезначимой, всеобщей благодаря тому, что эта группа занимает ведущие в экономическом и политическом отношении позиции. Это неминуемо ведёт к конфликту между господствующей системой норм и ценностей и другими субкультурами. Девиантность, таким образом, можно рассматривать, как отклонение от норм господствующей культуры, которое вполне может вписываться в нормы иной субкультуры. Марксистская теория, впрочем, тяготела к более объёмному взгляду на девиации, тесно увязывая культуры и девиации с положением классов в обществе. В классовой принадлежности и в положении класса, с точки зрения марксизма, объяснение того, что, например, рыцарю трудиться зазорно, но тяжелый труд - норма для крестьянина.

Теории «навешивания ярлыков». Эти теории в значительной мере перекликаются с предыдущими тем, что обращают внимание на противоречия в формировании и функционировании социальных норм. Наиболее известную из них выдвинул Говард Беккер. Суть его концепции сводится к тезису о том, что девиация обусловлена способностью некоторых сильных и влиятельных групп навязывать остальному обществу стандарты поведения, нормы, предпочтения и т.п., а также «навешивать» на слабые в статусном отношении группы «ярлык» девиантов или, как говорит сам Г. Беккер, аутсайдера. «Девиация, – пишет социолог, – не качество поступка, который совершает человек, а скорее следствие применения другими людьми правил и санкций против «нарушителя».

Что это за сильные и влиятельные группы? Это политики, законодатели, священники, руководители, учителя, психиатры, полицейские, журналисты и т.п. В силу профессии и социального статуса они имеют возможность воздействовать на общественное мнение, формировать его, т.е. «выносить приговор», «клеймить» и т.п.

Так, учителя, сталкиваясь с трудностями в обучении школьников-представителей низших классов, могут навесить на них ярлык «распущенных», «брошенных», «уличных», «трудных» детей. Работники правоохранительных органов и журналисты создали миф о «чеченской», «кавказской» мафиях и т.п. В своё время неграм в США приписывалась страсть к изнасилованию белых женщин. Здесь надо подчеркнуть, что, с точки зрения теории Беккера, ярлык навешивается всей группе. Другими словами, каждый ее участник «виноват» уже потому, что относится к данной группе.

Слова Г. Беккера о том, что «социальные группы создают девиацию», надо понимать не метафорически, а буквально. Группы, организации, институты, созданные для контроля за поведением людей, вполне могут сами продуцировать девиацию, стремясь оправдать своё существование, повысить социальный статус, получить дополнительные ассигнования и т.п. Несколько огрубляя, можно сказать, что если есть вытрезвитель, то у него должны быть и клиенты, а не наоборот. Это не так безобидно, как может показаться на первый взгляд. Вот как характеризовал ситуацию с подростковой наркоманией в конце 1980-ых годов один из современных исследователей: «Панические высказывания о лавинообразном росте правонарушений среди несовершеннолетних подростков вызывает раскручивание репрессивного механизма, выталкивающего подростков из общества в криминальную среду. Из 588 подростков, состоящих на учёте в наркодиспансерах Москвы, 94-95% употребляли наркотики либо эпизодически, либо однократно». Естественно, эти самые 94-95% - далеко не девианты в полном смысле этого слова. Но они попали в жернова репрессивной машины, работники правоохранительных органов, наркологи, журналисты заклеймили их как девиантов и это предопределило отношение к ним со стороны общества и, вполне возможно, всю их судьбу.

Разумеется, среди девиаций этого типа можно встретить не только негативные, но и позитивные варианты. В последнем случае инновацию можно определить как преодоление старых, ограниченных социальных средств и правил и попытку создать новые.

Ритуализм. В этом варианте девиации разрыв между целями и средствами преодолевается через забвение базовых ценностей и социальных целей и, соответственно, абсолютизацию средств, которые при этом превращаются в самоцель. Девиант крепко держится за когда-то освоенные способы действий, привычные модели поведения, совершенно потеряв из виду то, ради чего они существуют. К такому типу девиации можно отнести поведение бюрократа, требующего неукоснительного соблюдения правил, инструкций, но утратившего представление о том, к чему они должны в итоге приводить. Ритуалистами можно считать также людей, потерявших жизненные ориентиры и перспективы, но неспособных кардинально поменять свой привычный уклад (например, работу, профессию), и остро чувствующих бессмысленность жизни.

Ретриатизм. Этот тип девиантного поведения характерен для людей, отвергающих как социальные ценности и цели, так и адекватные им средства. Фактически ретриатизм означает отход от мира, который для этих девиантов уже не имеет значения. Девиант подобного типа является асоциальным существом более, чем кто-нибудь иной. Яркий пример ретриатизма - «социальное дно»: бродяги, бомжи, наркоманы и т.п.

Бунт (мятеж). Этот тип девиации, вероятно, можно скорее отнести к позитивной, чем к негативной. Его смысл заключается в том, что индивид или группа отвергают ценности, цели и нормы общества и его культуры, но на том основании, что они устарели, несправедливы и т.п. На их место девианты (например, революционеры, реформаторы) пытаются поставить новые. Иными словами, речь идет о замене одной ценностно-нормативной системы общества другой.