Фрустрационные реакции людей с инвалидностью как фактор их интеграции на рынке труда
Исмагилова Файруза Салихджановна,
доктор психологических наук, профессор кафедры общей и социальной психологии, Департамент психологии, Уральский федеральный университет им. первого Президента России Б. Н. Ельцина
Макарова Лариса Вениаминовна,
соискатель ученой степени кандидата психологических наук, директор, Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс»
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: рынок труда; профессиональная интеграция; инвалиды; фрустрационные реакции; поведенческие стратегии; личностные компетенции; профессиональные компетенции; трудовая деятельность.
АННОТАЦИЯ. Авторы статьи исследуют вопрос: может ли «нестандартность» фрустрационных реакций людей с инвалидностью препятствовать сотрудничеству с коллегами и являться вероятностной помехой для их интеграции на рынке труда в условиях «барьерной среды», когда наличие физических ограничений может быть компенсировано необходимой действенной помощью окружающих? Своей целью авторы ставят выявление значимых сходств и различий между фрустрацион- ными реакциями у лиц с инвалидностью и фрустрационными реакциями, рассматриваемыми в качестве социальной нормы для взрослой группы испытуемых. В статье исползуются следующие методы исследования: анализ и обобщение литературных источников, эмпирическое исследование, в котором приняли участие 43 человека трудоспособного возраста с установленным статусом «инвалид» (тестирование с использованием фрустрационного теста С. Розенцвейга), качественный и количественный анализ результатов эмпирического исследования. В заключение авторы приходят к выводу, что современный рынок труда предъявляет к работникам общие требования, связанные с необходимостью эффективно адаптироваться к изменениям социально-экономической среды, непрерывно развиваться и наращивать свои личностные и профессиональные компетенции совместно с ресурсами организации, в тесном сотрудничестве и партнерстве с коллегами. Наличие у людей с инвалидностью физических ограничений определяет объективную потребность в тесном взаимодействии с окружающими. Однако «нестандартность» эмоциональных и поведенческих реакций в ситуации фрустрации, выявленная в экспериментальной группе и проявляющаяся в эмоциональном «уходе в себя», отказе от взаимодействия и преимущественном поиске индивидуальных способов преодоления возникающих препятствий, может явиться фактором, затрудняющим интеграцию людей с ограниченными возможностями здоровья на рынке труда. Развитию потребности во взаимодействии с другими людьми и формированию навыков сотрудничества способствует деятельность в инклюзивной среде.
Ismagilova Fayruza Salikhdzhanovna,
Doctor of Psychology, Professor of the Department of General and Social Psychology, Department of Psychology, Ural Federal University named after First President of Russia B. N. Yeltsin, Ekaterinburg, Russia.
Makarova Larisa Veniaminovna,
Competitor of a Scientific Degree of Candidate of Psychology, Director, Center for Psychological and Pedagogical, Medical and Social Assistance “Resource”, Ekaterinburg, Russia.
FRUSTRATION REACTIONS OF PEOPLE WITH DISABILITIES
AS A FACTOR OF INTEGRATION IN THE LABOR MARKET
KEYWORDS: labor market; professional integration; disabled people; frustration reactions; behavioral strategies; personal competence; professional competencies; labor activity.
ABSTRACT. The research problem: Can the “non-standard” frustration reactions of people with disabilities impede cooperation with others and become a probabilistic obstacle to their integration in the labor market, while the presence of physical limitations can be effectively compensated by social interaction and obtaining the necessary effective assistance in a “barrier environment”?
The purpose of research: To identify significant similarities and differences between frustration reactions of persons with disabilities and frustration reactions, considered as a social norm for an adult group of subjects.
The Method: Analysis and synthesis of literary sources, an empirical study, which was attended by 43 people of working age with an established status of “disabled” (testing using the frustration test by S. Rosenzweig), qualitative and quantitative analysis of the results of empirical research.
The Results of research: The modern labor market imposes on workers general requirements related to the need to effectively adapt to changes in the socio-economic environment, continuously develop and increase their personal and professional competences together with the resources of the organization, in close cooperation and partnership with colleagues. The fact that people with disabilities have physical limitations determines an objective need for close interaction with others. However, the “non-standard” of emotional and behavioral reactions in a situation of frustration, revealed in the experimental group and manifested in emotional “withdrawal”, refusal of interaction and preferential search for individual ways of overcoming the obstacles that arise, is considered as a factor hampering the integration of people with disabilities in the labor market.
Activities in an inclusive environment develop the need for collaboration.
В соответствии со статьей 27 «Труд и занятость» Конвенции ООН о правах инвалидов, принятой резолюцией 61/106 Генеральной Ассамблеи от 13 декабря 2006 года, государства-участники признают, обеспечивают и поощряют реализацию права инвалидов на труд наравне с другими людьми. Такое право рассматривается как возможность зарабатывать себе на жизнь трудом, который инвалид свободно выбрал или на который он свободно согласился в условиях, когда рынок труда и производственная среда являются для него открытыми, инклюзивными и доступными [6].
В России, ратифицировавшей Конвенцию в 2012 г., разработан и реализуется широкий перечень мер, в том числе законодательных, направленных на расширение возможностей для интеграции людей с инвалидностью на рынке труда, на оказание им помощи в поиске, получении и сохранении работы. Однако решить задачу профессиональной интеграции людей с инвалидностью так и не удается. По многочисленным экспертным оценкам в Российской Федерации не более 15% людей со статусом «инвалид» имеют постоянную работу, остальные не работают совсем или подрабатывают время от времени. По данным Федерального реестра инвалидов на 01.01.2019 занятость инвалидов трудоспособного возраста в Российской Федерации составила 26,35% от общей численности инвалидов в трудоспособном возрасте [14], в Свердловской области этот показатель равен 25,82% [14]. При этом Правительство РФ озвучивает намерение довести к 2020 г. уровень занятости инвалидов трудоспособного возраста до 50% [4]. В этом контексте крайне полезно изучить не только внешние (экономические, социальные, организационные и др.) условия, которые могут способствовать профессиональной интеграции людей с ограниченными возможностями здоровья, но и внутренние (личностные) ресурсы и возможности человека, использование которых позволяет профессионалам быть востребованными на открытом рынке труда, вне зависимости от наличия у них инвалидности. Также полезно исследовать групповые поведенческие особенности людей с инвалидностью и механизмы их адаптации к жизни в условиях «барьерной среды», которые сформировались под влиянием социокультурных факторов.
Проблемой нашего исследования является изучение особенностей и выявление специфики фрустрационных реакций людей с инвалидностью, которые могут являться вероятностной помехой для их трудоустройства, поскольку наличие у людей с инвалидностью физических ограничений в условиях «барьерной среды» определяет объективную потребность в сотрудничестве с окружающими, тогда как нестандартность эмоциональных и поведенческих реакций препятствует социальному взаимодействию в целом и затрудняет адаптацию на рабочем месте в частности.
Цель исследования: выявить значимые сходства и значимые различия между фрустрационными реакциями у лиц с инвалидностью и фрустрационными реакциями, рассматриваемыми в качестве социальной нормы для взрослой группы испытуемых.
Теоретические предпосылки исследования
Анализ стратегий поведения людей с инвалидностью в разных сферах жизнедеятельности: «Стратегии социальной адаптации инвалидов» (В. В. Дегтярева) [2]; «Жизненные стратегии инвалидов»
(С. В. Егорова) [3]; «Стратегии реализации инвалидами своих гражданских прав» (П. В. Романов, Е. Р. Ярская-Смирнова) [8]; «Адаптационные стратегии инвалидности» (А. Г. Рытов) [9]; «Адаптационные стратегии инвалидов-колясочников» (Р. А. Смирнова) [11]; «Стратегии совладающего поведения, представленные в группе инвалидов» (В. А. Черничкина) [15]; «Стратегии совладания с жизненными трудностями, реализации своих возможностей и преодоления ограничений» (М. Г. Шульман) [17] позволил нам выделить противоположные характеристики поведения, по которым авторы проводят разграничение типов исследуемых стратегий: активность -- пассивность личности; наращивание личностных ресурсов -- экономия ресурсов и их рациональное распределение; готовность к сотрудничеству с другими людьми -- избегание взаимодействия; гибкость и открытость переменам, нововведениям -- косность и приверженность традиционным способам жизнедеятельности, агрессивность или «мя- тежность» доведенного до отчаяния человека -- ассертивное (уверенное) поведение человека, контролирующего свои эмоции.
Закономерно, что авторы в качестве основных характеристик эффективного поведения человека с инвалидностью выделяют: активность, готовность развиваться и наращивать личностные ресурсы, готовность к сотрудничеству с другими людьми, гибкость и открытость новому опыту, уверенность в себе и способность управлять своими эмоциями, позиционирование себя равноправным членом общества и неприятие стигматизирующих социальных норм. Такие характеристики поведения людей с инвалидностью в различных сферах жизнедеятельности, способствующие адаптированности к социуму в целом, безусловно, обеспечивают адаптацию человека и на рынке труда, что подтверждается исследованиями Е. В. Белозеровой, описавшей следующие наиболее эффективные стратегии профессиональной занятости людей с инвалидностью: стратегия «востребованный профессионал» -- как постоянное развитие своих профессиональных компетенций; стратегия «профессиональная переориентация» -- как готовность к смене работы в ситуации изменений; и неэффективные стратегии занятости: стратегия «уход из сферы занятости» -- как отказ от трудовой активности в ситуации изменения привычных условий работы, или стратегия «рутинная занятость» -- как готовность выполнять низкоквалифицированную работу и отказаться от развития новых профессиональных компетенций [1]. Исследования автора подтвердили очевидный вывод, что именно активность, гибкость, открытость новому опыту, постоянная готовность наращивать собственные ресурсы позволяют людям с инвалидностью оставаться эффективными на рынке труда в условиях рыночной экономики.
Выделенные таким образом характеристики эффективных поведенческих стратегий людей с инвалидностью легко сопоставляются с пятью относительно независимыми чертами личности («большой пятеркой»), определенными W. T. Norman в качестве общих диспозиций личности человека, обеспечивающих его адаптацию к социальной среде: 1. Дружелюбие--альтруизм; 2. Интеллект--креативность; 3. Экстраверсия--активность;
4. Сознательность--само-контроль;
5. Эмоциональная устойчивость--уверенность в себе [20].
Сегодня особое значение в профессиональной среде приобретают и социальнокоммуникативные компетенции работников -- как готовность их к сотрудничеству и решению профессиональных задач во взаимодействии с коллегами. Ф. С. Исмагилова, Г. С. Миролюбова считают, что в современных экономических условиях традиционный взгляд на индивидуальную конкурентоспособность работника как на комплекс его актуальных профессионально важных качеств (знать больше других, делать быстрее и качественнее, быть инициативнее и т.п.), которые ранее позволяли ему быть более востребованным работодателем, уже не отражает потребностей рынка труда. Только нацеленность работника на непрерывное развитие и наращивание своих ресурсов совместно с ресурсами организации, готовность к сотрудничеству, партнерству и профессиональному взаимодействию с коллегами, могут позволить самой организации стать обучающей и способной к реализации инновационных стратегий, а значит и обеспечить каждому работнику долговременную и стабильную занятость [5].
Итак, современный рынок труда предъявляет ко всем потенциальным или актуальным работникам общие требования. Все они, отличаясь друг от друга уровнем и содержанием профессионального образования, возрастом, социокультурным, жизненным и профессиональным опытом, особенностями личной или семейной ситуации, видением траектории своего профессионального или личностного развития, пониманием перспективы развития организации или сферы профессиональной деятельности в целом, сталкиваются с необходимостью эффективного решения адаптационных задач. И в большинстве случаев наличие физической инвалидности не означает ограничения возможностей для профессионального развития. Человек, имеющий определенные проблемы со своим физическим состоянием, не утрачивает способности реализовать себя в профессии, чаще он лишь нуждается в особых условиях организации профессиональной среды. Поэтому неправомерно, руководствуясь ошибочными стереотипными представлениями, выделять людей с инвалидностью в особую категорию «аутсайдеров», зависимых от окружающих. Многие из тех, кто имеет значительные физические ограничения, играют ключевые роли в наиболее значимых сферах жизни современного общества, являясь общественными и профессиональными лидерами [13].
Фиксируя значительное различие между результатами, которых удается достигать в профессиональной сфере разным людям со статусом «инвалид» при наличии похожих ограничений жизнедеятельности и в одинаковых средовых условиях, можно видеть, что одни из них (пока их меньшинство) используют эффективные способы поведения, позволяющие им быть успешно интегрированными в профессиональное сообщество и, вопреки имеющимся ограничениям, реализовывать себя личностно и профессионально, тогда как другие (сегодня их еще большинство) вынужденно или с готовностью смиряются с диктатом «барьерной» среды, минимизируют профессиональную деятельность или полностью отказываются от трудовой активности, ориентируясь только на получение гарантированных социальных пособий. Таким образом мы можем говорить о предикторах, как исходных характеристиках индивида и его окружения, по которым можно прогнозировать успешность или неуспешность интеграции людей с инвалидностью на открытом рынке труда, а, учитывая низкий уровень общей трудовой занятости людей с инвалидностью в целом, предположить наличие у данной социальной группы типичных поведенческих особенностей, затрудняющих профессиональную интеграцию.
С учетом рассмотренных выше подходов российских и зарубежных авторов нами были сформулированы следующие гипотезы эмпирического исследования:
Гипотеза 1. Взрослые люди, имеющие ограниченные возможности здоровья, с подтвержденным статусом «инвалид» демонстрируют следующие отличия в фруст- рационных реакциях, в сравнении с установившейся возрастной нормой:
— они проявляют пониженный уровень конформности и зависимости мнения окружающих в силу меньшей адаптирован- ности к социуму;
— они в большей степени ориентированы на взаимодействие с окружающими в целях компенсации имеющихся физических ограничений.
Гипотеза 2. Взрослые люди, имеющие ограниченные возможности здоровья, с подтвержденным статусом «инвалид», демонстрируют следующие сходства в фруст- рационных реакциях, в сравнении с установившейся возрастной нормой:
— они в той же степени, как и все взрослые люди, принимают на себя ответственность за исправление ситуации;
— они так же, как и все взрослые люди, демонстрируют реакции самозащиты.
Метод исследования и характеристика выборки
Выбор диагностического инструментария был определен тем, что в отечественной литературе (А. В. Смирнов [10]; А. В. Суворов [12]; В. А. Черничкина [15]; В. Э. Чуд- новский [16]. и др.) физическая инвалидность традиционно рассматривается как критическая жизненная ситуация, описываемая в терминах «фрустрация базисных потребностей личности», «стресс», «конфликт». Поэтому поведенческие особенности людей с инвалидностью именно в ситуациях, препятствующих достижению цели и удовлетворению актуальных потребностей, моделируемых «Фрустрационный тестом» С. Розенцвейга, могли бы проявиться наиболее ярко. Результаты теста позволяют с большой долей вероятности прогнозировать эмоциональные и поведенческие реакции испытуемых на трудности или помехи, которые возникают на пути к удовлетворению потребностей, к достижению цели. При этом показатели теста отражают не структурные личностные образования, а адаптационные ресурсы испытуемого, которые как раз и могут быть востребованы сегодня на рынке труда. фрустрационный реакция инвалидность профессиональный