Современники высоко оценивали деятельность А.В. Журавского. Один из корреспондентов в 1909 г. писал ему: «Вы буквально открыли вновь Печорский край и выявили интереснейшую аномалию Печорского климата по сравнению со средней частью губернии и тем внесли огромный вклад в науку вообще и климатологию в особенности, да сверх того внесли множество новых корректив в другие отрасли естественных наук» [24. Л. 10].
Съемочно-топографические работы экспедиций в 1903-1910 гг.
А.В. Журавский придавал большое внимание картографированию обследуемой территории. Участники поездок стремились получить нужную информацию даже из черновых картографических заметок [25].
Готовясь к экспедициям для исследования Боль- шеземельской тундры, Журавский тщательно изучал имеющиеся географические карты. К сожалению, они были составлены лет за 20 до его экспедиций. Оценивая состояние карт исследуемой территории, он отмечал их неудовлетворительность, указывал на несоответствие действительности. Огромная территория Большеземельской тундры оставалась практически белым пятном. Топографические работы в этом регионе с 1820-х гг. носили эпизодический характер. Об этом красноречиво говорил Н.А. Кулик: «Все сведения, которые имелись до сих пор о северо-востоке Европейской России, доставлены теми немногими экспедициями, которые снаряжались в эту область за последнюю половину прошлого столетия. Отсутствие удобных путей сообщения и незначительная населенность этих окраин заставляли путешественников невольно повторять большую часть маршрутов своих предшественников, результатом чего и явилось почти полное отсутствие сведений об орографии и геологическом строении огромных площадей, лежавших в стороне от единственных естественных путей сообщения рек Усы и Печоры. К числу областей, наименее затронутых исследователями по указанным причинам, относится Большеземельская тундра, или Большая земля, как ее часто называют». До конца 1880-х гг. достоверные данные имелись лишь о северной и южной окраинах Тимана. «Белым пятном» оставалось огромное пространство между р. Ухтой и Тиманским Камнем (более 100 тыс. кв. км.). Из всех рек Тимана нельзя было назвать «ни одной, которая была бы нанесена сколько-нибудь удовлетворительно».
Ко времени, когда Журавский впервые отправился в экспедицию в 1902 г., существовала только топографическая карта Южного Тимана, снятая в трехверстном масштабе геологической экспедицией Ф.Н. Чернышева в 1889 г., от 61° с. ш. до Баренцева моря к востоку от Чешской губы, т.е. территории свыше 170 тыс. кв. км. На ней точно были нанесены реки Ижма, Вычегда, Ухта, Цильма, Мылва, Печорская и Мезенская Пижмы, по которым проводили границу между северной и южной частями Тимана. Карта Ф.Н. Чернышева считалась лучшей. Однако, как указывал профессор В.Д. Соколов, на ней многие реки были «нанесены по глазомерным съемкам, а некоторые даже лишь по расспросным данным. Насколько велики недочеты в указанном отношении можно судить по тому, что на Тимане не установлена даже точная граница между Архангельской и Вологодской губерниями. Нечего и говорить, что отсутствие точной карты и неразграниченность названных губерний угрожают породить массу недоразумений и судебных процессов, особенно, в том случае, если на Тимане будет найдена промышленная нефть» [26].
Немалыми погрешностями страдала и карта Печорского края, составленная в 1902-1903 гг. Д.И. Иловайским. По словам Ф.Н. Чернышева, карта требовала серьезных исправлений. «Она была полна курьезов:... реки, принимающие в себя ряд притоков, сами никуда не впадали. Топографы Главного штаба к рекам Севера применили прием изображения рек, текущих в пустынях: те, очень часто имея верховья, не имеют устья». Для нужд ухтинских «столбопро- мышленников» имевшаяся карта Главного штаба в масштабе 10 верст в одном английском дюйме также имела очень отдаленное сходство с местностью.
В таких обстоятельствах материалы Журавского для составления карты представляли большой интерес. Одним из подтверждений профессиональной заинтересованности Журавского в картографировании изучаемой территории является упоминание карт и чертежей в списке фотографий Печорского края и Большеземельской тундры за 1904-1905 гг. В этом списке указана и одна из первых карт Вашуткиных озер [27].
Во время экспедиций их участники проводили топографические съемки. В 1903 г. Д.Д. Руднев чертил карту северо-западной части Большеземель- ской тундры, рек Печора и Уса. Во время экспедиции 1907 г. выполнена съемка на протяжении 475 верст; в 1909 г. - инструментальная съемка на протяжении свыше 600 верст и маршрутно - буссольная свыше 300 верст.
В 1907 г. А.В. Журавский писал, что «картографические материалы с характеристиками плеса реки и станций по двойной линии исследования и съемки в 951 версту представлены академику Ф.Н. Чернышеву» [28].
Основными результатами экспедиций 1904-1909 гг. по Большеземельской тундре явились съемка бассейна реки Адзьвы и Вашуткиных озер, открытие выходов хребта Адак-Тальбей и нанесение их на карту. Выяснилось, что «река Адзьва (Хырмор) оказалась длиною вместо полагавшихся по картам 120 верст, 36 верст. Ее истоки - Вашуткины озера были сняты инструментально (кипрегелем); проведена барометрическая нивелировка и, притом не с помощью одних анероидов, но и впервые открытым ртутным барометром <...>. Все открытия подтверждены документами - стереоскопическими фотографическими снимками, все пункты, места нахождений чего бы то ни было точно нанесены на карты 3 в. масштаба и признаны осуществившими свои задачи».
Приборы, инструменты для съемок во время экспедиций в основном были предоставлены РГО и АН. Путешественники тщательно сверяли данные более ранних карт со своими наблюдениями и вносили в них изменения. Подробные и тщательные описания маршрутов позволяли последующим путешественникам делать необходимые исправления. Карты были составлены от руки, потом их выполняли профессиональные картографы.
Открытый Журавским хребет Адак-Тальбей впервые был нанесен на карту размером 25*34 см. под названием «Предварительная схема простирания хребта Адак-Тальбей по данным с 1904 по 1908-й год». Схема является приложением к отчету Журавского «Результаты исследований Приполярного Запечорья в 1907-1908 гг.». На ней нанесены хребет Адак-Тальбей, кряж Сабля, их высокие точки (горы: Лунь Сабля (Южная Сабля), Вой-Сабля (Северная Сабля), Абак, Тёла-Из и др.); крупные реки Большеземельской тундры и их притоки (Уса, Малая и Большая Сыня, Колва, Адзьва). Звездочками показаны экспедиции по годам, но отсутствуют параллели и меридианы, не указан масштаб. Схема снабжена следующим примечанием: «По показаниям некоторых туземцев хребет Адак- Тальбей от речки Заостровки дает отрог, ведущий по реке Косье. Экспедиция 1909 г. имеет в виду постараться выяснить, отрог ли это или новый самостоятельный хребет, с Адак-Тальбеем не сливающийся. Ширина хребта - гораздо большая, чем то показано на схеме». Внизу схемы дана библиографическая ссылка: «Известия» ИРГО 1909 г. Т. XLV. К отчету А.В. Журавского» [29].
На карте А.В. Журавского, как отмечают многие современные исследователи, впервые были нанесены западный склон Уральских гор и вся открытая им лесистая гряда, названная «Адак-Тальбей».
Выводы
Андрей Владимирович Журавский проводил комплексное всестороннее исследование природных ресурсов Европейского Севера России с 1902 по 1914 г.
Область его исследований была обширной, интересы отличались разнообразием: геология, география, картография, ботаника и другие науки. В области геологии Журавский представил большое количество палеонтологического материала, который позволил академику Чернышеву сделать выводы об особенностях геологического строения Европейского Севера России. Президент АН СССР академик А.П. Карпинский в 1919 г. при характеристике Русской геологической платформы не раз ссылался на данные Журавского и упоминал, что их позитивно использовал Чернышев. Журавский одним из первых увидел выходы каменного угля в тундре, месторождения нескольких минералов, необходимых для строительных целей.
В исследовании Печорского края у Журавского преобладала тенденция к изучению географии и биогеографии. Существенными были исследования в области географии. А.В. Журавский выявил взаимосвязь растительного мира с почвенным составом и вышел на понятие биогеография. Изучение географии растений фактически являлось отражением ландшафтове- дения, которое Журавский рассматривал как сообщество растений. Журавский уделял большое значение изучению рельефа региона (бассейны рек и высотная характеристика).
В области картографии А.В. Журавскому и его сподвижникам Д.Д. Рудневу и М.Н. Шпарбергу принадлежат первые опубликованные планы и схемы Большеземельской тундры и нанесение на карты открытой гряды Адак-Тальбей, которые отражают современные карты.
В области ботаники еще в первых экспедициях он обнаружил множество цветковых и семенных растений, был впечатлен богатством луговой растительности. Составление гербариев преследовало цель глубже и разностороннее охарактеризовать растительную природу региона и прийти к выводам в области биогеографии. Изучая растительный мир, Журавский пришел к выводу, что он неразрывно связан с почвенными условиями. Отрицая наличие болотистой тундры, он протестовал и против характеристики тундры как пустоши.
Таким образом, разнообразная экспедиционная и собирательская деятельность позволяет охарактеризовать А.В. Журавского как исследователя Печорского севера. Заслугой Журавского является впервые проведенное углубленное изучение природы северной части Коми края. А.В. Журавский «открыл» для России Печорский край с его огромными богатствами, собрал уникальный многообразный материал, который позволял провести интересные сопоставления, сделать перспективные выводы.
Выражаю благодарность в подготовке статьи кандидату исторических наук Е.Н. Коноваловой, доктору исторических наук Л.П. Рощевской.
Литература
Архипова Н.П., Ястребов Е.В. По рекам бассейна Усы и открытие кряжа Чернышева (Северо-Печорская экспедиция Главного управле
ния землеустройства и земледелия) // Как были открыты Уральские горы (Очерки по истории открытия и изучения природы Урала). Свердловск, 1990. С. 142-145.
Силин В.И. Очерки по истории географических исследований на территории Коми края. Сыктывкар, 1997. Ч. 2. С. 63.
Арктика - мой дом. М. : Северные просторы, 2001. С. 215-216.
4.. Журавский А. Тундры // Голос Севера. 1907. № 197.
Национальный архив Республики Коми (далее - НАРК). Ф. 340. Оп. 1. Д. 56.
Журавский А. О западе Большой Земли. Топографической облик и фауна тундры. Результаты путешествия летом 1903 года // Труды Импера
торского С.-Петербургского общества естествоиспытателей. Отделение зоологии и физиологии. СПб., 1904. Т. XXV, вып. 2. С. 78.
Журавский А. Маршрут Большеземельской экспедиции. 1904 и 1905 гг. // Ежегодник Зоологического музея Императорской Академии
наук. 1906. СПб., 1907. С. XXIX.
НАРК. Ф. 340. Оп. 1. Д. 84.
НАРК. Ф. 340. Оп. 1. Д. 100.
Кочедыкова М.М., Рощевская Л.П. Зоологическая станция Императорской Академии наук в с. Усть-Цильма Архангельской губернии // Клио. 2016. № 114. С. 101-108.
НАРК. Ф. 340. Оп. 1. Д. 45.
Журавский А. Указатель станций по реке Колве (притоку Усы; Большеземельская тундра) 1907 год // Ежегодник Зоологического музея Императорской Академии наук. СПб., 1909. Т. XIV, № 1-2. С. XIII-XVI.
Журавский А. Вести из Большеземельской экспедиции (из письма А.В. Журавского к секретарю общества). С. Усть-Цильма. 5 июля 1905 г // Известия Императорского Русского географического общества. 1905. Т. XLI, вып. 4. С. 798-799.
По Северу. Ч. 2 // Архангельские губернские ведомости. 1909. № 245.
Журавский А. Печорская естественноисторическая станция при Императорской Академии наук. Ее задачи и история ее возникновения. Архангельск, 1908. С. 18.
Журавский А. Маршрут экспедиции в июне 1908 года по рекам Большая и Малая Сыня и на вершины горы «Сабля-Вой-Из» (предварительный) // Ежегодник Зоологического музея Императорской Академии наук. СПб., 1909. Т. XIV, № 1-2. С. IX-XIII.
Журавский А. Печорские Альпы и река Сыня. Предварительные данные VI Большеземельской экспедиции за 1908 год // Архангельские губернские ведомости. 1908. № 160.
Журавский А. Приполярная Россия. Нефть в бассейне Печоры // Архангельские губернские ведомости. 1908. № 263.
Журавский А. Маршруты Северо-Печорской экспедиции Главного управления землеустройства и земледелия. 1909 г. // Ежегодник Зоологического музея Императорской Академии наук. 1909. СПб., 1910. Т. XV. С. V-VIII.
Еще о северной Печорской экспедиции А.В. Журавского // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. 1909. № 11. С. 56.
Государственный архив в г. Тобольске. Ф. И147. Оп. 1. Д. 56. Л. 12.
НАРК. Ф. 340. Оп. 1. Д. 47.
Журавский А. Полярные окраины в новом освещении. Новые биогеографические формулы и проблемы // Известия Императорского Русского географического общества. 1915. Т. 51, вып. 4. С. 237-245.
НАРК. Ф. 340. Оп. 1. Д. 42.
Усть-Цилемский историко-мемориальный музей А. Журавского. НВ-4493.
Соколов В.Д. Тиманская нефть. М., 1910. С. 4.
НАРК. Ф. 340. Оп. 1. Д. 25. Л. 11-13.
Журавский А. Маршрут экспедиции 1907 года по реке Колве. Указатель станций (Большеземельская тундра) // Ежегодник Зоологического музея Императорской Академии наук. СПб., 1909. Т. XIV, № 1-2. С. VII-IX, XIII-XVI.
Журавский А. Результаты исследований «Приполярного» Запечорья в 1907-1908 годах // Известия Императорского Русского географического общества. 1909. Т. 46. С. 197-232.
References
Arkhipova, N.P. & Yastrebov, E.V. (1990) Kak byli otkryty Ural'skie gory (Ocherki po istorii otkrytiya i izucheniyaprirody Urala) [How the Ural
Mountains Were Discovered (Essays on the History of the Discovery and Study of the Nature of the Urals)]. Sverdlovsk: Sredne-Ural'skoe knizhnoe izdatel'stvo. pp. 142-145.
Silin, V.I. (1997) Ocherki po istorii geograficheskikh issledovaniy na territorii Komi kraya [Essays on the History of Geographical Research in the