УДК 327
Геополитические процессы в кавказском регионе
Алим Магомедович Темирбулатов, к.э.н.
Кафедра политологии
Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена
Исследованы особенности геополитических процессов в Кавказском регионе. Показывается, что геополи-тическая ситуация в Закавказье и ее развитие в настоящее время характеризуются столкновением в ре-гионе ряда межгосударственных и межнациональных интересов, сохранением очагов вооруженных кон-фликтов и напряженности, неустойчивой природой становления новых независимых государств этого района мира при продолжающихся соперничестве и борьбе на межнациональном, региональном и глобаль-ном уровнях за передел сфер влияния и контроль над ресурсами региона. Раскрыта необходимость нахож-дения точек соприкосновения между мировыми и региональными державами на Южном Кавказе. геополитический межнациональный конфликт
Ключевые слова и фразы: геополитика ; региональная безопасность; интеграционные процессы; международное сотруд-ничество; международная инициатива.
The author analyzes the features of the geopolitical processes within Caucasus region, shows that the geopolitical situation and its development within Trans-Caucasian region are currently characterized by the collision of a number of interstate and cross-national interests, armed conflicts and tension centres, by the unstable nature of new independent states formation in this region of the world accompanied by continuing rivalry and struggle at international, regional and global levels for the spheres of influ-ence and the control over resources in the region and reveals the necessity to find common ground between world and regional powers within South Caucasus.
Key words and phrases: geopolitics; regional security; integration processes; international collaboration; international initiative.
Одной из важнейших особенностей глобализации является бурный рост масштабов, интенсивности и видов транснациональных обменов не только в группе высокоразвитых экономик, но и между группой развитых стран, стран «восходящих» экономик и политической, экономической и социальной периферией современного мирового сообщества. К таким обменам необходимо отнести обмен товарами, услугами, капиталами, научны-ми и технологическими знаниями, специалистами и предпринимателями, трудовыми ресурсами и туристами, а также наглядной, благодаря глобальной сети СМИ, социально-экономической информацией о развитых стра-нах. В ответ развитые общества сталкиваются с информационной агрессией террористических структур и экс-тремистских движений [6, c. 4].
Геополитическая ситуация в Закавказье и ее развитие в настоящее время характеризуются столкновени-ем в регионе ряда межгосударственных и межнациональных интересов, сохранением очагов вооруженных конфликтов и напряженности, неустойчивой природой становления новых независимых государств этого района мира при продолжающихся соперничестве и борьбе на межнациональном, региональном и глобаль-ном уровнях за передел сфер влияния и контроль над ресурсами региона.
Армения, Грузия и Азербайджан подпадают под классическое понятие малых государств, исходя из их территории и населения. Долгая подчиненность центру (внутри Российской империи и СССР) привела к развитию в этих обществах чувства политического и гражданского «инфантилизма» [4, c. 23]. Одним из не-гативных последствий является сохраняющаяся до сих пор зависимость некоторых из этих стран от окру-жающих региональных держав. Этот фактор используется другими государствами для реализации собст-венных интересов и планов относительно данных стран и всего региона.
Важным моментом является процесс нахождения точек соприкосновения между мировыми и региональ-ными державами на Южном Кавказе. Роль США как мировой супердержавы в международных отношениях несомненна, но , как указывает З. Бжезинский, «России еще предстоит сделать свой основополагающий гео-стратегический выбор» [2, c. 59]. Таким образом, многое будет зависеть от позиции России как правопреем-ницы бывшей супердержавы. В этом же контексте следовало бы рассматривать роль Турции и Ирана в ре-гиональных процессах. Историческое соперничество этих держав между собой, неразрешенность ряда тра-диционных противоречий между Турцией-Арменией и Ираном-Азербайджаном существенно сказываются на ситуации в регионе и осложняют вопросы региональной безопасности.
Необходимо принимать во внимание этнический национализм, который изначально присущ массовому сознанию наций Южного Кавказа. Для того чтобы выжить как нация в мусульманском (христианском) мире они должны были быть связанными друг с другом как община, что и составило основное кредо этнического национализма Закавказья. Как указывает Р. Ставенхаген, среди отличительных черт этнического национа-лизма выделяются не только «членство с разделенными культурными атрибутами, такими как язык и рели-гия, но также и идея единой истории, основанная на мифе о едином происхождении. Этнический национа-лизм старается объединить этническую родину с фактически существующей территориальной единицей, над которой люди должны взять контроль» [9, p. 3]. Именно этнический национализм, ставший краеуголь-ным камнем национальных политик, привел к поляризации региона и осложняет любые региональные про-екты с вовлечением Армении и Азербайджана, Грузии и России.
Анализируя перспективы развития региона, следует отметить, что определяющее значение здесь имеет про-блема урегулирования существующих этнополитических и территориальных конфликтов. Они представляют собой наиболее сложное звено в системе региональной безопасности Южного Кавказа. Именно исходя из этого, следует рассматривать концепцию по созданию системы региональной безопасности на Южном Кавказе.
Российский ученый-международник Н. Косолапов полагает, что по своему происхождению конфликты постсоветского пространства - это особая реальность. «Объективная сложность внутреннего мира постсо-ветского пространства, - подчеркивает ученый, - нигде не проявляет себя столь очевидно и не сказывается столь сильно как в развернувшихся на территории бывшего СССР конфликтах. Естественно, что и корни конфликтов постсоветского пространства также восходят и к советскому, а во многих случаях и к еще более отдаленному прошлому» [10].
Следует упомянуть, что конфликты достаточно широко распространены в современном мире, но вопро-сы их урегулирования обычно решаются в рамках долгого переговорного процесса и часто, к сожалению, без какого-либо реального содержательного результата в виде всеобъемлющего политического соглашения по примирению сторон. Наиболее сложным звеном в них является позиционный торг между конфликтую-щими сторонами. Та сторона, которая воспринимает себя «победившей» в конфликте, обычно опирается на достигнутые военные успехи и диктует свои условия, которые наиболее выгодны для нее, однако , в свою очередь, являются неприемлемыми для второй стороны. Что касается последней, то очень часто по ряду причин она не воспринимает себя «проигравшей» и стремится отстоять свою позицию в конфликте за сто-лом переговоров. Таким образом, достигнутая в силу различных обстоятельств асимметрия в распределении силы на полях сражений распространяется и на переговорный процесс. При этом зона компромисса для со-глашения между сторонами носит, скорее, иллюзорный характер, так как изначально стороны в своей поле-мике исходят не из интересов и потребностей своих обществ, а из отвлеченных теоретических позиций. По-добное положение вещей имеет место, например, в Нагорно-Карабахском конфликте, как с точки зрения процесса ведения переговоров, так и его результатов. В конечном счете, разочарование и скептицизм по по-воду переговорного процесса способствуют актуализации роли военного фактора в общественном мнении как единственно приемлемого средства в разрешении конфликта. Это доказывает и ситуация по формирова-нию различных военно-политических блоков (Россия -Армения-Иран-Греция, Израиль-Турция-Азербайджан), направленных на усиление потенциала военного противостояния сторон и осложнению и так уже крайне биполярных отношений . Противоречивой по своему содержанию является и постановка вопроса региональной безопасности с точки зрения Армении и Азербайджана [5, c. 2].
В этом смысле некая система мер региональной безопасности могла бы в какой-то степени играть роль факто-ра, имеющего превентивный оборонительный характер и противодействующего указанным внешним дестабили-зирующим факторам. Возможно, именно этот аспект был первично положен во главу угла в освещении проблемы безопасности с азербайджанской и армянской сторон. Но необходимо понимать, что система региональной безо-пасности должна обязательно преломляться в аспекте урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта как пер-вичного звена в цепи от локального уровня к глобальному. Именно в таком ключе должна идти серьезная дискус-сия по этим вопросам между Арменией и Азербайджаном. Для Грузии, имеющей трудности в Абхазии и Южной Осетии, поддерживаемые извне, создание системы региональной безопасности имеет приоритетное значение.
В то же время, государства Южного Кавказа стараются найти и применить различного рода идеи, охваты-вающие более широкий контекст отношений между странами региона с применением прагматических эле-ментов. Так, например, в последние годы широко применяемый подход по налаживанию контактов между отдельными социально-профессиональными группами из враждующих обществ (журналистами, учеными, женскими лидерами, представителями общественных организаций) и создание различных сетей по осуществ-лению совместных проектов по линии неправительственных организаций нацелены на сближение конфлик-тующих обществ на уровне человеческих отношений в надежде на то, что новые личные контакты и сотруд-ничество между отдельными гражданами этих стран, в конечном итоге, смогут способствовать мирному про-цессу» [1, c. 76]. Бесспорно, живому общению и обмену мнениями присущ ряд неоспоримых достоинств: возможность получения более достоверной информации о противоположной стороне в конфликте, осуществ-ление некоторой коррекции в отношении предыдущей предвзятости, нахождение общих интересов, а не только различий и т.д. Но эти явления, затрагивая только индивидуальный уровень, носят избирательный ха-рактер, не проецируются на уровень всего противоположного общества, и неразрешенный конфликт, так или иначе, разделяет людей. Кстати, именно этими причинами объясняются неудачи в применении данной мето-дики в процессе урегулирования палестино-израильского конфликта. Никак не умаляя относительной полез-ности этой деятельности, на наш взгляд, необходимо рассматривать ее в комплексе с другими, более сущест-венными, мероприятиями, без реализации которых ценность такого рода человеческих контактов по урегули-рованию конфликта носит в целом достаточно фрагментарный характер. В последнее время западными госу-дарствами культивируется внедрение многостороннего экономического сотрудничества, способного сдви-нуть с мертвой точки тупиковую ситуацию в Закавказье и укрепить меры доверия между народами.
Оглядываясь назад на исторический путь, пройденный странами Южного Кавказа, можно по-разному оце-нивать те существенные изменения, которые произошли за это время в регионе. Однако сейчас, с приобрете-нием некоторого опыта по строительству национального государства, осуществлению экономических преоб-разований, каждая из этих стран должна сделать свой стратегического выбор пути дальнейшего развития.
В настоящее время, по мнению ряда аналитиков, Азербайджан и Грузия сделали свой однозначный выбор, из-брав вектор на всемерное развитие политических и экономических связей с Западом, построение западной мо-дели демократического государства. Этой позиции иногда противопоставляется Армения, которая, имея хо-рошие отношения с США и Европой, все же отдает приоритет стратегическому военно-политическому альян-су с Россией, что является одной из причин поляризации региона. Чей выбор является более правильным, чей - в большей степени соответствует национально-государственным интересам стран региона, покажет будущее. Однако уже сейчас становится очевидным, что игнорирование интересов ближайших соседей в регионе, упор на силовое решение проблем, безосновательное упование на плодотворное экономическое сотрудничество стран, находящихся в военном конфликте, не принесет долгожданной безопасности и мира в регион.
Кавказ вовлекается в международные интеграционные процессы. Стремление стать полноправным чле-ном международного сообщества, как закрепленная на государственном уровне цель, предполагает более глубокое отражение международных процессов в жизнедеятельности государства, в том числе - усиление их влияния на сферу национальной безопасности [8, c. 32].
В странах Южного Кавказа сфера безопасности и соответствующие процессы ее обеспечения, имея при-оритетное значение, весьма политизированы. Причиной этому - наличие в регионе многочисленных неуре-гулированных конфликтов, ориентация государств региона на участие в разных международных системах безопасности и др. Для действующих международных систем безопасности указанные факторы создают до-полнительные стимулы усиления рычагов воздействия на оборонные системы государств региона [Там же].
В последнее время влияние вышерассмотренных международных военно-политических процессов на Южном Кавказе существенно возросло, что обусловлено многочисленными факторами: антитеррористиче-ской борьбой, военными действиями в Ираке, расширением ЕС и НАТО, включая объявление Южного Кав-каза и Центральной Азии приоритетной зоной НАТО, развитием интеграционных процессов в рамках СНГ/ОДКБ, вследствие чего интенсифицировалась деятельность преследующих в регионе свои интересы сверхдержав, других заинтересованных сторон и соответствующих систем безопасности [Там же].