Тревога, по интенсивности и длительности неадекватной ситуации, препятствует формированию адаптационного поведения, приводит к нарушению поведенческой интеграции и всеобщей дезорганизации психики человека. Таким образом, тревога лежит в основе любых изменений психического состояния и поведения, обусловленных психическим стрессом.
Ф. Б. Березин определил тревожный ряд, который представляет существенный элемент процесса психической адаптации:
1) ощущение внутренней напряженности - не имеет ярко выраженного оттенка угрозы, служит лишь сигналом ее приближения, создавая тягостный душевный дискомфорт;
2) гиперестезические реакции - тревога нарастает, ранее нейтральные стимулы приобретают негативную окраску, повышается раздражительность;
3) собственно тревога - центральный элемент рассматриваемого ряда.
Проявляется ощущением неопределенной угрозы. Характерный признак - невозможность определить характер угрозы, предсказать время ее возникновения. Часто происходит неадекватная логическая переработка, в результате которой из-за нехватки фактов выдается неправильный вывод;
4) страх - тревога, конкретизированная на определенном объекте. Хотя объекты, с которыми связывается тревога, могут и не быть ее причиной, у субъекта создается представление о том, что тревогу можно устранить определенными действиями;
5) ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы - нарастание интенсивности тревожных расстройств приводит субъекта к представлению о невозможности предотвращения грядущего события;
6) тревожно-боязливое возбуждение - вызываемая тревогой дезорганизация достигает максимума, и возможность целенаправленной деятельности исчезает.
При пароксизмальном нарастании тревоги все указанные явления можно наблюдать в течение одного пароксизма, в других же случаях их смена происходит постепенно.
Из этого следует сделать вывод о том, что чем гибче выстроена нервно-психическая система человека, чем он моложе и имеет сознание, свободное от предрассудков, тем легче происходит процесс адаптации и менее болезненно переносятся стрессовые ситуации.
Селье выдвинул весьма интересную гипотезу о том, что старение - итог всех стрессов, которым подвергался организм в течение своей жизни. Оно соответствует “фазе истощения” общего адаптационного синдрома, который в некотором смысле представляет собой ускоренную версию нормального старения. Любой стресс, особенно вызванный бесплодными усилиями, оставляет после себя необратимые химические изменения; их накопление обуславливает признаки старения в тканях. Особенно тяжёлые последствия вызывает поражение мозговых и нервных клеток. Но успешная деятельность, какой бы она ни была, оставляет меньше последствий старения, следовательно, говорит Селье, можно долго и счастливо жить, если выбирать подходящую для индивидуума психофизиологическую деятельность.
Усиление тревоги приводит к повышению интенсивности действия двух взаимосвязанных адаптационных механизмов, которые приведены ниже:
1) аллопсихический механизм - действует, когда происходит модификация поведенческой активности. Способ действия: изменение ситуации или уход из нее.
2) интрапсихический механизм - обеспечивает редукцию тревоги благодаря переориентации личности. Существует несколько типов защит, которые используются интрапсихическим механизмом психической адаптации:
а) препятствие осознаванию факторов, вызывающих тревогу;
б) фиксация тревоги на определенных стимулах;
в) снижение уровня побуждения, т. е. обесценивание исходных потребностей;
г) концептуализация.
Тревога, несмотря на обилие различных смысловых формулировок, представляет собой единое явление и служит облигаторным механизмом эмоционального стресса. Возникая при любом нарушении сбалансированности в системе “человек-среда”, она активизирует адаптационные механизмы и вместе с тем при значительной интенсивности лежит в основе развития адаптационных нарушений. Повышение уровня тревоги обуславливает включение или усиление действия механизмов интрапсихической адаптации.
Эти механизмы могут способствовать эффективной психической адаптации, обеспечивая редукцию тревоги, а в случае их неадекватности находят свое отражение в типе адаптационных нарушений, которым соответствует характер формирующихся при этом пограничных психопатологических явлений.
Организация эмоционального стресса предполагает затруднение реализации мотивизации, блокаду мотивированного поведения, т. е. фрустрацию.
Совокупность фрустрации, тревоги, а также их взаимосвязь с аллопсихической и интрапсихической адаптациями и составляет основное тело стресса.
Эффективность психической адаптации напрямую зависит от организации микросоциального взаимодействия. При конфликтных ситуациях в семейной или производственной сфере, затруднениях в построении неформального общения нарушения механической адаптации отмечались значительно чаще, чем при эффективном социальном взаимодействии. Также с адаптацией напрямую связан анализ факторов определенной среды или окружения. Оценка личностных качеств окружающих как фактора привлекающего в подавляющем большинстве случаев сочеталась с эффективной психической адаптацией, а оценка таких же качеств как фактора отталкивающего - с её нарушениями.
Но не только анализ факторов окружающей среды определяет уровень адаптации и эмоциональной напряжённости. Необходимо также принимать во внимание индивидуальные качества, состояние непосредственного окружения и особенности группы, в котором осуществляется микросоциальное взаимодействие. Эффективная психическая адаптация для военнослужащих, пострадавших от боевого стресса, представляет собой одну из предпосылок успешной профессиональной деятельности.
Перед системой возникает множество возможных путей эволюции, потенциальных путей выхода на новые системные качества, получившее в терминах синергетики определение “карты возможностей”, “пучка траекторий”. Нелинейная система не жестко следует “предписанным” ей путям, а совершает “блуждание” по полю возможного, актуализируя лишь один из этих путей.
Выбор системой того или иного пути в точке бифуркации (момент неустойчивости) зависит от действия флюктуации (малые возмущения, фактор случайности), которые могут разрастаться в макроструктуры и играть существенную, определяющую судьбу системы роль. В момент воздействия флюктуаций на систему, “блуждающую” по полю путей развития, происходит выпадение ее на структуру-аттрактор (конечная точка траектории движения).
Система, попадающая в поле притяжения определенного аттрактора, неизбежно эволюционизирует к этому устойчивому состоянию (структуре). Будущее состояние системы определяет, формирует и организует ее настоящее. Выход на структуру-аттрактор означает свертывание сложного, возникновение нового порядка из хаоса.
При дисгармонии функционирования различных компонентов ФС, что, по нашему мнению, бывает во время стресса, дисадаптации, возникает кризис ФС. Выход из кризиса связан с появлением структуры-аттрактора. Поскольку роль структуры-аттрактора в ФС, как уже было показано выше, выполняют ценности, важнейшим условием выхода из кризиса является многообразие духовной культуры личности, наличие в ней самых разнообразных ценностей, идеалов, норм человеческих отношений, которые были социально невостребованными.
Ситуация кризиса способна “проявить”, актуализировать самые необходимые из них, чтобы получить дополнительную опору при гармонизации ФС. Этап социального развития характеризуется формированием социальных качеств личности: интеллектуальных, социально-культурных, морально-волевых. Активность личности, основанная на четком осознании своих целей и мотивов, направлена на самореализацию своих возможностей, раскрытие индивидуальных способностей, реализацию своих жизненных планов и задач.
Система “личность” находится в устойчивом состоянии, которое поддерживается механизмом, подобным физиологическому гомеостазу, и которое может быть охарактеризовано как динамическое равновесие, так как оно есть лишь момент движения, перехода системы из одного состояния в другое. Как доказывает В. Г. Агеев, принцип развития личности отнюдь не исключает, а наоборот, предполагает принцип гомеостатического регулирования; им было сформулировано положение о единстве механизмов гомеостаза и становления личности.
Регуляционный механизм гомеостатического типа, являющийся механизмом защитно-приспособительного значения, - важнейший элемент детерминации развития. Основная функция этого механизма состоит в поддержании устойчивости системы в условиях вариативности факторов, которые могут нарушить эту устойчивость.
Следовательно, основная функция гомеостаза состоит в том, чтобы свести к минимуму или даже к нулю вредоносное воздействие окружающей среды, нейтрализовать ее детерминирующее влияние на систему. По мнению В. Г. Агеева, без подобной компенсаторной системы защиты такие сложные, тонко функционирующие системы, как организм, психика, личность, не могли бы быть целостными, направленными, созидательными и превратились бы в элементы энтропийного рассеивания под влиянием множества случайных воздействий.
Механизмы гомеостаза обеспечивают целостность системы, которая применительно к личности обозначает подчинение всех элементов структуры личности ее основной доминанте направленности. Чем устойчивее ценности личности, тверже ее убеждения, принципы, идеалы, тем более ярко проявляется и ее целостность.
Целостность личности неотделима от таких ее психологических качеств, как воля, собранность, целеустремленность. Она также предполагает единое основание для всестороннего проявления и развития личности, ее жизнедеятельности в обществе. Таким основанием и выступает направленность, ядром которой являются ценности; она также предполагает ликвидацию разрыва между сознанием и поведением личности.
Целостность личности - результат динамического (неустойчивого) равновесия в системе “личность-общество”. Однако это равновесие постоянно находится под угрозой нарушения вследствие тех изменений, которые происходят в обществе. Сами изменения внешней среды являются источником активности личности, так как она, адаптируясь к изменяющимся условиям, накапливает полезную информацию, повышает уровень своей организации “структурный след”, то есть развивается.
Таким образом, изменения, происходящие в обществе, являются источником развития личности и в этом смысле полезны для нее. Отсутствие таких изменений, их искусственное устранение, например, создание комфортных условий жизни, вело бы к снижению собственной активности человека. Как подчеркивает В. Н. Судаков, застой, отсутствие перемен - стрессоров - во внешней среде неизбежно ведут к регрессу личности. Однако эти отклонения не должны быть слишком большими. Существует определенный предел отклонений, с которыми способна справиться личность. Если они превышают допустимые пределы и выходят за рамки ее приспособительных возможностей, она начинает воспринимать окружение как источник напряжения.
Психологически этот этап переживается личностью как потеря смысла жизни, сопровождающаяся чувством неудовлетворенности, безнадежности и бесперспективности существования, как разочарование в прежних целях и привязанности, переосмысление (как правило, негативное) своего прошлого жизненного опыта и отношений, утрата чувства идентичности, которая проявляется в сомнениях личности по поводу своего места в обществе, своей принадлежности к определенным социальным группам, по поводу своих возможностей и перспектив.
В сознании личности возникает обширная “карта возможностей”, потенциальных путей развития. Она получает вероятностный, стохастический характер, и диапазон вероятных путей развития личности предельно велик: от высочайших моментов самоотверженности и творческого самовыражения до крайней степени деградации.
Этот момент в терминах синергетической теории обозначается как хаос, “блуждание в эволюционных лабиринтах мышления и знания”, “просмотр различных альтернативных ходов развития мыслей, продумывание и варьирование ассоциации на заданную тему”, в результате которого “нарабатывается некий продуктивный ментальный мицелий (пересеченная, сложноорганизованная сеть ходов), который служит полигоном для свободного движения мысли, для ее выхода в иные измерения, на новые уровни”.
На кризисной стадии развития личности происходит в абсолютном большинстве случаев изменение, переоценка ценностей. Прежняя устоявшаяся иерархическая система ценностей теряет свою упорядоченность.
Если ранее ее можно было представить в виде целостности, то теперь эта иерархически построенная система рассыпается, превращается в хаос. Ценности как бы перебираются, взвешиваются. Пересматривается и статус отдельных ценностей в общей системе.
Своеобразным инструментом выбора и средством обоснования выбора выступает рефлексия, процесс осмысления ценностей, их сравнения, соотнесения с собственными возможностями, “совокупным жизненным ресурсом” личности, селекции и интеграции. Поведение личности в этот период становится непредсказуемым, во многих поступках и действиях неожиданным, не соответствующим прежним представлениям о личности, так как перестают действовать обычные механизмы регуляции ее поведения.
Поскольку обычные механизмы детерминации поведения перестают действовать в момент крайне нестабильного состояния личности, то выбор одного из возможных путей развития зависит от воздействий случайного характера (“флуктуаций”). Они и выводят личность на структуру-аттрактор и организуют ее самодостраивание. Такое воздействие могут оказать случайная встреча с человеком, прочитанная книга или статья, просмотренный фильм или сон, которые задают основное направление “переорганизации проросшего поля”, “поля вопросов”, тем самым наводя порядок в индивидуальной системе ценностей, но уже на качественно новом уровне.