Становление и охват пространства специфическим режимом власти заставляет создавать новые формы знания, что в свою очередь приводит к созданию все более пластичных скрытых форм властных отношений и иерархической определенности. Картина истории совершена невероятным количеством вариаций «власти-знания», переходами режимов и выходящими из этого социальными отношениями. Мы можем смело говорить о том, что знание предполагает власть и наоборот. Нет ситуаций, в которых власть не предполагала бы создание определенного пространства знания, в то же время поле знания невозможно без властных отношений. С течением времени происходит трансформация: власть и знание приобретают различные формы, переходят в состояние обоюдной зависимости.
Необходимо учесть, что власть познается в родстве с такой категорией, как «собственность». Власть представляет собой множество благ и преимуществ, которыми можно распоряжаться, владеть, управлять. Понятие суверенитета также предполагает понимание власти как собственности. Мы можем это заметить, исходя из той позиции, что каждый человек или индивид обладает своей долей власти. Передавая ее опционально, он делает политическую власть возможной для осуществления.
Власть все время является полем оппозиционного отношения «субъект-объект»: мы имеем отношение тех, кто совершает власть, и тех, по отношению к кому власть выражается.
Довольно прозаично рассматривать власть с точки зрения государства. Однако большинство воспринимает власть именно в таком ключе. Н.В. Лизина пишет: «В истории власти у Фуко существуют три формы организации государства - справедливое государство, территориально - административное, или полицейское, государство и государство управленческое» [6, с. 206]. Государство представляет собой отличный пример воплощения власти. Понятна и структурирована бинарность типа «объект-субъект»: в этом ей неизменно помогает ее юридическая закрепленность. На микроуровне власть связана преимущественно с выбором субъекта, который осуществляет ее, упорядочивает, специализирует. Власть в этом отношении предстает атрибутом свершения воли субъекта.
Власть проявляет себя в ситуациях принуждения, специфика доминирования присутствует в ее природе. В этом мы можем усмотреть ее безусловную негативность. Также власть стремится навязать свое отношение, приводит в действие механизмы давления.
Но, несмотря на это, власть остается проблемой глубоко личной. Власть не имеет лица, человека, субъекта, но она исходит изнутри и действует в своей исключительной манере. Она исключает, классифицирует, но являет самое себя. Мы можем лишь принять власть как данность. Говорить, что власть только подавляет, будет некорректно и неправильно. Р.И. Зекрист замечает: «Власть, особенно государственная, обычно ассоциируется с насилием, с подавлением и оценивается как всецело негативный феномен. Если бы это было так, отмечает Фуко, то она была бы чем-то хрупким и очень слабым. Но мы видим, что она сильна, что она довольно прочна, а это потому, что, помимо негативных, она производит и положительные действия, вследствие чего имеет опору на уровне микровласти» [7, щ 40].
Остановимся на таком явлении, как биовласть. Биовласть уделяет внимание таким естественным процессам, как рождение, смерть, болезнь и т. д. М. Фуко пишет, что биовласть «обращена к человеку как к живому существу, человеку-роду» [8, с. 56]. Биовласть рассматривает массовые скопления, общие жизненные процессы человека и общества. А.В. Дьяков считает: «Дисциплинарная власть, нормализуя формы поведения, и регулятивная, биовласть, заботясь о здоровье населения через страхование, правила гигиены и т. п., становятся комплементарными друг другу» [9, с. 89].
Методами биовласти осуществляется биополитика. Примером биополитики может служить указание американского президента Д. Трампа воздвигнуть стену, разделяющую США и Мексику. Стена представляет собой не просто физической объект, но и часть системы по преобразованию населения, а также выстраиванию определенной (подходящей) окружающей среды.
Приведем еще один пример. Видеокамеры, развешанные по углам наших домов, являются агентами «всевидящего ока». Существование этого «ока» заставляет нас находиться меж двух состояний, заставляет выбирать позицию правильного общепринятого поведения. Не так давно в Китае были созданы системы, позволяющие идентифицировать личность лишь по походке. Скрытый маской или капюшоном человек позволяет обнаружить себя. Все это заставляет нас задаться вопросом: что в конечном итоге есть человек; есть ли границы, за которые нельзя перейти государству, желающему знать о нас все?
Для М. Фуко власть была своеобразным зеркалом профессионального интереса, что отражало то, к чему прикасалась мысль философа: будь то проблемы сексуальности, безумия, пенитенциарной системы и т. д. Стало быть, природа власти - основная тема в философии М. Фуко. М. Фуко отмечал, что «философия существует как высказывание истины в определенном отношении к политической деятельности» [10, с. 296]. Читая его труды, мы испытываем погружение в воронку исторических событий и практик воплощения власти.
В заключение проведенного исследования отметим, что философия власти М. Фуко строится на принятии положения, что власть представляет собой важную структурирующую силу всего социального тела. Очаги власти можно обнаружить не только в механизмах политического устройства, но и в процессах сугубо индивидуальных, личных и интимных. Постижение природы власти у М. Фуко неразрывно связано с пониманием человеческой природы, субъективности.
Важно, что власть посредством различных инструментов и практик создает необходимость в своем существовании. Она не только (и не столько) разрушает, доминирует и возводит негативные вертикальные позиции, но создает свое собственное деятельное пространство - в этом и заключается ее природа и сущность.
Список литературы
1. ФукоМ. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы. М.: AdMarginem, 1999. 480 с.
2. Фуко М. Ненормальные. Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1974/1975 учебном году. СПб.: Наука, 2004. 448 с.
3. Первушина В.Н., Змушко К.С. Метафизика власти (методологические истоки и подходы). М.: Компания Спутник +, 2006. 167 с.
4. Зазулина М.Р. Социальная топология Мишеля Фуко: структура, динамика и генезис социального поля // Философия XX века: школы и концепции: науч. конф. к 60-летию философского факультета СПбГУ: материалы работы секции молодых ученых «Философия и жизнь». СПб.: С.-Петерб. филос. об-во, 2001. С. 85-86.
5. Сокулер З.А. Знание и власть: наука в обществе модерна. СПб.: РХГИ, 2001. 240 с.
6. Лизина Н.В. Практики власти как управленческие отношения в работах М. Фуко // Известия Алтайского государственного университета. 2011. № 2. С. 206-209.
7. Зекрист Р.И. Концепция власти Мишеля Фуко // Известия Уральского федерального университета. Серия 3: Общественные науки. 2012. № 2. С. 4046.
8. Фуко М. Нужно защищать общество. Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1975/1976 учебном году. Спб.: Наука, 2005. 312 с.
9. ДьяковА.В. М. Фуко и его время. СПб.: Алетейя, 2010. 672 с.
10. Фуко М. Управление собой и другими. Курс лекций, прочитанных в Коллеж де Франс в 1982/1983 учебном году. СПб.: Наука, 2011. 432 с.